Глава 60. Запах крови

В воздухе чувствовался запах свободы и свежего нарнийского ветра. Питер закрывал глаза, уголки его губ чуть подрагивали в улыбке, а душа раскрывалась, стоило лишь осознать, что он в Нарнии, он наконец-то у себя дома. Осталось только лишь его освободить. Когда Ренат получил письмо, Питер уже ступил на берег вместе с третью гальмианского войска и терпеливо ждал ответ от Рената. Конечно, там не на что было надеяться, но король Нарнии — не подлый узурпатор и не трюмная крыса, которая может напасть со спины, исподтишка, не объявив войну.

Когда Питер плыл сюда, то волновался, что столкнется с трудностями уже на границе, но западная Нарния встретила своего короля с распростертыми объятьями. На этих землях, вплоть до северной опушки Тенистого леса, жили в основном коренные нарнийцы, и вот уж они точно не собирались допустить, чтобы их истребили. В памяти многих еще был жив тельмаринский беспредел, в особенности Мираза, и теперь, когда Ренат наконец показал свое истинное лицо, нарнийцы поняли, что править его призвал никакой не Аслан, а самозванец. Питер приказал разбить лагерь. Он ждал письма от Рената до заката, постоянно смотря куда-то влево. Всего в нескольких милях отсюда стоял Кэр-Параваль, родной дом, в который Питер хотел бы сорваться прямо сейчас. Местные жители приходили в лагерь и приносили солдатам еду и теплые пледы в благодарность за то, что те пришли их освободить. Стэнли сидел возле палатки и дописывал письмо, параллельно смеясь над чем-то с молодыми рыцарями примерно его возраста. Еще во время плаванья Питер случайно увидел на столе сына бумагу и прочитал на ней: «Надеюсь, что скоро увижу тебя, моя милая Мяу». Король тогда рассмеялся. Надо же, имя Мия действительно похоже на слово мяу.

Стэнли закончил с письмом и сел рядом с друзьями, чтобы перекусить. Питеру не терпелось начать наступление, но в этом не было никакого смысла, пока Кассандра не приведет к ним еще войнов и пока Юстас не оповестит всех верных им лордов, что они должны присоединиться к наступлению. Войско за день пополнилось, но не слишком значительно, а потому придется собирать всех по дороге. К счастью, Эдмунд написал, что у них на севере всё в порядке и что они готовы наступать, как только основные силы Рената покинут телмаринский замок. Питер даже испытал дежавю по прошлому, когда они нагрянули туда к Миразу, но проиграли.

И вот к закату ответ пришел. Ренат написал, что поставлен править самим Асланом и что дал шанс королям и королевам жить нормально вдали от Нарнии и Орландии, но они его не послушали, и потому, за нарушение воли Аслана, они будут разбиты и уничтожены. Питер только усмехнулся. В этом мальчишке столько самомнения и гордыни, он даже не сомневается в своей победе. И зря. Верховный король не знал, смогут ли они победить Таш, зато он отлично знал свое дело и соотношение сил. Ренат просто еще не в курсе того, что к альянсу против него присоединились север и Тельмар с Тахиром в придачу.

— Нарния и Гальма! — прокричал Питер, и рыцари тут же выстроились. — Узурпатор Ренат принял вызов и решил биться с нами. Помните, что вы сражаетесь не за мою власть и не за власть моих родных. Вы боретесь за весь наш мир, за его благополучие и процветание, за себя и своих близких. А еще за правду. И только если вы будете помнить об этом, мы непременно победим!

Питер услышал одобрительные возгласы, раздающиеся хором, и вскочил на коня. По правую сторону от него стоял Стэнли, а по левую — Юстас. Они оба были серьезны и напряжены, но воодушевление никуда от них не делось. Кони тронулись в путь и скакали тихим шагом. Большинство людей и нарнийцев в деревнях выбегали на улицу и приветствовали их, рукоплескали, вскоре к шествию присоединились войска двух лордов. Стэнли с придыханием смотрел по сторонам. Ему не верилось, что он снова дома, что он дышит нарнийским воздухом, что кругом летают дриады и перешептываются деревья, что где-то в норах говорящие животные, а в их войске не только люди, но и несколько минотавров, фавнов, кентавров и грифонов. Стэнли безоговорочно верил в их победу, ему хотелось промотать битву и прийти в Кэр-Параваль, домой, привезти сюда Мию и рассказать ей о мире Нарнии, показать ей страну, в которой она будет жить.

