23. Шаг в пропасть.

Парень быстрым шагом переходит дорогу и сворачивает к небольшому зданию бежевого цвета. Это кафе ничем не отличалось от десятка других таких же, однако оно просто было удобно расположено: совсем рядом автобусная остановка и торговый центр, от чего посетителей, забегавших сюда после шоппинга или наоборот перед ним, было предостаточно.

Чон заходит внутрь и вдыхает горькие нотки кофе, невольно представляя, как Чимин на его месте точно скривился бы и отпустил какой-нибудь едкий комментарий в адрес этого паршивого напитка. Красноволосый пробегается взглядом по столикам и замечает подругу, сидящую в укромном уголке. Видимо, специально ухватила себе место подальше от дверей, чтобы не продувало каждый раз. Он проходит к ней и бесцеремонно садится на стул напротив, одной рукой скидывая с плеч куртку, а второй стягивая шарф с шеи.

— Чем ты так занята? — хмурится Чонгук, удивляясь тому, что Дженни даже не удостоила его взглядом.

— Читаю положение о поездке, — невозмутимо отвечает она и допивает свой капучино, после отставляя чашку в сторону.

Парень строит недовольную гримасу и спрашивает.

— Уже переназначили даты?

Речь шла о двухдневной поездке, которая полагалась ученикам как выигрыш в конкурсе на юбилее школы. Две недели назад всем выигравшим сообщили, что по определенным причинам её придётся отложить, потому в конце этой недели никто никуда не поехал.

— Ага, двадцать шестое и двадцать седьмое.

Она переводит взгляд с текста в телефоне на друга и ухмыляется, когда видит ожидаемую реакцию.

— Да, я почти так же отреагировала, — кивает она, имея в виду полные недоумения глаза Чона.

— Они серьёзно поставили эту поездку после промежуточных? Буквально перед каникулами.

— Ну, это не самый худший вариант, если так подумать, — девушка потягивается и зевает, — Я бы даже сказала, что это лучше, чем ехать куда-то, когда до экзаменов всего ничего. Разве у тебя были какие-то планы на конец месяца?

— Подарки сами себя не купят.

Только и пожимает плечами Чонгук, получая в ответ смешок от Ким.

— Ну ты и кадр, я уже подготовила всё.

— Ещё бы ты не подготовила. Когда там твоя мама уезжает? Двадцать девятого? Вот и молчи.

Подруга всё так же издевательски улыбается, пока внезапно не решает спросить.

— О, что насчёт Лалисы? Не думал пригласить её погулять перед Новым годом?

Парень еле заметно тушуется и отрицательно мотает головой.

— Почему? Мне казалось, вы стали ближе. Она даже на тренировочный приходила к нам пару недель назад.

Как и планировалось в середине ноября прошла неделя тренировочных матчей. Большинство команд соперников приняли приглашение, что не могло не радовать баскетбольный клуб. На одну из таких игр и пришла Манобан. В тот день подколы для Чона были слышны чуть ли не с каждого угла, зачастую они исходили именно от Ким Тэхёна, который, на удивление, даже остался жив к концу матча, ведь острый взор капитана так и норовил изрезать его в клочья. Но что касается Лалисы, она была впечатлена и отозвалась очень хорошо. А большего парню и не было нужно.

— Вообще, я поэтому сюда и пришёл. Хотел обсудить это с кем-то, — неуверенно отвечает Чонгук, несколько удивляя Дженни.

Она уже и забыла, что даже не договаривалась встретиться здесь с ним. Чон просто внезапно уведомил, что явится сюда совсем скоро, а ей и делать-то было нечего. Она изначально пришла сюда, чтобы просто посидеть, попить кофе, но видимо к кофе прилагались и свежие сплетни.

— Удиви, — шатенка откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди, уже ожидая чего-то стоящего.

Чонгук ещё несколько секунд раздумывает, как лучше всего объяснить, но в итоге просто выдаёт

— Кажется, что у неё уже есть парень.

Дженни приподнимает бровь, давя на друга скептичным взглядом.

— С чего такие выводы?

Могло показаться, что она даже немного огорчена, словно масштабы проблемы куда меньше, чем Ким успела представить. Но в самом деле она просто подтрунивала над Чоном, который, видимо, воспринимал увиденное за чистую монету, словно сама наивность.

— Ну, я приехал сюда, чтобы купить побольше тёплых вещей, но когда прогуливался около кафетериев, заметил её. Она... лежала на плече какого-то парня и мило болтала с ним.

