Глава 6

Стейси сообщила мужчинам, что с Анной все было хорошо. И успокоила их тревоги по поводу возможного изнасилования. У всех было множество вопросов, в особенности у Чарли, Бена и Уайта. Стейси не смогла ответить на все, но точно поняла, что троих Кантреллов влекло к Анне. Они каждый день справлялись о ее самочувствие, а в свободное время навещали. Сама же Анна, казалось, удивилась, что у нее оказались сломаны два ребра и еще пять из них были с сильно ушиблены. Неудивительно, что она слегла с лихорадкой из-за этой ужасающей боли. Все были поражены силой ее духа, ведь далеко не каждый смог бы лететь на самолете и добраться до Техаса с такими травмами. Проходили недели, и синяки на лице Анны начали исчезать. А с небольшим макияжем вообще стали едва заметны. Кто-то зашел на кухню, и звук шагов, выдернул Стейси из задумчивости. — Доброе утро, – поприветствовала Анна, затем подошла к кофеварке и налила себе чашку. — Доброе утро. Как твои ребра сегодня? – с улыбкой поинтересовалась Стейси, и отхлебнула кофе из своей кружки. — Болят, но учитывая, что прошло всего три недели, думаю, они еще поноют какое-то время. Стейси наблюдала за Анной, пока та медленно садилась на стул за кухонным столом. Казалось, Анна о чем-то сильно задумалась, но затем все же решилась высказаться: — Как насчет того, чтобы сегодня прогуляться и взглянуть на реку? – спросила Анна. Стейси тяжело сглотнула. Она подозревала, что Анна созрела и готова поделиться с ней случившимся в Нью-Йорке. Все это время Стейси была очень терпелива, и игнорировала мужчин, которые постоянно торопили ее получить от Анны больше информации. Она бы никогда так не поступила с подругой. Ведь это была история жизни Анны, и Стейси не желала потерять ее доверие. — Если ты так решила, то я упакую обед, и мы утроим себе пикник. — Звучит прекрасно, но не уверена, что если развалюсь на одеяле, то потом смогу подняться. Меня воротит только от одной мысли вновь испытать эту боль, – хмыкнула Анна, и сморщила нос. Стейси улыбнулась. — Не беспокойся, на берегу есть стол. Мы часто устраиваем летом пикники у реки. Вот увидишь, через несколько недель, станет намного теплее. Весной здесь бывает немного прохладно. — На ранчо очень хорошо и тихо. Тебе повезло называть это место домом. Стейси села рядом с Анной и сжала руками ее ладони. — Теперь это и твой дом. Анна опустила взгляд на стол. — Я не хочу навязываться и затягивать с визитом. Как только мне станет лучше, я решила, что уеду. Анна подняла глаза, и Стейси могла поклясться, что заметила в них грусть. Стейси быстро обрела контроль над своими эмоциями, и погладила руку Анны. — У нас впереди еще много времени, чтобы обсудить этот вопрос, так что не принимай поспешных решений. Стейси поднялась со стула и поставила чашку в раковину. Затем вымыла ее и убрала в стеллаж для сушки. *** Анне стало грустно. Ей не хотелось оскорблять или отталкивать Стейси, но видимо именно так она только что и поступила. — Прости, – прошептала Анна, когда Стейси отвернулась от нее и уставилась в окно. — Тебе не за что извиняться. — Есть за что, Стейси, – Анна глубоко вздохнула, и на ее глаза навернулись слезы. — Я чувствую себя такой... оцепеневшей, – призналась Анна. Стейси сразу же к ней повернулся. — Эта боль... ее так много внутри меня, – Анна закрыла лицо руками и заплакала. Она ненавидела в себе все без остатка. Ненавидела чувство ничтожности и бесполезности. Даже ее родной отец, от нее отказался. Стейси потянула Анну за руку. — Скоро станет легче, Анна. Обещаю, чем дольше ты пробудешь здесь, чем скорее начнешь новую жизнь, тем лучше у тебя пойдут дела. Я люблю тебя. Стейси и Анна резко обернулись, когда услышали скрип половиц. На пороге стоял Чарли и щурил глаза с озабоченным выражением на лице. — Все в порядке? – спросил он, и Анна тут же отпрянула от Стейси, вытирая слезы. — Просто девчачья болтовня, – ответил Стейси, затем встала и направилась