19 глава

Лалиса

Мой желудок болел от переизбытка газировки и нервов. Я итак была на взводе с той секунды, как надела джерси Джоша, но напряжение распространилось подобно лесному пожару в ответ на убийственное выражение лица Чонгука, когда он все понял.

Прозвучал звуковой сигнал, и люди потянулись к выходу с арены, чтобы перекусить и сходить в туалет, в то время как я оставалась приклеенной к своему уютному и безопасному месту.

— Милая, ты встаешь? — Мама что-то печатала в телефоне, отвечая на рабочие письма, несмотря на позднее время.

— Нет, не собиралась.

— Ты не могла бы захватить бутылку воды? Мне нужно принять тайленол, — попросила она меня.

Конечно, я не могла отказать. У мамы часто болела голова во время игры после напряженного дня в агентстве недвижимости, где она работала. Я кивнула и неохотно встала.

Ева сегодня работала в закусочной, так что я была одна. Где, черт возьми, я набралась смелости надеть джерси Джоша, я понятия не имела, но подозревала, что она проистекала из гнева, который зрел во мне все выходные.

Чонгук вывернул меня наизнанку своими ласками в комнате Беккета. В тот момент я испытывала к нему самые разные чувства: слабость, нежность, всепрощение. А затем выяснилось, что он добился своего манипуляциями. Я была в ярости, обижена и да, возможно, немного расстроена. И вот она я, увлеченная парнем, который терроризировал меня и просто играл с моими эмоциями, да и с моим телом тоже, когда считал нужным.

Мой разум рассудил, что, поскольку Чонгук всего лишь играл со мной, его не должно волновать, чей джерси я ношу. По выражению его лица и тому, как он цеплялся к Джошу на протяжении игры, я быстро поняла, что ошиблась. По какой-то причине это волновало его. Я должна была извиниться перед Джошем. Бедный парень не сделал ничего плохого, а из-за меня у него еще пару недель будут синяки.

Я достала бутылку с водой для мамы из торгового автомата возле катка и направилась обратно к нашим местам. Проходя мимо женского туалета, я нырнула внутрь. Я была физически неспособна пройти мимо туалета без необходимости воспользоваться им.

Внутри было еще несколько девушек, и одна или две бросили любопытные взгляды на мой свитер, когда я направилась к кабинке. Отлично, в своем стремлении восстать против Чонгука я заставила всех подозревать, что встречаюсь с Джошем.

Блестящая идея, Лиса. Браво.

Я как раз закончила, когда возле кабинки началась суматоха.

— Прошу прощения! Это женский таулет! — взвизгнул кто-то.

— Мне все равно. Убирайтесь сейчас же.

Голос Чонгука был полон глубокой,пронзительной ярости, которая, похоже, была направлена прямо на меня.

Послышалось хлопанье дверей, бормотание и шепот, а затем главная дверь захлопнулась, и мы остались одни. Я стояла в кабинке, застыв от напряжения, прислушиваясь к малейшему звуку.

— Выходи, Лалиса, если не хочешь быть ответственной за сломанную дверь.

Его голос звучал совсем рядом с моей кабинкой. У меня перехватило дыхание, сердце бешено заколотилось, а ладони покрылись потом.

Твою ж мать. Зачем я бросила ему вызов?

Внезапный удар по двери сотряс весь ряд кабинок... Дерьмо. Он не шутил.

— Ладно, я выхожу, не нужно ломать вещи, как неандерталец, — пробормотала я, открывая замок.

Едва я успела отступить назад, как дверь с грохотом распахнулась, и Чонгук вторгся вкрошечное пространство. Он не выпустил меня, а вместо этого вошел сам. Парень почти не помещался со всей своей экипировкой. Он занял все пространство, и все, что я могла сделать, — это смотреть на него, когда он прижал меня спиной к стене.

— Что, блядь, по-твоему, ты делаешь? — требовательно спросил он.

— Я могла бы спросить тебя о том же. Разве тебе не нужно играть? Тренеру не понравится, что ты торчишь здесь во время перерыва. — Попытка заставить его волноваться по поводу игры была в лучшем случае слабой, но сейчас у меня не было других средств защиты. — Кроме того, стычки в собственной команде тоже не одобряются, о чем, я уверена, ты знаешь.

— К чему ты ведешь?

Разъяренное лицо Чонгука было всего в нескольких сантиметрах от моего, его глаза впились в меня, как колючки, словно он хотел разорвать меня на куски.

— К тому, что оставь Джоша в покое, он не заслуживает твоих атак.

Чонгук рассмеялся, но в его смехе чувствовалась опасность.

— Тебе стоит быть осторожной, защищая этого парня передо мной прямо сейчас.

