Глава 5. Шепот забытых истин и цветок скорби.

Дни сменялись ночами,  превращаясь в  бесконечную вереницу боли и полусна. Айван упорно игнорировал  приносимую еду -  скудный  кусок  черствого  хлеба  и  горшок  с  затхлой  водой -  лишь изредка позволяя  себе  пригубить  жидкости.  Он знал -  Элиана  надеялась  сломить  его  голодом,  но  он  не  собирался  давать  ей  этого  удовольствия.  Лучше  умереть  свободным,  чем  стать  марионеткой  в  её  руках.

Он  часами  медитировал,  пытаясь  услышать  шёпот  силы,  что  дремала  где-то  внутри,  восстановить  утраченную  связь  с  магией.  Иногда  ему  казалось,  что  он  нащупывает  край  этого  источника,  чувствуя,  как  тепло  разливается  по  телу,  но  стоило  ему  только  попытаться  ухватиться  за  него,  как  все  исчезало,  оставляя  после  себя  лишь  горечь  разочарования.

Рэйвен  навещал  его  каждый  день,  принося  с  собой  порцию  унижений  и  боли.  Айван  терпел,  стиснув  зубы,  отвечая  на  удары  лишь  презрительным  молчанием.  Он  знал,  что  это  лишь  ещё  один  способ  сломить  его  волю,  и  он  не  собирался  показывать  свою  слабость.

И  вот,  однажды  ночью,  когда  он  был  готов  поклясться,  что  слышит  смех  Элианы,  разносящийся  по  темным  коридорам  замка,  что-то  изменилось.  Сначала  это  был  едва  уловимый  звук,  похожий  на  далекий  гром  или  грохот  камнепада.  Потом  он  стал  громче,  настойчивее,  словно  сам  замок  пытался  о  чем-то  предупредить.

Внезапно  дверь  камеры  распахнулась,  заставляя  Айвана  вздрогнуть.  Но  это  был  не  Рэйвен.  На  пороге  стояла  девушка,  которой  на  вид  едва  исполнилось  двадцать.  У  неё  были  большие  синие  глаза,  обрамленные  густыми  ресницами,  и  задорный  вздернутый  нос.  Светлые  волосы  выбились  из-под  белоснежного  чепца,  обрамляя  нежное  лицо.  Она  с  любопытством  разглядывала  Айвана,  и  на  её  губах  играла  робкая  улыбка.

Айван  инстинктивно  отодвинулся  к  стене,  не  понимая,  что  происходит.  Что  эта  девушка  делает  здесь,  в  этом  логове  зла?  И  что  означает  её  странная  улыбка?

Прежде  чем  он  успел  что-либо  сказать,  за  спиной  девушки  появилась  Элиана.  На  этот  раз  на  ней  был  тот  же  наряд,  что  и  при  их  последней  встрече,  только  теперь  белоснежную  ткань  блузки  украшал  ярко-красный  рисунок,  напоминающий  цветок.  Айван  всмотрелся  внимательнее  и  с  ужасом  узнал  в  нём  ликорис -  цветок  смерти  и  печали.

Элиана, словно не замечая напряжения Айвана,  широко улыбнулась,  обнажив  ряд  белых  зубов.

- А, ты,  кажется, уже познакомился с  моей племянницей,  Селеной.

Девушка, Селена,  грациозно присела  в  поклоне, не сводя с  Айвана  любопытного взгляда.   В  её глазах  светилось  что-то  неуловимо  хищное,  сродни  блеску  драгоценных  камней  на  пальцах  её  тётки.

- Дорогая, -  Элиана обратилась  к  Селене,  но  голос  её,  обычно  мягкий  и  обволакивающий,  теперь  звучал  холодно,  словно  лёд,  -  почему  бы  тебе  не  подождать  нас  в  зале?  У  меня  разговор  с  нашим…  гостем.

- Как  скажешь,  тётушка,  -  покорно  ответила  Селена,  но  не  удержалась  и  ещё  раз  бросила  на  Айвана  быстрый  взгляд,  прежде  чем  исчезнуть  в  темноте  коридора.

Как  только  звук  её  шагов  стих,  Элиана  резко  повернулась  к  Айвану.

- Я  же  просила:  спой  мне,  птичка!  -  её  голос  прозвучал  уже  не  так  ласково,  как  раньше,  в  нём  явно  слышались  раздражительные  нотки.

-  Я  не  умею  петь,  -  устало  повторил  Айван,  отводя  взгляд.  -  И  даже  если  бы  умел,  не  стал  бы  этого  делать  для  тебя.

-  Жаль.  А  ведь  у  меня  были  на  тебя  такие  планы,  -  Элиана  приблизилась  к  решетке,  её  лицо  было  в  тени,  но  Айван  чувствовал  исходящий  от  неё  холод.  -  Видишь  ли,  мой  дорогой,  я  не  привыкла,  чтобы  мне  отказывали. 

Она  наклонилась  к  нему,  и  Айван  впервые  увидел  её  глаза  так  близко.  Они  были  словно  два  ледяных  озера,  в  глубине  которых  таилась  смертельная  опасность.

-  У  тебя  есть  выбор,  Айван,  -  прошептала  она.  -  Или  ты  начинаешь  петь  для  меня,  или…  -  она  сделала  паузу,  и  её  губы  растянулись  в  жестокой  улыбке,  -  или  ты  станешь  игрушкой  для  Селены.  Уверяю  тебя,  ей  очень  понравится  новая  кукла.