к раковине. — Что-нибудь выпьешь, Чарли? — Нет, Стейси, это лишнее. Я пришел проведать свою девочку Анну, – Чарли широко улыбнулся, и Анна вновь почувствовала странный трепет в животе. Он был очень симпатичным парнем, ковбоем, и, скорее всего, за ним бегали толпы женщин. Эта мысль вызвала в Анне вспышку ревности. Какая же она дура. Цеплялась за воображаемое влечение, хотя он только помог с перевязкой ее ран. Ей нужно было срочно перестать мечтать об этом мужчине. — Я в порядке, Чарли, и очень ценю то, что ты помогаешь мне с моими травмами. Но, я больше не... нуждаюсь в помощи. У тебя есть важная работа на ранчо и... я не твоя девочка. Я вообще не девочка... я... Анна умолкла, так как произносила то, что совсем не собиралась. Зазвонил телефон, и чтобы ответить Стейси пришлось выйти из комнаты. Чарли сразу же ринулся к Анне и уселся рядом. Затем снял ковбойскую шляпу и, положив ее на стол, посмотрел Анне прямо в глаза. Медленно, Чарли потянулся к ее лицу и смахнул выбившуюся прядь волос с ее лба. Затем погладил большим пальцем ее нижнюю губу и улыбнулся. — Мне нравится называть тебя своей девочкой. Она отвернулась и опустила взгляд на свои колени. — Посмотри на меня, Анна, – прошептал он, затем обхватил ее подбородок и повернул к себе лицом. Несмотря на то, что у Чарли были длинные и грубые пальцы, само касание оказалось очень нежным. Анна посмотрела в его глаза, и от того насколько он находился близко, ее сердце застучало с новой силой. — Мне нравится о тебе заботиться, и да, у меня есть обязанности, но, тем не менее, я могу позволить себе навещать тебя тогда, когда захочу. Уверен, Бен и Уайт считают также. Мы заботимся о тебе, поэтому тебе бы лучше привыкнуть к этому как можно скорее. Анна покачала головой. — Я не собираюсь оставаться здесь. И как только восстановлюсь, то уеду. — Нет, не уедешь. Ты останешься прямо на этом ранчо в Перле. — Ты не понимаешь. Я не хочу навязываться, и я не принадлежу этому месту. Тем более я не уверена, а если они все же придут... – Анна быстро закрыла рот и попыталась отстраниться. Но Чарли ее не отпустил. — Ты не уверена, придут ли – кто? – эхом разнесся по комнате глубокий голос Уайта. Анна сразу заметила мундир, и ее глаза наполнились слезами. Она отстранилась от Чарли и встала. Чарли в свою очередь тоже вскочил на ноги и немедленно притянул ее в свои объятия. Анна с трудом сглотнула. Последнее, что ей сейчас было нужно, это разговор с шерифом о мужчинах из Нью-Йорка. Это все равно, что нарисовать на своем лбу мишень. Нет. Она должна сохранить их личности в тайне. — Ну? – снова спросил Уайт и окинул Анну взглядом с ног до головы. Он был не так красив, по сравнению с Чарли и Беном. И всегда выглядел более строгим. А его лицо казалось сильным и волевым. Уайт явно имел необузданный темперамент. Даже его нос был сломан, по крайней мере, один раз. И все же, Анна и к нему испытывала влечение. Любой женщине захотелось бы его укротить. Если бы Анна могла это сделать. Но она не относилась к такому типу женщин. Всегда была слабой и беспомощной, когда дело касалось мужчин, наподобие этих ковбоев. Ее отец сломал ее оскорблениями и физическим насилием. Уайт был тверд и настойчив, что с самого начала очень пугало Анну. — Я задал тебе вопрос, Анна. Она дернулась от его тона, что не осталось незамеченным. — Уайт, ты ее пугаешь, – попытался вмешаться Чарли, крепче прижав ее к своей груди. Уайт подошел ближе. Анна тяжело сглотнул при виде его массивной груди под шикарным мундиром шерифа. На его бедре висела кобура с пистолетом, предупреждающая окружающих, что Уайт мог с легкостью им воспользоваться. Анна интуитивно чувствовала, что он был быстр и хорошо владел оружием. Эта мысль согревала ее изнутри. Его значок полицейского, и это поведение альфа-самца, от Уайта так и разило тестостероном. Он был крут, и прекрасно это осознавал. Анна через силу окинула взглядом все его шесть футов и четыре дюйма