— И что с того? Разве это не мог быть её брат или друг? — непонимающе спрашивает Джен, но Чонгук возражает.

— У неё нет братьев.

— Но друзья-то есть.

Парирует она, наблюдая за смятениями красноволосого. Сейчас он казался ей таким смешным и беспомощным, прямо-таки щеночком, потому Дженни всё же решила более мягко поддержать его.

— Если я так же положу голову на чьё-нибудь плечо из клуба, ты воспримешь это как что-то из ряда вон? — после лёгкого мотания головой, она продолжает, — Ну и почему же у неё не может быть подобных друзей? В конце концов, даже если это кто-то, кто ей нравится, почему бы тебе не спросить у неё самой?

Шатенка пожимает плечами, но на последней фразе Чон оживляется и вновь возражает.

— Ни за что. Думаешь, будет легко вот так невзначай спросить: «А тебе нравится кто-нибудь?» Это же бред полный.

— Хочешь, спрошу я?

— Ты что, вообще не понимаешь?

Между двумя на секунды виснет молчание, пока оба смотрят друг на друга как на сумасшедших. В конце концов, Чон вздыхает и проговаривает уже более спокойно.

— Я не хочу торопиться. Но когда появляется вероятность, что есть кто-то другой... Я правда не знаю, что делать.

Дженни сидит, рассматривая чей-то десерт, стоящий на соседнем столике, пока не решает спросить.

— Может тогда написать ему?

— Кому? — устало поднимает взгляд Чонгук, искренне надеясь услышать какое-то более адекватное, по его меркам, предложение.

— Тому парню, что был с ней. Если они близки, то можно поискать его у неё в подписках.

Парень обречённо вздыхает и протяжно произносит.

— Почему нужно идти такими радикальными путями? Что я у него спрошу? Встречается ли он с ней?

— Потому что у нас попросту нет других вариантов. Нет никаких окольных путей. Если ты не спросишь прямо, так никогда и не узнаешь. Даже если твои худшие опасения подтвердятся, ты, по крайней мере, больше не будешь терять время.

Нехотя, но он всё же задумывается над словами, в то время как Джен просматривает подписки Манобан.

— Это не он? — она показывает профиль какого-то брюнета, но Чон сразу отметает.

— Тот был блондином.

Ещё минуту девушка мониторит различные аккаунты, пока не натыкается на последний и совершенно пустой.

— О, тут ссылка на инсту, — как только страница загружается, Ким произносит тихое «воу», что не может не заинтересовать Гука.

Она поворачивает телефон к нему, и баскетболист замирает, затем чуть неуверенно кивая.

— Интересные друзья у нашей дорогой Лалисы. В биографии указано, что он работает хостом. А люди с такой внешностью явно клиентами обделены не будут, — задумчиво произносит Дженни, лишь потом опомнившись, — Но это всё ещё ничего не значит. Напиши ему. Хотя, раз такое дело можешь и на работу к нему наведаться, пообщаться лично.

Улыбается уголком губ подруга и откладывает телефон.

— Твои идеи одна хуже другой.

— Так что собираешься делать? — она игнорирует предыдущее замечание и почти что с насмешкой смотрит на Чона. 

Увы, он понятия не имеет, но точно знает, что сидеть на месте попросту не сможет.

                                    * * *

Тоскливо. Именно так можно было описать рутину, что окутала всё школьное здание с основания до верхушки. Даже пейзажи за окном потеряли всякие краски, словно в редакторе изображений кто-то нарочно понизил контрастность. Не то чтобы это было удивительно для нынешнего сезона, всё-таки уже наступила зима, а в период с конца ноября по начало декабря всегда грязно и тускло. Может быть, положение бы поправил белоснежный снег, однако выпадать он, по всей видимости, пока не собирался. Мороз присутствовал, но даже парой миллиметров пушистого ковра погода делиться не хотела.

Дела в школе тоже оставляли желать лучшего. Ученики приходили на занятия, когда рассвет только-только загорался, а уходили уже в темень. Весь день лекции, задания, подготовка к промежуточным экзаменам. Которые, между прочим, вот-вот нагрянут! Всего две недели, а там уже, глядишь, через недельку и зимние каникулы с праздниками. Этот перерыв в учёбе, очевидно, проблем не решит, но пауза для многих сейчас была просто необходима.

Новая неделя начиналась относительно спокойно, даже необычно тихо. И продолжалась бы точно также, если бы не человек, в чьих руках всегда самые свежие сплетни.

Компания старшеклассников неохотно выходит из спортивного зала, но всё-таки слушается друга и прибавляет шагу, направляясь на третий этаж.