А Юстас думал о дочери. Джил была где-то здесь, ехала вместе с остальными женщинами, которые собирались готовить в лагерях и ухаживать за ранеными, и Вред волновался за нее как-то меньше, чем за Эмму, оставшуюся в Гальме. Юстас уже и не чаял услышать какие-то добрые слова от дочери, но перед самым отплытием она подошла к нему и пообещала, что они обязательно поговорят обо всем. И еще сказала, что чтобы этот разговор случился, Юстасу надо непременно вернуться с победой. Значит ли это, что Эмма его простила? Или что хотя бы старается? Вред понимал, что не узнает этого, если не спросит. И именно мысль, что им с дочерью о многом надо поговорить, придавала ему сил.

А в войске всё прибывало и прибывало. Правда, пришлось разбить одного лорда и оккупировать его поместье, чтобы тот не посмел передать Ренату какие-либо данные. Другие неприятели сдавались и сами открывали ворота своему королю, потому что не могли не понимать всю серьезность противостояния. Некоторые лорды поджали хвост и подумали о том, что при любом раскладе, кто бы ни победил, останутся на своих землях. Нужно лишь было придумать хорошее оправдание своим поступкам. Кассандры всё еще не было рядом, и Питер начинал волноваться, но как только они вышли из Тенистого леса на равнину, то увидели войско. Юстас вместе с небольшим отрядом тут же отправился на разведку, так как в темноте трудно было что-то разглядеть, а вернулся уже с радостно улыбающейся Кассандрой.

— Скучали? — спросила она, и Питер, спустившись с коня, тут же сжал её в объятьях и весело похлопал по спине. — Да, что ж, и я скучала, — усмехнувшись, сказала она и потрепала короля по плечу.

— Раньше ты била сильнее, — разжав объятья, сказал Питер и взял коня за узду.

— Просто у меня руки не в самом целом состоянии, — Кассандра показала перевязанные ладони, которыми не так давно удерживала лезвие в нескольких сантиметрах от своего горла. — Но не переживай, меч в руках я могу держать. Мои разведчики доложили, что войско Рената собрано и двинулось в путь, идет прямо к нам навстречу. Имеет смысл сразу же разбить лагерь и готовиться к битве.

Кассандра доложила примерную обстановку. В Тельмаринском замке осталось не так много рыцарей, но северянам будет трудновато взять его быстро. Питеру оставалось надеяться, что его войско быстро придет к ним на помощь, однако на стороне Рената было много лордов, но, что опаснее, у него была куча тархистанцев, которых Рабадаш так любезно решил одолжить Ренату. Вскоре пришла весточка из Орландии. Тархистанцы находятся прямо в Анварде, а Люси и Эйлерт высадились совсем недавно. Им там будет чуть проще, потому что у них больше людей, если взять в расчет войско Алессандро. Кассандра так же пояснила, что пока еще не все лорды и нарнийцы, которые обещали прийти на помощь, здесь, но должны подоспеть если не к началу битвы, то точно к завтрашнему дню.

— Нам нужно продержаться до завтрашнего заката. Если ни одна сторона не победит, то на ночь мы разойдемся по своим лагерям, — Питер поставил на карту фигурку льва, которая обозначала их лагерь. — Наша задача не столько разбить войско Рената, сколько потянуть время, пока Кэрол и Сьюзен выполнят свою задачу в Тархистане и пока Эдмунд и Стефани с северным войском не возьмут тельмаринский замок.

— И хорошо бы не погибнуть, — вставил свое слово Юстас, стоящий чуть поодаль от Питера с Кассандрой. — В прошлую свою битву я нашел мертвым Джейсона, не хочу снова это испытывать, — Вред отвернулся, пытаясь скрыть волнение. Стэнли чуть сглотнул, но взгляд отца его успокоил. Да, сегодня кто-то погибнет, но жертв будет мало и никого из близких среди них не будет. Во всяком случае, хотелось в это верить.