тела, прежде чем достигла глаз. Боже, как же он был красив, какой-то особенной красотой. Уайт потянулся к ней, но Анна, вздрогнув, спрятала лицо на груди у Чарли. Она услышала, как он выругался себе под нос, а затем нежно обхватил ее плечо рукой. — Я бы никогда не ударил женщину, и, черт возьми, точно никогда бы не ударил тебя, – произнес Уайт твердым и глубоким голосом. Он подошел настолько близко, что Анна почувствовала его теплое дыхание на своих волосах. Анна решилась посмотреть на Уайта, и оглянулась через плечо, при этом скользнув губами по его руке, что заставило ее вздрогнуть. От соприкосновения с его кожей, ее тело будто пронзил разряд электрического тока. Уайт провел большим пальцем по ее щеке и шагнул ближе. Посмотрев ей прямо в глаза, он повторил свой вопрос. — Ты боишься, что тебя будут искать здесь – кто? Анна неосознанно начала отвечать Уайту. — Мужчины... мужчины, которые причинили мне боль. Его большой палец на мгновение остановился на ее губах, и она пожелала, чтобы он там и остался. Прикосновения Уайта заставляли ее чувствовать себя слишком хорошо. Анна нервно облизнула губы, когда заметила, как он стиснул зубы. Как оказалось, оба мужчины, изменили свое положение. — Почему они хотят прийти сюда? Что им нужно? – спросил Уайт, удерживая ее подбородок. На мгновенье Анна замялась, но затем судорожно вздохнула. Темный взгляд Уайта намекал, что он скоро включит плохого парня и вынудит ее во всем признаться. Анна просто не выдержит его допроса. — Им нужна я, – прошептала она, и ее голос дрогнул. Слеза скатилась по ее щеке. — Милая, – прошептала Уайт. Он смахнул слезу большим пальцем и обхватил ее щеку ладонью. Анна поддалась навстречу теплоте его прикосновения и, закрыв глаза, расплакалась. — Мы не позволим им причинить тебе боль, Анна. Клянусь, я, а так же мои братья и кузены, сделаем все возможное, чтобы оградить тебя. Чарли сжал Анну в объятиях, а Уайт поцеловал ее в макушку. В окружении их рук, Анна чувствовала себя в полной безопасности, и ощущала влечение к ним обоим. Боже, как же серьезно она облажалась. *** Анна окинула взглядом реку и поле, покрытое цветущими полевыми цветами. Все казалось таким спокойным и уединенным. Анна и Стейси сидели бок о бок на стульях у кромки реки, и никто из них до сих пор не проронил ни слова. Они просто наслаждались компанией друг друга и природой. Казалось, время замедлило свой ход, и Анна, наконец, почувствовала спокойствие. Это придало ей сил и небольшую надежду. Анна наблюдала, как птицы спускались на землю в поисках червяков, а затем резко взлетали. Она пыталась рассмотреть их гнезда и задавалась вопросом, были ли в тех птенцы. Глубоко вдохнув свежий воздух, Анна ощутила безопасность и свободу. — Как же здесь тихо, Стейси. Я никогда не представляла, что могу услышать шелест травы. Стейси рассмеялась. — Ты к этому привыкнешь, Анна. Жизнь на ранчо сильно отличается от шума и суматохи города. Здесь не нужно никуда спешить и пренебрегать простыми вещами. Я люблю это место. Оно меня успокаивает и заставляет чувствовать райское блаженство. Анна улыбнулась. — Райское блаженство... мне нравится, как это звучит. — Ну, тогда выбирай, дорогая. Нас окружают множество акров земли Кантрелл, и везде есть свой кусочек рая. «Если бы все было так просто», – подумала Анна и улыбнулась. Анна еще раз огляделась, стараясь запомнить этот пейзаж, и задумалась о своей жизни, страданиях и впустую потраченном времени. Сейчас она, наконец-то, могла дышать без ощущения боли и беспокойства в груди. Затем ее мысли перенеслись обратно к ранчо и тем мужчинам, которые там работали. И сразу же в ее сознании всплыли образы Чарли, Бена и Уайта. Почему ее влекло одновременно к троим? Пока Чарли обнимал ее на кухне, она ждала прикосновений Уайта. И думала о Бене, постоянно задаваясь вопросом, где тот сейчас находился. Все это было так странно, и одновременно так естественно. Анна отчаянно