— Что он может делать у кабинета директора после уроков? — устало спрашивает Чимин, не находя в себе сил самому строить предположения.

Братья Хван, идущие с ним позади так же лениво пожимают плечами. По правде говоря, всему клубу сейчас хотелось лишь быстрее провести тренировку и разойтись. Как бы Джисону и Чанбину не хотелось возвращаться домой, их чрезмерно клонило в сон весь день, потому даже перспектива слушания нотаций от отца казалась не такой страшной, если под боком могла бы быть удобная кровать.

— Вокруг него всегда что-то происходит. Находись он посреди пустыни, всё равно что-нибудь да стряслось бы, — кидает в ответ Чонгук, и Минхёк пропускает смешок.

— Но раз он позвал всех, есть вероятность, что там что-то серьёзное? — размышляет Юнги, с чем остальным остаётся только согласиться.

По крайней мере, хотелось верить, что Тэхён не притягивает к себе исключительно абсурдные ситуации. Минуя ещё один поворот, ученики оказываются на третьем этаже, где видят парня, прислонившегося к стене плечом и внимательно слушающего разговор в кабинете. Заметив их, он молча прикладывает палец к губам, указывая быть тише. Компания кучкуется ближе и стихает, прислушиваясь к голосам за дверью, узнать их труда не составляет.

— И что вы предлагаете делать? Просто наблюдать и ждать? Ждать чего? Очередной плашки по новостным каналам?

Ученики редко видели профессора Кана раздражённым. Обычно он был шутлив и саркастичен, но сейчас едва ли сдерживался, чтобы не нахамить в лицо завучу. Но на самом деле он уже. И останавливаться не планировал.

— Вы преувеличиваете, профессор. Более того, в ваших соображениях понимать, что как преподаватель вы не можете превышать свои полномочия и вмешиваться в личную жизнь детей. Для этого у вас нет никаких прямых заявлений и доказательств.

Голос самого завуча оставался твёрдым и даже угнетающим. Тот явно не хотел скандала, хоть и понимал, к чему всё ведёт.

— Доказательством будет смерть этой девочки через месяц-другой, если прямо сейчас вы не предпримите что-либо.

— Много ли подобных историй вы слышали в нашей школе? Наши учителя прекрасно наблюдают за ментальным состоянием учеников, потому и репутация у нас чиста.

Чимин, стоящий рядом с Тэхёном, хмурится и непонимающе смотрит на него, но Ким взглядом показывает ему продолжать слушать. Старшеклассники в удивлении приподнимают брови, услышав следующие фразы мужчины.

— Много ли историй? Да вы бы охуели даже от одной.

— Выбирайте выражения, профессор Кан, — грозно прерывает его завуч, а после короткой паузы продолжает, — Я повторю ещё раз. Мы не можем ничего сделать, пока в наших руках нет прямых доказательств. Я ведь правильно понимаю, что девочка никаких жалоб не подавала? Не подавала. Потому будьте добры, не утрируйте и занимайтесь своими делами. Полагаю, на этом мы можем закончить разговор.

Услышав это, пепельноволосый поднимает взгляд на друзей и тихо шепчет им отойти подальше от двери, после чего отходит сам.

— Прекрасно, — холодно бросает профессор и выходит из кабинета, останавливая себя от того, чтобы захлопнуть за собой дверь.

Как только он оказывается в коридоре, тихо выдыхает и трёт двумя пальцами переносицу. Затем замечает учеников и еле заметно усмехается, рукой подзывая их идти за ним. Всё так же тихо они уходят с третьего этажа и проходят на второй к кабинету физики, который учителя часто использовали для своих собраний. Мужчина устало падает в кресло, пока старшеклассники, пребывая в полном недоумении, не знают куда себя деть. Только Тэ, кажется, чувствовал себя как дома, легко усевшись на парту напротив учительского стола.

— Интересная группа поддержки, — наконец произносит профессор, — Целый баскетбольный клуб. Только вот зачем? — на последней фразе он обратился к Тэхёну, а тот лишь улыбнулся.

— Нам поможет Дженни, а остальных я за компанию позвал, чтоб посплетничать, — беззаботно ответил пепельноволосый, но когда заметил на себе непонимающий взгляд подруги, поспешно добавил, — Она прекрасно ладит с детьми, так что ей не составит труда найти общий язык с той девочкой. А там дело за малым. 

И хоть шатенка всё ещё ничего не понимала, раз её уже втянули в эту непонятную игру, оставалось только подыгрывать.

