Часть 18. Наказание.

Я всегда по жизни был тем человеком, кто... твердо стоит на своих принципах.

На частое мамино "Не зарекайся", я насмешливо фыркал и продолжал зарекаться.

Никто не знает, сколько у меня правил и запретов, только мне одному известно. Столько рамок, что они начали накладываться одна на другую, создавая клетку. Но ещё меньше людей знают о том, что эти рамки, как своего рода заповеди, я применяю и ко всем окружающим.

Не давай второго шанса, если человек однажды соврал (плевать, что во благо) гони его прочь, если человек не имеет цели в жизни, то тебе с ним нет места, суди человека по его шуткам, доверья первому сложившемуся мнению и прочее бла-бла.

Некоторые из этих принципов представляют меня как умного, но большинство скорее как тупоголового барана, не умеющего быть гибким.

Иногда я понимаю это, и мне жаль, что я, возможно, совершенно несправедливо кого-то обидел, сказав что-то, основываясь только на каких-то своих тараканах.

Но чаще всего я тот упрямый баран, однако, все свои законы применяются ко мне тоже. Понимаете? Нет? Не очень? Неважно, сейчас будет яснее.

У меня был лучший друг. Нет, он жив... она жива, ну... как бывает, люди расстаются и уже не являются друг другу тем, кем были... Вот и она перестала. Можно ли сказать, что я её уволил? Да. Я прогнал её от себя.

Вернемся ещё на некоторое время раннее.

Помните, я начинал писать дневник о своем далеком  путешествии? Нет? Верно, потому что я толком его не написал, но поездка была, и она уже почти размылась в мой памяти, к сожалению. Поэтому... навряд ли я уже что-то восстановлю.

Так вот она написала мне, сказала, что когда я приеду, нам будет нужно поговорить. Что это "ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ РАЗГОВОР" и она ждет-недождется.

Я перепугался, не помню дословно, но это было реально как-то крипово что ли. Я - человек-паника, меня легко напугать и дать повод для мрачных исходов сюжета, поэтому лучше говорить прямо, да я и сам ненавижу себя, когда так делаю.

"Нас ждет важный разговор, поговорим завтра".

ДА Я ЖЕ НЕ УСНУ, СУКИН ТЫ СЫН!!! ГОВОРИ СЕЙЧАС!!!

Но никто не скажет, потому что это "не для переписки" или "не по телефону".

КОНЕЧНО! КАКАЯ ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ОТМАЗА БОЯЗНЬЮ ФСБ!

Неважно...

В общем я, как истинный невротик и параноик, вытребушил из неё ответ раньше моего приезда. Буквально угадав его.

Она начала встречаться с парнем.

Так, вернемся ещё на некоторое время назад.

Буквально год-два назад, скорее второе, мы говорили о том, что как классно, что нам троим не нужно вот это все розово-сопливое дерьмо, какие мы самостоятельные да и вообще благослови Бог нашу асексуальность и аромантичность. 

Однако, я это больше слышал от себя и Смородины, Ананас же, про кого ведется весь этот рассказ, как-то просто радовалась своей "детскости".

Мне мало кто верил, больше говорили, что это пройдет. Это подростковое и природа возьмет вверх, но я зарекся.

И вот тогда, увидев, что она ответила на сообщение "Да, мне... жаль" или что-то вроде того. Кажется, даже пыталась соврать, но потом-то все одно правда вскрылась.

Увидев это сообщение, я не хотел отвечать сразу, но понимал, что оставь то сообщение без моментального ответа... я бы мог поднять конфликт. 

Я быстро набрал ничего не значащее "Я рад за тебя" и уставился в окно. Я отчетливо помню, что тогда застрял в пробке перед Москвой, а также застрял эмоционально. Увиденное... прочитанное, я не мог обсуждать в присутствии отца Смородины, но мне было очень интересно узнать её мнение. А также хотелось выпустить пар.

Мне не хотелось ей отвечать, но я через силу отвечал, пытался шутить, но в душе... в душе у меня погас один из тех огоньков, что освещают жизненный путь.

Так выходит, что я тогда принял подтверждение маминых слов, да и того большинства.

"Не зарекайся".

Это... дико и мерзко, возможно, не единственное, что вот так вот обрушилось, но я это особенно остро заметил и... не хотел принимать и всей силой отрицал.

"Да и не была она аромантиком, да и вообще, может, просто шла как собачка, ведомая моим и Смородиным мнением, кто знает её настоящую? Я же настоящий! Я... настоящий?"

Самая большая проблема для человека, надевшего ярлык какой-либо группы, оказаться подделкой, оказаться не тем, за кого себя выдал. И ты вроде бы не специально, ты не волк в овечьей шкуре, но на тебя сорвется столько негатива, словно бы ты уже перерезал полстада.