нуждалась во внимании. Даже сейчас, после того, как самый важный человек бросил и оттолкнул ее, она все еще искала любовь и ласку. «Да что со мной? Как я могу прийти к таким выводам, если он избил меня и чуть не отправил заниматься проституцией? Я с детства мечтала найти счастье и обрести большую семью. Но эта фантазия умерла». Нет... у нее не хватит сил снова открыться кому-то, после всех тех разочарований и предательств. Теперь уже никогда. Анна бросила взгляд в сторону Стейси, и почувствовала сильную зависть. Стейси имела не только дом, но и семью, состоящую из двух мужчин, которые ее обожали и боготворили. От того, как Эрик и Макс смотрели на Стейси, на глазах у Анны наворачивались слезы. Она хотела только счастья для лучшей подруги. А для себя просто желала не оставаться в роли жертвы до конца жизни. Стейси была прекрасна как снаружи, так и внутри. Она просто потрясала воображение этими своими короткими рыжими волосами и огромными зелеными глазами. Но самое главное, она всегда поддерживала Анну, еще с начальной школы. Они никогда не теряли связь, и не важно, на сколько миль друг от друга их раскидала жизнь. Несмотря на расстояние между Техасом и Нью-Йорком, они все равно разговаривали по телефону раз в неделю, или на крайний случай раз в две. Звонки Стейси всегда воодушевляли Анну, делая ее жизнь, по крайней мере, сносной. Максу и Эрику крупно повезло. — О чем задумалась? – спросила Стейси, привлекая внимание Анны. — Как же мне повезло заполучить такую подругу, а Максу и Эрику – пару. Стейси улыбнулась. — Мне улыбнулась удача, когда я встретила тебя. И я благодарна судьбе, что нашла свою истинную любовь, при том в двойном размере, – заявила Стейси, с небольшим техасским акцентом. Анна рассмеялась. — Я сомневаюсь, что встречу хоть одну любовь, а о двух вообще не смею и мечтать. — Ох, брось, Анна, ты великолепна. Я замечаю, как мужчины оглядываются тебе вслед. В скором времени тебя будут постоянно приглашать на свидания, поверь, в этом городе ты будешь иметь оглушительный успех. Анна расхохоталась. — Прости, Стейси, но это точно не про меня. Я же тихая, застенчивая и разборчивая. — Неужели это правда? Не могу поверить, что ты не встречалась с кучей парней в Нью-Йорке. Мне всегда было интересно, когда я позвоню тебе в следующий раз, признаешься ли ты что, наконец, влюблена. Анна перевела взгляд на реку и вздохнула. — У меня не было времени ходить на свидания, ведь я работала в две смены. Стейси вздохнула. — Ну, теперь тебе не нужно об этом беспокоиться. Ты в Техасе, а значит уже не нужно вкалывать за двоих. — Я хочу найти работу, и если в Перле ничего не подвернется, то это станет для меня еще одним поводом, чтобы уехать отсюда. — Если хочешь, мы что-нибудь для тебя подберем. Вот недавно, я слышала о ресторане, в котором требуются сотрудники. Ты же всегда любила готовить, и может у владельца окажется вакансия повара — Было бы замечательно. — А что касается свиданий, то я не стану на тебя давить, Анна. Все должно идти своим чередом. — Согласна. Сейчас меня пугают отношения. В присутствии мужчин я начинаю сильно нервничать, а после случившегося в Нью-Йорке, вообще стала сомневаться, что смогу преодолеть этот страх. — А мне показалось, что ты очень комфортно себя чувствуешь с Уайтом, Чарли и Беном, – улыбнулась Стейси, откинувшись на спинку стула. Анна ощутила, как ее щеки запылали. — Они были ко мне очень добры. И я уверена, что все это только из-за жалости. Они просто проявили гостеприимство. — Гостеприимство, мать твою! Да эти трое просто тобой заинтересовались. Анна выпрямилась на стуле и вцепилась в подлокотники. — Что? — Либо ты сейчас врешь, что не заметила этого, либо ты действительно так наивна, когда дело доходит до мужчин. — Боюсь, что все-таки второй вариант. У меня никогда не было времени ни на парней, ни на мужчин. На первом месте всегда была забота об отце и оплате медицинских счетов, пока мама была