Ожидание было утомительным. Припекала апрельская жара, а ветер перестал быть свежим. Скоро в воздухе повеет запахом крови. Когда все расслабились окончательно, грифон разразился орлиным криком, а Питер вскочил на ноги за долю секунды и запрыгнул в седло, успев надеть шлем. Стэнли подвел своего коня ближе к отцовскому. Это его первая действительно масштабная битва, первый опыт, первое кровопролитие. Всё войско выехало навстречу к врагам, и Питер даже сглотнул, не ожидая увидеть столько воинов в доспехах тельмаринского образца, но с красной нашивкой и изображением льва. Рената нигде не было, но его никто и не ожидал увидеть. Он может сколько угодно играть в короля, но на самом деле он трусливый мальчишка, который отсиживается в замке, пока за него сражаются. Питер прищурил глаза и поднял свой меч, а нарнийцы затаили дыхание. Гальмианцы стояли смирно, ожидая команды.

— К бою! За Нарнию! За Аслана! — прокричал Питер, и его конь, потреся гривой, вскочил на дыбы, а потом рванул вперед, что было сил.

Главнокомандующий вражескими войсками тоже еле слышно прокричал команду и отдал приказ, но остался на месте. Питер давно научился сдерживать биение пульса, видя впереди себя полчище врагов, но в этот раз его душа замерла, а сердце затрепетало. Лезвие меча соприкоснулось с чужим лезвием, а потом Питера унесло потоком битвы. Стэнли сражался в кавалерии и потерял всех своих родных из виду. Он без разбору ранил одного врага за другим, сам не понимая, когда он успевает думать о том, куда именно нанести удар. Меч прошелся в паре сантиметров от шеи Стэнли, а он и не успел этого заметь, потому что в этот момент его коня ранили и принц с оглушающим треском упал на землю, тут же поднявшись, чтобы его не затоптали. Вот Стэнли нанес кому-то тяжелое ранение в ребро, ощутил скользкую кровь на собственной щеке, убил чью-то лошадь, которая задавила своего всадника, услышал рев леопарда позади себя и увидел, как тигр вгрызся кому-то в глотку. Вокруг творилась вакханалия, было трудно разобраться, кто и где, побеждают они или проигрывают.

Казалось, этой битве не было конца. Стэнли выдохся, пот стекал по его лицу, страшно хотелось пить, но его руки орудовали двумя мечами сразу и разили врагов без жалости и сожаления. Принц понял, что в битве просто некогда сожалеть о чем-то. Где-то в этом бессвязном потоке мелькнула фигура отца и его щит, по которому ударили топором. Кажется, теперь в ход пошло всё. Повсюду валялись бездыханные лошади, мертвые тела, судорожно умоляли о чем-то раненые, но Стэнли их едва слышал. Всё в его сознании слилось в единый поток. Вражеское войско выдохлось, это тоже было видно. Солнечные лучи тронули холм, и принц понял, что они сражаются уже очень давно. Время пролетело быстро, и сил практически не осталось.

Юстас тоже смертельно устал, но не сдавался. Его глубоко поцарапали на ложбинке между плечом и шеей, и ему пришлось ненадолго вернуться в лагерь, чтобы перевязать рану. К нему тут же побежала Джил, опасаясь худшего, но всё обошлось. Юстас коротко поцеловал жену в губы и убежал, забравшись на холм. Издалека он увидел небольшое войско и уставшую, немного раненую Кассандру, скачущую во главе него. Видимо, кто-то из лордов пришел на помощь только что и тут же ворвался в битву. Юстас почувствовал себя отдохнувшим и даже забыл про боль от раны, когда его меч соприкоснулся с чужим.

Дело шло к закату, и вскоре, пока никто не видел, Питер с главнокомандующим Рената по обоюдному согласию отошли в сторону и приняли решение отозвать свои войска в лагеря до прибытия резервов и для отдыха. Когда Верховный король приказал отступать, Стэнли было напугался, что они проигрывают, и начал думать, где бы ему достать коня, но когда увидел, что все спокойно складывают оружие в ножны, вытирая его от чужой крови, то успокоился и подгибающимися от усталости ногами побрел к лагерю. Как только он зашел в свою палатку, то упал на кушетку, переводя дыхание. Вся битва показалась ему скачком адреналина, который он завтра не сможет повторить. Желудок сводило от голода, а мышцы — от перенапряжения. Губы пересохли, щека саднила, а царапина на ноге пульсировала. Стэнли не знал, сколько пролежал, пусто глядя в потолок. К нему в палатку ворвался Питер и заставил подпрыгнуть на кушетке от испуга.