— Да, я часто сидела с детьми, не думаю, что возникнут проблемы, — ложь чистой воды, однако девушка подходит ближе, садится рядом с другом и спрашивает, — Но что вы имели в виду, когда говорили о других историях?

Мысленно Тэ благодарит менеджера за то, что она быстро влилась в происходящее, а затем открывает заметки на телефоне и быстро печатает пару фраз, незаметно для профессора показывая их за спиной Дженни остальным.

«Он думает, что вы уже всё знаете, но я не успел полностью рассказать вам, так что просто послушайте его. Я объясню всё, когда мы уйдём отсюда»

Конечно, баскетболистам это особой ясности не привносит, поэтому им попросту приходится выдать Киму кредит доверия и рассесться поближе, чтобы и дальше не стоять в проходе.

— Ровно то, что и сказал. Если оставаться безучастным, то новостной заголовок о сведении счетов с жизнью маленькой девочкой лишь вопрос времени.

— Вы были очень эмоциональны, — внезапно проговаривает Юнги, и взгляд преподавателя переходит на него, — Вам знакомо это?

И к сожалению, Мин попадает в точку. Мужчина несколько напрягается и спустя несколько секунд медленно кивает.

— В самом начале своей работы пришлось столкнуться с подобным. Я был молод и неуверен, поэтому не смог помочь, — на мгновение он замолкает, но затем всё же решается рассказать, — Тогда я работал в достаточно большой академии, меня впервые назначили классным руководителем и приставили к пятому классу. Должность настолько будоражила, что я выучил всех поимённо за один день. Детишки были славные, разговорчивые и открытые. Но была среди них девочка, которая словно боялась их активности. Первый месяц я думал, что она просто стеснительная. Но когда пошёл второй, начал замечать, что она шугается не только толпы, но и резких движений. Попробовал поговорить с ней, выяснить, в чём дело, но она ни в какую не отвечала. В один из дней увидел синяки на руках, вновь стал расспрашивать, но уже более осторожно. К сожалению, это ничего не дало. Она ни слова не сказала. Я долго размышлял, как лучше поступить, однако у неё, видимо, не было сил столько ждать помощи. Уже через неделю после нашего последнего разговора она спрыгнула с крыши школы. Прямо во время занятий, — напряженно стихает профессор, смотря куда-то сквозь компанию ребят.

Те в свою очередь не могут и слова вымолвить. Минхёк обеспокоено переглядывается с Дженни, замечая в её глазах такое же замешательство. Ей бы и хотелось что-нибудь предпринять, чтобы рассеять этот удушающий воздух, но здесь она бессильна.

— Что насчёт её родителей? — Чон, погружённый в мысли, едва ли не вздрагивает, когда тишину разрезает вопрос Юнги, сидящего рядом с ним.

Парень совсем не казался обескураженным. Он выглядел скорее понимающим? Таким спокойным, что это невольно передалось и остальным. По крайней мере, братья Хван смогли расслабить плечи, будто опомнившись.

— Я видел их, когда они давали показания полицейским. Можно сказать, что они просто сыграли в жертву, смогли отвертеться. А я был не в состоянии выдвигать обвинения против них, да и вряд ли в этом был смысл.

— Поэтому вы уволились? — мужчина даже не успел договорить, как последовал следующий вопрос от темноволосого.

Ему оставалось лишь кивнуть.

— Люди часто сбегают от смерти. Я не стал исключением, — он поднимается с кресла и произносит, — Что ж, идите по своим делам, мне нужно ещё уйму тетрадей проверить. Не забивайте голову лишним и не действуйте необдуманно.

На последнем предложении он посмотрел на Тэхёна, но тот в ответ только улыбнулся, спрыгивая с парты.

— До завтра профессор! — напоследок кидает Ким, первым выходя из кабинета.

Старшеклассники тоже прощаются и спешат догнать Тэ, который уже спускался по лестнице в спортзал.

— Эй, объяснись!

Кричит вдогонку Чимин, и друг разворачивается к остальным, когда понимает, что они уже достаточно далеко отошли.

— Как ты вообще вляпался в это? — в интонации Чанбина ни капли усмешки, только искреннее недоумение, ведь в дела подобного рода Тэхён ещё не влезал.

— И главное нашёл ведь время.

С таким же удивлением отзывается Джисон, на что пепельноволосый пожимает плечами и продолжат путь в спортивный зал, но уже более медленным шагом.

