Часть 21: Ты готова?

Я боялась, что не могу отрицать.

Сердце бешено колотилось. Ноги тряслись, в животе порхали бабочки, кожа была на пределе. Мысли лихорадочно бродили: чтобы я чувствовала? Было бы всё хорошо? Было бы больно? Кончу ли я? Кончит ли он? В какой позе мы будем заниматься? Что он за человек в постели? Что ему нравится? Чего он хочет от меня? Должна ли я двигаться? Должна ли я притворяться, если не кончу? Как, черт возьми, мне сделать так, чтобы ему было хорошо? Должна ли я издавать звуки? А он? Мои глаза не могут оторваться от Бенни Уоттса.

Мужчина, который был такой важный частью моей жизни, с первой сыгранной партии в шахматы, с первых месячных, с первой победы, с первой поездки в одиночку, с первого поцелуя, с первого оргазма. Моя фантазия, мой друг, моя страсть. Он сидел, надо мной, обхватив ногами мои бедра, и вытряхивал вещи из карманов.

Его бумажник, ключи, какие-то документы. Положил всё это на стол изголовьем кровати и наклонился надо мной. Он на мгновение поднял руки высоко над головой, вытягивая свой тощий торс еще сильнее, чем прежде. Он положил руки мне на живот. Его руки были мягкими и гладкими, однако пальцы огрубели от долгой игры в шахматы, руки были тонкими и тонкими, вены тянулись по рукам, плечи стали чуть более мускулистыми, по крайней мере, сформировались в сильные формы, его ноги обнимали меня, джинсы всё еще обтягивали каждый изгиб и выпуклость, промежность сохраняла довольно стройную выпуклость, его худая и костлявая грудь, нижние кости его грудной клетки были очевидны, а верхние— тем более, когда он вдыхал, его сильные и стройные плечи переходили в тонкую шею. Какая-то часть меня отчаянно хотела поцеловать его, как будто я хотела его укусить его, как вампира. Его права были напряжены там, где он явно думал, щекочущие волосы на подбородке и над его губами сформировались и слегка зафиксировались. Его губы в зубах, когда он пристально смотрел на меня, эти шарики золотистого расплавленного шоколада смотрели на меня так пристально, его волосы слегка упали на левый глаз.

«Ты уверенна?»— спрашивает он, и я киваю, мягко улыбаясь ему, чтобы успокоить его.«Хорошо...»— он кивает, его руки движутся от моего живота к своему ремню, его пальцы играют с металлической пряжкой, пока она не расстегнулась, медленно отпуская петлю за петлей его кожаного ремня. Пока ремень полностью не оказался у него в руке, он двинулся вперед, обматывая его вокруг спинки кровати, затем отвел руки назад, расстегивая черные джинсы, медленно раздвигая их.«Можно?»— спрашивает он, поворачивая голову набок, его пальцы скользят по рубашке.

Я слегка кивнула.«Да, Бенни.»— он кивнул, его рука поднялась и мягко коснулась моей правой груди. Она выливалась из его руки под рубашкой. Его нежно и осторожное сжатие, казалось, расслабляло его все больше с каждым сжатием.«Уххх»— ахнула я.

«Что ты делаешь?»

«Я, эээ... я не знаю.»— я покраснела.

«Т/И, я не знаю, что тебе рассказывали о сексе. Но, пожалуйста... не притворяйся со мной.»

«Я не...»

«Т/И, ни одна девушка никогда не стонала, когда ей ласкали грудь. В этой области буквально нет ничего, что могло бы заставить девушку почувствовала себе приятно.»

«Тогда зачем ты это делаешь?»

«Потому что... мне нравится, какие они на ощупь»— он покраснел.«Они на ощупь... мягкие и скользкие, как очень, очень сексуальные зефирки.»— объяснил он. «Это заставляет парней чувствовать себе лучше, медовая роса.»

«Ооо, понятно.»— кивнула я.

«В смысле, мне тут тоже ничего не нравится. Но тебе всё равно нравится смотреть, да?»— он ухмыльнулся, переместив мои руки себе на плечи, позволяя им скользнуть по его груди, и я кивнула.«Тебе нравятся прикосновения, да?»—спрашивает он, и я киваю.«Я тоже люблю.»

«Хочешь посмотреть?»— спросила я, отводя руку назад и медленно распахивая рубашку шире.

«Да...»— ответил он, проведя руками по рубашке и медленно расстегнув несколько пуговиц, которые я застегнула, и отстранив её от меня, так что мне больше ничего не оставалось, чтобы скрыть меня от его взгляда. Он облизал нижнюю губу. Оттопыренные джинсы, казалось, увеличились, когда он посмотрел на меня. Он осторожно стянул их с меня, полностью бросив на пол.«Ну, это нечестно, правда?»— он слегка отстраняется от меня. Я в шоке схватила нижнюю простыню, когда он стянул джинсы, сбросил их с ног и бросил на кровать, оставив его полностью открытым для меня. Я едва моргнула, глядя на него. Его худоба продолжалось, его бедра были такими же костлявые, как и грудь. Медицинские книги из школы мое воображение в шоке пытались заполнить пробелы друг друга, увидев передо мной. Что-то в этом пугало меня, и в то же время что-то еще пробудило во мне любопытство, как будто я хотела провести рукой и проверить, где он. У основания его члена росли волосы, похожие на волосы в верхней губе, но менее непослушные. Ствол, пожалуй, тонкий с выступающими венами. Я понятие не имела, большой он или маленький, потому что это был первый раз, когда я видела что-то, что не было медицинским рисунком, но, кажется, он был длиной примерно от моего запястья или изгиба большого пальца до кончика указательного. Кстати, кончик пальца отличался по цвету от всего остального, он выглядел почти отчаянным. Я посмотрела с любопытством, но так же и с недоумением, и, кажется, он прочитал это по моему лицу.«Ты в порядке, Т/И?»— спрашивает он.

«Как это помещается у тебя в штанах?»— с любопытством спросила я.

«Ну, я не совсем уверен. Я просто надеваю их и надеюсь на лучшее.»— объяснил он.«Так бывает не всегда.»

«Как же так?»

«Когда я хочу заняться сексом, он становится больше, в остальное время он не так уж и большой.»

«О, это имеет смысл. Я всё думала, как ты всё время прячешь это в джинсах.»

«Итак.... Ты готова?»

«Я думаю что да.»

.