Глава 13

Лиана

Рикардо весь вечер суетился возле меня, и я почти совсем забыла о боли. Это было так... непривычно. Я давно не ощущала такой заботы. Конечно, Клэр всегда поддерживала меня, старалась помочь, оберегала. Но это было другое. Совсем другое.

Мне кажется, я начинаю влюбляться в этого мужчину.А ведь не должна.Я его не знаю. Он похитил меня. Всё внутри кричит, что это неправильно... но я не могу это остановить. Тело само тянется к нему, сердце замирает при каждом взгляде. Только разум пытается удержать — он шепчет, что он не тот, за кого себя выдаёт. И от этого становится особенно больно.

Потому что я знаю — если сейчас доверюсь, если позволю себе открыть сердце, то потом будет невыносимо.Мне кажется, с таким мужчиной иначе и быть не может.

Рикардо сказал, что сегодня мы идём на какое-то мероприятие. Благотворительный аукцион.Он упомянул об этом вскользь, будто между делом, и добавил, что вскоре за мной придут люди, чтобы помочь подготовиться. Сам он куда-то уехал, оставив после себя лёгкий запах парфюма и странную, тянущуюся тишину.

Я сижу в столовой, уставившись в тарелку и лениво ковыряя вилкой еду. Аппетита нет. Вообще.Мыслей — слишком много, эмоций — ещё больше. Всё внутри будто сжалось в комок.

Интересно, будет ли там Клэр?..Я так надеюсь. Хочу хотя бы пару минут поболтать с ней, увидеть родное лицо. Услышать её колкий юмор, который всегда как-то умел успокаивать.Из мыслей меня выдёргивает мягкий, чуть взволнованный голос Марты.

— Милая, почему ты не кушаешь? Что-то не нравится? — она подходит ближе, с лёгкой тревогой в глазах. — Давай я передам повару. Скажи, что ты хочешь, и он всё приготовит. Всё, что угодно.

— Нет-нет, всё очень вкусно! Просто... у меня что-то нет аппетита, — я ответила женщине с вежливой улыбкой, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Марта нахмурилась с лёгкой тревогой, но её глаза оставались тёплыми и заботливыми.

— Так нельзя, детка... Ты совсем исхудала. А мистер Рикардо строго-настрого велел следить, чтобы ты ела, — сказала она с такой нежностью, словно говорила не как домработница, а как заботливая тётушка.

Я чуть отвела взгляд, снова взглянув на еду, и едва заметно вздохнула.

— Спасибо, Марта. Правда. Но я сейчас не хочу... А мистеру Рикардо... — я посмотрела на неё, чуть приподняв брови, — скажите, пожалуйста, что я поела. Ладно?

— Ох... Я просто всегда обязана говорить правду. Это моя работа, милая. Иначе — уволят, — с грустью выдыхает она, опуская взгляд.

И вот тут до меня доходит.Вот я дура. Совсем не подумала. Конечно, он может её уволить. Ему это — пара слов, а ей — потеря работы, стабильности... жизни.Из-за меня.

Я спешно поднимаю глаза, пытаясь исправить сказанное.

— Извините! Я не подумала об этом. Тогда... тогда скажите ему правду, — натянуто улыбаюсь, хотя внутри всё сжимается. В голосе — вежливость, а в мыслях — раздражение.

Конечно, опять будет поучительная тирада.Будет смотреть, как строгий учитель, читающий нотации перед классом.Поучитель, блин.

Она тепло улыбается и, забрав тарелки, уходит на кухню.Я остаюсь сидеть за столом, неспешно допивая чай, позволяя мыслям немного утихнуть.

Вдруг в столовую входит Доминик. Его взгляд сразу находит меня, и на лице появляется лёгкая, непринуждённая улыбка.

— Привет! Как дела? — спрашивает он, словно между прочим, но в голосе слышится искренний интерес.

— Привет, нормально. А у тебя? — отвечаю, стараясь улыбнуться в ответ.

В глубине души мелькает мысль: может, стоит завести здесь друзей?Доминик не кажется таким уж плохим человеком. Конечно, он предан Рикардо, но... кто знает? Может, именно с ним можно будет найти общий язык.

— Тоже. Скоро придёт Тони, — говорит Доминик, — он сделает тебе макияж и причёску, а ещё подберёт наряд.

— Хорошо. Доминик, можно задать вопрос? — я с надеждой смотрю на него.

— Давай, — он проходит чуть дальше в комнату и садится на стул рядом со мной.

— Клэр будет на мероприятии? Я очень хочу её увидеть, — говорю, пытаясь скрыть в голосе лёгкое волнение.

