ГЛАВА 8

Ханна

Меган примеряет уже, наверное, десятое платье и все равно находит изъяны и в нем. Я перебираю свои наряды и нахожу светло -голубое атласное платье на тонких брителях, чуть ниже колена с вырезом на бедре. Оно идеально садится по моей фигуре, подчёркивая изгибы тела. Добавляю к образу серебряные украшения, а именно: серьги в виде изящных капель, переливающихся при каждом движении головы, и тонкое кольцо с небольшим сапфиром, идеально сочетающееся с оттенком платья. Эти украшения делали по особым эскизам моей матери, очень много лет назад. Обуваю белые ботильоны, сверху накидываю такое же белое кашемировые пальто. Завершающим штрихом становится легкий макияж: немного хайлайтера на скулы, мягкие тени в холодных тонах и полупрозрачный блеск на губах. Волосы распущены лёгкими волнами по спине.

— Ты серьезно? — Меган качает головой, глядя на меня с раздражением. — Я тут мучаюсь уже час, а ты просто достаёшь первое попавшееся платье и выглядишь, как с обложки журнала?

— Не первое попавшееся, а идеально подобранное, — поправляю ее с невинной улыбкой.

Меган все таки тоже до конца собирает свой образ, состоящий из черного платья — ткань мягко облегает её фигуру, подчёркивая изящные линии, а глубокий цвет создаёт эффект загадочности. Она неторопливо застёгивает браслет на запястье, ловя отражение в зеркале: светлые локоны аккуратно уложены, макияж лишь подчёркивает её естественную привлекательность. Последним штрихом было такое же длинное, как у меня пальто, только с широким ремешком.

— Всё, я готова. Идём, — Меган подхватывает меня под руку и мы выходим из её дома, садясь в такси.

Сегодня у Меган хорошее настроение и она этим заражает и меня. За всё время жизни с отцом я никогда не была в клубах, но сегодняшний день все изменит. Я устала быть заложницей его образа жизни, устала быть в его тени. Этому пришел конец.

Мы приезжаем в клуб, внутри царит атмосфера роскоши и власти. Кожаные диваны, приглушённый свет, отражающийся в бокалах с дорогим алкоголем, безупречно одетые мужчины и женщины — все это завораживает маня. Здесь нет случайных людей — попасть в этот клуб можно только по личному приглашению, которое Меган для нас достала. И как ей это удаётся? Я уверенно прохожусь вперёд, чувствуя себя под прицелом десятков оценивающих взглядов. В воздухе витает аромат сигар, смешанный с множеством различных парфюмов здешних гостей. Меган была права — это не тот клуб, который я себе представляла. Здесь танцуют люди, но это не выглядит как конвульсии под музыку. Некоторые люди сидят за столиками и обсуждают что-то — все вполне культурно, на высшем уровне.

Мы оставляем верхнюю одежду и сумочки за столиком, Меган ведёт меня к бару, где мы садимся на высокие барные стулья. Я заказываю себе "Мохито", а Меган — "Секс на пляже". Делаю глоток, второй, третий. Напиток освежает, прохладный вкус мяты и лайма пронзают мой язык, оставляя за собой лёгкую сладость. Необычно. Я отставляю стакан и смотрю на Меган, у которой улыбка не сходит с губ.

— Как тебе? — спрашивает она и выпивает свой бокал залпом.

— Отлично, — делаю тоже самое и чувствую как внутри разливается волна тепла.

Мы сидим и разговариваем, поднимая бокал за бокалом, и я всё отчётливее чувствую, как настроение поднимается, а разум туманится. Мысли путаются, фокус во взгляде теряется. Меган берёт меня за руку и, даже не спрашивая, тянет на танцпол. Её пальцы крепко обхватывают мои, не оставляя мне возможности отступить. Мелодия оказывается знакомой, и тело само начинает двигаться в такт. Напряжение постепенно сходит на нет, уступая место лёгкости и свободе. Меган подстраивается под мой ритм — её движения плавно следуют за моими, словно она чувствует каждую мою эмоцию. Я наконец позволяю себе расслабиться до конца. Это ощущение — пьянящее, чувство независимости, которой никогда и не было. Алкоголь даёт о себе знать: движения становятся смелее, раскованнее. Когда я поворачиваюсь, платье предательски задирается на бёдрах, обнажая больше, чем я привыкла показывать. Тонкая бретелька скользит по плечу, едва держась, и это почему-то совсем не хочется поправлять. Я ловлю на себе взгляды мужчин, чувствую их — и улыбаюсь. Я уже и не помню, когда в последний раз ощущала себя такой желанной. Кажется, я просто забыла, каково это — быть женщиной.

