II: Глава 11

Глава 11

- Честно говоря, я думал, мы добьёмся большего за такой срок. – говорил Оминис по пути от кабинета Защиты от Тёмных Искусств к классу Трансфигурации.

- У нас есть минимум два подходящих под наши поиски места, и ещё два, которые могут оказаться подходящими, но мы пока не уверены. – парировал Себастьян, - Мне кажется, это не так уж мало.

- Письмо Кроуэлла помогло нам не многим, но благодаря ему я вспомнила про пещеру феникса. – подхватила Гвен, - Я понимаю тебя, Оминис. Это отняло столько времени... Если бы у нас была возможность свободно перемещаться по окрестностям, мы бы начали проверять свои догадки уже давно...

- Так, когда мы пойдём проверять? Мы так и не решили. – спросил Сэллоу, - Я думаю, не стоит откладывать.

- И как вы собрались проверять их? – мрачно спросил Оминис, - Из замка почти невозможно выбраться.

- Мы попросим Дика. – тут же нашёлся с ответом Себастьян.

- Я не думаю, что он будет рад из раза в раз выводить вас из замка, учитывая, что он прекрасно знает об опасности в виде гоблинов.

- Я уверен, нам удастся его убедить. – продолжал гнуть слизеринец, чувствуя едва уловимое раздражение, как будто из принципиального противоречия столь пессимистичному другу.

- А я здесь согласна с Оминисом. – задумалась девушка, - Сам подумай – осада гоблинов продолжается. Из школы не выйти никуда. Весь периметр оцеплен полицией, а набеги на Хогсмид повторились уже дважды. – говорила рыжая, поправляя сумку на плече, - Дик не дурак. Он рад нам помочь, но не готов способствовать нашей гибели.

- Хорошо, что ты предлагаешь, Гвен? – поинтересовался Сэллоу.

- Хм. – вдруг почесал подбородок Оминис, - Мне кажется, мы дружно забываем один весомый факт – учителя могут покидать школу. Даже не прибегая к трансгрессии.

- Летучий порох! – догадался Себастьян.

- Тише, во имя Мерлина. – шикнул Оминис.

- Да кто нас слушает?

- Да мало ли...

- Но куда он нас приведёт? – рассуждала когтевранка, не обращая внимания на громкий голос Себастьяна, - В пещерах вряд ли есть камин, готовый нас принять.

- Да, но рядом с ними есть поселения, даже если они заброшенные. Любой целый дымоход, и мы на месте. Нужно лишь пробраться в кабинет какого-нибудь профессора и воспользоваться порохом, пока его нет.

Оминис вздохнул.

- Вы правда собрались на вылазку? – опасливо спросил он.

- Да. – просто ответил Себастьян.

- Ведь это и было нашей целью. – согласилась с ним Гвен, - Жаль, что все эти места находятся слишком далеко друг от друга, нам за один раз точно не обойти все.

- С чего мы вообще решили, что привлечение Отступников сработает? – с сомнением произнёс Мракс, - Они ведь могут просто отказаться нам помогать.

- Могут. – вздохнула девушка, - Но этот план единственный. И пока для меня он выглядит хоть немного возможным, я обязана попробовать.

Задумываясь о том, что они действительно могут потратить столько сил и времени и совершенно ничего не достичь, Гвен опустила взгляд. Министерство ничего не делает, только прикрывает тылы в страхе нового восстания, гоблины не могут пробраться в школу, но и не отступают, продолжая навевать страх на окрестности, и во всём этом виновато это долбанное Хранилище, о котором знаю все сторонники Ранрока. И одному только Мерлину известно, кто ещё.

- Эй. – послышался рядом мягкий голос Себастьяна.

- М? – она подняла глаза, очнувшись от нагнетающих напряжение мыслей.

Его тёплые карие глаза и полуубылка взирали на неё с его уверенного лица.

- Ты опять? – спросил он.

Ему не нужно было договаривать, чтобы Гвен поняла о чём он. И робкая улыбка тронула её губы в ответ.