Доминик улыбается, и в его взгляде появляется мягкость.

— Будет, — отвечает он. — Она тоже каждый день за тебя спрашивает.Потом с лёгкой ухмылкой добавляет: — Скажи, у неё всегда такой вредный характер?

— Нет, ты что? Она ангелочек, — смеюсь, пытаясь развеять его сомнения.

— Ангелочек? — он пробормотал себе под нос, — настоящий демон.

Я не удержалась и рассмеялась ещё громче. В этот момент в комнату вошла Марта и сообщила, что Тони уже здесь.

Мы с Домиником встаём и направляемся в коридор. То, что происходит дальше, вбивает меня в ступор.

Передо мной стоит парень лет двадцати пяти — блондин с идеально уложенной укладкой. Высокий и крепко сложенный, но на фоне Рикардо он всё равно кажется чуть меньше. Его лучезарная улыбка озаряет всё пространство — во всю ширину, на все 32 зуба.

Он одет в ярко-голубую гавайскую рубашку и белые брюки, а на шее — шарфик, переливающийся всеми цветами радуги, словно радужный акцент в его образе.

Как только он меня замечает, его лицо загорается ещё ярче, и он тут же бросается обнимать меня, словно давно ждал этой встречи.

— Господи! Какая же красотка! Святые бананчики! — Тони отступает на шаг, улыбка растягивается до ушей. — Вы что, с обложки журнала сбежали, девушка?

Я бросаю взгляд на Доминика, и он, не отводя глаз, с укоризной и предупреждением смотрит на Тони.

— Тебе конец, Тони, — тихо, сдержанно, но с явным подтекстом угрозы произносит он, словно борясь с желанием выругаться при мне.

— И я тебя рад видеть, мальчик мой! — с надутыми губами парирует Тони, делая вид, что не боится, — Почему сразу такие выводы?

— Удачи тебе, когда встретишь Рикардо, — улыбнулся Доминик, и в его взгляде мелькнула лёгкая насмешка.

Я посмотрела на него с непониманием, пытаясь разгадать смысл этих слов.

В этот момент Тони, стоявший рядом, закатил глаза и раздражённо махнул рукой в сторону Доминика, словно посылая его прочь: «Отвали».

Я еле сдержала смех — этот парень мне уже начал нравиться.

Он снова смотрит на меня, и его глаза мягко встречают мой взгляд. Медленно протягивает руку вперед.

— Привет! — говорит с теплой улыбкой, которая будто светится изнутри. — Я Тони.

— Привет! Я Лиана, — отвечаю, чувствуя, как на лице появляется улыбка. Протягиваю ему руку, и он бережно принимает её в свою ладонь. Его губы нежно касаются моей руки в лёгком, почти игривом поцелуе.

Доминик стоит рядом, отворачивается и тихо бормочет себе под нос. Я прислушиваюсь и понимаю каждое слово:

— Ты труп, Тони...

Парень сразу же берёт меня за руку и ведёт на второй этаж, не давая ни секунды передохнуть. Другой рукой он подзывает помощников, которые несут целую гору ящичков, чехлов с платьями и бесчисленное множество коробок.

Господи...Что со мной будут делать?

Тони мягко усаживает меня в удобное кресло перед большим зеркалом с яркой подсветкой. Вокруг него расставлены аккуратные ящички, из которых словно разливается целый океан косметики — помады, тени, кисти, тональные кремы, румяна и многое другое. Я не могу сдержать удивления и широко раскрываю глаза, глядя на это изобилие. Здесь есть буквально всё — для каждого штриха, каждой детали моего образа.

Тони ловко берёт кисть и начинает аккуратно наносить тональный крем на моё лицо, рассказывая, для чего нужен каждый продукт. Его движения уверенные и мягкие, словно художник, создающий картину.

— Расслабься, Лиана, — улыбается он. — Скоро ты будешь выглядеть потрясающе.

Я замечаю, что Доминик стоит в углу, наблюдая за процессом с серьёзным и сосредоточенным взглядом.

В этот момент вокруг словно стихают все звуки, и я позволяю себе на время забыть обо всём, погружаясь в ощущение спокойствия и заботы.

Тони с невероятной скоростью и точностью делает макияж, попутно комментируя каждое своё действие:

— Эти румяна просто созданы для твоих щёчек. Боже, ты же золото, а не девочка.

Я невольно смеюсь. Его энергия — заразительна, а комментарии греют куда-то глубже, чем просто на поверхности кожи.

