есть одна игра

Я сидела, уткнувшись головой в колени, пытаясь осмыслить происходящее. Неужели это будет продолжаться всегда? Данте говорил о критических ситуациях, но сейчас я не могла понять, одна ли это из них. С другой стороны, здесь уже был доктор, и он оказывал помощь. Эти ребята полностью захватили мои мысли, вытряхнули из меня остаточные явления расставания. Образ Грима на руках у Данте снова и снова всплывал перед глазами. Кто мог сделать это с ним?Я не заметила, сколько прошло времени, прежде чем Ди и доктор вышли из комнаты. Ди проводил его к двери, и вскоре в дверном проеме появился Данте, держа подушку и одеяло.— Поспишь в моей комнате или на диване? — его голос был тихим.— На диване, — ответила я, поднимаясь на ноги, ощущая тяжесть в теле.Он кивнул, и я последовала за ним в гостиную.— С ним всё будет в порядке? — мой голос дрожал от напряжения.— Да, — выдохнул Данте. — Поспи, завтра поговорим, ладно?Я лишь кивнула в ответ, и он тихо ушёл, оставив меня наедине с моими мыслями.В гостиной царил полумрак, слабый свет доносился с кухни. Я сняла кардиган и штаны, осталась в майке и укрылась одеялом. Как только голова коснулась подушки, я провалилась в сон. Во сне путалась, бессмыслица, обрывки событий сменяли друг друга, я была в хаосе из сменяющихся снов.Мои сны всегда были яркими но сейчас это напоминало хаос.

Я проснулась от жуткой боли в ноге. Приоткрыв глаза, увидела темную фигуру, сидящую на диване у ног. В комнате пахло кофе, тлеющим деревом и осенней свежестью. Я повернулась на спину — окно было открыто, в камине тихонько трещали поленья и мерцал огонь. Это был Ди, он сидел у меня в ногах, обхватив обеими руками чашку. Его длинные пальцы и острые черты лица сейчас в полумраке выглядели пугающе.— Хватит! Ты меня насквозь прожжешь своим взглядом, — он говорил полушепотом, растягивая слова.Он повернул голову и встретился с моим взглядом.— Мы тебя разбудили? — Это был голос Данте. Я приподнялась — он стоял в дверном проеме.— Нет... я... — Я откинула одеяло и подтянула ноги. На пальцах правой было несколько пузырей, левая просто была красной.— Выглядит хреново... — откуда-то из-за спины донёсся шёпот. Я обернулась — Тики уже подходил ближе.— Схожу поищу что-то от ожогов, — сказал он и пошёл в сторону кухни. — А я-то думал, что это за осколки я собирал вчера тут, — его голос глухо доносился из кухни.Ди встал и подошёл к открытому окну, Данте обошёл диван и сел на полу, опершись о него спиной.— Спрашивай, Карма. Представляю, сколько вопросов у тебя в голове, — добавил он, подняв голову на меня.— С ним всё в порядке?— Да.— Ты не скажешь, кто это сделал?— Мы сами не знаем.— Это карма, повернулась к нему спиной, — с какой-то злостью прошипел Ди у окна.— Кто был тот мужчина утром?— Ты и сама догадалась.— Ясно, — шепотом протянула я.— Хочешь уехать? — он снова поднял на меня голову.Я несколько минут молчала, потому что действительно задумалась об этом.— Вы здорово отвлекаете... от разбитого сердца, проблем. Я даже не помню, чувствовала ли боль от ожога вчера...— Не думаю, что это нормально, — тихо сказал Тики, вошедший в комнату.Он присел рядом с моими ногами, выдавил какую-то мазь на пальцы и коснулся красной кожи. Я издала непонятный звук, не от боли, скорее потому, что не была готова к прикосновению. Он тут же одернул руку.— Больно? — скривил гримасу Тики.— Ты просто слишком быстро сближаешься, Тики, — с какой-то насмешкой в голосе сказал Ди, подходя к дивану.Тики кинул на него взгляд и продолжил. После он забинтовал мои пальцы. Данте встал и тихо поплелся по ступенькам вверх. Я снова встретилась с пронзительным взглядом Ди, захотелось спрятаться, и я нашла под подушкой телефон.На экране висело несколько сообщений от Льюиса.— Ну и куда ты пропала? — Или эта тестостероновая бомба тебя поглотила?Я начала набирать ответ, невольно улыбаясь экрану.— Он тебя трахает?Я вздрогнула, сердце замерло на мгновение. Обернулась, Ди — стоял прямо за моей спиной, слегка склонившись вперед, его лицо было близко, слишком близко. Взгляд его был холоден, но губы вытянулись в странную, почти насмешливую улыбку.Я тут же заблокировала телефон сжав его в руках, выдавила:— Нет!Голос дрожал от неожиданной злости и смущения. Ди чуть прищурился, его губы расползлись в ещё более странную ухмылку, которая будто намеренно провоцировала меня. Не сказав больше ни слова, он развернулся и вместе с Тики, который всё это время молча наблюдал за нами, покинул комнату.Я нехотя оделась и поплелась на кухню. Она была пустой, лишь тихое жужжание кофемашины наполнило тишину. Открыв холодильник, я наугад вытащила йогурт, когда дверца вдруг медленно начала закрываться. Я вздрогнула. За ней стояла Мэри.

