Глава 10 - После вкуса

Горечь не ушла.

Я думал, она растворится, как всё прочее. Что память о нём — о парне в красной куртке — размажется по трещинам моей головы и исчезнет. Но она осталась. Как осадок. Как вкус после испорченного мяса. Как пепел, прилипший к небу глотки.

Я шёл по насыпи. Медленно. Камни хрустели под ногами, будто возражали каждому моему шагу. Где-то вдалеке кричала птица, слишком живо, слишком остро. Я не знал, что мне хуже — звук или то, что я его услышал. Потому что слышать — значит чувствовать. А чувствовать сейчас — опаснее, чем не чувствовать вовсе.

Рядом росли кусты, и каждый их шорох заставлял меня оборачиваться. Не от страха. От желания. Желания, чтобы кто-то появился. Чтобы я мог... Нет. Нет. Не думать. Не сейчас. Я не хотел повторить. Но тело — оно хотело. Оно помнило вкус. А я — пытался забыть.

Я нашёл ручей. Вода прозрачная, как стекло. Бегущая, как время, которого у меня больше нет. Я опустил руки, смыл пятна. Они не отмылись. Они были в пальцах, в суставах, под ногтями, в зубах. Я пытался вытереть язык. Потом плюнул. Плеснул водой на лицо. Отражение — снова. Но я не смотрел. Я боялся, что увижу в нём не себя. А его. Или — что не увижу никого. Просто тень. Отголосок. Безмолвную форму голода.

На другом берегу росли травы. Ромашка. Папоротник. Что-то дикое. Я рвал их, мял в ладонях. Пытался стереть запах. Забить им другой. Но всё, что оставалось на пальцах — горечь. Та самая. И ничто её не перебивало.

Я лёг на землю. Смотрел в небо. Облака шли медленно. Как будто их никто не гнал. Никто не подгонял. Их существование было беззаботным. И мне стало завидно. Не облакам. Себе — тому, кем я когда-то был. Кто мог просто лежать. Не думать, не жевать, не желать. Просто быть. Быть — не значит охотиться. Не значит бояться себя.

Я провёл рукой по животу. Он не болел. Не урчал. Не просил. Он просто был — как пустая банка, в которую кто-то стучит изнутри. Молчаливое напоминание: ты сыт, но не наполнен.

Ветер зашевелил листья. Один лист упал на мою грудь. Я смотрел на него, как на знак. Маленький. Абсурдный. И всё же — знак. Он был настоящим. Он не просил крови. Он просто упал.

Я вспомнил, как однажды ел яблоко на скамейке в парке. Был солнечный день. Кисло-сладкий вкус. Сок на пальцах. Девочка играла рядом в песке. Я улыбался. Я был. Тот вкус я помню. И он — не жжёт. В отличие от вчерашнего.

Слово дня: вкус.Слово завтрашнего дня: хруст.Слово недели: остаток.Я — Фрэнк. И сегодня я не ел. Я только пытался забыть, что ел вчера. И надеялся, что забвение — это тоже вид насыщения.