- Да. – она отвела взгляд, машинально убрав прядь рыжих волос за ухо.

- Перестань. Мы со всем разберёмся. А теперь давай лучше подумаем об оценках за эссе по Трансфигурации.

- Ох... - вздохнул Оминис, - Лучше думать о гоблинах.

Профессор Уизли посчитала важным и нужным разобрать большую часть эссе своих подопечных прямо на уроке. Она уделяла время каждому, и объявила, что обязательно повторит тему в конце урока, так как, похоже, класс её не очень хорошо усвоил. Шестой курс в этот раз смог похвастаться всего двумя отличными оценками – у Кристофера Вандербума и у Имельды Рейес.

Благодаря этому урок проходил расслабленно и даже немного бестолково, пока преподаватель разбирала тему повторно. Ученики слушали, но без особого интереса. Мало кто собирался использовать преобразующую магию для создания предметов одежды из рептилий или птиц.

Анна сидела рядом с Оминисом и от ленивого настроения на таком неспешном уроке пользовалась тем, что он не видит её – разглядывала его лицо.

Последний месяц она виделась и общалась с ним только на тех уроках, где они сидели за одной партой. И то, он не был сильно разговорчив. А с Гвен и с Себастьяном она не общалась и вовсе. И хотя такая дистанция позволяла ей быть спокойнее, сосредоточиться на учёбе и не бередить старые раны, она... скучала.

Ей не ведомы были те проблемы, которые они решали. Непонятно был то отчаянное упрямство, с которым они лезли на рожон. Но то, какая атмосфера царила между ними, какая прочная связь между ними улавливалась... ничто не могло воссоздать это чувство вдали от них троих.

Она смотрела на Себастьяна на уроках, на переменах, в коридорах и в классе. Она всё не могла поверить, что он такой взрослый. Ходит тут, рассуждает. И всё это так непривычно и так... прекрасно. И хотя в его присутствии она неволей погружалась в болезненные воспоминания, без него ей было тяжело. Словно она с силой пыталась отрезать часть себя. Очень важную часть, без которой она, возможно, будет уже не она.

Гвен... Эта странная всё ещё новая для Анны девушка чувствовалась частью семьи. Той самой, в которой состояла раньше Анна. И теперь, как будто, Гвен была более подходящим звеном между ними.

Между Себастьяном и Оминисом.

Оминис... Анна заметила, что он стал избегать её. Сначала он просто исчезал раньше, чем она успевала моргнуть. Но теперь его избегание стало другим. Он словно закрылся от неё, загородился каменной стеной, водяным рвом, посадил на цепь дракона и закрылся в самой верхней башне за семью замками.

И хотя это вызывало в ней бескрайнее любопытство, она не могла не заметить, как это... волнует её. Как внутри возникает тянущее чувство, когда она улыбчиво здоровается с ним, а он спешно отворачивается, что-то пробубнив в ответ. Как мысли «у него плохое настроение» и «он успокоится» со временем неожиданно и неизбежно превратились в «мне его не хватает».

Что скрывалось в его голове с этими аккуратно уложенными светлыми волосами? О чём он думает? Чего боится? Почему избегает её? И что нового в него привнесли эти пропущенные ею годы? Помимо этой красивой и холодной внешности, которая так непривычно притягивала её взгляд.

- Эй, Оминис? – шепнула она ему.

Он вздрогнул от неожиданности.

- Чего? – тихо спросил он с раздражением.

- Ты меня избегаешь? – спросила она с улыбкой, подперев лицо рукой и пристально посмотрев на него сверкающими карими глазами.

Этот вопрос заглушил собой весь класс. Слова преподавателя, собственные мысли Оминиса по поводу предмета, шуршание перьев по бумаге... Вместо этого осталось только спёртое дыхание и гулкие и громкие удары сердца в голове.

- Нет, тебе показалось. – отрывисто сказал он.

- Брось. Я же вижу. – спокойно продолжила она.

- Тебе кажется.