— Полнейшая химия, — она выхватила у меня йогурт и протянула черничный. — Вот этот.— Спасибо.— Сегодня идём веселиться! Ты с нами? Есть чёрное платье?— Есть, но что с Гримом?— Он с нами. Нам всем нужно развеяться. Все в чёрном, едем на особую вечеринку.— Ладно, — протянула я.— Покажешь платье?— Сейчас?— Ну да, а что? — она смотрела на меня вопросительно.

Мы направились к моей комнате. Я замерла перед дверью.— Грим же там...— Он уже не спит, — перебила Мэри, открывая дверь.— Привет, мальчики! — звонко сказала она. — Мы вас не потревожим.

Я быстро взглянула на Грима, который, растянувшись на матрасе, смотрел вверх. На кровати устроились Данте, Тики и Ди.

Мэри потянула меня к гардеробной, захлопнув за нами дверь.

— Ну, показывай! — она прислонилась к дверному проему.Я нашла чехол и достала платье, оно было моим любимым и ещё ни разу не надевалось. Тонкая чёрная ткань была буквально полупрозрачной, на тонких бретелях. В области от груди до бёдер было небольшое дополнение из той же ткани. Чед бы точно его не одобрил и сказал бы, что оно слишком прозрачное, мелькнуло у меня в мыслях. Подол струился по полу, для него точно нужны были каблуки.

— О, дьявол! — воскликнула Мэри.

— Всё нормально? — тут же послышался голос Данте.

— О, да! Оказывается, у нашей Кармы шикарный вкус! — крикнула она.

Она покрутила платье в руках.

— То, что нужно! Туфли?

— Да, вот те, — я указала на чёрные лаковые босоножки. Каблук был минимум 11 см, так что они были очень неудобными, но идеально подходили к этому платью. Скорее всего они не будут соприкасаться с местом ожога а это огромный плюс.

Мэри одобрительно кивнула.

— Будь готова к одиннадцати вечера.

С этими словами она передала мне платье и вышла из гардеробной. Я взяла фланелевую рубашку и лосины, закрылась в ванной. Не знаю, как долго я стояла под горячей водой, кажется, в какой-то момент я почти уснула. Меня заставило выйти внезапное выключение света. Я оделась и вошла в комнату, освещая путь телефоном.

— Гроза, — хрипло прошептал Грим, лежавший на матрасе рядом с моей кроватью.

Сразу после его слов раздался пронзительный раскат грома, эхом разнёсшийся по комнате. Я невольно вздрогнула и метнулась к тумбочке. Достала длинные спички и принялась зажигать свечи на прикроватной тумбочке. Спасибо Льюису, он не забыл их и тщательно упаковал в чемодан с хламом.

