~глава 26~

Требую у бармена порцию виски, затем еще одну.

Влив в себя безвкусную жидкость, с грохотом ставлю ребристый стакан на глянцевую стойку и с отвращением смотрю на все, что меня окружает.

Вазы с цветами, официанты с подносами, пирамида из бокалов с шампанским - я готов разнести здесь все, лишь бы этот балаган прекратился! Тетка в красном противно смеется, худой мужик в идиотском обтягивающем костюме похож на пингвина. Все эти люди, большинство из которых я вижу в первый раз, веселятся, играют свои роли, демонстрируя друг другу дорогущие наряды, часы и сережки. Наверное, немало потратились, чтобы не упасть в грязь лицом. Придурки.

- Еще!

Бармен кивает и наливает в стакан третью порцию виски.Она спала с ними. Бог мой! Семь человек. Она поимела семерых, включая меня. Стоит только вспомнить, каким непроницаемым и безразличным было выражение ее лица, каким пустым был взгляд, когда она говорила об этом...

Запрокидываю голову, вливая третью порцию алкоголя.

Эти приключения ей в кайф, как были и мне когда-то. Такое чувство, что с прошлой недели, когда я развлекался с той, что оставила для меня свои красные трусики в комоде, прошла целая вечность. Я как будто постарел в этой чертовой поездке, как будто потерял себя. Господи, я даже не смог заставить себя перепихнуться с Настей в раздевалке. Когда такое было?!

- Еще!

Жизнь - это жизнь. В ней полно дерьма, и чтобы не увязнуть в нем по самую шею, нужно быть проще. Не задумываться, не углубляться - не париться. Я успешно делал это на протяжении почти десяти лет, полностью избавившись от этих сгрызающих душу чувств, а что теперь?

Какая-то девка, повернутая на сексе, обвела меня вокруг пальца? Заставила думать, что я открыл для нее радость постельных утех? Заставила поверить, что только со мной ей хорошо?

Лживая потаскуха!

Четвертая порция виски начинает щипать язык.Я смотрел на нее, когда она безмятежно спала, согревался от прикосновения к нежной бархатной коже и до безумия хотел, чтобы она говорила со мной. Просто говорила, неважно, что именно. Просто потому, что ее мягкий голос заставляет меня улыбаться. Просто потому, что во мне что-то щелкает, когда я смотрю в ее песочные глаза.Нет, я не увязну. Никогда больше.Нужно покончить уже со всем этим балаганом, пока я окончательно не сошел с ума.Оборачиваюсь и с ненавистью озаряюсь по сторонам. Где же красавица-невеста и ее лопух-жених?

- Вот неприятность! Уже который раз сюда заходят чужие люди! Так неудобно перед гостями.

Моя тетка берет меня под руку и смотрит в сторону центральной широкой арки, украшенной розовыми цветами. Там троица пожилых людей с интересом заглядывает в зал, а девка в кремовом костюме и с бумажкой в руках пытается что-то объяснить им.

- Этот мастер-класс по фламенко, должно быть, толпы собирает! И угораздило же! Именно с нами случилась такая накладка! Теперь все будут заходить сюда и пялиться на нас, как на обезьянок.

- Цирк ведь.

- А? - наивно хлопает она глазками и смотрит на меня снизу.

- Цирк, теть Наташ, цирк здесь самый настоящий! - взрываюсь я и одергиваю руку.

Мне нужно найти братца-лопуха, чтобы выбить дурь из его башки, а бедненькую Сашу послать на все четыре стороны вместе с этими вонючими цветами, которыми забит весь зал.

Уверенно продвигаюсь к центру, прохожу мимо нескольких пузатых мужиков, беседующих о курсе валют, задеваю рукой низенькую девочку лет одиннадцати, от чего та едва не падает на пол, и останавливаюсь у столика номер пять. Мой взгляд цепляется за надпись на бледно-розовой карточке «Марк Абрамов».Надо же, вот оно, мое место. Хватаю узкий бокал с шампанским и залпом выпиваю его содержимое. Удивляюсь, как тонкая ножка фужера не ломается, когда я с силой ставлю его на стол.«Валерия».

Я знаю, что это место для нее, рядом со мной. На карточке рядом нет фамилии, просто Валерия. Бокал не тронут, тарелка чистая, как и моя. Другие четыре уже выпачканы салатами, а на двух фужерах остались отпечатки от темных помад.