Но... проблема во мне, я всегда относился с пренебрежением ко всей этой кухне, вечно подшучивал над романтикой и влюбленными, поэтому мне было тяжело общаться с Ананасом. А с её парнем так вообще свел отношения на "нет" буквально при первом же разговоре.

Смородина пыталась нас помирить, она старалась напомнить, что несмотря на отношения, Ананас остается нашим другом. Я был непоколебим. И... из-за меня произошла ссора.

Я просто понял, что дальше так не могу. Мы поругались с ней, а на этой почве и Смородина разорвала отношения с Ананасом. Или... не знаю, что там они друг другу наговорили, но я всё это затеял.

Пытаясь помирить обе стороны, она неизбежно приняла мою и... мы с ней тоже поругались. Именно поэтому я уезжал в другой город.

Я не хотел общаться ни с кем из этих двоих. Первая  - я уже объяснил, а вот Смородина... если она так защищала Ананаса, значит ли это, что и она не асексуал и не аромантик? Может, тоже придуривается, чтоб я не был таким одиноким?

Но это были мысли тогдашнего Андрея.

Сейчас я вернулся домой и помирился со Смородиной, правда, все это стоило мне квартиры (съемной, конечно) и нормальным отношениям с начальством. Сейчас же я выгляжу в глазах последних как  эмоционально неустойчивый псих.

Несмотря на то, что из нашего трио остался дуэт, я не прекращаю периодически подвергать сомнению Смородину и... себя.

Мне сейчас трудно говорить это, но... я недавно, бродя по улице, столкнулся с шефом и его семьей. Я тут же свернул с дороги, чтобы не пересекаться с ним и не напоминать о работе, о которой, наверняка напомнит какой-нибудь другой кретин (но блядь лучше пусть это буду не я), так вот... я видел, что они счастливы. Это семейство вызвало у меня невольное умиление и вдруг у меня пронеслась мысль, что я бы тоже был не против такого.

В реальном ужасе, зачем бы мне врать(?!) я побрел в глубь парка, пожалуй, саму депрессивную его часть, чтобы задать себе вопрос "КАКОГО ХЕРА?!"

В общем на этом не закончилось, тогда я не смог ответить на тот свой вопрос, а может просто не хотел? Это же... нужно признаться себе.

У вас не было такого, когда вы знаете о чем-то, но не признаетесь себе. Вы знаете, но этого не достаточно, нужно словно бы официальное признание самому себе.

ДА, Я ОБЛАЖАЛСЯ!

И все мои насмешки, упреки и вздыхания и сожаления...

а я реально говорил что-то вроде "Мне очень жаль, но Бог наказал тебя" влюбленным

... теперь направлены на меня самого. Я прекратил общение с Ананасом, таков был мой принцип, но... как я могу перестать общаться с самим собой?

Что? Изменить принципам? Ради себя? Да вы что! Как удобно, это как если бы президент сам себе издал указ, чтобы продлить президентский срок.

Что-что? Принять себя и пойти извиниться перед Ананасом? А знаете, сколько раз я так уходил? Нет! Я исчерпал лимит и так, я позволил ворваться в её жизнь и жизнь Смородины во второй раз за каких-то несчастных полгода! Я уходил также внезапно, как потом возвращался, и какого хера я позволил им простить меня?

Сейчас такого не будет. Я не вернусь к Ананасу, а вот Смородина...

Сначала я думал, что влюблен в нее, но потом понял, что она все-таки мне как сестра, да и она, как я заметил, больше внимания обращает на другого человека. Не думаю, что она бы хотела знать, что я почти близок к её тайне, и чтобы она тем более стала известна здесь, пусть даже в качестве предположения. Но я точно знаю, что не ошибаюсь в людях. Ну вот, опять зарекся...

Я... попросил шефа перевести меня на другую точку, но он отказался, сказав, что мне место на "центре", тогда я попросил изменить график так, чтобы ни я, ни Смородина не пересекались. Но... как уже я говорил, отношения после моего побега стали напряженнее, и мне было сказано не дурить.

Не знаю чем это все закончиться, но... я не могу перестать думать, что я оказался предателем для самого себя.

Я стал тем, кого презирал больше всего и... это почти как с той заповедью "Не сотвори себе кумира". Я могу представиться кем угодно, стать для вас абсолютно другим человеком, вы не знаете меня, но... это не так страшно и удивительно. Ужаснее не знать самому хозяину.

Ложь ли всё, что я представил себе? Скорее всего.

Я думаю, что я хороший, но... это не так.

Иногда я реально думаю о суициде, но... это милование. Подумайте теперь, что будет наказанием.

Я до сих пор не хочу признавать тот факт, что нуждаюсь в любви и отношениях. Но только эта запись уже доказывает, что я стою на этой дороге. Но... она слишком слабо освещена, ведь  сам потушил этот огонь внутри себя, я сам себя вогнал во тьму.

Не перечитываю.

Публикую сразу, иначе удалю.