Глава 30 Её тьма - это не грех

Странный сон, полный непонятных образов, начал рассеиваться, уступая место реальности. Но прежде чем она окончательно вернулась, Лина услышала незнакомые голоса. А потом, обжигающий шепот, прозвучавший так близко, что казалось, он касается ее кожи.

- Я знаю, ты уже пришла в себя. Рядом, на боку, лежал Лео, подперев голову рукой. Его взгляд, пристальный и изучающий, заставил ее смущенно отвернуться.

- Не думаешь, что это... чересчур? - спросил Лео, его голос звучал немного насмешливо.

- Ты о чем? - не поняла Лина.

- О том, что мы знакомы всего пару недель, а я уже дважды ждал, когда ты очнешься, - добавил он, усмехнувшись. - Это как-то... слишком, не находишь?

Прежде чем Лина успела ответить, он крепко обнял её, с такой нежностью и силой, что она почувствовала, как всё её напряжение начинает отступать. Его губы коснулись её волос.

- Я пошутил, - прошептал парень ей в волосы. - Просто я ... я так переживал за тебя, Лина. Ты не представляешь, как сильно.

Он нежно провел рукой по её щеке, и девушка почти зажмурилась от этого прикосновения. Затем, преодолевая нерешительность, он медленно потянулся к её губам, намереваясь поцеловать её. Но в тот самый момент, когда их губы должны были соприкоснуться, что-то изменилось. Внутри Лины, там, где еще недавно была лишь пустота, вспыхнула новая, чужая энергия. Она была холодной, отстраненной и пугающе сильной. Это была не её сила, не та, что дала отпор Эдриану, а что-то иное, что-то, что пробудилось в ней после боя.

Сила, словно живая, вырвалась наружу, создавая невидимый барьер между девушкой и Лео. Он отшатнулся, как от удара, его губы застыли в сантиметре от ее. В его глазах мелькнуло удивление, затем недоумение. Парень почувствовал эту отталкивающую силу, эту холодную стену, которая возникла между ними.

- Ты...- начал было Лео, но слова застряли у него в горле.

Лина смотрела на него, шокированная не меньше, чем он. Она не понимала, что это было, откуда взялось. Это чувство было чужим, но оно защищало ее, оттолкнув Лео, словно он был угрозой.

- Я ... я не хотела, - прошептала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Это не я...

- Лина! Наконец ты очнулась, я так переживала, - стискивая в объятиях девушку, воскликнула Селена, ворвавшаяся в палатку.

Заметив странный и растерянный вид этих двоих, Селена спросила:

- А что у вас здесь происходит? - переводила она взгляд с парня на девушку. - Лео! Ради всего святого, что ты опять натворил, она только пришла в себя! Твои выходки не могли подождать?

- Я ничего не делал! - ответил ей Лео с недоумением в глазах и отошел от кровати.

- Так я и поверила. Лина очнулась, и ты тут как тут.

- Он правда ни при чем, Селена. Лео пришел проверить меня. Так ведь? - спросила Лина и многозначительно посмотрела на парня, словно взглядом прося не рассказывать о том, что произошло ранее.

- Да. Рад, что ты в порядке, - не оборачиваясь, произнес Лео и вышел из палатки.

Эдриан

Все закончилось. Лину забрали, и они не смогли этому помешать. Последние отголоски битвы стихли, оставив после себя лишь пепел и тишину. Но для Эдриана это было не просто поражение. Его беспокоило не только жгучая обида от того, что его сосуд с тьмой ускользнула из его рук. Внутри него пробуждалось нечто совершенно новое, словно неведомая сила, скребущая его сердце изнутри. Это было нечто большее, чем просто гнев или желание вернуть утраченное. Это было... чувство.

Не сказав ни слова, Эдриан переместился. Воздух вокруг него сгустился, а тени обволокли его силуэт, затем, с тихим шипением, он оказался у водопада. Мощные потоки воды срывались вниз, разбиваясь о камни с оглушительным ревом, создавая завесу из брызг и тумана. Здесь, вдали от всего, он мог побыть один, погрузиться в этот хаос звуков, чтобы попытаться утихомирить собственные мысли, которые роились в его голове, словно стая разъяренных птиц. Он стоял на краю обрыва, чувствуя прохладу водяных брызг на лице. Вода смывала следы битвы с его одежды, но не могла смыть то, что поселилось внутри него.