еще жива. Времени на саму себя и вовсе не оставалось, поэтому жизнь просто проходила мимо. И теперь я – двадцатитрехлетняя девственница. — Девственница! – Стейси вскочила со своего стула, тот покачнулся и чуть не опрокинулся. Она быстро поправила его, а затем уперла руки в бедра. — А ну-ка выкладывай все, девочка! Анна поежилась. Когда на нее кто-то кричал, то она очень неловко себя чувствовала, но Стейси реально загорелась из-за всплывшей истины о мужчинах и знакомствах. — Боюсь, это правда. Я ничего не знаю ни о сексе, ни о мужчинах, ни о каких-либо других мелочах. — Ах, милая, здесь нечего стыдится. Я, например, жалею, что в колледже спала с Алексом. Потому как сейчас могла бы подарить Эрику и Максу нечто священное и особенное. У тебя еще есть шанс встретить истинную любовь и отдать ей каждую частичку себя без остатка. При этих словах, со стула поднялась уже Анна. — У меня? Любовь с мужчиной? Этого не произойдет, Стейси. — Почему, черт возьми, нет? — Слишком много гребаного багажа, черт побери! – теперь уже разозлилась Анна. Стейси прикрыла рот рукой и рассмеялась. — Что? – потребовала ответа Анна, не понимая, что же в этой ситуации было такого смешного. — Просто, кажется, я никогда не слышала, как ты чертыхаешься, не используй, пожалуйста, больше слово «гребаный». Анна показала подруге язык. — Очень смешно. Спасибо большое. — Ладно, маленькая девственница, давай поговорим об этом поподробнее. Мне необходимо услышать доводы, почему ты должна остаться девственницей и никогда не встретить истинную любовь. Анна глубоко вздохнула и начала загибать пальцы, в пользу причин, по которым должна оставаться одна. — Во-первых, все эти годы я работала, как проклятая, чтобы прокормить всю семью, преодолевая все стереотипы и шовинистские препятствия на своем пути. Мужчинам очень трудно найти общий язык с независимыми женщинами. Они хотят быть у власти, а мужчины обладающие могуществом – вредят и причиняют боль. Стейси тяжело сглотнула. — Это просто бред. Настоящие мужчины любят независимых женщин. Разница между теми мужчинами, которых тебе пришлось повидать, и мужчинами, с которыми знакома я, в том, что на самом деле они очень заботливые. Если мужчина любит свою женщину, то примет ее независимость и будет поощрять строить свою жизнь так, как ей больше нравится. Теперь продолжай, первая причина не подходит. — Во-вторых! – повысила голос Анна. – Мужчины нуждаются в доминировании, и в контроле и... в причинении боли, – расплакалась Анна. Стейси сразу же ее обняла. — Ох, Анна. Просто ты до сих пор не встретила мужчину, который бы ценил и любил тебя, отказываясь причинить тебе хоть какой-нибудь вред. — Таких не существует, – прохныкала Анна, но затем рассмеялась, когда поняла, как по-детски звучали ее слова. — Я уверена, что ты ошибаешься. Посмотри на Эрика и Макса. И никогда так не думай про Чарли, Уайта и Бена. Анна отстранилась. — Нет, нет, нет, разве ты до сих пор не поняла, куда я веду? Дело не в Эрике, Максе или ком-то еще… дело во мне. Проблема всегда будет только во мне. Я боюсь, Стейси. Я так чертовски напугана. Не могу спать, не могу... жить нормальной жизнью. Я чувствую, что обречена страдать. Как будто я никто. Я постоянно оступаюсь по жизни и не могу найти своего места. — Нет, Анна, это не правда. Даже не думай так. — Я не подозревала, во что ввязался мой отец. Анна скрестила руки на груди и потёрла предплечья. Затем перевела взгляд на воду, а Стейси встала рядом. — Я должна была требовать, чтобы он показывал мне чеки за оплату аренды и остальных счетов. Но мне было страшно. Я боялась одиночества и просто приходила в ужас, когда отец возвращался домой в пьяном угаре. — Он жестоко с тобой обращался, Анна? — Да... он не бил меня так часто, когда я была еще ребенком, а мама умирала, но позже мне довелось пережить с ним несколько ужасных ночей. Стейси выругалась под нос и погладила плечи Анны. — Когда он не оплатил арендную