Сад Слов

Бессильно блуждая по своему сну, пытаюсь сделать хоть что-то похожее на то, чего требует душа. Изящная, ограненная ярко-красными бутонами уставших цветов тропа ведёт меня вдоль собственного разума. Окружающая атмосфера наполнена тишиной, громкой тишиной, граничащей с криком. Могу ли я сказать, что знаю эти места? Могу ли дать утверждение, что это всё мои владения? И король ли я здесь иль мученик, которому суждено искать нечто, чего не существует? Цветы с надеждой склоняются к моей руке, словно во мне есть сила способная перевернуть всё насущное, и по венам бледных рук протекает раствор малахита, а не примитивная кровь. Каждый удар сердца отзывается эхом в атмосфере личных раздумий, в воздухе вольного существования. Просит свободы, избавляющего облегчения в бесконечном пространстве терзаний. Утренняя луна в этом месте обычное явление, она прекрасно справляется со своим назначением - освещает мой сад мёртво-живых сакур. Он условно разделён на несколько частей, и обходить его каждый день - моя обязанность, которую изменить мне не дано. Хрусталь розовых лепестков отражается в пустых глазах и ноги непроизвольно приближают меня ко входу. Медленный взгляд падает на мягкую зелёную траву от чего рождается безумное рвение сойти с пути, чтобы почувствовать её своими босыми ногами. Устало прижимаюсь спиной ко стволу дерева и безжизненно опускаюсь вниз. На горизонте бессмысленно пытается взойти солнце, своими яркими лучами впиваясь во всемогущую луну. Но я то знаю, что ему не победить, и от того самоуверенно ухмыляюсь. Среди людей ходит легенда, будто бы солнце обязательно восходит ранним утром, а луна лишь ночью. Так интересно, но я не могу этому верить. Поднимаю голову к небу, и смотрю на самую яркую звезду, которая явно отличается от остальных миллионов сестёр. Тени от деревьев неподвижно лежат на траве, но стоит только ветру ускорить свой невидимый шаг и они начинают ритмично и едва заметно танцевать. Но всё же даже этот танец не может оторвать мой взгляд от моей звезды, так и манит меня вновь посетить место под ней. Чтобы в тысячный раз убедиться в несуществующих истинах. Меня окружают могучие деревья, чья жизнь состоит из одной единственной цели - дать жизнь сотням цветов и тысячам лепестков, и неизменно охранять их от каждого злого нападения ветра. Собирать последние силы, стискивать её внутри себя и не дать врагу отобрать собственное прекрасное детище искусства природы. Деревья вообще те ещё учителя, у которых точно есть чему поучиться. Не просто так я покинул всё и пришёл сюда. Приподнимаю тонкую руку и смотрю на ладонь, едва пошевеливая пальцами, после чего в голове молнией сияет мысль - "Здесь намного спокойнее, даже не знаю почему". Рука изуродованная шрамами твердит о последствиях доброй жизни в мире, где якобы добро всегда побеждает зло. И где никто не подозревает, что же действительно избавляет - добро или зло, и какая разница между этими двумя мирами. Глубокий вдох впускает в мои лёгкие воздух наполненный молекулами грусти и спокойствия, здесь всегда пахнет грустью. И этот запах вдохновляет меня вспоминать надежду, что однажды я буду здесь не один. Ещё найдётся тот, кто сможет добраться в это место, не потеряв в процессе поиска жизнь. А потерять её очень просто, да и желающих помочь это сделать вокруг полно. Ведь бывает так, что дети убегают из дому. Уходят в никуда, да раз и навсегда. Бывает так, что ломается грань. И бывает так, что грани не существует. Но едва ли вы откроете клетку со зверем, который вырос в неволе, он не побежит навстречу к свободе, он умрёт в терзаниях страха и непонимания дальнейшей жизни у ног приручившего его. Но среди людей ходит ещё одна легенда - отпустив зверя, навсегда потеряешь его или же умрёшь, от незнающих жалости лап. Но я не могу им верить. Что они могут знать? Подходя к одной из сакур, аккуратно прикасаюсь к хрупким, беззащитным лепесткам и слышу уже привычные звуки. Сад шепотом напевает свою привычную песню под волшебную мелодию музыкального ветра. Невольно улыбаюсь и прощаюсь с этой частью сада, подошло время идти дальше. По мере моих убывающих шагов, впереди меня ждёт немного другая тропинка - ровная, но каменная. Мёртвая. И я больше не слышу пения сада, вокруг меня витает лишь лёгкий свист морозного ветра. Но здесь не всегда тихо или ветрено, по вечерам можно услышать печальный плач, и по-особенному грустный ля-минор. Эта мелодия окутывает меня с головой и отзывается эхом в больном теле, но я продолжаю идти. В руке лишь крепче сжимаю цепь Цербера, который смирно идёт рядом со мной. Тело пронзает холод, вновь пробегает новая волна мурашек. Впереди меня ждут полностью сухие мёртвые стволы погибших сакур, стоящих прямо под самой яркой звездой. Здесь их десятки, а за ними тысячи и миллионы, необъятный простор всепоглощающей смерти. Люди говорят, что меня не существует. Но я им не верю. Как можно верить людям, чьи слова - это лепестки этих самых сакур и все они мертвы? И совсем скоро их враньё вновь испепелится и осадком упадёт на Сад Обещанных Слов. Именно поэтому я снимаю с Цербера цепь и знаю, что пострадать я могу далеко не от него. 

"Не все слова заслуживают веры" 02. 02. 17