Намджун

Я всё время думаю о том, что наша с тобой встреча — не простое совпадение. Мне кажется, будто звезды в ту ночь играли хоровод, когда наши взгляды встретились. Будто луна окрасила всё вокруг нас своим светом, вовлекая в яркую пропасть эмоции внутри нас. Фейерверки поселились в моём сердце, стоило тебе улыбнуться, показывая свои ямочки. Твоя душа обнажилась для меня. Я знала тебя, а ты знал меня. Мы были вселенной, что дарила счастье. С каждым днем мы цветем всё больше и больше, становясь всё сильнее и любимее. Да так, что сама судьба нам завидует, отчего мне страшно. Я знаю, тебе тоже. Когда ты касаешься меня, моё сердце играет с мурашками, посылая их по моему телу. Твои глаза столь невинны, как и сердце.

Но любишь ли ты меня? Этот вопрос не давал мне покоя. Ты никогда не говорил, что между нами что-то есть. Но мы просто чувствовали это. Я видела это в твоём взгляде, твоих прикосновениях, твоём шепоте, в твоих объятиях. Прошу, позволь любить тебя. Я видела, как вселенная вращается вокруг нас. В ту ночь я видела наши отражения в осенних листьях, что кружили над нами, сплетаясь. И я просила тебя, чтобы ты прикоснулся ко мне и полюбил, потому что ты — моя вселенная. И я не ищу причин, чтобы любить тебя, потому что ты и есть причина. Весь. Целиком.

— Знаешь, мне кажется, что я влюбился, v моё сердце забилось быстрее, что готово было выпрыгнуть. Я просто подошла и обняла тебя. Ты обнимал меня в ответ и гладил мои волосы, то и дело, зарываясь в них, посылая по телу мурашки.

— Влюбился? — мне казалось, что вселенная остановилась на секунду, чтобы запечатлеть этот момент.

— Да. Она учится со мной на одном курсе, — мои руки беспомощно упали вниз, сердце остановилось, пронзая тело болью, а вселенная разрушилась на глазах. Я отпрянула от тебя и отвернулась. Я училась на втором курсе, когда ты на третьем. Это была не я. Всё это время это была не я. Но это был ты, но меня не было. Нас не было, но что же тогда было? Ведь что-то же было!

— Что-то не так? Я думал, что ты порадуешься за меня, — слегка удивленным голосом спросил ты, удивленный моими спонтанными действиями.

— Я и рада. Просто… — оборачиваюсь к тебе и всматриваюсь в глаза. — Мы… мы друзья, так?

— Конечно, почему ты спрашиваешь? — вот и всё. Это была просто забота, а не любовь. Почему ты ничего не обещал, а у меня ощущение, что ты обещал мне себя? Почему все вокруг всё понимали, но я нет? Почему я полюбила тебя, а ты — нет?

— Я рада за тебя, правда, — обнимаю тебя крепко-крепко и также быстро отпускаю, убегая прочь.

— Стой! Ты куда? — слышу твой голос, но не останавливаюсь. Ты не бежал за мной, даже если я стояла. Ты не шел навстречу, но почему я строила воздушные замки? Почему я продолжала верить в любовь и искать её в тебе? Почему, если ты не шел навстречу? Почему я сходила с ума?

Я не плакала минуту, две, пять… но затем не смогла выдержать. Мои плечи подрагивали, а слезы, не переставая, текли по моему лицу, падая на мои ладони, что были сжаты в кулаки. Моя вселенная разбилась, вонзая свои осколки в мою кожу, оставляя шрамы после себя. Если ты меня не любишь, то зачем же заставил мечтать? Зачем же подпустил к себе? Зачем же? Я не хочу, чтобы мне было больно. Поэтому отпусти меня, и я буду свободной птицей.

— Ты уезжаешь? — твой потерянный вид и непонимание во взгляде давило грузом на мои плечи. Я не любила врать, и ты это прекрасно знал.

— Да, мой рейс через два часа. Я хотела попрощаться, — я держу дорожную сумку в руках и еле сдерживаюсь, чтобы не заплакать.

— На неделю, да?

— Да, — киваю и кидаю взгляд на настенные часы, мечтая, чтобы время шло быстрее.

— Буду ждать, — улыбаешься и крепко обнимаешь меня. Я хочу ухватиться за тебя, словно за спасательный круг, но проблема была в том, что ты был скован из железа, и я бы просто утонула.

— Прощай, Намджун, — я прекрасно знала, что это конец, и больше не вернусь, но отчаянно хотела остаться ипроживать с тобой те минуты счастья, что были у нас. Если бы ты меня полюбил, я бы была счастлива.

Поздним вечером, когда он никого не ждет, ему становится тяжело дышать, и он сам не знает от чего. Кислорода становится всё меньше и меньше. Он чувствует, как дышит, но не чувствует самого воздуха. Выйдя на балкон, он вдыхает полной грудью и успокаивается. На телефон беззвучно приходит сообщение, но Намджун его не слышит. Он продолжает дышать полной грудью, пока не спустились сумерки и луна не озарила всё вокруг своим светом. Звёзды ярко сияли, но Намджуну стало грустно, когда несколько из них потухли. Он заходит обратно в квартиру и устало зевает, подтягиваясь. Постель не убрана ещё с утра, но это его не заботит. Он хочет выключит свет, но чувствует неладное, словно опять не хватает кислорода. На телефон снова и снова приходят сообщения, но парень ничего не слышит, включая телевизор. Первый попавшийся канал — новости. Женщина в новостях что-то говорила, пока Намджун не понял, что телевизор стоит без звука. Пока он искал пульт, парень заметил на экране телевизора заголовок «Разбился самолет рядом с городом Сеулом, не долетев до места назначения». Включив звук погромче, его сердце пропустило удар.

«Самолет попал под сильную грозу, вследствие чего молния пробила одну из турбин, вызвав этим крушение. На самолете находилось более ста пятидесяти пассажиров. Более ста людей скончались на месте, остальных отвезли в госпиталь с тяжелыми ранениями и ожогами третьей степени. Нам стали известны имена опознанных людей: Со ИнХа, Пак ХоДжун…»

Намджуну становилось всё страшнее и страшнее. Он молился, чтобы это был не твой самолет. Достав телефон из кармана штанов, он хотел было уже позвонить тебе, но его остановило сообщение, что пришло с твоего телефона.

«Намджун, О Господи, мы падаем. Я не знаю, что мне делать. Все паникуют, Намджун. Я слышу, как плачут дети. Мне страшно. Сегодня я могу умереть! Но я не хочу умирать, пока ты не узнаешь. Я люблю тебя. Черт, я полюбила тебя сразу, как мы познакомились. Я всё думала, что это судьба. А ты меня не любишь, вот же незадача! Черт, очень сложно сохранять чувство юмора в этой ситуации, а особенно, когда ты плачешь навзрыд. Я люблю тебя, Намджун. Прошу, будь счастлив.»

Глаза парня перестают что-либо видеть перед собой, его руки дрожат, а сердце остановилось. Он переводит взгляд на экран и начинает глупо смеяться.

— Это же шутка, да? Черт, это же несерьезно? — Намджун сам не понимает, что плачет, пока не слышит собственные всхлипы. — Нет, — жалостно издает парень. — Нет, этого не может быть, — он хватается за голову и безжалостно вскрикивает. — Это же сон! Это всё не реально! — он кидает телефон в стену напротив и вновь смотрит на экран телевизора. Намджун оседает на пол, когда слышит твоё имя в числе погибших.