- Слушай. – она придвинулась к нему ближе, от чего он натянулся как струна, и с самым заговорщицким лицом продолжила, - Мы с тобой столько лет дружим. Не знаю, чем я тебя обидела, но ты можешь мне всё сказать в лицо.

- Ты меня не обидела.

- Тогда что?

- Анна, мы на уроке...

- Ладно. – она тихонько фыркнула, - Я ждала пока ты сам отойдёшь, но похоже этого не произойдёт. Поэтому дуйся сколько хочешь, теперь я от тебя не отстану.

- Ох, Мерлин... - вздохнул он.

- Мы дружим с тобой слишком много лет, чтобы я позволила тебе вот так просто отдалиться от меня, ясно тебе? – она ткнула его пальцем в плечо.

- Хотя сама ты делаешь это превосходно... - почти одними губами произнёс он.

- Что? – искренне не расслышав, спросила она.

- С чего ты вообще решила, что что-то не так? – неожиданно для самого себя нервно бросил он.

Её напор вызвал в нём звенящее раздражение и... нежданный интерес, которого он не просил, но почему-то не мог противостоять.

- Просто ты из тех, Оминис, кто внутри ты больше, чем снаружи. Любой, кто достаточно близко знаком с тобой, знает это. – просто, словно это были слова об урожае слив-цепилин, проговорила она.

Её тон, такой лёгкий и слегка шутливый, должен был сделать эти слова болтовнёй, но они угодили куда-то так глубоко, что неясный трепет невольно охватил грудь Оминиса. Его лицо чуть заметно дёрнулось в её сторону и остановилось, взвешивая, воспринимая, ощущая отдельно каждый произнесённый ею звук. И её ровное дыхание, которое никто кроме него не мог расслышать так ясно, как мелодию классической музыки, звучащую в пустом помещении.

Брови его нахмурились от этого странного переживания, но губы... тонкая, едва угадываемая улыбка совсем немного вздёрнула их уголки вверх. И невольный румянец окрасил его щёки.

- Тебе всё равно показалось. – тихо бросил он.

- Ага. – только улыбнулась она.

После урока Трансфигурации Оминис всё равно довольно быстро ушёл. Анна не стала его догонять, но вздохнула. Этот парень явно бросает ей вызов своим поведением, но её это не обижало. Что-то подсказывало ей, что его поведение вызвано совсем не безразличием, а наоборот, чем-то другим, чем-то... хорошим. Она не могла объяснить себе эту странную догадку, но это ещё больше разжигало в ней интерес.

Она с усилием отцепила взгляд от удаляющийся фигуры Оминиса и нашла глазами Натти, которая, в отличие от него, неспешно собирала портфель.

- Натти! – подошла она к ней, - Идём заниматься после обеда?

- Я бы с радостью, но сегодня у нас собрание в «Скрещенных палочках». – ответила Натти, набросив ремень сумки на плечо, - Но ты можешь начать, я присоединюсь к тебе позже.

- Собрание? – удивилась Анна, - Вы же там просто для дуэлей собираетесь, разве нет?

- Ну, мы решили кое-кому помочь. – ответила Натти, когда они уже начали двигаться к выходу из класса.

- То есть помочь? Кому? – удивилась Сэллоу.

- Ну... Поучить кое-кого. – уклончиво ответила Натти.

- Кого? – всё интересовалась она, но почему невольно насторожилась такой уклончивости Натти.

- Ладно. – вздохнула староста, - Мы учим Оминиса бою.

- Что?! – почти подпрыгнула она, - Оминиса?

- Сегодня будет сложная тренировка. Поэтому мы не идём на обед, чтобы расписания всех участников совпали и нас было достаточно много. – говорила староста Гриффиндора.

- Постой. Оминис тренируется? – эта мысль как-то странно отозвалась внутри неё, - Давно?

- Уже две недели. Мы почти каждый вечер собираемся. Ну, пожеланию всех, конечно. Но большинству так интересно, что никто почти не пропускает.

- Годриково сердце... А можно мне с тобой? – тут же спросила Анна, сердце её неожиданно запрыгало в груди, - Посмотреть?

- Ну...