— О Аслан! Стэнли, я напугался, что ты погиб! — Питер пригладил волосы, громко выдохнув. Он тоже еще не снимал доспехов и не ел. — Я уже хотел было искать тебя среди трупов!

— Я сам не понял, как зашел сюда... просто ноги понесли, — Стэнли с трудом сел и накрыл лицо ладонями, подперев руки коленками.

У него крутилась в голове тысяча слов: чертовски вымотался, едва не помер, чуть с ума не сошел, хочется уснуть и пока не просыпаться, но Стэнли сказал только лишь:

— Устал...

— Первый опыт, — усмехнулся успокоившийся Питер, зачерпнул воды из бочки, отпил и подал сыну. Стэнли выпил кружку залпом и не напился. — В свою первую битву я чувствовал себя точно так же. Да и сейчас не лучше. Слишком давно не было войны, — Питер помолчал, понимая, что у сына нет сил даже на то, чтобы ему ответить. — Не хотел я, чтобы мои дети видели всё это.

— По-другому королем не станешь... — прохрипел Стэнли, с трудом дойдя до бочки и умыв лицо. Желудок заурчал, да и раны надо было промыть. А идти никуда не хотелось. — Рад, что здесь Айдана нет, а за меня не стоит волноваться. Не пропаду, пап.

— Я горжусь тобой, — Стэнли повернулся к отцу и приоткрыл рот от удивления. Питер всегда хвалил сына за успехи, сам тренировал его, говорил, что он станет королем, но что гордится им — не говорил никогда. Стэнли улыбнулся настолько широко, насколько ему позволяли силы. — Сними доспехи и иди к Джил, она тебя немного подлечит.

Питер вышел из палатки, а принц скинул доспехи и только теперь почувствовал, как без них легко. Завтра метал снова закует его в свою железную клетку, но сейчас на нем была только туника с ремешком да штаны. Стэнли еле натянул сапоги, позволил Джил промыть все свои немногочисленные раны и уселся за запоздалый ужин. Ночь была прохладной, но свежей, а главное — больше не пахло кровью. Приглушенно Стэнли слышал, как Юстас, Питер, Кассандра и какой-то гальмианец подсчитывают потери, обсуждают дальнейший план битвы, говорят о захоронении трупов всех погибших за сегодня и выражают надежды на то, что вот-вот возьмут тельмаринский замок. Эльза и Рилиан тоже были где-то на севере, как Стефани и Эдмунд, и ждали часа, когда к Ренату можно будет подобраться достаточно близко, чтобы его убить. И хорошо бы, чтобы этим всё кончилось и чтобы Таш не накинулась на них собственной персоной.

Сон был крепким и глубоким, но Стэнли с утра пораньше разбудил рог. Вражеское войско решило начать наступление пораньше, но резервы пока к нему не подоспели. То ли Ренат берег войско на случай, если будут атаковать тельмаринский замок, а то ли...

Но Стэнли не успел об этом подумать. Он вновь встал рядом с Питером, а потом всё началось заново.

*****

Морские волны, ясное небо, соленый воздух и ветер, трепещущий парус. Каспиан стоял на корме и высматривал вражеские корабли. Дело уже шло к вечеру, но медлить было нельзя. Чтобы Питер с войском спокойно высадился, пришлось загнать флот Рената в ловушку в открытом море, куда скоро должны были подойти теревинфийцы. Каспиан с тоской и грустью смотрел на корабли, которые сам когда-то проектировал, за постройкой которых когда-то следил, которых осматривал с любовью и с гордостью показывал семье. А теперь он вынужден с ними воевать. Да, схемы остались, но Каспиан никогда не забудет ту приятную дрожь и то волнение во время первого осмотра. Он помнил каждый свой корабль, знал все их плюсы и минусы и теперь должен воспользоваться этим знанием, чтобы их разрушить.