Я двинулась к следующей свече на кухонном островке, и мой телефон замигал. Звонила тётя. Я скривилась и мысленно выругалась.

Чего она от меня хочет, да ещё и так поздно? Мы не говорили уже пару месяцев точно.

— Да! — ответила я на звонок.

— Привет, как дела? Ты давно не звонила...

— Всё нормально.

— Ты сейчас на громкой связи я с Елис! — сказала тетя. (Елис — старшая дочь тетки, я жила с ней после смерти отца. Это было жуткое время, но, я могла спрятаться в школе и утонуть в менее удручающих школьных проблемах.)

— Привет, Елис , как дела? — спросила я.

— Нормально, — ее голос едва был слышен.

— Слушай, сейчас неудобно говорить, мне пора, — я поспешила закончить разговор.

— Ладно. Звони, не забывай.

— Угу.

Я положила трубку и облегченно вздохнула. Зажгла свечу на кухонном острове и двинулась к тумбочке с другой стороны кровати. Обошла матрас Грима и зажгла еще одну свечу. Комната наполнилась мягким, тёплым светом, и мерцанием фитильков.

— Мама? — тихо прошептал Грим.

— У меня нет родителей, — безразлично ответила я и снова вздрогнула от раската грома.

В комнату влетел Ди. Не обращая на меня внимания, он присел рядом с Гримом, что-то коротко прошептал ему, а затем стремительно поднялся и вышел так же быстро, как появился.

— Карма, — хрипло произнёс Грим. — Да? — отозвалась я, так же тихо, садясь на край кровати и глядя на него. — Я поеду, — он тяжело сглотнул, — с вами. Но... ты можешь быть рядом с ним. Один раз у тебя уже получилось... Он молча скользил взглядом по моему лицу, мне не нужно было объяснений я понимала о чем он говорил.— Ладно, — кивнула я, выдавливая из себя спокойствие. — Я постараюсь.

Оставшуюся часть дня мы провели в полумраке. Я благодарила свои прямые волосы за то, что их не нужно укладывать. Мэри же, из-за своей привычной прически, злилась на грозу — ей пришлось сделать прилизанный пучок, что совсем не радовало ее.

К ужину тот самый парень, чье имя я всё ещё не могла вспомнить, привёз горячую еду и несколько термосов с кипятком. Как и предупреждал Данте, за общим столом никто не сидел: все разбрелись по углам, предпочитая ужинать в одиночестве.

В 10:30 я была уже полностью готова: сделала макияж, надела платье, но внезапно осознала, что не видела мое пальто среди вещей. Не надену же я дутую куртку под такой изысканный наряд?

Я вышла из гардероба, Грима на привычном месте не оказалось. Постукивая каблуками, я прошла в гостиную. Там уже собрались все, кроме Принца и Ди.

— Шикарно! — оценивающе оглядела меня Мэри. — Да, но... мое пальто где-то потерялось во время переезда. — Накинешь моё, — раздался голос Данте. Он встал с кресла, подошёл к небольшому шкафу у двери, достал длинное чёрное пальто и накинул мне на плечи.

Меня тут же окутал его аромат, такой терпкий и уже знакомый.

— Спасибо, — тихо произнесла я. — Все готовы? Тогда пошли! — добавил Данте и помог подняться с дивана Гриму. Они первыми вышли на улицу.

Следом под руку вышли Тики с Мэри, которые тут же устроились на заднем сиденье. С другой стороны Данте усадил Грима, а затем открыл переднюю дверь рядом с водителем, жестом предлагая мне сесть.

Мы ехали в тишине. Через какое-то время Грим подключил телефон, и Данте включил его грустные песни.

— Кажется, Тики и Мэри уснули, — шепнул Данте после десяти минут дороги.