Пока он колдует над моей внешностью, я незаметно ловлю своё отражение в зеркале. Я почти не узнаю себя. В хорошем смысле. Словно смотрю на кого-то другого — сильную, уверенную девушку. Или, может, на ту, какой мне только хочется быть?

— Не смотри пока! — смеётся Тони, мягко разворачивая зеркало в сторону. — Это будет сюрприз. Финальный штрих — причёска и наряд, и ты готова сразить всех наповал.

Он возится с моими волосами уже минут тридцать, точно колдует — сосредоточенный, аккуратный, весь в процессе. Потом наконец-то переходит к причёске.

— Ну что, рыжая богиня, что сегодня творим? — улыбается он, обходя кресло и вставая прямо передо мной.

Господи, сколько же в нём энергии. От него просто фонит каким-то светом, позитивом — он будто заряжает меня одним своим присутствием. Кажется, он... ну, эм... особенный. Думаю, ему не нравятся девушки.Я тут же краснею. Щёки вспыхивают.

— Я как-то видела одну причёску, — говорю, чуть неуверенно. — Высокий волнистый хвост, а у лица — пара прядок. Может, это и обычный вариант, но...

— Обычный? Это же шикарно, девочка моя! — радостно перебивает он. — Сейчас же делаем!

Он быстро берёт всё, что нужно: расчёски, плойку, лак, резинки, заколки — целый набор инструментов волшебника.

И начинается работа. Минут сорок он колдует над моими волосами: ловко, уверенно, с полной отдачей. Локоны послушно укладываются, хвост получается высокий, объёмный, с лёгкими волнами. Пряди у лица падают мягко, как я и хотела.

Я смотрю на себя в зеркало — и не могу сдержать улыбку.

— Лиана! Боже мой! Какая ты конфетка! Я просто таю! — Тони искренне улыбается, будто и правда не может наглядеться. Его глаза светятся восторгом. — Так, теперь финальный штрих! Заносите!

Он выкрикивает это почти театрально, и в комнату закатывают большую стойку с платьями. Их, кажется, не меньше пятнадцати... а может, и больше. Я сжимаю губы — очень надеюсь, что они не все куплены и то, что я не выберу, вернётся обратно в магазин.

— Ну что, душа моя, выбирай! — с азартом говорит Тони, делая широкий жест в сторону одежды, как будто это сундук с сокровищами.

Я медленно подхожу ближе, проводя пальцами по тканям. Бархат, шёлк, сатин... Каждое платье — как отдельная история. Здесь есть всё: от нежных пастельных тонов до глубоких тёмных оттенков. Глаза разбегаются.

И вдруг я замираю.

На краю стойки висит графитовое платье. Длинное — кажется, подол будет скользить по полу, оставляя за собой шлейф. Верх уходит на одно плечо, оставляя второе открытым. В области талии и декольте поблёскивают аккуратные блёстки — не кричаще, а тонко, как россыпь звёзд на ночном небе. Но главное — высокий разрез на бедре. Очень высокий.

Я невольно округляю глаза. Оно выглядит смело. Дерзко. Но при этом в нём есть грация, изящество и какая-то почти королевская элегантность.

— Вау... — вырывается у меня шёпотом.

— Ну что, красавица, выбрала? — улыбается Тони, глядя на меня с ожиданием.

— Да... — киваю я и снимаю платье со стойки. Оно немного тяжёлое, и ткань приятно ложится в руки. Я ухожу в ванную, чтобы переодеться, но вдруг замираю.

На столешнице лежит аккуратная коробка, перевязанная чёрной лентой. Я медленно подхожу. Что это? Кто положил? Может... Рикардо?

Осторожно развязываю ленту и открываю крышку. И в ту же секунду сердце будто делает скачок.

Это нижнее бельё. Чёрное, кружевное... и очень откровенное. Практически прозрачное. Я сглатываю и провожу пальцами по ткани — оно мягкое, нежное, дорогое на ощупь.

На дне — записка. Я беру её и читаю:

Если ты выбрала платье, к которому не подойдёт этот цвет, не переживай — в гардеробной есть целая палитра такого белья, искорка.P.S. Очень жду, когда мы вернёмся с этого мероприятия домой... и я сниму с тебя всю эту ткань.Надеюсь, ты не забыла, какую ночь мне должна.Твой Рикардо.

Я застываю, сжимая записку. Щёки тут же заливает жар. Он точно умеет выбирать момент.

Я закусываю нижнюю губу и начинаю переодеваться. Платье ложится по фигуре идеально, как будто было сшито специально под меня. Чувствую, как с каждым движением по телу пробегают лёгкие мурашки — от волнения, от вида белья, от самой ситуации.