Ее здесь не было.

Меня тоже.

Пока гости за нашим столиком ели и выпивали, я доказывал себе и Лере, что она настоящая ш...

Моя мысль обрывается, когда я замечаю в этой чертовой цветочной арке брата. Наши глаза тут же встречаются, и странный блеск в его серьезном взгляде настораживает меня. За последние полтора часа, что мы не виделись с ним, Ваня как будто прибавил себе пару десятков лет.

- Марк, детка, с тобой все хорошо?Опять моя тетка, да сколько же это будет продолжаться?! Выдавливаю из себя улыбку, потому что с этой прилипалой-женщиной лучше вести себя ласково, в противном случае она сведет меня с ума тупыми вопросами.

- Да, теть Наташ, со мной все в порядке

- Мне показалось, что ты зол...

- Так и есть. Глядите, танцоры фламенко вновь смотрят на нас, как на обезьянок, - киваю я в сторону Вани.

За его спиной вновь стоят люди в повседневных одеждах и смотрят на весь этот бардак с нескрываемым интересом.

- Господи! Ну, действительно! Настоящий цирк!

Тетка подскакивает и, быстро перебирая ногами, уходит в сторону той девчонки, которая, кажется, занималась организацией зверинца.

А вот и Лера.

Она подходит к Ване со спины, держа свою черную вытянутую сумочку у плеча. Должно быть, скрывает красные пятна от моих укусов. Склонив на нее голову, она улыбается моему брату, дотрагивается до плеча и говорит какие-то слова.

Милая, обаятельная.

Но невероятно лживая.

Срываюсь с места, как цепной пес. Не позволю ей и ее чертовой подружке вот так с легкостью облапошить моего наивного братца. Не дождутся. И когда я резко останавливаюсь напротив Вани, улыбка Леры тут же исчезает, и, как будто опасаясь моих действий, она медленно становится за спину моего брата.

- Развлекаешься? - спрашивает Ваня без улыбки.

- Не то слово. Надо поговорить.

- Опять? Нет уж, уволь. Больше я тебя слушать не стану, по крайней мере до свадьбы. Ты знаешь, что я пережил за эти два часа? Хотя ты все равно не поймешь!

Лера молодец, напела ему в уши, пока меня не было рядом. Времени зря не теряла.

- Я серьезно, нам нужно поговорить, - рычу я, не отрывая глаз от Вани. - Или ты хочешь, чтобы я прямо здесь на глазах у нескольких десятков человек начал рассказывать о твоей лживой невесте?

Ваня дергается и надавливает в мою грудь указательным пальцем:

- Еще хоть раз ты скажешь это, Марк, я выбью тебе все зубы. Я не шучу. Не смей так говорить о ней, никогда больше.

- Вань? - доносится голос невесты.Саша стоит за моей спиной, и, несмотря на эти вонючие цветы повсюду, я чувствую ее едкий и сладкий запах парфюма, которым она постоянно пользуется. Когда я оборачиваюсь, ее ненавидящий взгляд останавливается на моем лице, губы сжимаются от злости, и при виде этого зрелища я едва могу сдержать смех.

- Что здесь происходит? - спрашивает она, подойдя к Ване. - Все в порядке?

- Да, все хорошо. Возвращайся к гостям, а я сейчас подойду к тебе.

- Пойдем вместе, - говорит она и кидает на меня настороженный взгляд, как будто я настоящее чудовище. - Я не хочу оставлять тебя...

- Со мной? - перебиваю я, нагнув к ней голову. И как только я намереваюсь продолжить выплескивать грязные слова, что так и вертятся на языке, мое внимание привлекает пронырливая тетушка, помогающая девчонке с бумажками в руках деликатно выпроваживать очередных заблудившихся танцоров фламенко.

Будто неведомая сила толкает меня в спину, и, грубо задев плечом Ваню с Сашей, я иду вслед за низенькой женщиной с короткими темными волосами, скрывающейся за стеклянными дверями.

Мои глаза не могут обмануть меня. Это та самая тетка, которая была в торговом центре. Она знает Леру, и их отношения нельзя назвать дружескими. Я и сам до конца не понимаю, зачем иду за ней и что именно намереваюсь делать, но точно знаю, что ее ненависть к Лере только подкрепит мою.