Я лишь кивнула. Ещё немного времени спустя он начал негромко подпевать песне: *Touch me, yeah I want you to touch me there Make me feel like I am breathing Feel like I am human...*

Неожиданно я почувствовала лёгкое прикосновение к волосам. По телу пробежала дрожь. Я наклонила голову, чтобы заглянуть между сиденьями. Грим сидел, уткнувшись лбом в спинку моего сидения и перебирал прядь моих волос между пальцами.

*

Мы вошли в большой дом с огромными окнами, где гремела музыка, а воздух был тяжелым от запаха алкоголя и сигаретного дыма. Мэри схватила меня под руку и уверенно потащила к небольшой барной стойке.

— Два розе с вишней! — кокетливо улыбнулась она бармену.

Мы сели на высокие стулья, но Мэри тут же спрыгнула.

— Жди здесь, я кое с кем поздороваюсь, — сказала она, растворяясь в толпе танцующих.

Мне было душно, хотелось снова вдохнуть холодного свежего воздуха, но я осталась на месте. Сняла пальто, сложила его вдвое и повесила на спинку стула. Бармен поставил передо мной два коктейля с вишенкой. Я попробовала — терпкий вкус вишни, почти не чувствовался алкоголь.

— Вы ведь та самая психологиня, которая живёт с этими богатенькими придурками? — на место Мэри сел высокий мужчина с темными волосами, на вид ему было около 40.

Мое лицо, похоже, выдало отвращение.

— Коллеги должны держаться вместе, — продолжил он, словно не замечая. — Я вас сразу узнал. Мне о вас рассказали. Пришлось работать с вашими... *стервятниками*.

— Я купила диплом, — выкрикнула я, пытаясь быть громче грохота музыки.

Он замер, ошарашенно уставившись на меня. Частично это была правда: два последних курса я почти полностью посвятила себе и работе редактором. Тогда это казалось удачей — я работала с писательницей, чьи книги мне нравились.

— С таким отношением вам не стоит работать с людьми! — добавила я, уже тише. — Как вы вообще тут оказались? Психологов на такие вечеринки не зовут.

— О, я друг хозяина дома, — он наклонился ближе.

— И где же ваш друг?

— Уехал, ему не по душе подобные мероприятия.

"Значит, и тебе пора." — подумала я.

Я подошла к охранникам на веранде.

— Кажется, на вечеринке есть неприглашенный гость, — я указала на мужчину с которым недавно сидела рядом.

К моему удивлению, они лишь кивнули и, как по команде, направились к нему. На секунду что то внутри меня начало ликовать от чувства власти. Я прислонилась спиной к холодной колонне и наблюдала, как они под руки выводили психолога за ворота.

Стало прохладно, хотелось вернуться за пальто, но ноги не двигались, холод от соприкосновения голого плеча и холодного камня периодически заставлял подрагивать. Мысли о разговоре с тёткой и необходимости рассказать о расставании с Чедом раздражали.

— Хорошо, что ты тут, — прохрипел Грим, поднимаясь к ступенькам. — Проследи за ним! Быстрее!

— За кем? — я растерянно обвела взглядом двор.

— За ним! — он указал пальцем на Ди, который мчался куда-то по газону. Грим подтолкнул меня в спину, и я сбежала по ступенькам.

Оглянулась на него, но он лишь кивнул в сторону Ди. Я поспешила за ним настолько быстро, насколько позволяли обстоятельства. Узкое платье стесняло движения, а каблуки постоянно вязли в мокрой траве.

Только сейчас я заметила, что Ди вытирал кровь с лица рукавами рубашки. Он двигался быстро, а я всё никак не могла его догнать. Когда он переступил границу света фонарей, его силуэт едва угадывался в темноте.

Было жутковато идти за явно злым парнем, не понимая, что у него в голове. Чего хотел от него Грим? Зачем просил меня следить за ним?

Я не стала задавать вопросы — ведь ещё тогда, в комнате, Грим попросил мня присматривать за Ди.

Телефон завибрировал в руке, экран замигал. Незнакомый номер. Наверное, кто-то из ребят. У меня был записан только номер Данте, но мой номер знали все.