- Я скорее сдохну! - выкрикнул Айван, вскакивая на ноги.

Он больше не мог выносить  ни ее присутствия, ни удушающей атмосферы этой проклятой темницы.  В нем вспыхнула ярость, заглушая  остатки страха и  разума.  Не раздумывая ни секунды, Айван  бросился на решетку,  целясь  кулаком в то место,  где, как  ему показалось,  была  Элиана.

Он  не  прогадал.  Королева  не  ожидала  такой  отчаянной  атаки.  Она  вскрикнула  от  неожиданности,  но  не  растерялась.  В  её  глазах  мелькнуло  холодное  пламя,  и  Айван  почувствовал,  как  невидимая  сила  схватила  его,  сжимая  в  железных  тисках.  Он  пытался  вырваться,  но  все  было  тщетно.  Магия  Элианы  держала  его  мертвой  хваткой.

- Глупец, -  прошипела  она  ему  в  лицо,  её  голос  дрожал  от  гнева.  -  Ты  даже  не  представляешь,  с  кем  связываешься!  Ты  думаешь,  что  твоя  жалкой  силёнка  хоть  что-то  значит  против  меня?

Она  приблизила  своё  лицо  к  его  лицу,  её  глаза,  сияющие  в  полумраке,  казались  просто  огромными.

-  Ты  можешь  обладать  силой  древних,  малыш,  но  ты  даже  не  умеешь  ей  пользоваться! -  её  губы  искривились  в  презрительной  усмешке.  -  Ты  для  меня  всего  лишь  инструмент.  И  я  буду  использовать  тебя  так,  как  посчитаю  нужным.

Элиана  щелкнула  пальцами,  и  в  камеру  ворвались  двое  стражников.  Она  оттолкнула  Айвана  к  ним,  словно  тот  был  ничтожной  букашкой.

-  Переоденьте  его, -  бросила  она  стражникам,  её  голос  снова  стал  ледяным  и  спокойным.  -  И  наденьте  ошейник.  Я  не  хочу,  чтобы  моя  новая…  игрушка  снова  вышла  из-под  контроля.

Стражники  грубо  сорвали  с  Айвана  его  лохмотья,  не  обращая  внимания  на  его  протесты  и  попытки  сопротивления.  Один  из  них  швырнул  к  его  ногам  кучу  ткани,  которая  при  более  пристальном  рассмотрении  оказалась  одеждой.  Черные,  облегающие  штаны  из  мягкой  кожи,  белая  льняная  рубашка  с  широкими  рукавами,  завязанными  на  запястьях  тонкими  шнурками,  и  длинный  жилет  из  темно-синего  бархата,  расшитый  серебряными  нитями.  Одежда  была  богатой  и  красивой,  но  на  Айване  она  смотрелась  неуместной  и  чужой.

Закончив  с  одеждой,  стражники  насильно  надели  на  него  широкий  кожаный  ошейник  с  серебряной  пряжкой,  на  которой  был  выгравирован  символ  луны  и  звезд  -  герб  Элианы.  От  ошейника  вниз  спускалась  тонкая  серебряная  цепочка,  к  которой  была  прикреплена  короткая  ручка.  Айван  понял,  что  это  и  есть  тот  самый  "поводок",  о  котором  говорила  королева.

Он  был  бессилен  что-либо  изменить.  Его  собственная  магия,  словно  чувствуя  настроение  хозяина,  затаилась  где-то  глубоко  внутри,  отказываясь  приходить  на  помощь.  Оставалось  лишь  повиноваться.

Стражники  вывели  его  из  темницы,  крепко  держа  за  руки.  Айван  шел,  низко  опустив  голову,  не  желая  видеть  лиц  тюремщиков  и  не  желая  знать,  что  ждет  его  впереди.  Он  слышал  лишь  звук  собственных  шагов  и  звенящую  тишину  пустых  коридоров.

Они  привели  его  в  просторный  зал,  который  казался  еще  больше  из-за  высоких  потолков  и  огромных  окон,  выходящих  во  внутренний  двор  замка.  В  зале  было  много  людей  -  мужчины  и  женщины  в  богатых  нарядах,  с  бокалами  вина  в  руках,  вели  непринужденные  беседы,  смеялись.  Айван  почувствовал  на  себе  их  любопытные  взгляды,  и  ему  стало  еще  неуютнее.

В  центре  зала,  на  возвышении,  стояла  Элиана.  На  ней  было  длинное  платье  цвета  воронова  крыла,  украшенное  серебром  и  черными  жемчужинами.  Она  выглядела  великолепно,  словно  королева  из  сказки,  но  Айван  видел  в  её  глазах  лишь  холод  и  жестокость.

Она  улыбнулась,  заметив  его,  и  эта  улыбка  не  достигла  её  глаз.  Элиана  взяла  у  стражника  ручку  его  "поводка",  словно  тот  был  не  человеком,  а  каким-то  экзотическим  зверьком.

-  Друзья  мои!  -  громко  обратилась  она  к  собравшимся,  и  зал  мгновенно  стих.  -  У  меня  для  вас  сюрприз!  Я  хочу  представить  вам…  подарок  для  моей  дорогой  племянницы.

Она  резко  дернула  за  цепочку,  заставляя  Айвана  шагнуть  вперед,  ближе  к  свету.

-  Познакомьтесь,  -  продолжала  Элиана,  её  голос  звучал  торжествующе.  -  Это  -  Айван.  И  от  нынешнего  дня  он  принадлежит…  Селене!