- Пожалуйста! – она почти по-детски взмолилась, глядя на одноклассницу.

- Ладно, пошли. – усмехнулась Натти, - Гаррет тоже, кстати, участвует. Но сегодня его наказали, поэтому будем без него.

- Вот вы нюхлеры, спрятали от меня всё самое интересное! – с улыбкой произнесла она.

- Я надеюсь, сегодня будет и в правду интересно.

Девушки стремительно направились в Часовую башню. И чем ближе они подходили, тем яснее становилось, что идут они туда не одни. И когда Анна и Натти вошли в саму башню, там уже было приличное количество учеников.

- О, Натти, отлично! – сказал Люкан, когда увидел её, - Иди сюда.

Натти кивнула Анне и вошла в общее столпотворение в центре зала.

- Итак, мы делимся на две команды. Оминис, Гвен и Себастьян будут в одной. Шарлотта и Нерида тоже будут в вашей команде. А мы все будем против вас. Твоя задача, Оминис, не только победить противника, но и отличить друзей от врагов и защитить союзников.

- Я понял. – серьёзно кивнул Мракс.

- Ну что, все готовы? – громче спросил Люкан.

- Да!

- Да.

- Да, готовы!

- Тогда начнём. – с азартом сказал гриффиндорец.

Анна вздрогнула, когда Люкан выпустил в потолок сноп красных иск.

И начался бой.

Это было поразительно, насколько сильно простая дуэльная тренировка была похожа на настоящий бой. Вспышки магии, выкрики заклинаний, лёгкие угрозы... Она сама не заметила, как вжалась в стенку, как в голове начали резко выплывать образы. Полупрозрачные, но пугающие.

Себастьян и Гвен, даже Натти. Все они выглядели будто находились именно на своём месте. Будто... всё это было каким-то призванием для них. Они смотрелись совсем не как школьники: их брови были сведены, кое-где на лбах виднелась испарина, глаза пылали самым настоящим боевым огнём. Тем самым огнём, который Анна никогда в себе не ощущала, и глядя на это, не хотела бы ощутить.

Первой выбыла Нерида Робертс, пропустив точный Экспелиармус Кристофера. В команде осталось четыре участника. Шарлотта и Гвен отреагировали немедленно, выпустив несколько заклинаний в сторону когтевранца, чуть ли не выведя его из игры. Чувствуя неожиданное мастерство, Крис бросил восхищённый взгляд в сторону Гвен, на что та ответила острой улыбкой.

Себастьян, несмотря на жаркий бой, заметил их взгляды, отбивая удар Астории, и тут же сменил противника.

- Остолбеней! – крикнул, вскинув волшебную палочку в сторону Кристофера.

Стоило ему отвернуться, как Леандер направил палочку на него и даже яростно ею взмахнул, когда перед спиной друга появился Оминис.

- Протего! – заклинание неумолимо отлетело прочь, - Экспелиармус!

Леандер не произнёс заклинание вслух, но отчётливо охнул, когда оно было отбито. Оминис услышал его, слишком чётко, чтобы промахнуться. Палочка вырвалась из веснушестой руки Пруэтта и ударилась о каменный пол.

Тут Анна незаметно для себя сделала шаг вперёд, желая рассмотреть.

Оминис выглядел совсем не так, каким она его запомнила в Хогсмиде. Его спина была прямая, а движения жёсткие и отточенные. На его невидящем бледном лице отображалась сосредоточенность, граничащая с холоднокровием.

Он не бегал судорожно по полю боя, не дёргался, не крутил головой. Он слушал, впитывал, ощущал. Неожиданная ловкость и пугающая точность буквально вызывали дрожь. Он не был идеален, не был непобедим, но он чувствовал связь с командой, и был её частью. Позволяя защитить себя и защищая других.

Чуткость Оминиса в тандеме с умениями и горячностью Себастьяна, и ловкостью и боевым опытом Гвен – не важно, было это тренировкой или нет, для Анны это выглядело как очевидное преимущество.

Но это не делало бой менее горячим.