Я остановилась и ответила:

— Да?

— Привет. Кэти сказала, что вы с Чедом расстались.

Я моментально узнала голос и вздрогнула от злости и отвращения.

— Сдохни уже! Сделай всем одолжение! - кажется эти слова я прокричала.

Я сбросила звонок. Руки дрожали от злости, и я швырнула телефон в темноту.

И тут же об этом пожалела.

— Чёрт! — вырвалось у меня.Я присела, упираясь лбом в колени.

**Ненавижу.** Единственная мысль, которая звучала в моей голове.

Это был бывший муж моей тётки. Я его ненавижу. Позже, может быть, намекну почему, но только намекну. Этой истории можно посвятить отдельную книгу.

Злость бурлила внутри, разрывая меня на части. Хотелось что-нибудь сломать, уничтожить, сжечь.

Щелкнула зажигалка. Звук донёсся откуда-то совсем рядом. Я подняла голову. В нескольких метрах впереди кто-то прикуривал.

— "Сдохни?" — вопросительно протянул знакомый голос.

Из темноты вышел Ди.

Я поднялась на ноги и, нервно поправляя платье, попыталась взять себя в руки.

— Что ты здесь делаешь?

Он остановился в шаге от меня, изучая взглядом.

— Иду за тобой. Грим попросил.

— Попросил что?

— Привести тебя обратно. — Кто это был, Карма?

— Не спрашивай, — ответила я резко, опустив взгляд.

— Ты так кричала в трубку. — Он коротко усмехнулся, но тут же стал серьёзным. — Не парься, найдём твой телефон.

Он вытащил свой и подсветил экраном темноту. Теперь я могла разглядеть его лицо: из брови сочилась кровь, нижняя губа тоже была разбита.

Где-то вдалеке замигал мой телефон.

— Я схожу за ним, — сказал Ди и двинулся вперед, не дожидаясь ответа.

Через пару минут он вернулся, протягивая мне найденный телефон. Мы молча пошли обратно.

Я замёрзла, и обхватила себя руками. В последние время обстоятельства заставляли забывать о физических ощущениях.

У крыльца нас уже ждал Грим. Его лицо растянулось в довольной улыбке.

— И что вы там делали? — спросил он с ехидной интонацией, привлекая внимание нескольких куривших поблизости людей.

Ди промолчал, а Грим хлопнул его по плечу:

— Тебе бы умыться, — добавил он, кивая на его окровавленное лицо. Затем обернулся ко мне: — Всё в порядке?

Я кивнула.

Мы зашли в дом. На пороге Ди снова наклонился к Гриму и что-то шепнул. Грим внимательно выслушал, а затем обернулся на меня. Его взгляд стал каким-то внимательным, оценивающим. Ди тем временем растворился в толпе.

— Нужно выпить, — объявил Грим, кивая в сторону барной стойки.

Я заметила своё пальто, так и оставленное на стуле. Благо, никто его не занял.

Бармен протянул Гриму две бутылки, а мне — четыре бокала. Я быстро накинула пальто и, взяв бокалы, последовала за ним. Мы пробирались через толпу, прошли несколько длинных пустых коридоров и наконец вошли в тихую комнату.

Здесь горел камин, но было прохладно: окна были открыты. Обстановка казалась минималистичной. Возле камина стояли два кресла и столик с шахматами. Стены увешаны картинами. В дальнем углу виднелся письменный стол, но он был совершенно пуст.

В одном из кресел сидел Данте.

— Ты не поверишь, что сделала наша Карма! — Грим, улыбаясь, протянул ему бутылку.

— И что же? — Данте перевёл взгляд с Грима на меня.

Я поставила бокалы на шахматный столик и опустилась в кресло напротив, плотнее закутываясь в пальто.

— Она выгнала психолога с вечеринки! Только отошла за порог, а его уже ведут охранники. — Грим злобно усмехнулся.

Данте тоже усмехнулся, взгляд его потеплел.

— Стерва, — протянул Грим, обращаясь ко мне.