Проходит около десяти минут. Я глубоко вдыхаю, собираюсь с духом... и выхожу из ванной.

Мгновенно слышу восторженный писк.

— Богиня! Боже мой, детка, это сидит на тебе просто безумно идеально! — восклицает Тони, глядя на меня с сияющей улыбкой.

Я неловко улыбаюсь, смущённо отводя взгляд. И тут...

Резкий грохот. Дверь в комнату распахивается с такой силой, что ударяется о стену.Я вздрагиваю.На пороге стоит Рикардо. И он зол.

Глаза тёмные, лицо напряжено, челюсть сжата. В комнате будто стало душно — как будто воздух натянулся, и с каждой секундой становилось всё труднее дышать.

— Тони, — голос звучит низко и угрожающе, словно рвётся сквозь ярость, — у тебя есть три секунды, чтобы выйти отсюда. Или я сделаю так, что ты навсегда распрощаешься со своей драгоценной деткой, что у тебя между ног.

Он не кричит — но в этой тихой, хриплой угрозе куда больше ужаса, чем в любом крике.

Тони бросает испуганный взгляд на Рикардо, но, как обычно, не может удержаться от комментария:

— Какой ты бука, Рикардо. Запишись к психологу, псих, — бурчит он с усмешкой.

Но, заметив, как Рикардо делает шаг в его сторону, он тут же срывается с места и выбегает из комнаты.

Когда дверь захлопывается, я зло смотрю на этого мужчину.

— Ты вообще нормальный? Что ты творишь? — резко говорю, — Нельзя так с людьми! Тони хороший, между прочим.

Я вскидываю подбородок и скрещиваю руки на груди. Платье, конечно, не добавляет строгости, но мне плевать — он перегнул.

Рикардо медленно идёт ко мне, шаг за шагом, как хищник. Его взгляд скользит по мне с ног до головы, пристальный, тяжёлый, будто прожигает насквозь.

— Ты моя Лиана, — голос Рикардо становится хриплым, почти рычащим. — И я не позволю, чтобы даже самый конченный педик называл тебя «деткой», а тем более обнимал или целовал руки!

В его словах слышится ярость, огонь, который нельзя потушить.

— Нельзя так относиться к человеку из-за своей тупой ревности! — пытаюсь возразить я. — Он был мил ко мне и не больше. К тому же ты не... — Но меня резко прерывают.

Рикардо хватает меня за затылок и резко притягивает к себе, губы накладываются на мои без малейшей нежности. Это не ласка — это наказание, требование повиновения.

Его язык легко проникает в мой рот и начинает медленно исследовать нёбо. Я мгновенно расслабляюсь и теряюсь в этом ощущении. Вторая рука скользит к моей талии и крепко прижимает меня ближе к себе.

Он кусает мою нижнюю губу — лёгкий, но собственнический укус — и я невольно стону ему прямо в губы, отдаваясь этому сладкому и в тоже время жестокому волнению.

Рикардо медленно отстраняется, оставляя наши губы ещё на секунду соприкоснувшимися в тихом, глухом причмокивании. Его дыхание горячее и прерывистое, а глаза пылают напряжением.

— Нам нужно остановиться, — шепчет он низко и серьёзно, — иначе мы ни на какое мероприятие не поедем.

Я киваю, соглашаюсь, чувствуя, как сердце всё ещё бешено колотится, но разум возвращается в своё русло.

Только сейчас он внимательно рассматривает моё платье. Взгляд медленно скользит по силуэту, задерживаясь особенно долго на высоком разрезе на бедре... и на вырезе. В его глазах — что-то тёмное, тяжелое, почти опасное.

— Чувствую, сегодня не обойдётся без трупов, — бурчит он себе под нос.

— Что? — удивлённо поднимаю брови, не до конца понимая, всерьёз он или шутит.

— Ничего, искорка. Поехали, — уже спокойнее отвечает он и берёт меня за руку.

Мы выходим из комнаты, рука в руке. Я чувствую его тепло, его силу... и совсем не подозреваю, что будет дальше.

Не догадываюсь, что вскоре разобьюсь в дребезги. Настолько, что собрать себя обратно окажется куда труднее, чем я могла представить.

Вот и тринадцатая глава!Пожалуйста, не забывайте оставлять комментарии, ставить звёзды — мне это очень важно.А ещё заглядывайте в мой телеграм-канал Sofi_Belotti, там я делюсь спойлерами к будущим главам и показываю, как выглядят герои.