— Я зависал на перемене с девчонками из седьмого класса, стояли, болтали около столовки. К нам подключилась ещё одна, одноклассница их, стала доставать из рюкзака тетради, чтобы передать тем двоим. Зацепилась рукавом за что-то, а там под ним большущая гематома такая. Те девочки ничего не заметили, разговаривали о чём-то, а она сразу одёрнула кофту. Ну, я поспрашивал потом о ней, когда мы отошли, они сказали, что девочка нормальная, часто с ними по школе гуляет, но когда дело доходит до прогулок по городу, всегда отказывается. Я поспрашивал, кто ещё с ней общается, расспросил уже у других, они рассказали, что пару раз слышали, как на неё по телефону кричали, отчитывали за что-то. Дальше я пошёл к профессору Кану, спросил у него, замечал ли он за ней что-нибудь. Как понимаете, нет, в итоге профессор попробовал поговорить с ней, а она стала всё отрицать. Я за углом сныкался в этот момент, в общем, по глазам было видно, что врёт, слишком нервничала. Да и такую гематому случайно вряд ли заработаешь.

Ученики дошли до спортивного зала и прошли внутрь, машинально падая кто на скамейки, кто на пол.

— А дальше что? — спрашивает Юнги, и Тэ продолжает.

— Ну, что видели. После уроков профессор Кан пошёл к завучу, чтобы вместе обсудить эту ситуацию. Его целью было разрешение на явку в дом той девочки. Типо, чтобы застать родителей врасплох и посмотреть на обстановку, как она есть. Но этот душнила его едва ли всерьёз воспринимает.

— Кошмар, — тихо отзывается Пак, хмуря брови, — Твоё любопытство продолжает находить приключения. Что ты вообще делал с теми семиклассницами?

— Болтал, — непринуждённо отвечает Тэхён, и Чимин сразу осекается, шутливо извиняясь.

— Да, извини, забыл, что ты у нас с каждым вторым дружбу водишь.

Двое могли бы и дальше плеваться саркастичным ядом, если бы не вмешавшаяся  Дженни, которая, честно говоря, от всей услышанной информации устала больше, чем от предполагаемой тренировки. Но ей уже сегодня не суждено было состояться.

— Хорошо, так что ты хотел? У тебя есть какой-то план дальнейших действий?

Парень переключает внимание с Чимина на подругу и кивает.

— Как я и говорил, ты побеседуешь с той семиклассницей, убедишь её рассказать всё завучу, и тогда мы сможем привлечь её родителей к ответственности, — он проговорил это так, словно шатенке нужно было лишь пальцами щёлкнуть, чтобы всё получилось, и это очевидно не могло не озадачить её.

Потому прежде, чем она успевает что-либо сказать, Тэхён разъясняет.

— Не факт, что всё получится быстро, но знаешь, ты многим из нас мозги вправляла за несколько минут, так что разобраться с ней не должно быть супер трудно. В целом, я делаю ставку на то, что ты поделишься с ней своей историей, так она сможет быстрее довериться тебе и осознать, что не одна столкнулась с подобным.

Менеджеру нечего возразить. И не то чтобы она хотела, всё-таки её вся эта история зацепила с первых секунд. Никак нельзя оставаться равнодушным к тому, через что прошёл сам. Она устало выдыхает и отвечает.

— Тогда завтра отведёшь меня к ней. Желательно выловить после уроков, без лишнего шума поговорим.

Тэ довольно улыбается, но он, очевидно, другого исхода и не ожидал. Его дело узнать и услышать, а затем уже привести помощь от нужного человека. Юнги смотрит на него и всё больше не понимает умыслы своего друга, однако раздумья об этом он отложит на потом. Сейчас баскетбольный клуб прощается друг с другом, ведь сил ни у кого попросту не осталось, чтобы проводить тренировку. Хотя Дженни, вероятно, и задержала бы их на часик, но сдвигать график лишь в её стиле, явно не в их. Поэтому уже через десять минут свет в спортивном зале гаснет, а все секреты остаются в его стенах. Но как говорят, даже у стен есть уши.

                                   * * *

                                    * * *

Вторник всегда казался для черноволосой чрезвычайно скучным днём. Ей сложно было объяснить, почему именно, просто в этот день недели она чувствовала себя особенно опустошённой. А сейчас ещё и приближающиеся экзамены тоски наводили. И ладно бы просто экзамены, родители-то никуда не делись. В частности, их давление. Эти ребята вообще в курсе, что она посещает психолога уже который месяц? Кажется, Ким ещё не видела людей, которым настолько плевать на окружающих. Но с другой стороны это было к лучшему. Вряд ли она смогла бы дождаться от них хоть какой-то положительной реакции, скорее прозвучал бы очередной упрёк. Однако стоит отметить, что даже если обида и осталась, теперь их отношение меньше волнует Джису. Намджун с таким облегчением улыбнулся, когда услышал от неё, что ей удалось проработать это. Сейчас, оглядываясь назад, девушке попросту не верится, что он так терпеливо помогал ей во всём. Ким прекрасно понимает, что это и есть здоровые отношения, но всё же удивляется подобной заботе как ребёнок.