— Спасибо, — парировала я, пожав плечами и улыбнувшись.

— Слышал, Ди? Она на "стерва" сказала спасибо, — Грим снова издал свой характерный злобный смешок.

Я и не заметила, как Ди вошёл в комнату. Он уже успел смыть кровь, теперь держал стакан со льдом у разбитой брови.

Данте молча разлил шампанское по бокалам, протянув их каждому. Ди взял свой бокал и устроился на подлокотнике кресла в котором сидела я.

— За Карму, — поднял бокал он. — Она, кстати, только что кому-то пожелала смерти.

Все взгляды в комнате сразу обратились на меня. Я спокойно чокнулась бокалами с остальными и сделала пару больших глотков.

— Бывшему, что ли? — спросил Данте с прищуром.

— Нет, конечно.

— Ну, рассказывай, как прошло? — Грим повернулся к Ди, проигнорировав мою реакцию.

— Да никак. — Ди пожал плечами. — Сначала нас было трое: я, Принц и он. Потом подтянулась его братва, и нас растащила охрана.

— А где Принц? — Данте поставил свой бокал на столик и лениво откинулся в кресле.

— Поехал в больницу, как всегда переживает за своё личико.

Парни засмеялись, обмениваясь взглядами.

Я не стала спрашивать, что именно произошло. Знала, что услышу тот же ответ: "Не спрашивай".

— Почему шампанское? Мы что-то празднуем? — спросила я, взглянув на Данте.

— Типа того, — небрежно ответил он, пожимая плечами. — Тики покидает нашу компанию. Уезжает с отцом в Австралию.

— Он нам как брат, — добавил Ди, проводя пальцем по краю бокала. — Мы все друг другу роднее семьи.

— Мы-то ладно. Как эту новость воспримет Мери? — хрипло протянул Грим. — Они всю жизнь друг к другу неровно дышат. А поцеловались только тогда, когда ты их заставила... СТЕРВА!

Он нарочито растянул последнее слово по слогам, и я почувствовала на себе их взгляды.

— Сумасшедшая и очень красивая стерва, — прошептал Ди, наклонившись к моему уху.

И в этот момент я её ощутила — ту самую эйфорию. Она схожа с чувством победы или исполнением долгожданного желания. Это был момент, когда ты понимаешь, что кому-то нравишься.

Я не могла вспомнить, когда впервые испытала это чувство, но отчётливо помнила один из таких случаев. Это произошло в колледже. Мы пересеклись с группой, младше нас на год, и нам пришлось взаимодействовать. Один парень из той группы постоянно подмечал мелочи обо мне, делал комплименты, как будто невзначай. А после выходных, увидев моё фото с парнем в соцсетях, подписанное "Я счастлива", он вдруг посмотрел на меня с вызовом.

— Но она счастлива, да? — спросил он друга, а затем, кивнув в мою сторону, решительно подошёл ближе.

— А мне что прикажешь делать? Как выбросить тебя из головы?

Моё сердце пропустило удар. В тот момент мои спокойные отношения с парнем вдруг показались мне слишком тихой гаванью. Его взгляд, полный влюблённости, заставил меня ощутить тот самый взрыв эмоций, который дарит чувство, что ты кому-то нравишься.

— Карма? — Данте выдернул меня из моих мыслей.

— Эм, да?

— Где Мери? Ты же с ней была.

— Да, но как только мы пришли, она меня бросила.

В комнате повисло молчание, нарушаемое только лёгким потрескиванием в камине.

— А где тут туалет? — спросила я, чтобы хоть как-то заполнить паузу.

— Ооо, ты поймёшь, Карма, — ухмыльнулся Данте. — Там всегда очередь.

*

Я уже несколько минут стояла в очереди, которая казалась неподвижной. Ситуация становилась всё более бесполезной, и я решила поискать другой туалет. Осторожно пробираясь через толпу, я огибала целующиеся парочки и безумцев, прыгавших под музыку. Все вокруг, как и ожидалось, были в чёрном — выделялись только бармен, диджей и официанты.