Но Каспиан знал, что здесь ничего не попишешь, и потому, когда вражеский корабль подплыл достаточно близко, король отдал внятный приказ:

— Залп!

Заревело несколько пушек, и скоро команду вражеского корабля основательно тряхнуло. Воспользовавшись растерянностью противника, Каспиан приказал стрелять из арбалетов и стараться если не убить, то хотя бы ранить как можно больше людей, как бы жестоко это ни звучало. Вскоре из-за маленького островочка появились еще корабли, и тогда капитаны вражеского флота тоже отдали приказ стрелять. Пушки у них были куда более модернизированные и могли стрелять на куда большее расстояние, и Каспиан это прекрасно знал, а потому нервно сглотнул и приказал немедленно расправить паруса, чтобы отплыть как можно дальше. Теревинфийцы должны были прибыть на выручку уже скоро.

Море сотрясалось от залпов и расплескивало волны. Два корабля подплыли так близко друг к другу, что команды могли достать друг до друга мечами. С марса стреляли из арбалетов, люди кричали и падали в море, стреляли из пушек, и было трудно понять, кто побеждает. Каспиан краем глаза наблюдал за тем, как дела у других кораблей, но особо внимательно разглядывать что-то у него не было времени. Борт вражеского корабля оказался прямо возле Каспиана, и он, пока команда на нем не перевернула совсем новые, но очень тяжелые пушки, скомандовал кому-то из матросов помогать засыпать порох, чтобы ударить первыми.

Как только пушки выстрелили, корабль, на котором находился Каспиан, сильно покачнулся и едва было не перевернулся. К счастью, два минотавра успели вернуть ему равновесие, однако кое-кто всё же выпал за борт. Каспиан увидел, как молодой моряк, не удержавшись за ванты, соскользнул и грохнулся в море спиной. Он выплыл лишь через несколько секунд, на него летели обломки вражеского корабля, а он едва уворачивался. Увидев страх на его лице, Каспиан без раздумий бросился за ним, и плевать, что он король и командир всей этой операции.

Каспиан, делая огромные рывки, доплыл до бедного парня и подхватил. Тот знал, что паниковать не нужно, но его оленьи испуганные глаза говорили о том, что ему не терпелось залезть туда, где тепло и сухо, а главное — безопасно. Каспиан подсадил моряка, а когда собрался забираться сам, его ногу утянуло вниз что-то тяжелое. Быстро нырнув, король обнаружил, что его голень туго перевязана веревкой, а та, в свою очередь, держит внизу что-то тяжелое. Каспиана непреодолимо тянуло вниз. Он вынырнул на секунду, набрал полные легкие воздуха и быстро принялся развязывать веревку, хотя морские узлы под водой поддавались менее охотно, чем на суше. Безумно начала кружиться голова, Каспиан чувствовал, что кислород заканчивается, но брыкался до последнего. Волны то и дело колыхались, в переносице было полно соли, что-то то и дело падало в воду, ядра гремели, но теперь Каспиану всё было слышно слишком приглушенно. Его мышцы обмякли, а глаза начали медленно закрываться, и король сам не понял, когда успел пойти ко дну.

Последнее, что Каспиан почувствовал, — чужое прикосновение, а в следующее мгновение он уже кашлял от соли в горле и от воды, выходящей из легких. Перед ним сидела девушка необычайной красоты, она была взволнована. У Каспиана в глазах двоилось, всего было так много, что трудно разобраться.

— Я успела, — девушка села на коленки и устало вытерла лоб ладонью.

— Тефия... — прохрипел Каспиан, наконец узнав её. — Что... ты здесь делаешь... — в глотке всё еще саднило от соли, ужасно захотелось попить пресной воды. — Где мы...

— На корабле, принадлежащем Её Величеству королеве Розите, — ответил вместо Тефии капитан. Каспиан поднял глаза и увидел, что паруса расшиты узором флага Теревинфии — белой розой на голубом фоне.

— Что я успел пропустить? — обеспокоено спросил король, глядя на арену битвы. Пушки по-прежнему стреляли, а люди бились друг с другом на палубах. Теревинфийские корабли гребли на веслах против ветра. — Постойте! Не смейте грести к нарнийским кораблям! — воскликнул Каспиан, поняв замысел капитана. — Они быстро попереломают вам весла!