Он смотрел на бурлящую воду, пытаясь понять природу этого скребущего чувства. Была ли это тоска? Или, возможно, что-то похожее на сожаление? Мысль о Лине, о том, как она боролась, как ее глаза горели решимостью, не давала ему покоя. Он видел в ней не просто сосуд, а личность, которая осмелилась бросить ему вызов. И теперь, когда она исчезла, казалось, что вместе с ней исчезла и какая-то часть его самого.

Но еще беспокоило его что-то, что он не мог сформулировать. Когда он вспоминал последние моменты перед тем, как Лину забрали, его взгляд невольно задерживался на Лео. На том, как тот обнимал ее, как он заботливо говорил с ней. В груди Эдриана что-то сжалось, возникло неприятное ощущение. Это было похоже на укол - резкий, острый, вызывающий желание оттолкнуть, отогнать. Он не понимал, почему вид другого мужчины, проявляющего заботу к Лине, так его задевает. Ведь она была его магическим сосудом, его трофеем. Но это ощущение было глубже, чем просто собственничество. Оно было похоже на ревность. Эдриан сжал кулаки. Этот водопад, такой же мощный и неукротимый, как и чувства, которые он пытался обуздать. Ему нужно было понять, что это за эмоция, откуда она взялась, и как с ней справиться. Потому что одно он знал точно: эта новая, скребущая боль в сердце, смешанная с непонятной ревностью, была куда более опасной, чем любая магия, с которой он когда-либо сталкивался.

Глас

Оставшись в одиночестве, Глас лег на разрушенный пол, раскинув руки, прикрыл глаза и растянул губы в блаженной улыбке.

- Тишина... Ах, какое прекрасное чувство. Стоп! - распахнув глаза, он резко сел.- Почему Лина превратилась в это ужасное чудовище?

- А что если... - его глаза расширились от догадки. - Не может быть...

Внезапно мир перед глазами поплыл, и единственное, что он успел произнести, это:

- Твою...

- Мать! - закончил он свою фразу, но уже в эфирном пространстве.

- Да, Гласиус, - ответил величественный голос, который звучал отовсюду, словно наполняя пространство.

- Великая Мать, - склонился Глас в почтенном поклоне, чувствуя, как своей фразой он едва не оскорбил высшее существо. Осознание собственной дерзости заставило его внутренне содрогнуться.

- Великий Змей Мудрости, а не может понять главного? - сгустилось облако со всполохами молний и остановилось прямо перед Гласом, словно воплощение грозового неба. - Ты разочаровываешь меня, сын мой.

Голос, теперь звучавший с оттенком холодного осуждения, пронзил эфирное пространство. Молнии, танцующие в облаке, казались отражением гнева и разочарования этого древнего существа.

- Я ... я не понимаю, - прошептал Глас, поднимая взгляд на грозное облако. - Я вижу, что с Линой что-то произошло, что она изменилась. Но я не могу понять причину. Почему Эдриан не смог забрать её тьму, ведь тьма в грешных людях не редкость. Может, она несет грех родителей?

- Потому что её тьма - это не грех! - прогремел голос Матери, и всполохи молний стали ярче. - Она хранительница! Она Владычица Тьмы!

- Лина!? - Глас вздрогнул, его разум отказывался верить в услышанное. - Но почему я не смог этого почувствовать?

- Потому что ты был занят только своим мальчишкой! - в голосе существа прозвучало явное раздражение. - Хватит с ним возиться, ты Великий Змей Гласиус, а возишься с хранителем, как с ребенком. Больше я такого не потерплю. Ещё одна провинность, и я вмешаюсь.

Произнеся последние слова, грозовое облако с яркими вспышками окутало тело Гласа, и он провалился во тьму. Очнулся он вновь на полу разрушенного подземелья, с той же тишиной. Но теперь эта тишина казалась ему не блаженной, а зловещей. Слова Великой Матери эхом отдавались в его сознании: Владычица Тьмы. Лина - хранительница. Вот почему Эдриан не смог забрать её тьму. Значит, то, во что она превратилась тогда, было истинной формой Тьмы. И сейчас она их ненавидит за всё, что они сделали.

- Блин, какой же я идиот...- выругался Глас на себя и почесал затылок.- Их надо свести. Пора становиться купидоном. Да, буду змеем-купидоном! Сделаю кусь, и все влюблусь! Влюблюсь , ай не в рифму. Ну и чёрт с ней.

Придумав новый план и заметно развеселившись, Глас отправился на поиски Эдриана.