Глава 13

— Подожди-подожди... — я выгнула бровь, делая шаг ближе. — В каком смысле «холостяка»?

— В прямом. — Доминик усмехнулся и лениво облокотился о дверь.

— Ты развелся с Натали?

— Ну... — он загадочно улыбнулся, глядя куда-то вверх, — почти. Только что написал ей, что хочу развод.

— Но зачем?

Я не собиралась это спрашивать. Я не должна была.

Плевать мне на Натали.

Правда?

Я не любила её, но её существование давало мне иллюзорную безопасность. Пока у него была жена, у меня было оправдание. Я могла убедить себя, что он мне безразличен. Что он не мой.

Но стоило этим словам сорваться с его губ, и меня будто накрыло волной жара.

— Слишком много вопросов, принцесса, не находишь?

— Нет, не нахожу. Думаю, тебе стоит удалить сообщение. Ты пьян.

— Ой-ой-ой! — он картинно вскинул руки, качнувшись вперед. — Может, я сам буду решать, что мне делать, а что не делать?

Я не ответила.

Лишь сжала губы, разглядывая его. Глаза сонно прикрыты, но в них все равно читается контроль. Легкая ухмылка не исчезает. Он пьян, но не настолько, чтобы не понимать, что делает. Рубашка чуть расстегнута, пальто сползло с плеч. Но в этой расслабленности по-прежнему читается опасность. Он контролирует всё.

Я же не контролирую ничего.

— Так что, будем так и дальше стоять, или наконец-то пригласишь меня? — его голос разлетелся по этажу, будто прямая угроза всему, что я пыталась построить.

— Я вызову тебе такси. Ты к себе, я к себе. — я заставила себя смотреть не на него, а куда-то в сторону.

— Думаешь, я сам не способен вызвать такси?

Следующее, что я почувствовала, как его тело нависло надо мной.

Горячее дыхание коснулось кожи.От него пахло виски и чем-то терпким, родным. Головокружительно.Я вжалась в стену.

— Тогда вызови, — выдохнула я, упираясь ладонями в его грудь.

Я должна его оттолкнуть.Я должна развернуться и уйти.Я должна сказать ему, что он ведёт себя неподобающим образом.

Но я просто стою.

И он стоит.

И между нами повисает напряжение, густое, липкое, жаркое.

Я теряю себя рядом с ним. Всегда.

— Ты переходишь все грани... — шепчу я, но голос дрожит.

Губы.

Я не знаю, как это случилось.

То ли он наклонился, то ли я сама приподнялась на носочках, но в следующий момент его губы срывают с меня дыхание.

Я тону.

Привкус алкоголя смешался с его вкусом. Терпким, обжигающим, дурманящим.

Я хотела... нет, я должна была его остановить.

Но вместо этого впилась в него с такой жадностью, будто всю жизнь этого ждала.

Все вокруг исчезло.

Ключ. Прихожая. Дверь. Спальня.

Как?

Как это произошло?

Еще секунду назад я хотела вызвать ему такси, а теперь лежу под ним, запутавшись в собственных чувствах.

— Это неправильно... — прошептала я, но он заглушил мои слова поцелуем.

Тело не подчиняется разуму.

Горячие руки сжимают талию, проникают под футболку, и я содрогаюсь.

— Доминик... — я запрокинула голову назад, впиваясь пальцами в его плечи.

Разум кричит: Остановись!

Но каждое касание говорит: Ты этого хочешь.

Его ладони двигаются по моей коже, изучая, запоминая. Мне страшно.Мне хочется сбежать.Но еще больше мне хочется остаться.

Доминик приподнялся, изучая мое лицо в полумраке.

— Ты боишься?

Я сглотнула.

Сказать «да»?

Или сказать «нет»?

Он мягко провел пальцами по моей щеке, затем по шее, заставляя меня вздрогнуть.

— Принцесса, я не сделаю того, чего ты не хочешь.

Я посмотрела ему в глаза.