— Не переломают, — самодовольно улыбнулся капитан. — Они прочные!

— Я сам проектировал эти корабли! Если они подплывут к вашим веслам достаточно близко, они их раздавят! Сдавайте назад!

— Мы пришли помогать вам, так будьте добры не сомневаться в моих методах! — закричал капитан.

Каспиан не знал, что ему предпринять. Убрать весла — дело не из легких, да и вдобавок, он не сможет просто отобрать штурвал, чтобы всё не попереломать. Король быстро подбежал к Тефии, и когда теревинфийский корабль выстрелил, другой наехал носом на весла и сломал их напополам. Наяда быстро сориентировалась и спрыгнула в воду. Еще чуть-чуть, и корабль разнесет в щепки.

— Все в море! — крикнул Каспиан за долю секунды до того, как из-за островочка раздался залп и ядро попало прямо в то место, где стоял капитан корабля. Моряки успели попрыгать, и скоро их подхватили товарищи с других суден. — Немедленно уберите весла! Передайте остальным! Стреляйте с расстояния! — прокричал Каспиан, и все, видя, что случилось с предыдущим кораблем, послушали нарнийского короля без колебаний.

— Нам вот-вот помогут, — Тефия подошла к Каспиану, отвлекая его от дел. — Я и мои сестры оповестили русалок. Скоро они начнут переворачивать вражеские корабли.

— А это не опасно?.. — спросил капитан корабля, на борту которого они находились в данный момент.

— Нет, русалки знают свое дело...

— Да я не про них, а про нас! Русалки едят людей! Вдруг они и нас захотят перевернуть?!

— Это сирены едят людей, — быстро бросил Каспиан, и капитан тут же замолчал. — Мы уже проделывали это раньше, когда Тельмар заполучил волшебный порох с помощью звезды хаоса. Русалки тогда очень помогли. Так что я сейчас придумаю, как доплыть до своего корабля и отдам приказ таранить врага с другой стороны. Возьмем их с двух сторон и обстреляем. Нас больше, но их корабли быстрее и лучше, а потому нам нужно действовать умнее и маневреннее.

— Вам лучше знать... — протянул капитан. — Но я понятия не имею, как вам добраться на ту сторону, ничего себе не повредив.

— Зато я имею понятие, — вставила свое слово Тефия и достала из кармашка морские водоросли, те самые, что растут только на глубине и позволяют дышать под водой. — Но придется проплыть по дну, чтобы ни на что не напороться.

Каспиан без промедления выхватил водоросли и тщательно их прожевал, морщась от отвратительного вкуса и с трудом проглатывая эту гадость. Тефия даже усмехнулась. Когда король закончил, они оба тут же прыгнули в воду и погребли едва ли не к самому дну. Становилось всё холоднее и холоднее, и даже Тефия немного продрогла, но уверено вела Каспиана в верном направлении.

— Спасибо, что спасла, — несколько запоздало поблагодарил он, стараясь не отставать. — И спасибо, что вообще нам помогаешь. Ты столько для нас сделала...

— Все меня благодарят, — раскраснелась Тефия, гребя еще быстрее. — Но я почти ничего такого не сделала, только лишь передавала послания.

— Ты и сама знаешь, что это неправда. Вот и меня сегодня спасла.

— Я просто плыла, чтобы предупредить вас о русалках, а потом увидела вас тонущим, поэтому тут же решила спасти. На моем месте так поступил бы любой.

Тефия не скромничала нарочито, она действительно так всё и видела. Гарольд учил не стесняться и не преуменьшать свои заслуги. Говорил, что его мама, Стефани, раньше делала точно так же, как и Тефия, пока Эдмунд не приучил её к тому, что себя надо ценить и иногда хвалить. Кажется, Гарольд со своей предполагаемой девушкой повторяет путь родителей. Даже несколько иронично.

— Кстати, о звезде хаоса... Она недавно что-то украла у русалок, — сказала Тефия, видимо, вспомнив наконец о Дискорд. — Не знаю, что, но надеюсь...

— Обсудим позже, — бросил Каспиан. Дискорд — это, конечно, серьезно, но у них и так полно было других забот.