плату, хотя я дала ему денег, то арендодатель пригрозил выселить нас, тогда мне нужно было потребовать, чтобы он сам разбирался со своими проблемами. Но вместо этого я стала работать не только каждый день, но и подрабатывать по вечерам. Мне оставалось всего лишь четыре часа на сон, и все для того, чтобы отец продолжал пить. Я должна была догадаться, что что-то случилось, когда припозднилась, а вернувшись домой, не обнаружила отца. Анна задрожала. *** Стейси почувствовала, как к ее горлу подкатил ком, а на глаза навернулись слезы. Но ради Анны, ей нужно было оставаться сильной. Анне нужно было высказаться. — Что произошло? — Пока я шла к дому, то все думала насколько был дерьмовым наш жилой комплекс, что в нем было совершенно не безопасно, повсюду валялся мусор. Я была такой уставшей. Ведь пришлось набрать кучу дополнительных смен, чтобы погасить долг по аренде. Когда я заметила, что дверь в квартиру была открыта, мне бы стоило сразу же сбежать. Но вместо этого, я решила, что мой отец опять напился и как всегда забыл запереть дверь. Думала, что найду его без сознания на диване или даже на полу в ванной. Но когда я вошла, и кинула свою сумочку на диван, то не обнаружила никаких следов присутствия отца. Анна задержала дыхание, но Стейси не стала ее торопить и терпеливо ожидала продолжения. Стейси чувствовала, как напряглось тело Анны, а когда она вновь заговорила, то ее голос заметно дрожал. — Я никогда раньше их не встречала. Один из этих парней схватил меня, а второй только вышел из спальни. — Кто они? — Какие-то мужчины, которым мой отец задолжал денег. Они уже предупреждали его, что пришло время вернуть долг, и теперь пришли продемонстрировать свою силу. Якобы если ты не заплатишь, то пострадает твоя дочь. — Боже мой, Анна, что было дальше? — Я пыталась вырваться. Старалась объяснить, что не знаю где сейчас мой отец, но они не верили. Эти мужчины стали трогать меня и угрожать, – Анна вновь начала плакать. – Один из них очень сильно сжал мою грудь. И я сразу поняла, что на коже останутся синяки. Я чувствовала его дыхание на моей шее, запах его одеколона. Я до сих пор ощущаю это по ночам... во сне, – разрыдалась Анна. Стейси продолжала обнимать Анну, но уже не могла сдерживать собственных слез. — Они начали избивать меня, требуя, чтобы я рассказала отцу, как мне было больно. Я упала на пол и свернулась калачиком, пытаясь защитить от ударов голову и лицо. Я боялась, что если потеряю сознание, то они меня убьют. Я действительно считала, что они меня прикончат. Боль была ужасающей, но они, не переставая, пинали меня и избивали. Затем я услышала голос отца. Я так... так обрадовалась, – всхлипнула Анна, и Стейси погладила ее по спине. — И как он поступил? Он подрался с ними? Или у него были с собой деньги? — Отец задолжал тридцать тысяч. И у него не было ни копейки. — Что было дальше? — Он заявил, что у него нет денег и что ему нужно больше времени. Но те мужчины ответили, что он просрочил все сроки, поэтому они заберут меня... в качестве первого взноса. — Что? — Я плакала и просила помочь мне, но тот мужчина продолжал меня тискать и везде трогать. А я не хотела, чтобы он насиловал меня, Стейси. Не хотела идти с ними. — Я знаю, дорогая. Понимаю. Что происходило дальше? — Эти парни продолжали прикасаться ко мне и оценивать мое тело, чтобы превратить меня... чтобы превратить меня в проститутку... а отец просто спросил, не желает ли кто-то из них выпить. — Какого хрена! — Сначала я не поверила собственным ушам. Я была полностью обессилена. Из-за ужасающей боли едва могла стоять на ногах, а тот мужчина все не переставал меня лапать. Боже, Стейси, я до сих пор чувствую на себе его руки. А когда смотрю в зеркало и вижу синяки, то он словно встает передо мной. Анна рыдала взахлеб, но пыталась контролировать дыхание. Стейси тоже не смогла сдержать слез, чувствуя необъятную ненависть и гнев на отца Анны, если бы она могла, то