— Ну наконец-то! — Мери возникла словно из воздуха и тут же крепко обняла меня.

Её грудь вздрагивала от рыданий, от нее пахло алкоголем, а руки были влажными от слёз.

— Что...

— Где мальчики? — перебила она меня, прежде чем я успела задать хоть один вопрос.

Я взяла её за руку и повела через толпу. Её макияж размазался, а пальцы дрожали. Меня кажется начало трясти вместе с ней.

Через несколько минут мы уже ехали домой. Я устроилась сзади, потому что Мери до сих пор не отпустила моей руки. По другую сторону от неё сидел Грим. Данте вел машину, а Ди занял переднее сидение.

Мы не забрали Тики, но, кажется, никого это особенно не волновало.

Вскоре Мери опустила голову на мои колени, а Грим аккуратно поднял её ноги и положил их себе на колени. Она продолжала тихо всхлипывать, а я наконец заметила, как грязь облепила мои туфли — гулять по мокрому газону после грозы, конечно, была не лучшая идея.

Мои мысли снова ускользнули к ребятам. Они, как всегда, отрывали меня от моего внутреннего хаоса. Если бы не они, я, наверное, целый день отходила бы от звонка.

"Решая чужие проблемы, так легко забыть о своих", — мелькнуло в голове.

Когда мы вошли в дом, я молча направилась в комнату.

— Стой! Карма, вернись! — голос Мери был злым.

Я обернулась. Все собрались вокруг стола, а Мери забралась на подоконник. Я остановилась, облокотившись на кухонный остров.

— Ты, наверное, думаешь, что я дура, раз так рыдаю...

— Я не...

— Нет! — перебила она меня. — Мы семья, понимаешь? Мы вместе с детства. Залётные бывали, но они не задерживались. Мы — самое ценное, что есть друг у друга. А теперь он решил нас бросить...

Её голос дрогнул, но она продолжила:

— У нас есть одна игра... Мальчики!

Все синхронно подняли одну руку.

— У меня нет одного или обоих родителей.

Все загнули по пальцу.

— От нас всегда требовали невозможного, плевали на наши мечты и ломали нас.

Ещё один палец загнулся. Все смотрели на меня, словно проверяя, пойму ли я. А меня начинало колотить от волнения.

— Нас не любили. Нам никогда не хотелось возвращаться домой.

Очередной палец.

— Мы терпели от родных физическое и психологическое насилие.

Слезы хлынули из глаз Мери, её голос дрожал. Ещё один палец. Грим опустил голову.

— И... сексуальное, — голос её сорвался в шёпот.

Она загнула последний палец. Парни молчали, смотрели в пол.

Я подняла руку. Не раздумывая, сразу загнула все пальцы. Горло сжалось, и предательские слезы наполнили глаза. Мери уставилась на меня, молча плача, а я смотрела в ответ, едва сдерживаясь чтобы не зарыдать.

— Ты же говорила, что у тебя нет родителей? — тихо спросил Грим.

Парни тут же подняли на меня взгляд.

— Нет. Но какое-то время я жила в семье своей тетки, — мой голос сорвался.

Губы дрожали, а всхлипы вырывались сами собой.

Мери рванулась ко мне, оббежав стол, и обняла крепко, будто боялась, что я исчезну. Я обняла её в ответ, пытаясь подавить накатывающую истерику. Я уткнулась в ее плечо чтобы не видеть взглядов парней.

Где-то на фоне раздался звук стула, который резко отодвинули, а потом — глухой удар о стену.

— Пойдемте, — тихо прошептал Данте.

Мы сидели в моей комнате. Я и Мери обнялись и устроились на кровати. Она постепенно успокаивалась, а мои слезы просто беспрерывно стекали по щекам. Грим занял место на своём матрасе, а Данте и Ди сидели у нас в ногах, молчаливо поддерживая наше присутствие. Никто не подниал головы, это была поддержка без слов, все просто были рядом.