Эдриан

Я захожу в клуб и сразу направляюсь к забронированному столику. Место, честно говоря, выбрано не слишком удачно. Ненавижу что-то подобное. Тайлер следует за мной, и мы садимся напротив того, кто звонил мне сегодня, а рядом — ещё один мужчина, скорее всего покупатель.

— Рэйвен, я ищу кое-что для крупных операций. Нужен выбор — чтобы при необходимости были варианты. Что‑нибудь с дальнобойностью и высокой точностью, — говорит Томас. Тот самый, что звонил мне сегодня.

Мы уже заключали сделки раньше, и каждый раз речь шла о крупных поставках.

— Мы говорим о высококачественных винтовках или полноценных снайперских комплексах? — уточняю я, беря бокал с виски. Лёгкое движение кисти — и янтарная жидкость лениво качается внутри.

— И сразу уточню: это удовольствие не из дешёвых, — вмешивается Тайлер.

— Цена не имеет значения, если качество оправдывает ожидания. Мне важно, чтобы они не оставляли следов. Ты понимаешь, о чём я, — он делает паузу, затем добавляет, глядя на меня внимательно, изучающе. — Говорят, у тебя есть особые образцы. Те, о которых не говорят вслух.

— Есть, — я допиваю виски одним глотком и с характерным звуком ставлю бокал на стол. — Давайте решим всё быстрее. Время — деньги.

Я протягиваю им телефон с фотографиями ассортимента — для более детального ознакомления.

— Высший класс, — усмехаюсь. — Это не те игрушки, которые можно вытащить с чёрного рынка. Всё чисто. Никакой идентификации, никаких лишних вопросов. Прямые поставки от людей, которые знают, как делать вещи правильно, — пауза, потом продолжаю. — В этом деле мне равных нет.

Я перевожу взгляд в зал, рассматривая танцующих женщин на шестах, и невольно задерживаюсь на самой активной танцующей даме. Ханна? Неужели это она? Мне не может показаться. Она двигается с грацией хищницы, её тело изгибается в такт музыке, а тёмные длинные волосы, рассыпаются по плечам и спине. В её движениях нет нарочитой показной чувственности — только уверенность и сила, подчёркнутые каждым изгибом. Интересно, что она забыла в таком месте? Замечаю рядом с ней блондинку. Теперь становится понятнее — сама бы она сюда точно не пришла. Я наблюдаю за её движениями, пока идут переговоры, но Тайлер замечает, что я сейчас абсолютно не заинтересован, поэтому ведёт переговоры сам. Покупателей это устраивает. Даже если бы были против — меня это не интересует. Правила диктую я. Взгляд моих темных глаз устремлён только к этой особи, что не собирается останавливаться, к девушке, которая только недавно потеряла всё. Интересно, это у неё такая истерика? Пока что не могу понять пьяна она или ведёт себя так всегда. С нашей последней встречи, я мог бы сказать, что девушка очень таки..специфическая. Ханна залезает на маленький столик, виляя бёдрами под музыку, свет от неоновых ламп пробегает по её коже, подчеркивая изгибы фигуры. Она запрокидывает голову, пропуская через губы тихий смешок, и проводит руками по своим бёдрам, поддразнивающе глядя вниз. Толпа вокруг гудит, кто-то одобрительно присвистывает, а взгляд мужчин прожигает её особенно сильно. Ханна чувствует это – ощущение власти, азарта, свободы. Так она пытается отпустить всю свою боль. Могу сделать вывод на основе произошедшего. На моих губах проскальзывает мимолётная усмешка, я беру ещё один бокал и запрокинув, выпиваю залпом. Я думал, что пришёл ненадолго, лишь заключить сделку, но, вероятно, задержусь. Раздеваюсь, снимая пальто, руки скрещиваю на груди.

— Тайлер. Проведи наших покупателей на склад. Пусть ознакомятся со всем вживую,— намекаю, что им пора исчезнуть.

Тайлер долго не думает и они уходят, один из покупателей сверлит меня взглядом, но мне плевать на него. Если фокус моего внимания перемещен к чему-то другому, то все остальное автоматически теряет смысл.

Ханна продолжает, завлекая и раззадоривая публику. У неё однозначно есть талант вести за собой людей, возможно, она об этом просто не знает. Или знает, но не пользуется. Я замечаю, как сзади ее спины, как бывает на концертах, вспыхивают огни, все начинают хлопать, но сама Ханна абсолютно не теряется, лишь интенсивнее продолжая танцевать на столь хрупком столике. Видимо, все таки пьяна. Мне впервые в жизни становится интересно. Через толпу крадусь к бару, чтобы быть чуть поближе, сажусь на стул. Она обязательно повернётся , обязательно увидит меня. От этого осознания уголок губ дёргается в мимолётной ухмылке. Но мне не приходится долго ждать, Ханна танцует и поворачивается лицом ко мне — на секунду её движения останавливаются. Я вижу на лице девушки недоумение, смешанное с ужасом, и, как я предвидел, она падает со стола. Рукой успеваю схватить её, чтобы та не приземлилась своим личиком на холодный мраморный пол. Было бы неприятно.