придушила бы ублюдка собственными руками. — Они заявили, что сделают из меня шлюху, и что я отработаю весь долг. Я умоляла отца о помощи. Но он сказал им... сказал им... забирать меня. Сказал что ему безразлично, что я ничего для него не значу, – Анна не могла перестать плакать. — Скользкий ублюдок! Как он мог так поступить? – всхлипнула Стейси. Она притянула Анну в объятия, и они крепко прижались друг к другу. Спустя несколько минут, дыхание Анны восстановилось, поэтому она отстранилась и продолжила рассказ: — Мне пришлось найти способ выбраться оттуда. Я не мог позволить им меня забрать. — Что ты сделала? Как тебе удалось сбежать? – Стейси плакала вместе с Анной. — Соврала, что в моей комнате спрятана небольшая сумма. Сказала, что отдам все деньги, которые сейчас есть, а чуть позже верну весь оставшийся долг отца. Они поверили, но, затем спросили про количество спрятанного, и я наплела мужчинам, что у меня есть несколько тысяч... – Анна замолчала. А когда посмотрела на Стейси, то слезы по ее щекам побежали с новой силой. — И? – спросила Стейси. — Отец назвал меня сукой и ударил. Стейси от шока прикрыла рот ладонью. Неудивительно, что Анна была так напугана. Как ей после всего этого снова научиться доверию? — Я всегда знала, что он не любил меня. Но это стало последней каплей. Он собирался позволить им меня забрать. Его заботили только деньги, которые удержали бы его на плаву. Никакой любви. Я быстро добралась до комнаты, захлопнула дверь и помолилась, чтобы они не проследовали за мной. Один мужчина пообещал лично сломить мое сопротивление. И я так боялась, что он предпримет попытку прямо там, в спальне, пока отец и другой головорез стояли бы за дверью. Я схватила все деньги, которые у меня оставались, и вылезла из окна. С Божьей милостью, у меня получилось спуститься по пожарной лестнице, а когда до земли оставалось двенадцать футов, спрыгнула. И бежала, пока не поймала такси, на котором отправилась в аэропорт. Остальное ты заешь. Стейси взяла Анну за руку и сжала. — Я очень люблю тебя, Анна. Мне так жаль, что отец и те мужчины тебя обидели. Обещаю, что здесь ты будешь в полной безопасности. Я уверена, что наши мужчины смогут тебя защитить. Тебе больше не нужно никуда бежать. Анна вытерла слезы и провела руками по своим ребрам. — Не знаю, будут ли те мужчины пытаться меня найти. Как мне показалось, они были решительно настроены, заполучить меня. Это очень злые и плохие люди. А моему отцу, очевидно, нельзя доверять, раз он мало того что дал наш домашний адрес, так еще и отдал меня. Я не могу себе позволить навлечь беду на твой дом. Не хочу подвергать тебя опасности, Стейси. — Чушь! Наши техасские ковбои намного, черт возьми, жестче, чем гангстеры или бандиты из любого другого города. К тому же Уайт очень крут, не говоря уже о Максе и об остальных. У Уайта есть связи в Нью-Йорке, а Чарли служил в морской пехоте. Ты больше нигде не найдешь настолько безопасного места. — Я считаю неправильным заявляться сюда и переворачивать их жизнь, Стейси. Они не должны сражаться в моей битве. Кто-то может пострадать. — Почему бы нам не позволить мужчинам решать за самих себя? Анна покачала головой. Но Стейси отказывалась отпускать ее руку. — Они должны знать правду. И быть готовыми на случай, если эти головорезы явятся на ранчо. Анна повернулась к реке. — Они меня возненавидят. — Очень сомневаюсь, – хихикнула Стейси. — Почему? – спросила Анна. — Уже темнеет, а нам еще нужно приготовить ужин для мужчин. Сегодня вечером я с ними все обсужу. И, если честно, не удивлюсь, если Чарли, Уайт или Бен захотят уложить тебя в постель. — В смысле переспать со мной? – поинтересовалась Анна, когда Стейси стала собираться. — На данный момент тебе не стоит об этом волноваться. Все будет хорошо. Стейси подмигнула Анне, и та помогла ей упаковать вещи. Когда они направились к дому, то шли бок о бок и болтали о том, как пойдут купаться летом.