— Почему?

— Потому что я могу решить, что ты не просто пытаешься разозлить меня, а между вами действительно что-то происходит, и это не пойдет на пользу Джошу.

— Почему? Что ты сделаешь? Ты не можешь драться с ним, тебя вышвырнут изкоманды!

— Я не буду утруждать себя дракой. С ним просто произойдет несчастный случай... и,если ему повезет, то потеря способности играть будет единственной его проблемой.

Он выглядел таким невозмутимым, пока непринужденно угрожал безопасности Джоша. Это было до чертиков страшно.

— Чонгук, будь серьезен, ты не можешь... — начала я, мое сердце подпрыгнуло к горлу.

— Я могу делать все, что захочу. Я уже неоднократно делал все, что хотел, и сломать кому-нибудь ногу было наименьшим из этого. Не испытывай меня, Лалиса. Ты не знаешь, на что я способен, и не хочешь знать, — тихо сказал он, наклоняясь ближе ко мне. — После того, что мы разделили прошлым вечером, я не потерплю, чтобы кто-то вставал между нами, это понятно? Поскольку тебя, похоже, не волнует, что я могу обнародовать записи в твоем дневнике, тогда подумай о безопасности Джоша и не рискуй им.

— Ты ожидаешь, что я поверю, что «то, что мы разделили» было таким особенным для тебя? Ты столкнул меня в бассейн! Ты все это организовал! — Мое обвинение бесполезно разбилось о его каменную решимость.

Он кивнул, ничуть не раскаиваясь.

— Я бы сделал это снова, и даже гораздо хуже, чтобы ты оказалась там, где я хочу. Я уже неоднократно говорил тебе. Хватит. Испытывать. Меня.

Прежде чем я успела ответить, вдалеке раздался сигнал, приглушенный дверью уборной. Перерыв закончился. Меня буквально спас звонок.

— Не радуйся. Я с тобой еще не закончил, — внезапно заявил Чонгук.

Прежде чем я успела остановить его, он дернул свитер Джоша вверх. Я пыталась бороться, но мои руки были бесполезны против его превосходящей силы. Он стянул джерси через мою голову и скомкал в руке, оставив меня в одном лишь бледно-розовом лифчике.

Чонгук опустил глаза, сосредоточив внимание на моей груди. Я проследила за его взглядом. Мои соски были отчетливо видны сквозь полупрозрачное кружево, и, что хуже всего, они были твердыми. Спорить с Чонгуком в таком ограниченном пространстве, пока он возвышался надо мной в свой форме... мое тело не могло этого вынести. В конце концов, я была всего лишь человеком, но прямо сейчас моя непроизвольная реакция на него была чертовски неловкой.

Я подняла голову и отвела глаза, когда встретила его насмешливый взгляд.

— Здесь холодно, — пробормотала я.

Его смешок прошелся по моей коже, как мягкий бархат.

— Нет, совсем не холодно, но можешь использовать это как оправдание, я не против.

Его рука потянулась к моей груди и коснулась соска. Я не могла оттолкнуть его, это было чертовски приятно. Затем он ущипнул чувствительный кончик, и я ахнула.

— Это за то, что ты была плохой девочкой, Веснушка. Позже я поцелую его, чтобыстало лучше.

Я вздернула подбородок, понимая, что дерзость — мое единственное оружие прямо сейчас.

— Верни мне свитер.

Он хмыкнул и отступил назад, позволяя столь необходимому кислороду проникнуть в мою затуманенную голову.

— Ты не будешь носить ни его номер, ни чей-либо еще, кроме моего.

— Ты такой мерзавец. Я лучше выйду туда голой, чем с твоим номером на спине.

Его ответная ухмылка остудила мою кровь.

— Тогда позволь мне исполнить твое желание. Похоже, что до конца игры тыпросидишь здесь.

Его рука дернулась прежде, чем я успела остановить его, и он с идеальной точностью швырнул джерси Джоша в унитаз.

— Мудак!

Я бросилась за ним, но было уже поздно: он упал прямо в воду и промок насквозь.

— Верно. Я тот мудак, который владеет тобой. Больше не забывай об этом.

Я выпрямилась и уставилась на него, когда он открыл дверь кабинки и каким-тообразом протолкнул наружу свои огромные плечи. Через мгновение дверь уборной закрылась, и воцарилась звенящая тишина.

Я осторожно вытащила свитер Джоша из унитаза. С него капало мне на руки. Я немогла выйти в одном только лифчике, а джерси весь промок. Мне придется постирать и высушить его, прежде чем я смогу вернуть его Джошу или хотя бы надеть, чтобы выйти отсюда.