В любом случае, ей ещё во многом нужно разобраться. Копаться в себе оказалось гораздо труднее, чем она могла предположить, потому придётся и дальше работать. Работать, чтобы оплачивать сеансы. По началу с этим помогал Намджун и его родители, они говорили, что ей не о чем беспокоиться, однако для Джису это было высшей степенью своей безнадёжности. Она стала искать подработку и в итоге устроилась официанткой на полставки, кафе недалеко от дома оказалось не самым худшим вариантом. Сразу после школы она отправлялась туда и работала примерно до восьми вечера, изредка задерживаясь. После возвращалась домой и делала уроки. Но высыпаться стало сложнее, поэтому девушке пришлось сменить тактику: всё домашнее задание она делала в школе на переменах, пряталась в кабинете совета и там быстро расправлялась с ним. А уже после работы заваливалась в свою комнату и засыпала до утра. От родителей никаких вопросов не было. Они свято верили в то, что она всё своё время посвящает дополнительным занятиям, потому даже не расспрашивали её о чём-либо.

«Ещё бы они интересовались мной» равнодушно хмыкает Ким, решая очередное уравнение. В кабинете совета тихо и прохладно, металлические шарики Ньютона монотонно отстукивают ритм, плавно смещаясь на фон в подсознании и теряясь среди потоков раздумий ученицы. Последнее уравнение совсем не даётся. Краем глаза она замечает, что запачкала ладонь ручкой, на руках появляется какое-то фантомное ощущение пыли. Джису раздражённо поднимается с места и выходит, направляясь по коридору в туалет. Сейчас обеденная перемена, так что подавляющая часть старшеклассников просиживает свои свободные двадцать с лишним минут в столовой. Она быстро моет руки и машет ими, стряхивая оставшиеся капли воды. Замечает на раковине чью-то оставленную синюю резинку для волос и идёт на выход, сталкиваясь в проходе с двумя девушками, что с недавних пор присоединились к ученическому совету. Ученицы любезно улыбаются друг другу, и черноволосая выходит, закрывая за собой дверь. Она уже собирается возвращаться в кабинет, но за долю секунды останавливается, услышав голоса.

— Я слышала, что в совете работает ещё и Дженни Ким.

— Это которая с баскетболистами тусуется?

— Ага, типо того. Только вот ни разу не видела, чтобы она вообще работала.

— Разве она не в напряжённых отношениях с замглавой? Как её вообще приняли?

— Да чёрт знает, может к главе подлизалась и назло ошивается там, чтобы Джису позлить.

— Думаешь? Может действительно парня не поделили.

— Всё может быть. Ей баскетбольного клуба что ли мало? Хотя рассказывали, что она ещё и с волейбольным общается, с капитаном их уж точно видели её.

— Жесть, а с виду вполне миленькая.

Девушка распахивает дверь и видит испуганные глаза учениц. В одно мгновение вся её непонятно откуда взявшаяся решимость теряется под взорами неудавшихся сплетниц. Она натягивает легкую улыбку и произносит.

— Забыла резинку, — подходит ближе, замечая напряжение старшеклассниц, и невесомым движением подхватывает вещь.

Вновь скрываясь за дверью, слышит облегчённый выдох.

— Я так испугалась.

— Да забей. Кстати, что насчёт нашей прогулки на выходных?

Джису расслабляет плечи и смотрит на синюю резинку в руке. И что на неё нашло? Почему так резко вскипела? Как бы то ни было, эта злосчастная резинка теперь точно не найдет свою хозяйку.

* * *

— Как её зовут? — спрашивает шатенка, спускаясь по лестнице.

Тэхён догоняет её, попутно печатая сообщение в телефоне.

— Хан Соён.

Друзья, как и договаривались, решили выловить семиклассницу после занятий. Она посещала несколько дополнительных: в это время в школе было очень мало народу, точнее, все концентрировались по кабинетам и в основном сидели лишь там. В общем, для разговора по душам более подходящий момент найти сложно. Дойдя до первого этажа, девушка останавливается, улавливая еле слышные всхлипы, как раз-таки из раздевалки. Она смотрит на парня и по его взгляду понимает, что это именно та девочка, к которой они пришли.