- Погодите! - кричу я ей в спину, когда она уже подходит к лифтам. - Постойте!

Она оборачивается, держа в руках большой бумажный пакет, и, прищурившись, оглядывает меня.

- Мы знакомы?

- Нет, мы... Помните, мы с вами встретились в торговом центре, пару дней назад. Я еще...

- А, да. Вы были вместе с моей бывшей невесткой, - говорит она с отвращением на последнем слове.

Меня как будто обливают ледяной водой.

- Невесткой?

Она громко и недовольно выдыхает и нажимает на кнопку, вызывая лифт.

- Чего вы хотите от меня?Выдавливаю нервную улыбку, все еще шокированный услышанным:

- Как бы невежливо это ни прозвучало, но я хочу знать, почему вы недолюбливаете Ле... вашу невестку. - Последнее слово мне дается с трудом. Я как будто ножи проглотил, сказав это. - В чем причина?

- Вижу, и вас она, образно говоря, покалечила, - усмехается женщина, вновь оглядев меня с головы до ног. - Я вовсе не недолюбливаю эту барышню, я ее презираю. А ведь я вас предупреждала тогда - держитесь от нее подальше. Ну, еще не все потеряно, по крайней мере вы еще живы и здоровы.

Лифт открывается, и она входит в пустую кабину. Я не даю ей возможности уехать и, как обезумевший, останавливаюсь между золотыми дверями и расставляю в стороны руки.

- Говорите! Что вы ходите вокруг да около?!

- Она погубила моего сына! Убила его! Я ненавижу ее за то, что она лишила меня единственного ребенка! - Она замолкает, и маленькие глаза начинают блестеть. - Он любил ее, души в ней не чаял, хотел детей, нормальную семью! А после свадьбы ее как будто подменили, и Максим с ума сходил рядом с ней.Потом не выдержал, сел в машину и разбился. А эта дрянь даже слезинки не проронила на похоронах! Раз мы с вами встречаемся второй раз вот так, думаю, это судьба. Держитесь подальше от нее, иначе с вами случится то же самое, что и с моим мальчиком.

Дрожащей рукой она жмет кнопку, а я, потрясенный услышанным, делаю шаг назад. Двери закрываются, унося за собой ту, что только что открыла мне глаза на многое. Должно быть, даже находясь в браке, Лера не стесняясь вертела своей задницей перед другими мужиками.

Еще пару минут я стою неподвижно, утопая в собственных мыслях, а потом разворачиваюсь на пятках и возвращаюсь в зал. Своего братца нахожу рядом с каким-то пузатым мужиком. Не обращая на незнакомца никакого внимания, наклоняюсь к Ване и шепчу на ухо:

- Твоя невеста наставила тебе рога, и я не успокоюсь, пока эта сучка не признается.

Мы с яростью смотрим друг на друга, не слыша музыки и не замечая никого вокруг. Потом вдруг на лице Вани появляется улыбка, он оборачивается к мужику и вежливо просит его извинить, а мне кидает:

- Пошли, выйдем.

Он идет к выходу, а я следую за ним.

- Вань, куда ты? Останься со мной, пожалуйста! Лер, помоги мне...

- Да, Лер, помоги ей, - усмехаясь, кидаю я через плечо и иду за Ваней.

Мы выходим в светлый коридор, заблудившиеся танцоры фламенко снова ждут лифт, а Ваня уверенно идет впереди меня и сворачивает за угол. Здесь в тупике друг напротив друга стоят кожаные диваны, между ними журнальный стеклянный столик и огромные картины ночной Барселоны на стенах.

- Ты совсем из ума выжил, да? Думаешь, раз ты мой брат, то я стану терпеть все это?!

- Именно поэтому ты и должен слушать меня, потому что я - твой старший брат! Я забочусь о тебе!

- Хороша забота, Марк! Ты чуть не расстроил свадьбу своей ложью! Ты чуть не погубил наши отношения с Сашей! Да что с тобой происходит?!

- Бог мой, да какие у вас могут быть отношения, когда она без зазрения совести скачет на другом мужике за несколько дней до свадьбы?!

И вот Ваня готов броситься на меня, но тут же останавливается.