Я стиснула зубы, жалея, что не достала мокрый свитер и не швырнула им в Чонгука, прежде чем он исчез.

***

Мне потребовалась целая вечность, чтобы заснуть той ночью. Ярость на Чонгука боролась с напряжением в моем теле.

Каждый раз, когда он прикасался ко мне, он что-то ломал в моем сознании. Я хотела его. Я ненавидела его. Большую часть времени я понятия не имела, что происходит между нами, но если дело закончится обвинением в убийстве, у меня была реальная возможность избежать наказания, используя невменяемость как тактику защиты. Этот парень сводил меня с ума.

Хуже того, каждый раз, когда Чонгук злил меня, он только глубже проникал в мое подсознание, как яд.

Эта ночь ничем не отличалась. Мне снилось, что он был со мной в постели, придавливал своим тяжелым весом, а мои трусики медленно сползали вниз. Я лежала на животе, и прохладный воздух покалывал кожу на заднице. Мои сны становились все более подробными. Его руки обхватили мои ягодицы и раздвинули их, открыв его взору обе мои дырочки.

Большой палец прошелся по моей щели вверх, рывком разбудив меня. В моих снах никогда не было анальных игр, никогда. У меня просто не было такого богатого воображения.

Мои глаза резко открылись в темноте комнаты, и я поняла, что призрачный кончик пальца, обводящий мою задницу, вовсе не был плодом моего перегретого подсознания. Он был очень реальным и очень, очень толстым.

— Какого черта ты делаешь? — я заорала на него шепотом.

Чонгук был большой тенью у моих ног, луч лунного света падал на его обнаженный торс, освещая каждую рельефную мышцу на идеальном прессе.

— Напоминаю тебе, чья это задница, — пробормотал он в ответ и с силой опустил руку на мою ягодицу.

Треск был похож на выстрел. Я чуть не скатилась с кровати. Только его огромная,неподвижная рука, обхватывающая мое бедро, удержала меня на месте.

— А теперь заткнись нахрен, как хорошая девочка, и перестань притворяться, что тебе это не нравится. Обманщиц шлепают.

Волна жара прошла сквозь меня, когда рука вернулась к узкой дырочке, а его колени раздвинули мои ноги еще шире. Я лежала лицом вниз, распростертая перед ним, и все, о чем я могла думать, — это о том, что он прав.

Мне действительно это нравилось. Очень. Хотя всего несколько часов назад я была так зла, что легко оторвала бы ему голову, сейчас мое тело плавилось на простынях. Я была такой податливой, что просто смешно. В этом и заключалась опасность того, что в восемнадцать лет не имеешь буквально никакого опыта... принимать ужасные решения, как только находишь кого-то, кто заставляет тебя чувствовать хоть что-то. Гнев, страх, ненависть и любовь — все эти эмоции, казалось, перетекали друг в друга. Я не могла их различить, да в тот момент и не хотела. Я просто хотела снова почувствовать себя свободной, хотя бы на секунду, и не заботиться о последствиях.

Его палец вошел в меня, и я выгнула спину навстречу ощущениям. Большой палец нашел мой клитор, и Чонгук стал тереть его, одновременно трахая меня указательным.

Я быстро оказалась на грани. Это было слишком похоже на мои сны, чтобы остановиться. Как раз в тот момент, когда я подумала, что сейчас кончу, он остановился, и другой рукой сильно шлепнул меня по заднице.

— Эй, — зашипела я на него, разочарование из-за сорванного оргазма пульсировало в моих венах.

— Это за джерси, — строго сказал он, а затем его пальцы снова задвигались внутри меня, и жжение от шлепка исчезло, когда удовольствие поднялось во мне.

И снова, как раз когда я собиралась кончить, он остановился и вместо этого шлепнул меня по заднице. Предвкушение новых ударов лишь усиливало удовольствие. Это было приятно. Просто потрясающе. Я никогда не смогла бы признаться в данном позорном факте, иначе рассыпалась бы в прах и исчезла навсегда.

— Это за то, что держала его гребаную руку, — сказал Чонгук, снова вводя в меня пальцы.

С меня капало, мои собственные соки стекали по бедрам. Я никогда не была такой мокрой и так отчаянно хотела кончить.

— Ладно, я поняла. Мне жаль, ладно? Прости. Просто позволь мне кончить, — взмолилась я, прижимаясь к нему попкой, пытаясь получить свой оргазм.

Чонгук издал звук сочувствия.

— Мне бы хотелось, чтобы все закончилось так быстро, Веснушка, но в следующий раз не совершай преступления, если не можешь выдержать наказание. — Он наклонился так, что его горячее дыхание опалило мне ухо. — Мы только начинаем.