— Ох, похоже это твой звёздный час, — шепотом обращается пепельноволосый к подруге, получая в ответ лишь скептичное «угу»

— Вали в спортзал. Я напишу, если всё получится.

— Грубиянка, — хмыкает Тэ и сворачивает к коридору, ведущему в зал, где сейчас и засели остальные. Волейбольный клуб сегодня пропустил тренировку, потому баскетболисты быстро захватили территорию.

Дженни же мысленно собирается с духом и шагает к раздевалке, где на скамейке сидит девочка с тёмными волосами по плечи. Она казалась такой маленькой и беззащитной, что Ким сложно было представить, как она вообще терпит побои.

— Эй, что-то случилось? — мягко начинает Джен, чуть наклоняясь, чтобы взглянуть на лицо Соён.

Девочка поднимает взгляд, явно не понимая, почему к ней обращается какая-то незнакомая старшеклассница. Она поспешно мотает головой из стороны в сторону и вновь прячет чуть покрасневшие глаза в пол. Очевидно не настроенная на беседу и уж тем более обсуждение своих проблем, она рассчитывает на то, что шатенка пойдёт дальше по своим делам. Потому несколько паникует, когда ощущает, как девушка садится рядом слева от неё и смотрит в упор. Дженни прячет лёгкую сочувствующую улыбку, ведь реакция ей так знакома.

— Разве ты не плакала только что? Знаешь, иногда полезно выговориться кому-то незнакомому.

Ким понимает, что идёт слишком очевидным и прямым путём, но вряд ли эта девочка сейчас в состоянии выслушивать долгие подводки.

— Если тебя что-то беспокоит, нужно вовремя выпускать это. Иначе потом ты просто сорвёшься. А срываться в школе такое себе удовольствие.

Семиклассница молчит, всё ещё ожидая, когда Дженни отстанет от неё. Та в свою очередь старается быть максимально деликатной, давить нельзя. Хотя наверняка само её присутствие для Соён уже обременение. Быстро осознав это, девушке приходится экстренно менять тактику. Если подобными речами из неё откровения не выудить, то нужно объяснить всё как есть. В конце концов, дети ценят честность. По крайней мере, для самой Джен это всегда было важно.

— У тебя ведь проблемы с родителями? — после этой фразы девочка замирает, будто не дыша, она смотрит на чужие руки не в силах поднять взгляд выше, — Ну, судя по твоей реакции, мы оказались правы. Расслабься, я не собираюсь отчитывать тебя или что-то в этом роде. Просто хочу помочь.

— Откуда?... — неуверенно спрашивает Хан, заправляя за ухо пряди волос.

Будто котёнок, потерявшийся среди толпы безразличных людей. Пожалуй, так её можно было описать. А ведь люди частенько не смотрят под ноги, того и гляди растопчут невинные чувства.

— Мой друг заметил у тебя гематому на руке. Плюс несколько других факторов. Конечно, было бы лучше, если бы это всё было ошибкой, но раз так вышло, то мы определённо должны помочь тебе.

— С чего бы вам помогать незнакомой девочке?

В её голосе уйма недоверия, и понять это, разумеется, можно. Соён Дженни знать не знала, а она со своими вопросами как снег на голову. Да и вопросы чересчур личные.

— Мы похожи больше, чем ты думаешь, — с нежной улыбкой проговаривает Ким и наконец ловит взгляд семиклассницы, которая решила взглянуть на неё чисто из любопытства, — Я знаю, каковы могут быть последствия, поэтому хочу поддержать тебя.

Она делает паузу, даёт малышке время на осмысление, а затем и сама задумывается, какие слова лучше подобрать. Всё-таки, она не сможет обсуждать это с ней в своей весёлой ироничной манере, как привыкла, нужно вложить больше искренности, обнажить кусочек души, иначе зарождающемуся доверию можно помахать ручкой.

— Мне тогда было примерно столько же, сколько тебе. Отец часто поднимал руку на нас с матерью, у него были большие проблемы с алкоголем, — осторожно начинает шатенка и замечает, как на последнем слове Хан сжимает ладони в кулачки, — Мне было страшно просить у кого-то помощи, я считала, что это исключительно проблемы нашей семьи. Но знаешь, возможно, мы могли бы отделаться легче, если бы вовремя поняли, что не справляемся сами. Ты не должна терпеть это. Никто не заслуживает подобного отношения к себе. Я знаю, как это страшно. Понимаю, какого находится дома, не ощущая себя в безопасности. И я в курсе, как сложно пережить хотя бы один подобный вечер.

