XIV. Я снова буду рядом.

🎧japanese wallpaper - arrival

14

31 декабряНовый годУтро

      Лучи утреннего солнца пробиваются сквозь плотную ткань задернутых штор. В воздухе витает запах недопитого алкоголя, а также жутко противного перегара. Звуки доносятся, как через вату, а в горле сухо и вязко из-за похмелья. Чонгук дремлет на мягкой кровати и видит свои заветные мечты. Постепенно просыпаясь, он блаженно потянулся. Впервые за долгое время у него не так сильно болит голова после спиртных напитков. Он медленно открыл глаза. Чужая постель в чужой комнате. Где он?

— Кто мою вазу убрал? — крутился он, заметив на тумбочке отсутствие его любимой вещи, — Джин козел, когда он успел потолок покрасить в моей комнате? А этот что тут забыл? — возмутился он, когда увидел, как рядом тихо сопит Тэхен, временами хмурясь от возмущений друга.

      Пораженный Чон громко закричал, но это продолжалась не долго, резкая боль в горле заглушила его истерики, плюс к этому во рту было до сих пор сухо, что довольно ощутимо «резало» глотку. Он тут же столкнул рядом лежащего с кровати, в итоге чего еще не проснувшийся Ким покатился к двери, распутывая одеяло, в котором он был закутан из-за холода, словно гусеница в коконе.

— Ты что тут, мать твою, забыл? — смущенно прикрываясь простыней, спросил еще сонный Гук.

— Это я-то? Ты что, не помнишь, что случилось между нами? — надув губы, тихо хныкал Тэ, протирая глаза, — Нашу прошлую ночь...

      Хныкал он как раз-таки не из-за памяти Чона, как у рыбки, а из-за тупой боли в руке, на которую он упал, когда катился к двери.

— Чего? — опуская глаза на свое голое тело, — Прости, что?! — заглядывая под тонкую простыню. «Ну хоть трусы на месте.»

— Не помнишь, значит... — зачесывая русые волосы назад, пробубнил Ким, открывая свое обиженное лицо.

— Что я должен помнить? — снова заглядывая под простынь, убеждаясь, что он хоть во что-то одет. «Почему я голый? Что произошло? Почему мы в одной кровати?» — крутились мысли в голове Гука, позже припоминая последнюю фразу Тэхена, которую он успел запомнить: «Ты куда лезешь, придурок?!»

      У Чона глаза были с размером в монету, ибо он явно подумал не о том. От этих мыслей он молниеносно перевел взгляд на него и от нахлынувших эмоций с размаху кинул в Тэ пуховую подушку.

— Ты не мог меня остановить? — покраснел Чонгук от своих же сказанных слов.

— Да как бы я это сделал?! Ты завалил меня...

— На что? — прервал его Гук, никак не дождавшись быстрого ответа.

— На кровать! Мою кровать! Так еще в грязной одежде!

— И ты решил меня раздеть, — хмыкнул Чон, пошло улыбаясь.

— О чем ты думаешь? Ничего такого не было, если ты об этом! Ты нахально уснул в моей кровати, так еще и меня не выпускал из своей медвежьей хватки. С тобой вообще опасно пить.

— Тебе было больно? — расстроился Чон, — Прости...

— Ты идиот?

      Они посмотрели на друг друга и громко рассмеялись от своей «профессиональной» актерской игры. У Тэ жутко болела голова, так что Чонгук как можно быстрее попытался встать, чтобы принести что-то попить, ибо в горле после криков и жуткого смеха окончательно пересохло.

      «Он такой теплый», — подумал парень, прикасаясь к своей талии, до сих пор чувствуя тепло после ночи, когда Чон крепко его обнимал во сне. Он часто шептал на ухо: «Тэхен», видимо он ему снился, что Тэ на удивление очень порадовало, — «Когда я пытался вырваться из его объятий, чтобы перевернуться на другой бок, он сильнее меня обнимал с просьбой не уходить. Милый Чон Чонгук.» — улыбался Тэхен, вспоминая приятные моменты, чуть позже добавляя шепотом в след Чонгуку:

— Если бы ты только не лапал меня во сне, я бы не закутался в одеяло и не мерз.

«И все же спасибо тебе за самый лучший день рождения. Он был особенным, благодаря тебе.»

