Что произойдёт?

Дракон, казавшийся на грани смерти, вдруг засиял, как солнце после затмения. Его чешуя, блестящая от жара, начала осыпаться, как пепел, уносимый ветром. Из разломов в его теле вырывались яркие языки пламени, ослепительные, как солнце на рассвете.

Его тело менялось, как мираж в пустыне, превратившись в воплощение стихии - огненного элементаля.

Пламя, обвивающее его, пульсировало и бурлило, как жидкая лава. Элементаль стал настолько большим, будто неприступная гора, от его жара воздух вибрировал, а земля трескалась. Его глаза с тремя кольцами - жёлтым, красным и оранжевым - пронзали душу, будто нагревая врагов изнутри.

Он начал прыгать неистово, будто заяц, увидевший лисицу, провоцируя вздрагивания земли. После каждого прыжка из земли вырывался огненный гейзер. Существо прыгало всё быстрее, не оставляя шансов на спасение.

Гейзер с невообразимым жаром ударил в Семеральда, его тело обожгло, как раскалённое железо, коснувшееся кожи.

Я увидела, как его лицо исказилось от боли, и его руки мгновенно почернели, как уголь.

Уортон, лежащий на земле от истощения, попал под удар. Огонь накрыл его, как яростный хищник, оставляя страшные ожоги на его теле. Я почувствовала, как сердце сжалось от ужаса - Семеральд застыл, не в силах пошевелиться, он не боялся, будто принял свою участь.

Я увидела, как огненные лучи летят к Семеральду, готовые прожечь его насквозь.

Но я не могла позволить этому случиться. Сжав Нагинату, я прыгнула вперёд, двигаясь быстрее мысли. В одно движение она взлетела в переднее сальто, ноги поднимаются над головой, а её нагината вычерчивает в воздухе сверкающую дугу.

Отбивая лезвием своего оружия огненные лучи, которые отскакивают, как раскалённые капли воды, попавшие на лёд.

Едва касаясь земли, я произношу заклинание, и волна магической силы взрывается вокруг меня. Распространяясь во все стороны, как ураганный ветер, сметающий пепел.

Я приземляюсь на одно колено, Нагината застывает в руках, её острие направлено вперёд.

Я сосредоточила своё внимание на холодной магии, которая струилась внутри меня, как ледяная река. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как энергия льда заполняет меня, а глаза открылись, сверкая холодным светом.

Мой взгляд скользнул по отбившимся огненным лучам, превращая их в ледяные сосульки, как замершие кристаллы в зимнем лесу.

Ледяные сосульки, сверкающие, как голубые кристаллы, стремились к созданию, которое, охваченное страхом, убегало, как волк, поджавший хвост перед неизвестным.

Время замедлилось, как перед бурей. Элементаль взвизгнул, его огненная оболочка дрожала, как свеча в сквозняке.

Соприкоснувшись с ним, лед стал распространяться, как морозное покрывало. Пламя элементаля истекало, как раскалённая лава, постепенно замерзая и трескаясь, превращаясь в неподвижный ледяной блок.

В последний миг, когда его тело полностью сковано льдом, он издал хриплый, прерывающийся звук.

Его голос, как умирающий шёпот, произнёс:

- Я жил ради того, чтобы стать сильнее, ведь став таковым, я смогу возродить исчезнувший род Перламутровых драконов. Но теперь всё пошло прахом, будто биолог, желающий восстановить популяцию из Красной книги.

Тем временем я Уортон, ощущал, как тысяча жгутов боли впиваются в мою душу, как раскалённые иглы. Голова гудела, а вдох был как глоток огня.

Это цена за запрещённое заклинание - невыразимое страдание, как если бы воздух вокруг меня был пропитан агонией. Я издавал нечленораздельные крики, хриплые и дикие, как зверь, загнанный в угол. Но я не мог останавливаться.

