Часть 11

Сейчас вы все вместе сидите и ужинаете, а я сижу одиноко на кухне, одна, попивая свой остывший чай. Да, я зла, обижена, уничтожена изнутри.

Ты сидишь на террасе, где собрались все, кроме меня, потому что я не хочу находиться в твоем — вашем — обществе. Вы мне противны. Ты говоришь что-то про тетю Лену, погибшую в той аварии. Ты скучаешь, говоришь только хорошее, как и положено про покойников. Но это лишь пустой звук. Ее не вернуть словами, фразами, отрывками разговоров. Ты много о чем говоришь, думаешь... а есть ли чем? Я хочу спросить тебя, чем ты думал, когда позавчера избивал меня ногами по лицу, ногам, животу, так, что меня выворачивало на изнанку? Я кричала, просила тебя остановиться, но твои глаза застилала пелена гнева... и ты сорвался... на мне. Я не виню тебя в этом, потому что тебе тяжело. Я виню тебя в том, что ты обвинил меня в тех вещах, которые я не делала. Я, как и ты, скорблю по ней, может даже сильнее тебя, но ты этого не узнаешь, потому что я не скажу. Никогда. В тот вечер ты наговорил мне кучу гадостей, а теперь делаешь вид, что ничего не произошло. Как будто это был не ты, и это было не со мной. Не знаю, как объяснить это чувство, но оно похоже на сон, если бы боль во всем теле не доказывала, что это было правдой. Я не показываю, что мне больно, я не говорю, что не ела уже 3 дня, потому что боюсь твоей реакции. Я действительно стала тебя бояться.

Увидев тебя с той стороны, которую ты скрывал — с темной стороны — я больше не смогу забыть ее, сколько бы света ни исходило от тебя. Тьма внутри, и она поглотит тебя... как и меня, ведь я такая же, как и ты. Я срываюсь на людях, могу ударить, если меня выбесить, что ты собственно и сделал. Не смотря на боль, я продолжаю просыпаться, вставать с кровати и просто жить. Жить, потому что ты позволил мне жить в тот вечер, ты не убил, а это уже что-то. Но я все равно не понимаю, зачем. Ты мог просто отпустить меня на улицу, я бы убежала и все, но ты этого не сделал. Ты мог не делать то, что сделал, мог остановиться, когда была возможность, но ты этого не сделал. Ты мог позволить моей душе жить, моему телу выживать, а разуму существовать, но ты этого не сделал. Ты просто продолжал делать то, что убивало меня изнутри. Не физически, а морально. Ты убил мою душу в тот вечер. И мне жаль, прощай.