***

      Огромный красный диск солнца вставал над горизонтом. То тут, то там розовым светом вспыхивали и гасли витрины магазинов, окна домов. Бескрайний город словно замер, отсчитывая минуты до наступления нового дня. На улицах было пусто и тихо. Они еще не наполнились людьми. Сегодня этот город ожидает самый яркий праздник, а именно — Новый год. Каждый новый год появляются новые эмоции, воспоминания, а также в жизни может появиться тот единственный. Человек, которому можно полностью открыться. Возможно, он уже повстречал его. Очевидно, его жизнь, начиная уже с этого года, с этого момента, с их самой первой встречи перевернулась. Стала другой. Все благодаря ему.      За окном погода дарит много воздушного, как самый настоящий пух, снега. Все вокруг белоснежное, что прямо слепит глаза. Невинные снежинки, словно мелкие кристаллики, отражаются перламутром, и ровно ложатся на тротуары, по которым люди еще не успели пройтись. Этот день особенный. В этот день страна оживает. Этот день дарит новые впечатления, чувства. Кажется, будто только в этот миг, в этот час город такой белый и пока никем не тронут. За городом уже началась та самая настоящая бурная жизнь истинных норвежцев. С самого раннего утра люди не теряют возможности взять лыжи и прокатиться по крутому склону с радостным криком о наступлении Нового года.

— Привет, Тэхен-и! — послышалось из динамиков радостные возгласы Юнги из Skype, — С Новым годом! Милый, я тебе подарок скоро пришлю, ожидай его, — хихикал в микрофон, явно что-то задумавший, Шуга.

— Привет, и тебя с Новым годом, — нейтрально ответил Тэ, щипая за бок Гука, чтобы тот молчал.

— Ну, что мой Тэхен-и, — протяжно тянул Мин, но был прерван резким возражением со стороны Чонгука:

— С чего ты решил, что он твой? — подал голос он, держа руки Тэ, который пытался вырваться и поскорей встать со стула и хорошо тому врезать.

— Это кто? — серьезно спросил Юнги. В этот момент был слышен его настоящий и суровый, даже чуть хрипловатый, голос. Редко можно услышать его без сентиментальности к Тэхену.

— Знаешь, Мин Юнги, он мой... — не успел до конца заявить Чонгук, как Тэ его пихнул в сторону.

— Это друг, не обращай внимания.

— Вау, Тэхен-и! У тебя хоть кто-то появился в реальности за два года, а нет, уже три! — радостно кричал Мин, даже было слышно, как он наматывает круги по комнате на офисном стуле.

«Серьезно? Тэхен еще ни с кем так не общался? Я что, первый?» — удивился Чон, чересчур пораженный от этой новости, но спустя тридцать минут их дружеский и теплый разговор его начал раздражать, поэтому он отнял мышку у Тэ и «случайно» нажал на кнопку отклонения вызова.

— Ой, — наигранно смутился Гук, — Думаю, вы хорошо поговорили.

— Ты нормально себя чувствуешь? — подал голос явно недовольный Ким.

— Не будь таким серьезным, — трепал его шелковистые волосы ревнивый Чонгук, наигранно улыбаясь.

«Он мой». — резко вспомнив недавние слова друга, Тэхен смутился.

***

      Повсюду деревья стоят в серебряных нарядах. Снег такой блестящий, что на его чистоту приятно смотреть. Видны оставшиеся полосы от лыж, но это вовсе не портит всю красоту. Чистый воздух поднимал настроение. В этот крайне особенный новогодний вечер для парней веселье только начиналось. Многие жители города уже отправились домой, чтобы встретить Новый год в кругу семьи, но Чон решил вытащить Тэ из дома, чтобы прокатится вечером на сноуборде, точнее научить его, как раз тогда, когда уже не было людей.

— Вот так, — советовал Чон, — Осторожней.

      Гук учил кататься Тэхена на его новом недавно купленном сноуборде. У него плохо получалось держать равновесие, но, благодаря всем указаниям Чона, результат был на лицо. На самом деле практика творит чудеса, и вскоре было заметно, что Киму вполне удобно с прикрепленной к ногам доской.

— Старайся скользить, делая задней ногой маленькие шаги. Держи переднюю ногу слегка согнутой, перенося на нее больший вес, — четко произносил указания Гук, придерживая того за талию, помогая удержать равновесие, — Не упади только.