Тёмные, глубокие. В них не было насмешки.

Просто ожидание.

Просто желание.

Я замерла.

Я могла сказать «нет».

Я могла бы его оттолкнуть, и он бы не стал настаивать.

Но я потянулась к нему, запуская пальцы в его волосы, и в этот момент поняла : назад дороги больше нет.

Его руки нырнули под мою футболку, горячие, наглые, требовательные. Пальцы изучали каждую линию моего тела, заставляя его отзываться на каждое движение.

Я выгнулась, чувствуя, как всё внутри дрожит, но когда он ловким движением снял с меня кофту, осознание нахлынуло слишком резко.

Я замерла.

Это был первый мужчина, который видел меня в таком виде.

Автоматично я прикрылась руками.

Доминик приподнялся на локтях, изучающе глядя на меня.

— Принцесса, не прячься от меня, — его голос стал чуть хриплым, в нем больше не было усмешки.

Он опустился ниже, касаясь губами ключиц, шеи, заставляя меня издать тихий, предательский стон.Мурашки пробежали по коже.Его губы двигались вниз, а вместе с ними и границы дозволенного.Теплые ладони прошлись по ногам, бедрам, затем легонько потянули за пояс брюк.

Я вздрогнула.

Грудь вздымалась, дыхание сбивалось.Паника смешивалась с желанием, страх с предвкушением.

А что если кто-то узнает?

А если мы зайдем слишком далеко?

Слишком ли поздно останавливаться?

Он накрыл меня поцелуем, и разум снова потонул.Его прикосновения обжигающие, властные, но в то же время изучающие. Будто он впервые держит меня в руках, будто пробует меня на вкус, запоминая каждый мой вдох.Я чувствую, как напрягаются его мышцы, как тяжелеет дыхание, как он сдерживается.Но мне не нужно, чтобы он сдерживался.Я хочу его настоящего.Сильного, горячего, непреодолимого.

Мои пальцы сами находят его спину, скользят по напряжённым рельефам, ощущая, как его тело отзывается на каждый мой легкий жест.Он целует меня в шею медленно, неторопливо, заставляя меня выгибаться навстречу.Губы спускаются ниже.Я чувствую жар его дыхания на своей коже.Поцелуи. Легкие. Дразнящие. Оставляющие за собой дорожку из мурашек.Он словно смакуя пробует меня, и от этого по телу разливается сладкое томление.

— Ты сводишь меня с ума, — шепчет он, зарываясь губами в мою ключицу.

Я и сама схожу с ума.От него. От его рук, изучающих меня.От того, как он смотрит на меня в полумраке, с тем голодным блеском в глазах, который я раньше видела лишь в своих фантазиях.Я тону в этом взгляде.Тону в его прикосновениях.

Тону в нем.

И мне не хочется выныривать.Сегодня я принадлежу только ему.

А он — мне.

Утро. Я проснулась от тяжести в теле.С трудом открыв глаза, тут же согнулась, сжавшись от ноющей боли внизу живота.Память не подвела.

Я больше не девственница.

Холодная догадка тут же захлестнула, обрушив на меня вес осознания.

И отдала я свою невинность дяде.

Грудь сдавило так, что я не могла вдохнуть.

Разная кровь. Разная кровь.

Эти слова звучали в голове, но не приносили облегчения. Как заклинание, которое не работает.Если родители узнают...Они не узнают.

Мы совершили ошибку.

Я осторожно повернула голову.

Доминик.

Спящий.Спокойный.Сейчас он совсем не напоминал того уверенного, опасного мужчину, который сводил меня с ума. Сейчас он был просто человеком. Мирно спящим, безмятежным, убаюканным ночью.В отличие от меня.Я не могла расслабиться. В груди будто клубком скрутились страх, паника и... что-то ещё.Что-то невыносимо тянущее к нему, даже сейчас, когда внутри всё кричало, что я чудовище.

Звонок в дверь.