- Уйди, Саш. Иди к гостям, - рычит он.

Невеста обходит меня, не обращая внимания на Ваню, и становится напротив:

- Я долго терпела тебя, но всему есть предел. Убирайся к черту отсюда! Прямо сейчас садись в самолет и вали куда подальше, чтобы больше я не видела тебя! Слышишь?! Пошел вон!

Актриса погорелого театра вызывает у меня только улыбку.

- Да брось, Саш. К чему так место одно надрывать? Лучше признайся, что девичник ты провела на ура, поверь мне, я сразу капитулирую.

- Какой же ты подлый ублюдок, - шепчет она себе под нос, не отрывая блестящих глаз от моего лица. - Я ненавижу тебя за то, что ты такой. Бесчувственный, самовлюбленный, эгоистичный, пошлый и озабоченный тип. Проваливай отсюда!

- Это я - пошлый и озабоченный? - Ей-богу, эта девица как будто анекдоты рассказывает. - Милая, для мужика вполне естественно бегать за юбками и валить девчонок в постель. Даже для жениха в преддверии свадьбы. Просто признайся, что ты не такая, как другие невесты, ты не смогла удержаться при виде мускулистого иностранца!

- Ваня, я не намеренна больше выслушивать эту наглую ложь! Выгони его отсюда!

- О нет, милая, я не лгу, в отличие от тебя. - Ваня хватает меня за ворот рубашки, но я продолжаю смотреть на Сашу, которую вот-вот разорвет от злобы. - Понравилось сидеть на коленках у иностранца? Может, он целуется лучше Ваньки? Ему, кстати, очень понравилась девочка, которую я ему выбрал.

- Заткнись! Заткнись! - орет Ваня, вцепившись в мою рубашку. - Хватит!

- Я не могу так больше... - бубнит Саша, обхватив голову руками. - Не могу. Не могу.

- Еще чуть-чуть, и ты перейдешь грань. - У Вани темнеет лицо, но глаза такие же наивные, какими были всю его жизнь. - Остановись, прошу тебя.

- Успокойся, пожалуйста. Тише, тише. Пойдем выпьем воды. Хорошо?

Лера. Когда она появилась здесь? Она гладит Сашу, словно та маленький ребенок, у которого только что забрали любимую игрушку, берет ее за локоть и пытается увести.

- Хватит с меня, - сквозь слезы шипит Саша. - Хватит!

Ваня отпускает меня и бросается к ней, но Саша, словно взбесившееся животное, отскакивает от него и смотрит на всех нас с убийственной ненавистью.

- Хочешь, чтобы я сказала правду? - кидает она мне. - Ведь ты же не отцепишься от меня! Ладно. Благодаря твоим вечным издевкам и грязным намекам, я все время боялась, что Ваня поддастся на твои провокации. Все время! Слышишь?! Постоянно думала, а действительно ли он был в гостях у родителей, а не с тобой в баре и твоими бесконечными шлюхами?! Действительно не встречался с той своей старой знакомой, о которой ты постоянно говорил?! Действительно не будет трахаться с бабами на мальчишнике, который организовывал ТЫ?! Я все время боялась, что ты испортишь его! - кричит она. - И в ту ночь я также думала обо всем этом. И если бы Лера не забрала меня оттуда, если бы она не выволокла меня на улицу, чтобы прочистить мне мозги, - да, я бы сделала то, в чем ты меня сейчас обвиняешь. Я бы сделала это назло вам обоим. И сейчас я очень сожалею, что у меня это не получилось, ведь тогда бы твои обвинения были обоснованными.Я пытаюсь...Я все пытаюсь увидеть и словить эту лживую искорку в мокрых глазах передо мной, но она не появляется. Тишина так режет уши, что приходится громче дышать. Плавно погружаюсь в странную и тяжелую атмосферу, где мысли плавятся, а тело то и дело ударяется об острые углы. Мне больно и тошно от себя, но я ни за что не сдамся.Я ни за что не сдамся.

- Значит, Лера твоя спасительница? - выдавливаю я через силу. - Лера, которая переспала бы с каждым мужиком в этом отеле? Не смеши меня. Может, она и не дала тебе вдоволь натрахаться, но только лишь потому, что сама хотела опробовать твой подарочек!