      Чонгук как будто предвидел, что тот может упасть. Это действительно случилось. Тэ покатился кубарем по заснеженному склону, утаскивая с собой Чона. Он малость испугался, поэтому он сильной хваткой схватился за друга. Тэ распахнул глаза и увидел перед собой лицо парня. Ким тяжело дышал. Дыхание чересчур сбивчивое, щеки покрылись легким румянцем от холодного ветра, черная шапка сползала с его взмокшего лба. Чон долго рассматривал эту картину, нависая над ним. Тэ очень громко рассмеялся. Он смеялся так искренне, немного глупо, как ребенок, но резко прекратил, когда почувствовал теплые руки на щеках.

— Ты так редко смеешься, — поправляя сползавшую шапку, натягивая шапку чуть ли не на глаза, — Смотри не простудись.

      Опять эта искренняя улыбка. Опять эти сверкающие глаза ослепительно блестели от белоснежного снега. Они были настолько зеркальными, что Чон видел себя, как в отражении. «Милый Тэхен совсем иной, когда улыбается. Его улыбка заразная, что хочется всегда его смешить и поднимать настроение, лишь бы видеть его такую волшебную чарующую улыбку. Сразу тепло на душе становится.» — думал Гук, снова погружаясь в его глубокие глаза, но это продолжалось недолго, до того момента, когда он почувствовал колкую прохладу на лице.

— Ты что творишь?! — возмутился Чон, убирая снег с щёк, — Ну ты нарвался, Ким Тэхен.

      Тот уже успел снять крепления с ног. Взяв небольшой комок снега, он мгновенно кинул его в Чонгука. Это даже можно назвать самой настоящей битвой. Только эта битва обычно происходит среди детей, но парни вовсе об этом не задумываются. Им просто хорошо вместе.

— Знаешь, Тэ, — пытался отдышаться Чон, — Я, кажется, понял, в чем твоя проблема — ты слишком серьезен.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Ким, нахмурившись.

— Улыбайся.

— Что? — не понимал он.

— Ты такой милый, когда улыбаешься.

      Смех обладает огромной палитрой оттенков, которые используются в разных сферах жизни. Лишь иногда смех — это просто смех, ни к чему не обязывающий и ни на что не намекающий, просто реакция на что-то комичное. Но ведь чаще всего за смехом кроется иной смысл.

      Тэхен на эти слова улыбнулся во все тридцать два, что вызвало большое удивление у Чона. «Он будто светится. Походу я схожу с ума». Они продолжали бегать, смеяться и закапывать друг друга в снеге.

— Ну, Гуки, подожди, я не успеваю, — бурчал Тэ, поправляя шапку, — Не притворяйся! Почему ты упал? Не смешно уже, прекращай, — широкими шагами направлялся к лежащему в снегу другу, — Чон? Чон Чонгук!

      Тело было слишком слабое. Он тяжело дышал, хрипло кашлял и не мог восстановить дыхание. В глазах мутнеет, и он уже не видит Тэ. Мало воздуха.

— Что с тобой? Тебе плохо? — волновался Тэхен, хватая своими ледяными ладонями горячие щеки друга, — Боже, надо вызвать скорую.

      У Тэ началась паника. Его голос сильно дрожал, так как он очень волновался за него. Трясущимися пальцами он кое-как смог набрать номер скорой. Чонгуку было слишком плохо, он часто хватался за горло, пытался вобрать воздух, но попытки были бесполезны. Без врачей ничего не выйдет.

***

      Белые голые стены. Повсюду противный запах антисептика и прочих лекарств. Яркий свет от ламп противно ударял в глаза. Чонгук жмурился и не понимал, что происходит. Он лежит под капельницей и чувствует ледяную ладонь в руке. Тэхен рядом слабо сопел, временами хмурясь. Он сидел с ним всю ночь, потому что очень сильно переживал. Чон не спеша снял ингалятор и в ответ сжал чужую руку, от чего Тэ моментально проснулся. «Честно — я никогда не видел таким Тэхена. Я не верю. Не может такого быть. Он... Плакал. Его глаза были такие красные, будто он и не переставал проливать слезы.» Гук почувствовал легкое объятие и улыбка сама потянулась до ушей, а Ким снова плакал, но уже от счастья.

— Я так испугался, — захлебывался в слезах, просипел он, сжимая в руках больничную одежду Чона.

***

Он снова рядом. Рядом.Что было, если бы не он?Тэхен...

Незнакомый номер: А кто сказал, что сильные не плачут?>