Каспиана поднял на палубу тот самый матрос, которого он спас, и принялся от всей души благодарить, однако сейчас было не до сантиментов. Король быстро скоординировался и приказал палить из пушек. Горел розовый закат, по всему лазурному морю плавали обломки кораблей, а русалки принялись раскачивать судна туда-сюда и сбрасывать с них людей. Выстрелы слышались почти всю ночь, и только под утро, когда вражеских кораблей осталось всего лишь два, флот Рената сдался.

Гальмианцы, нарнийцы и теревинфийцы закричали в один голос и принялись поздравлять друг друга с победой. Из моря подбирали еще живых людей, скручивали пленных и садили их в трюм под замок. Каспиан не мог нарадоваться на то, что хотя бы два из его многочисленных кораблей, «Песня сирены» и «Шторм», остались целы и почти что невредимы. Король даже и не рассчитывал на то, что они справятся так быстро. Приятным сюрпризом оказалось то, что Розита приказала своему адмиралу оставаться в Тархистанском заливе и патрулировать море, особенно недалеко от Кэр-ПараваляТархистанский залив, судя по картам из книги, омывает Тархистан, Нарнию, Орландию, Гальму и Теревинфию. Каспиан тоже хотел броситься в битву на помощь Питеру, но тот приказал оставаться на кораблях и следить за тем, чтобы не приплыли тархистанцы или еще кто-нибудь.

Каспиан издалека видел башни Кэр-Параваля и, как бы он ни любил море, остро почувствовал, как он хочет домой. Туда, где было их гнездышко, туда, где они засыпали и просыпались, туда, где он растил детей, туда, куда он всегда возвращался из моря. Скоро они вновь войдут в ворота Кэр-Параваля и заживут счастливо. Сегодня они победили и, Каспиан был уверен, — остальным тоже повезет.

*****

Новость о том, что флот повержен окончательно и что Каспиан полностью отвоевал участок Тархистанского залива возле Кэр-Параваля и путь от Нарнии до Гальмы, до Рената дошла нескоро. Он укрылся в тельмаринском замке и боялся выходить, чувствуя свою ущербность. Он не полководец, он не умелый воин, все, кого он убил, находились в уязвимом положении. Теперь к нему во сны являлся Мираз, а Ренат понимал, что хочет видеть вовсе не его, а Джейсона. Хочет услышать совет или хотя бы какое-то едкое слово, которое бы помогло принять правду о себе самом. Ренат скучал по Эльзе, но знал, что не победит, пока не убьет её. Раньше он считал, что чтобы пророчество не свершилось, достаточно избавиться от Рилиана, но всё оказалось не так просто. А когда Ренат узнал о том, что у него больше нет флота, то с ним случилась нервная горячка. Он всю ночь провел без сна в постели в поту, его тошнило, есть не хотелось, глаза болели, а голова пыталась судорожно соображать, что делать дальше. Вот бы здесь была мать, она бы о нем позаботилась, она подсказала бы... Хотя нет, она бы снова предала.

Битва между Питером и войском Рената шла уже пятый день, потерь было не так много с обеих сторон, да и пока никто толком не продвинулся. Воевали в основном тархистанцы да несколько лордов со своими отрядами, но собственные силы Ренат держал возле себя, чтобы ему было, как защититься. В Орландии пока не началась война, были лишь вспышки бунтов, но король был уверен, что Люси с Эйлертом там что-то замышляют и готовят нечто опасное. Ренат хотел поехать в Орландию, чтобы лично собрать войска и благословить их на битву, но у него не было сил даже встать с кровати из-за болезни, ни то что скакать на лошади несколько суток, особенно в такое опасное время. Замок стал для него тюрьмой, его серой клеткой без радости и улыбок. Да и когда Ренат вообще в последний раз улыбался?

— Ваше Величество! — один из министров ворвался в покои Рената, и у того даже не было сил на то, чтобы отругать подданного за вторжение. — Срочные новости! Наша разведка доложила, что с севера готовится нападение на замок! Во главе северян король... — министр осекся, хотя Ренат не бросил на него ни одного укоризненного взгляда. — Во главе северян стоят Эдмунд и Стефани Певенси, они хотят взять вас в плен.

— Эльза и Рилиан?.. — спросил Ренат, с трудом усаживаясь на кровати.