— Совсем не обязательно при виде меня терять сознание,— отпускаю её и отхожу на шаг.

— Ты следишь за мной?! — возмущённо кричит она, поправляя платье.

— Нет. А если бы и следил, то точно бы в этом не признался, — говорю спокойно, будто это обыденный для меня разговор.

— Снова помогаешь папаше?— язвит она, от даже держаться на ногах ровно не может. Это же сколько нужно было выпить?

Я щурясь, выпрямляюсь. Я до сих пор терплю её хамство. Эта девушка даже представить не может с кем разговаривает.

— Я не связан с отцом,— смотрю на неё снизу вверх, из- за разницы в росте.

Если считать , что мой рост около ста девяноста сантиметров, то её — приблизительно сто шестьдесят два. Голова Ханны еле-еле доходит мне до груди. Я вижу, как она тяжело выдыхает, возможно, даже понимая , что переборщила. За все время я не сказал ей ни единого плохого слова.

— Без обид. Твоя фамилия говорит сама за себя.

Ядовитая ухмылка ползёт по моим губам, конечно, она считает меня таким же, как мой отец. Все и всегда, слыша фамилию "Картер", судят меня по нему — по моему отцу. Примитивно, но не удивительно.

— Конечно, Искорка — машу рукой и мне начинают делать напиток.— И для дамы тоже. Всё что захочет.

Вижу, как на лице девушки сменяются разные эмоции: от удивления и непонимания до недовольства.

— Искорка? — она переспрашивает, будто не веря своим ушам.

— Да. Ты зажгла этот клуб. Я удивлен,— беру свой виски, а ей протягивают "Маргариту", ту самую, что она пила в казино.

И тут я снова удивлен. Она берет напиток и делает глоток. Гнев сменяется на милость? Быстро. Теперь, по её глазам , я вижу , что действительно пьяна. Особенно сильно выдаёт походка — неровная, шатающаяся. Чтобы удержать равновесие, Ханна прислоняется к барной стойке и с жадности все таки выпивает этот напиток. Приподнимаю одну бровь, выпиваю свой виски и качаю головой. Вот что с человеком делает вседозволенность.

— Не кажется, что тебе уже хватит?— наклоняю голову набок, чтобы рассмотреть её поближе

— Не знаю... наверное... нужно вызвать такси и... найти Меган.

Она пытается забраться на барный стул, но у неё не получается и Ханна чуть ли не валиться с ног, но вовремя хватается за мою руку. Я перевожу взгляд на то, как Ханна держит меня за предплечье, руками хватаясь все выше— к бицепсу, будто я спасательный трос. Я искоса смотрю на всю эту картину, но ничего не говорю. Возможно, я мог бы съязвить, но она все равно пьяна — ничего не вспомнит, так что и стараться нет смысла.

— Ладно. Я понял. Постой тут, — я оставляю её около бара, все таки самостоятельно усадив на стул.

Сам ищу ту блондинку, что приехала вместе с ней. Это не занимает более пяти минут, как я возвращаюсь с ней, а Ханна уже благополучно обнимается со стулом, сидя на полу. Тяжело вздыхаю, не понимаю за что судьба так издевается надо мной. Хорошо, что блондинка более менее трезвая. Хватаю пьяное тело на руки, поддерживая под колени и несу в свою машину. Укладываю на заднее сиденье, под нечленораздельные вопли девушки. Блондинка садится с ней, а я завожу машину. Меган говорит мне адрес и я направляюсь в тот квартал. Ханна все время что-то ворчит, иногда пытается разговаривать — сразу видно, что она ни разу не пила так сильно. Если не умеешь пить, зачем браться?

Через минут тридцать я останаливаюсь у места назначения, оборачиваюсь, понимая что самостоятельно Ханна никак не доберется до квартиры. Закатываю глаза, все так же не могу понять , где в самом крупном торговце оружия нашли волонтёра. Выхожу из машины, беру её на руки. Меган благодарно кивает и тоже покидает салон автомобиля. Заношу Ханну в квартиру, ложу на диван. Меган что-то щебечет, благодаря меня, но я не сильно слушаю, как и обычно. Несколько мгновений ещё смотрю , уже на спящее тело Ханны и покидаю квартиру точно так же быстро, как и пришёл сюда.

Сажусь обратно в салон автомобиля, но уезжать не собираюсь. Пока что остаюсь на месте. Слова брата снова всплывают в моей голове. Фиктивный брак с Ханной... я бы и забыл об этом, если бы эта девушка не встретилась мне снова сегодня. Ну, раз уж так случилось, раз уж я теперь знаю где она живёт, нужно обязательно ещё раз заглянуть.