Я Юрико, склонилась над Семеральдом. Его вид заставлял мои глаза наполняться слезами, но я собралась, произнося заклинание.

- Медсестра!

Моя рука скользила по его коже, точно втирая магический ледяной крем, который начинал светиться, охлаждая его раны. Холод нежно охватил его тело, как прохладное прикосновение зимнего ветра, сдерживая боль и убирая жар.

Закончив, я наклонилась и прижала ухо к его груди. Сердце стучало ровно, размеренно, как барабан в далёком походе. Но его глаза оставались закрытыми, он не приходил в себя.

Вдруг я услышала приближение - Уортон приполз ко мне, его дыхание было прерывистым, как у загнанного зверя.

Я не раздумывая вызвала заклинание "Ледяной ковёр". Мгновение - и лёд распространился под ними, как лёд замёрзшего озера.

Морозный поток откинул Уортона назад, как сильная волна, но тут же окутал его раны холодным сиянием.

Лед быстро растаял, превращаясь в ручьи, пропитавшие его кожу, исцеляя.

Уортон вскочил, его глаза сверкали от новой энергии, как раскалённые угли. Его губы исказились в жизнерадостной улыбке, будто он только проснулся.

- Благодарю! Ваша помощь - как чудо свыше, спасло меня от гибели, - выдохнул Уортон, его голос дрожал от облегчения и усталости.

Он взглянул на Семеральда. - Несомненно, тот, кто без сознания, - это Семеральд!

Точно услышав своё имя, Семеральд открыл глаза. С мутным взглядом попытался подняться, но измотанное и слабое тело не слушалось, и он снова рухнул на землю, будто подкошенный. Пыль взметнулась вокруг, как облако отчаяния.

- Семеральд, я давно восхищаюсь тобой. Знай, что мы ещё встретимся вновь, и тогда я обязательно одержу победу в бою с тобой!

Семеральд приподнял голову, его глаза сузились, в них сверкнула искра упрямства и силы. Он медленно ответил, сдерживая боль:

- Раз такова твоя воля, да будет так. Но не смей лгать мне, иначе поплатишься!

Его слова прозвучали как предупреждение, как эхо далёкой грозы. Он повернулся к Юрико, мягко взглянул на неё. Впервые за долгое время он тепло и почти по-детски улыбнулся, точно луч света, пробившийся сквозь тучи после долгой бури.

- Юрико, прости, что игнорировал тебя... И спасибо, что спасла мне жизнь.

- Не думал, что Семеральд может проиграть! - сказал я Шисуи, вставая на ноги. Моё сердце колотилось, как барабан в битве.

Я медленно побрёл по тёмным подземным путям замка, словно по жилам старого монстра, чувствуя холод, пробирающий до костей. Тени стен тянулись за мной, как чернильные пятна на старом пергаменте.

Но вдруг мы наткнулись на...

Мы услышали зловещий треск, как старинный грозовой колокол, а затем в тени подземелий появились два Рёбуки (羅刹鬼). Они, окутанные зловещим светом, скользнули из мрака, как теневые привидения. Они были одеты как самураи, их доспехи покрыты налётом времени и мрака, как старинные ржавые железки.

Их лица скрывались под демоническими масками, а глаза сверкали в темноте, как угли в ночном костре. Рёбуки выглядели как воплощение древних легенд: их когтистые руки сжимали катаны, лезвия которых жутко сияли, как свет светлячков.

Один из Рёбуки бросился вперёд в мою сторону, как буря, готовясь нанести диагональный удар катаной. Лезвие катаны сверкало в тусклом свете, его красные глаза, как чёрная молния, окантованная алым блеском.

Катана была изогнута, как длинная волна, готовая уничтожить любого, кто осмелится встать на пути. На краю катаны виднелись руны, вырезанные с идеальной точностью, как символы проклятия и разрушения. Эти руны мерцали, словно поглощали всю тьму вокруг и отражали её обратно.