Как только Оминис развернулся, чтобы нанести новый удар, Натсай не упустила возможности метнуть в него заклинание. Он услышал её, но успел лишь увернутся, получив небольшой толчок в плечо. Шарлотта заметила это и выступила в его защиту, предварительно выбив из игры Асторию Крикетт.

Счёт сравнялся.

Шарлотта, Оминис, Гвен и Себастьян встали против Люкана, Кристофера, Саманты и Натти.

Заклинания летали по залу, словно взрывы фейерверков, разогревая воздух, ускоряя сердцебиение. Анна замерла не в силах отвести взгляд, не в силах унять волнение.

Саманта подбила Гвен, когда та защищала Шарлотту от Натти.

- Гвен! – невольно крикнул Себастьян.

Она едва не потеряла равновесие, но через мгновение уже отбила новое заклинание Саманты и запустила своё в Натсай. Натти еле успела его отбить, бросив странно обиженный взгляд на бывшую подругу, который Гвен очень точно успела уловить. Какая-то странная вспышка сверкнула в тёмных глазах гриффиндорки, и она с новым усилием бросилась в бой со стоявшим напротив неё Оминисом.

Скорость, которой Натти могла похвастаться, удивительным образом была под силу и ему. Было видно, как растёт напряжение на его лице, но он и не собирался сбавлять темп, отбивая каждое её заклинание, однако на свои собственные у него не было времени.

Увидев это, Себастьян бросился к нему на выручку и, выпустив заклинение в неудачный момент, попал под раздачу от Люкана.

Удар сбил его с ног, а его заклинание выбило Натти.

- Нет, Себастьян! – бросила Гвен, - Чёрт.

- Что, сдаётесь? – с лёгким, но добрым высокомерием спросил Кристофер, тяжело дыша.

- Хм! А вы? – усмехнулась Шарлотта.

- Ни за что. – с улыбкой произнёс Баттлби, поправив чёрные кудрявые волосы.

- И вам того же. – произнесла Гвен, тут же выпустив заклинание в Кристофера.

- Воу-воу! – еле успел отбить он, - С тобой шутки плохи.

- Ещё бы.

Казалось, что тренировка закончилась. Бой стал слишком умелым, слишком сильным, слишком азартным. Оминис вёл себя иначе других, но его неимоверное старание помогало ему держать планку.

- Давайте же... - шептал Себастьян, стоя в стороне, - Ну-у-у.

Он бросил взгляд в сторону и увидел странно знакомую фигуру, стоящую по ту сторону поля боя. Девушку, что волнительно прижимала ладони ко рту.

«Анна?» - узнал он, почувствовав знакомый болезненный укол внутри.

Гвен и Шарлотта зажали Люкана, в то время как Оминис отбивался от Саманты и Криса. Гвен заметила, что он застряли. Оминис может отбивать удары сразу двоих, но ему некогда атаковать, в то время, как Люкан успевает делать и то, и то, а они его выдерживают лишь количеством. И она резко развернулась.

Пользуясь занятостью всех бойцов, она метнула по заклинанию в каждого. И чуть было не пропустила летящее в неё заклинание, но его отбил Оминис.

Выйдя из блока, Мракс тут же обезоружил Люкана, который даже не мог его увидеть. Шарлотта в последний момент едва ли не выбыла из-за шквального огня со стороны когтевранцев, но Гвен смогла отбить их удары.

Саманта уже направила палочку на Оминиса, который уловил её слишком быстрое движение палочкой, создававшее в воздухе слышимый только ему свист. Кристофер атаковал девушек, не давая прийти на помощь другу.

Все выбывшие участники затаили дыхание. Саманта лучше всех колдовала без слов, и, казалось, что Оминис никак не мог защититься.

Но он выставил вперёд волшебную палочку. И только заклинание отскочило от его магического щита, как он тут же нанёс своё.

- Остолбеней!

Саманту сбило с ног, и стоило Кристоферу повернуть голову, чтобы понять, что произошло, как палочка удивительным образом выскользнула из него рук.

- Экспелиармус. – послышался негромкий, но неожиданно уверенный голос Мракса.