— Неизвестно, где они, Ваше Величество.

— Отлично, отлично... — Ренат махнул рукой, прося министра выйти и попросив привести к нему его камердинера.

Ренат, еле переставляя ноги, дошел до ванны и умылся из ковша, глядя на себя в зеркало. Красные глаза, четкие скулы и бледная, даже желтоватая кожа. Лицо сумасшедшего, а не короля. Ренат снял рубашку, бросив её в сторону, и опустился в набранную для него ванну, откинув голову назад. Таш не отвечала, не приходила, не объявлялась с тех самых пор, как дала тот амулет для Генри. Они с Асланом стоят друг друга, раз уж этот лев тоже так и не соизволил прийти. А кто знает этих сильных мира сего? Да еще и Хатари с Хитром куда-то пропали, что не отыскать.

— Таш, мне нужна помощь... нужны силы... — прохрипел Ренат, съеживаясь в теплой ванной голышом. Он чувствовал себя таким уязвимым. У него не было сил размышлять ни о чем, пока он болен. — Я больше ничего не хочу чувствовать: ли любви, ни мук совести, ни печали. Пожалуйста... Помоги, умоляю тебя. Я очень тебя прошу.

Он долго что-то говорил, умолял, в глазах двоилось, он и сам осознавал, что он просто бредит и что ему плохо. Ренат не заметил, как заснул в этой ванной, а когда открыл глаза, вода была ледяной. К нему никто не пришел, никто не заволновался. Или просто боялся тревожить. Когда король открыл глаза, то увидел два пореза на собственных ладонях и лужу крови вместо теплой воды. Ренат встал и почувствовал некоторую легкость. Случайно посмотрев в зеркало, он увидел там будто бы не себя. Вернее, себя, но не таким, каким был некоторое время назад, а тогда, давно, когда у него не было власти.

Красивый. Статный. Похожий на короля.

Таш услышала его молитвы и дала сил своему избраннику. Ренату казалось, что и в нем самом что-то резко переменилось. Он оделся сам, накинув сверху тяжелый плащ с мехами, а потом взглянул на портрет Эльзы. Определенно он смотрел на её изображение с нежностью и любовью, как и всегда, но теперь он чувствовал, что он действительно способен проткнуть бьющееся сердечко своей девочки. Так будет лучше для них обоих. Ренат взял из шкатулки кинжал Эльзы с рукояткой в виде пумы и, покрутив его в руках, положил себе в сапог. На миг его пробила дрожь. Точно так же он готовился к убийству Джейсона. Всё же старые эмоции и чувство вины исчезли не до конца.

А тем временем без Рената лорды и министры уже собрали совет и с волнением обсуждали, что им делать с севером; они не рассчитывали на то, что король встанет с кровати по крайней мере еще несколько дней. Но он был здесь: румяный, посвежевший, наконец-то больше похожий на человека, чем на живой труп.

— Ваше Величество... мы лишь обсуждали... мы думали, вы будете не в силах... — замямлил министр.

— Теперь я здесь, — улыбнувшись, сказал Ренат и сложил руки, откинувшись на спинку кресла. Копия Мираз. — И я уже решил, что нам делать. Отзовите часть войска, пусть повоюют с Питером так.

— Но тогда Питер Певенси значительно продвинется... — хотел было возразить кто-то, но Ренат выставил руку вперед, приказав замолчать.

— Пусть продвигается. Мы быстро разобьем Эдмунда и Стефани с дикарями-северянами и разрушим их молодое королевство, а потом подтянем все войска к замку и разгромим Питера вместе с Юстасом.

— Взять северян, Эдмунда и Стефани в плен? — осведомился один из генералов, одобрив план своего короля.

— Нет, в плен мы больше никого брать не будем. Я давал шанс королям и королевам примириться с волей Аслана и жить далеко от Нарнии и Орландии, но они решили развязать войну и втянуть в нее всех. Так пусть северяне поплатятся первыми за свое безрассудное решение присоединиться к этому альянсу. Мне не нужны пленные. Убить всех.

___________________________________

А вот и первые военные действия) Битва обещает быть долгой и жаркой. А размер тем временем перевалил за 600 страниц. Рекорд)