Джен хотела обнять её или хоть как-то коснуться, но в самый последний момент одёрнула себя, подумав, что она и так достаточно вторглась в личное пространство Соён. Правда, когда через секунду она увидела падающие на руки девочки капли, тело двинулось само, уже не спрашивая разрешения.

Она всхлипывала, уткнувшись в чужое плечо, пыталась спрятать дрожь в теле, не желая признавать, что так хотела таких тёплых объятий, такого понимания. Одна ладонь Дженни мягко скользила по волосам девочки, а другая прижимала к себе, на мгновение к шатенке закралась мысль о том, что возможно так себя чувствуют люди, у которых есть младшие братья и сёстры, когда успокаивают их.

— Ты очень сильная, — шепчет Ким, ни на секунду не ослабляя объятий, — Ты правда молодец, не вини себя ни в чём.

Были ли это те слова, которые когда-то хотела услышать Дженни? Возможно. Но сейчас главное, что малышка Соён их слышит.

На рубашке остаётся небольшое пятно от слёз, что всё продолжают течь. Ким прекрасно представляет, сколько этой девочке приходилось сдерживаться. И на душе становится паршиво. Паршиво от того, что кого-то тоже затронула такая участь.

— Стало полегче? — заботливо произносит девушка, когда спустя десять минут Хан удаётся успокоиться.

Она достаёт из портфеля бутылку воды и салфетки, после чего протягивает девочке.

— Я не могу заставить тебя принять мою помощь. Тебе нужно самой сделать выбор. Но просто помни, что все на твоей стороне, никто не осудит тебя.

Хан мнётся, вновь опуская взгляд. Но Джен уже может понять, что в глубине души Соён всё решила, потому в какой-то степени старшеклассница может выдохнуть.

— Мы можем встретиться завтра?

— Конечно. Я зайду за тобой после занятий, идёт?

Соён несколько раз кивает и медленно поднимается со скамейки, показывая, что ей пора.

— Увидимся. Береги себя, — машет рукой Дженни и улыбается на прощание, тоже поднимаясь со скамьи.

Соён в спешке выходит из школы, и как только двери закрываются, шатенка оседает, чувствуя, что ноги готовы были предательски подкоситься. Это определённо было куда сложнее, чем она ожидала.

Так она сидит около минуты, пока её покой не нарушают.

— Как всё прошло? — Юнги проходит к ней и садится рядом, передавая коробочку яблочного сока, но когда замечает взгляд подруги, спрашивает уже чуть более обеспокоено, — С тобой всё в порядке?

Джен сжимает сок обеими руками и отвечает.

— Вполне неплохо. Думаю, завтра уже пойдём с ней к профессору. Судя по реакции, она многого натерпелась, — кивает сама себе шатенка, смотря куда-то вниз.

— Это хорошо. Но ещё я спросил, всё ли в порядке с тобой? — более настойчиво повторил парень, обращая на себя внимание Ким.

Но она отводит взгляд, искренне не зная, как ответить на этот вопрос. С одной стороны, да, она в полном порядке, но с другой... Впрочем, когда после нескольких минут её молчания, она чувствует, как Мин нежно поглаживает её по волосам, становится чуть легче.

                                   * * *

Девушка возвращается домой и замечает погашенный свет. Похоже, родители уехали. Лучше подарка после тяжелого рабочего дня она и представить не могла. Неосознанно расплывается в лёгкой улыбке, когда проходит на кухню и заваривает себе чай, не ощущая косых взглядов, как обычно это происходило. Решив, что нужно поужинать, Джису достаёт из морозилки овощную смесь и включает плиту. Высыпает овощи и быстро шагает в свою комнату, чтобы поскорее переодеться в домашнюю одежду. Только натянув футболку, она осознаёт, как сильно ноют плечи. Усталость даёт о себе знать, но этим Ким даже горда. Она давно не чувствовала себя настолько живой.

Стоя у плиты и помешивая на сковородке овощи, она берёт телефон в другую руку и замечает несколько сообщений, отправленных ещё в пять часов вечера. Сейчас же давно перевалило за девять. Увидев, что это от Намджуна, она в приподнятом настроении заходит в переписку, а затем замирает, прочитав три сообщения ниже.

— Какого чёрта...

Джису не могла осознать одного: даже если всё написанное является правдой, почему она узнаёт о проблемах бывшей подруги самая последняя?

____________________дополнения к главе: