24 глава

*— Уважаемые студенты, записываем.Открываю заранее заготовленный план занятий, а мои ученики, положив тетради на мольберты, должны тезисно набросать основные моменты.— А я запомню, Жанна Кирилловна. Я не хочу писать, — нагло смотрит на меня Семененко.Терпеть не могу этого ленивого студента. Однако сегодня все иначе. Что-то изменилось. Не знаю почему, но мне очень не нравится его наглый взгляд.— Есть понятие «надо». Ведение записей, Семененко, способствует превращению чтения в активный процесс, мобилизует, наряду со зрительной, и моторную память. — Перекладываю бумаги, шелестя листами. — Следует помнить: у студента, систематически ведущего записи, создается свой индивидуальный фонд подсобных материалов для быстрого повторения прочитанного…Семененко неожиданно встает из-за мольберта и, наклонив голову к плечу, объявляет на всю аудиторию:— Жанна Кирилловна, а Кораблин  тоже за вами записывает?Ну, дома у вас.И начинает надрывать кишки со смеху.Мне моментально становится плохо. Как будто что-то воткнули в сердце. Резко, как приступ инсульта или инфаркта. Я не знаю, как себя вести, как отвечать студентам о Корабоине . Не подготовилась.Оглядываю аудиторию. Они дружно тянут лыбу. Они все знают.Стыдно. Егор  один из них. Я живу с таким же, как они. Откуда взяться уважению, если меня трахает такой же пацан, как Семененко?— Сядь на место, — говорю уверенно и жестко, насколько могу в данной ситуации.Все мои комплексы, словно черти, ползут обратно из табакерки.Стараюсь продолжать, но тяжесть моего положения кажется такой невыносимой, что я едва стою на ногах, голова кружится, и я плохо понимаю слова, которые произношу вслух.— Особенно важны и полезны записи тогда, когда в них находят отражение мысли, возникшие при самостоятельной работе, поэтому…— А я понял, он больше же по спорту у вас, физические нагрузки, все дела. Ай-ай, Жанна Кирилловна, ну вы шалунья, — пошло шутит студент и не садится.— Выйди вон из аудитории.— Ну, Жанна Кирилловна, а можно мне так же оценку заработать? Не учиться, а как Кораблин ? Я с ним в душе в бассейне был, у меня хрен-то больше будет. Мы с пацанами мерялись.У меня начинают трястись руки. От бессилия, от безысходности, от грязи.Кому-то все равно, но не мне. Мои собственные тараканы не дают мне покоя. Я не в состоянии выносить эту мерзость. Хочется забиться под стол.— Выходи из аудитории. Сейчас же!Говорю таким гортанным, не своим, ужасным голосом, что остальные ребята сидят тихо. А Семененко нагло запихивает вещи в рюкзак, не прекращая на меня смотреть. Идет мимо.Он думает, что со мной так можно. Он знает, что Кораблин … Как же ужасно, как же омерзительно.— Я напишу на тебя докладную.— Ладно вам, Жанна Кирилловна, вы красивая молодая женщина, думаю, мы договоримся, — и подмигивает.Это тошнотворно и отвратительно. Не имеет ничего общего с тем, как ко мне приставал Егор. Да,он делал это грубо,но в то же время нежно и заболтиво ко мне.У меня резко прихватывает живот, начинает тошнить, и такое ощущение, что еще секунда и буквально вывернет наизнанку.Я так много чего боялась в отношениях с Кораблиным . Каждой тени, каждого шороха, насмешек среди коллег, мести от мужа, физической расправы от его родителей.Но есть еще вот это. Об этом я не подумала. Они как-то узнали, что я живу вместе с их одногруппником, и теперь относятся ко мне, как к бл*ди.Я не в силах стоять перед ними. Своими студентами. Все пропало. Вся моя жизнь идет под откос из-за того, что я потаскуха.С раннего возраста мечтала преподавать. Любила это дело. Только кто будет прислушиваться ко мнению преподши, которая раздвинула ноги перед студентом?Мое тело содрогается, что-то сжимает грудь так, что я не могу вздохнуть. Смотрю на свое отражение в стеклянной дверце шкафа с комплектом гипсовых моделей для натюрморта и неузнаю себя. От этого мучительного ощущения беспомощности зрачки очень сильно расширились, а губы почти синие.Перевожу взгляд на студентов. Большинство сидят, уткнувшись в свои листы. Они взяли ручки в руки и ждут. И я вспоминаю, как однажды мне очень хорошо сказал теперь уже бывший муж: «Жанночка, столкнувшись лицом к лицу со своими страхами, ты понимаешь, что никуда они не денутся. Важно, твое к ним отношение! Надо научиться принимать проблемную ситуацию и искать ее светлую сторону!»У Юры много недостатков, но мужик он умный. Не отнять.Да, студенты и преподаватели будут обсуждать меня и смеяться, возможно придумают мне какое-то унизительное прозвище, но никто из них не сможет отобрать у меня те минуты счастья и безумной любви, которые подарил мне Кораблин. И я должна просто пережить это. Я обязана справиться.А то, что у нас такая шикарная физическая близость, на которую только что намекал Семененко? Ну что же поделать. Пусть завидуют. Интим — он и вправду помогает нам любить. Без обмена ласками в любви остается неисполненным что-то важное. И такие, как мы с Кораблиным, любовники, глубоко любящие друг друга, получают от постели особое наслаждение.И, несмотря на осуждение общества, в нашем ежедневном акте любви исчезает разница в возрасте, и мы двое сливаемся воедино. В минуты страсти у нас с Кораблиным словно одно тело на двоих. Всепобеждающее наслаждение.Еще раз смотрю на группу. Многие из смеявшихся надо мной девочек и мальчиков могут похвастаться чем-то похожим? Вряд ли.Когда мы любим, а мы с Егором  сто процентов любим, мы достигаем совершенно новых вершин. Тому же Семененко такое и не снилось.Имею ли я право стыдится такого? Нет, точно нет. Хотя бы ради Егора . Ради самой себя!Испытывая к нему сильные чувства, я, взрослая женщина, забылась, потеряла землю под ногами, улетела в небеса, словно стала его сверстницей.Разве может быть дурным такое сильное ощущение?Поэтому, взяв себя в руки, вместо того чтобы бежать в туалет рыдать, я продолжаю пару:— Так на чем мы остановились до того, как у Семененко случился словесный понос? — собрав себя в кучу,говорю  шутку.Студенты тихонько смеются.— Кто-нибудь еще хочет обсудить мою личную жизнь, или все же вернемся к нашему предмету?Усмехнувшись, ребята возвращаются к тетрадкам. Героев больше нет. Вот и замечательно. Поговорят и забудут. Рассказала дальше материал,а позже студенты выполняют творческое задание. А я пишу сообщение Егору .«Как дела?»«Нормально, малыш. Договорился сделать несколько курсовых по рисунку для студентов-иностранцев, думаю, удастся подзаработать. Они там такие каляки-маляки».«Ты молодец».Становится тепло на душе. Улыбаюсь, сжимая телефон. У меня есть мой Егор . И плевать.«Я уже соскучился».«Я тоже, Егорка ».«Давай, моя любимая училка, буду считать часы;)»Нежно улыбаюсь и почти успеваю убирать в сумку мобильник, когда приходит еще одно сообщение:«Оу! Чуть не забыл. Мы с малым сегодня на картинге. Рано не жди. Там один братан билеты по скидосу добыл, будем поздно».Испугавшись, встаю с места и начинаю ходить по кабинету. Тут же включаю мамку-наседку и представляю, как два самых дорогих мне человека погибают в аварии. Аж сердце останавливается.Уже плевать и на Семененко с его подколками, и на всех остальных. Главное, чтобы Егор  и Миша были в порядке. Даже не подумав выйти, отхожу к окну, звоню.Вот что действительно важно. Единственное, что имеет значение. Мой сын и мой… Нет, не парень — мой молодой мужчина.— Ты уверен, что это безопасно?— Так и знал, что ты перезвонишь, и тебя будет бомбить по этому поводу, — ржет Егор . — У меня вообще-то пара сейчас, Жанна Кирилловна, — переходит на шепот. — Хорошо, что Клим Саныч глухой и пока что я леплю женскую грудь на скульптуре, а не считаю что-то на термехе.— Он слишком маленький.— Прежде чем сажать ребенка в карт, я все узнал: врачи не разрешают заниматься гоночным картингом до восьми лет. А нашему пацану десять.— Вы оба загоните меня в могилу.— Не бойся, мамуля—усмехается Егор. —Мишка крутой чел. Я даже не ожидал. Я думал он будет ныть, играть в куклы.— Ну конечно. Мальчик, который в десять лет играет в куклы. У тебя богатое воображение.— Ладно, все, мне пора. Это будет крутой движ. Не переживай. Отвечаю головой. Но счас мне надо тихо. Клим Саныч что-то заподозрил.Рассмеявшись, отключаюсь и кладу телефон на стол. Надо же. У них дела. Нашли друг друга, два оболтуса. То-то Мишка с утра сегодня с этим крашеным заговорщицки переглядывался, поедая мою кашу. Задумали очередной кипиш вместе.Не сразу осознаю, что пара закончилась. Ребята сдают рисунки, и я уже ни о чем не думаю, кроме того что обожаю этих двоих и буду очень-очень ждать их вечером.Какая мне разница, что там будут сплетничать за моей спиной, если я нашла свое счастье? Это просто надо пережить. Еще один неприятный момент.Мы через многое уже прошли. И я не остановлюсь из-за какого-то малолетнего идиота. Путь говорит что хочет, главное, Егору  не рассказывать, а то найдет и прибьет его.

•Актив=глава Следующая глава будет ЭПИЛОГОМ ___________________Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