Ток пробежал по телу, заставляя сердце провалиться в пятки.

Я вздрогнула.

— Вставай! — я резко толкнула Доминика в бок.

— Принцесса... что...

— Вставай, говорю!

Это мама и папа.Господи.Они увидят. Узнают. Проклянут.

Я судорожно дышала, не в силах справиться с паникой.

— В шкаф прячься! — я буквально затолкала его в большую секцию, а сама, на ватных ногах, побежала к двери.

Ной.

Увидев его, я почувствовала, как мир рухнул.

— Прости, что без предупреждения, — он мягко улыбнулся, держа в руках бумажные пакеты. — Хотел порадовать тебя завтраком.

Слёзы встали в уголках глаз.Руки дрожали.Господи, какой же я мерзкий человек.Я изменила ему второй раз.

— С-спасибо, — всхлипнула я. Он тут же заметил мой голос, мой взгляд.

— Несс... — его тёплая рука оказалась на моём лице. — Всё в порядке?

Нет.

Нет.

Ты даже не представляешь, как всё не в порядке.

А он стоял передо мной. Чистый. Добрый. Верный.В то время как мужчина, с которым я спала, прятался буквально в нескольких метрах.

Я ничтожество.

— Всё хорошо, — я улыбнулась, но на щеках уже катились слёзы.

— Почему ты плачешь? — Ной прижал меня к себе, обнимая крепко-крепко, будто хотел защитить.

А я стояла и просто всхлипывала в его плечо, пока в голове звучал только один вопрос:Как ты можешь любить меня?

— Прости, — еле слышно прошептала я, обняв его в ответ.

Это надо было сделать.Он не заслуживает этого.Он заслуживает лучшего.Он найдёт девушку, которая не изменит.Которая будет любить его больше жизни.Но это не я.Я предаю его снова и снова.

Слёзы текли ещё сильнее, и Ной осторожно гладил меня по спине, ничего не спрашивая.

Я не та, ради кого стоит стараться.Не та, ради кого нужно сворачивать горы.Потому что, стоит только Доминику поманить пальцем и я тут же прибегу, словно собачка.Я бракованная.

— Нам нужно расстаться, — я заставила себя сказать это вслух.

Ной резко отстранился.

— Что?

В его глазах было столько боли, что меня буквально согнуло пополам.

— Но почему? Несс, что происходит?

— Прости, — я вытерла слёзы, но они только катились сильнее. — Я не могу быть с тобой. Тебе нужна другая. Не я.

— Нет. Мне нужна ты! — его голос дрогнул. — Ванесса, пожалуйста, не бросай меня!

— Прости...

Я не выдержала и разрыдалась.

Мне нельзя быть с тобой.Ты хороший.А я нет.

— Тебе нужно идти, — шепчу, срываясь на всхлип.

— Нет. Прошу...

Он сломлен.А я это сделала.Но я больше не могла тянуть.Когда дверь за ним закрылась, я упала на пол, вжавшись лбом в холодные плитки.Истерика накрыла меня с головой.

Я чудовище.

Гнилой, омерзительный человек.

Но так было правильно.

Так было правильно...

Послышались шаги.

— Так трогательно, аж до слёз, — лениво бросил Доминик.

Я резко подняла голову.Он стоял в проёме.Собранный. Холодный. Будто он и не спал, не пил ночью виски, не был со мной в одной постели.

— Катись отсюда к чёртовой матери! — закричала я.

Он разрушает мою жизнь.Раз за разом.

— Снова эти истерики, — скучающе произнёс он.

Ему всё равно.Ему всегда всё равно.

— Истерики?! — я подлетела к нему и начала бить его в грудь. — Ненавижу тебя!

Он не двинулся с места.Я била его, кричала, но он просто стоял.Потом его руки резко схватили меня за запястья и отстранили.

— Успокоишься — поговорим, — ровно сказал он.

И ушёл.

Просто взял и ушёл.

Оставляя меня в одиночестве и истерике.

Заслужила.