- Заткнись же ты, я тебя прошу! - орет Ваня и набрасывается на меня с кулаками.

Удар прилетает мне в челюсть, и пока я падаю на пол, вижу мертвенно-бледное лицо Леры, словно только что ей сообщили о кончине близкого родственника. Интересно, она была такой же напуганной и убитой, когда узнала о смерти мужа?

Ваня вновь хватает меня за ворот и замахивается, но я опережаю его и попадаю кулаком в нос. Он падает на меня, больно впивается пальцами в плечи, но тут же двое парней оттаскивают его, ухватив под руки.

- Эй, вы чего?! - недоумевает Леня.

- Вы чего? С ума сошли, что ли?

Костя тащит моего брата к дивану и с силой усаживает на кожаные подушки.

Из губы сочится кровь, я вытираю ее тыльной стороной ладони и поднимаю глаза на Сашу.

- Она, может, и защищает тебя, как цербер в юбке, - киваю на Леру, пытаясь отдышаться, - но у нее есть один маленький секрет. Она так боится, что ты узнаешь правду, ведь после этого ты возненавидишь ее.

Вновь провожу ладонью по рассеченной губе, чувствуя привкус крови во рту, и лениво гляжу на Сашу.

- Считаешь меня озабоченным? Ненормальным? Что ж, - злобно усмехаюсь я, - взгляни на свою подружку, которая большую часть этих дней кричала подо мной от экстаза.

- Убери от меня руки! - кричит Ваня на Костю, который держит его на диване. - Я выбью ему всю дурь!

- Зачем ты говоришь это? - шепчет мне Саша, опустив глаза.

- Как же? Ты вливала ей в уши, что я конченый кретин, который пытается испоганить твою жизнь, и бьюсь об заклад, что она сидела и понимающе кивала тебе в ответ. Да, Саша, он такой козел, такой урод, бла-бла-бла. А после охотно бросалась ко мне в постель. Хорошая подружка, правда? Лживая, лицемерная, но такая милая, да? А она говорила тебе, что была замужем? Делилась с тобой деталями своей счастливой семейной жизни? Ведь подружки обсуждают все на свете, да? Что, нет? Ничего не говорила? - смеюсь я, видя, как лицо Саши с каждой секундой становится горестно-удивленным. Теперь я чувствую, как виски ударяет в голову. - И о том, что ее муж погиб исключительно по ее вине, тоже не говорила? Кошмар! Разве подруги так поступают?

Я закашливаюсь от собственного истеричного смеха, наблюдая за пораженными взглядами Кости и Лени, и когда мои плечи перестают сотрясаться, я перевожу глаза на девушку, знакомство с которой напрочь перевернуло мою жизнь.Достаточно одного лишь взгляда на Леру, чтобы почувствовать себя ничтожеством. Чтобы разорвать себя изнутри. Она смотрит куда-то сквозь меня, убитая, бесчувственная и слишком спокойная. Словно вся та гадость, что я говорил ей в туалете, и то, что сказал сейчас, проходит мимо нее, но успевает оцарапать кожу.

- Лер? - срывается голос Саши. - Это же... вранье, правда? Очередное вранье... Что здесь происходит сейчас? Что же это?

- Ублюдок, - шипит мой брат, но я даже не смотрю на него. - Ты заплатишь за все...

- Прости, Саш, но это правда, - вдруг тихо и жутко безразлично произносит Лера.

Что она делает?

«Отрицай! Прошу тебя, отрицай! Защищайся! Ты должна, Лера, пожалуйста!» - требует мое сердце. Оно разрывается, причиняя физическую, нестерпимую боль.

- Я уже ничего не могу изменить, прости. Это правда. Я ненавижу его, но спала с ним. После девичника, в раздевалке магазина нижнего белья и в его номере, - спокойно и пугающе-безразлично говорит Лера, неотрывно глядя куда-то перед собой. - Я не горжусь собой, но моя личная жизнь - только мое дело.

Она замолкает, медленно обводит всех взглядом, задерживается на мне и как будто говорит:

«Посмотри, что ты со мной сделал».

Вот потекла слеза по бледной щеке, тут же - другая, но она и бровью не ведет. Униженная и убитая.

Я сломал ее.

Хочу сдохнуть, а перед смертью долго мучиться.