Настала тишина.

Его последний удар. Его движения, такие отточенные, его серьёзное и до безобразия аристократичное в этот момент лицо.

Странна дрожь пробрала Анну в этот момент. Немыслимое какое-то первобытное восхищение. Словно смотришь на полёт пегаса в лучах солнца.

Оминис, Гвен и Шарлотта стояли посреди их импровизированного поля боя.

Их тяжёлое дыхание было единственным, что резонировало от стен.

Оминис был напряжён, его палочка всё ещё была наготове.

Как и слух.

Как и осязание.

Он медленно поворачивал невидящее лицо из стороны в сторону.

Был готов отразить любой удар.

Не важно какой.

Но против них некому было идти.

- Вау. – тихое восхищение вырвалось из уст Себастьяна.

- И это победа! – прокричал следом за ним Люкан, - Поздравляю, Оминис!

Поднялся радостный крик.

Все вокруг зааплодировали.

- А? Что? – растерялся Оминис.

- Мы победили. – крикнула ему Гвен сквозь шум, коснувшись его плеча, - Ты победил, Оминис.

- Этого не... не может быть. – пробормотал он.

Гвен засмеялась и через мгновение присоединилась к аплодисментам, радостно крикнув.

- А ты совсем так не плох. – похлопал его по плечу подошедший к другу Себастьян и присоединился к общей радости.

- Это было круто! – подхватила Шарлотта.

- Ты молодец. – подтвердил Кристофер.

Оминис растерянно оглядывался по сторонам, словно пытался всё же разглядеть эти восклицающие радостные лица. Но даже при таком волнении и шуме, на его лице появилась улыбка.

Сердце словно парило в груди. Такой лёгкости он никогда не испытывал. Столько дней, столько трудов, столько тренировок. И вот он здесь, совершил то, что считал невозможным. От этого захватывало дух, перехватывало дыхание, словно его грудь была скована железными тяжёлыми оковами, и вот сейчас они спали. И голова закружилась.

Анна хлопала и не могла сдержать восхищённую улыбку, и ведомая переполняющей её радостью пошла в галдящую толпу. Она пробиралась к нему, не замечая острого взгляда брата. И вот она нащупала плечо друга и крепко ухватилась за него руками.

- А? – резко обернулся на неё Оминис, не узнавая.

- Я же говорила! – крикнула она.

- Анна? Ты была зде... – спросил он тут же.

- Внутри ты больше, чем снаружи!

Эти слова, звучащие среди этого шума, были для него как звон хрустального бокала среди шумного застолья. Он улыбнулся ещё шире, чувствуя такую всепоглощающую радость. Такую чистую и юную, какую не испытывал с детства.

И Анна увидела в нём в этот момент того самого мальчика. Мальчика, с которым они гоняли гномов в их саду в Фелдкрофте летом. С которым играли в плюй-камни, хотя он никогда не любил эту игру. И которого она вседа обыгрывала.

И ведомая неведомым импульсом она привстала на носки.

И поцеловала его разгорячённую украшенную родинками щёку.

Резко, словно дирижёр приказал замолчать, вместо шума голосов в ушах настала звенящая тишина. Дыхание Оминиса оборвалось, а сердце словно пропустило удар.

В одно мгновение он забыл, что только что совершил.

И осталось только жгучее сквозь мантию прикосновение её рук.

И слишком быстро растворяющееся касание её слегка влажных губ на его щеке.

- Ты молодец. – сказала она, широко улыбаясь.

Её слова прозвучали оглушительным эхом в его голове.

- С-спасибо. – ошарашенно проговорил он немеющими губами, пока его щёки неумолимо покрывались румянцем.

Никто не обратил внимание на это жест. Все продолжали радоваться такому невероятному бою и его финалу. Кто-то предложил попытаться успеть на обед и как следует отметить это тыквенным соком.

Но Себастьян больше не улыбался. И какое-то настороженно ноющее чувство поселилось в его груди. Неприятное, но слишком густое, что он мог его просто стряхнуть.