闇夜に舞う翼 (Ямийо ни мау цубаса) - Крылья, танцующие в ночи

「闇を切り裂く羽音は、死のささやきか、それとも生命の鼓動か。」(Yami o kirisaku haoto wa, shi no sasayaki ka, soretomo seimei no kodō ka.)«Шелест крыльев, рассекающих тьму, — это шёпот смерти или биение жизни?»

Маэкава Рэнтаро (前川蓮太郎, Maekawa Rentarō, 1838–1902) — японский биолог эпохи Мэйдзи, изучавший поведение летучих мышей и их ориентацию в темноте. Он первым в Японии предположил, что эти существа используют неслышимые звуки для навигации, провёл эксперименты, подтверждающие это, и написал трактат «Танец крыльев в ночи» (闇夜の翼の舞), сравнивая летучих мышей с мифическими ёкаями ноцубаса (夜翼). Его слова 「闇を恐れる者は、夜の知恵を知らぬ。(Yami o osoreru mono wa, yoru no chie o shiranu.) — «Тот, кто боится тьмы, не познает мудрости ночи» — стали философским символом его трудов.

Что скрывает пещера?

Гигантский щенок застыл перед пещерой, окутанной мраком. Его внезапное появление нарушило тревожное затишье, и вскоре ночную тишину разорвал пронзительный крик. 

— Что за чертовщина…? — прошептал Ай, чувствуя, как по спине пробегает холод. 

Из глубины пещеры хлынули полчища Улётмилов, их силуэты заполнили воздух, двигаясь подобно густому, рваному туману. Крылья существ вздымались и опускались в идеально синхронном ритме, взмахи отзывались в ночи гулом, напоминающим шум вертолётных лопастей. 

— ...Держись…! — Ай стиснул кулаки, готовясь к нападению. 

Твари двигались с пугающей лёгкостью, бесшумно скользя среди деревьев. Они издавали резкие вскрики, словно прокладывая себе путь эхолокацией. В лунном свете их огромные кожистые крылья отливали тусклым блеском, перепонки пересекали тонкие прожилки, похожие на паутину, а зазубренные края напоминали заточенные лезвия. 

— Не подходите ко мне! — голос Ай срывался, но он заставил себя звучать уверенно. 

Тела Улётмилов были обтекаемыми, мускулистыми, с длинными змееобразными хвостами, заканчивающимися острыми шипами. Чёрная кожа, покрытая мелкими чешуйками, походила на кольчугу. 

— Это не просто твари…! — Ай судорожно втянул воздух. — Они могут меня уничтожить!

Вдоль их спин тянулись ряды шипов, которые то поднимались, то опускались в такт каждому взмаху крыльев. Их вытянутые головы с широкими челюстями, усыпанными бритвенно-острыми зубами, внушали первобытный ужас. 

— Думай, Ай! — он лихорадочно искал выход. 

Глаза Улётмилов вспыхивали кровавым блеском, а из пастей торчали длинные, изогнутые клыки с чёрными диагональными полосами. Их светло-розовые уши, покрытые липким фиолетовым ядом, грозили мгновенной гибелью при малейшем касании. Из ноздрей струился дым, напоминающий выдох вулкана. 

Ай пригнулся, когда над ним пронеслись десятки существ. Ветер от их крыльев хлестнул его по лицу, он рванулся вперёд… и споткнулся. 

— Нет, нет, нет! — паника захлестнула его. 

Ай упал, разметав куски муравейника. 

— Это не может быть концом! 

И вдруг — белоснежные тени окружили его. Езведи. Их шершавая чешуя переливалась, словно звёздное небо, глаза мерцали фиолетовым светом, а клыки сверкали, как ледяные кристаллы. 

— Они… могут мгновенно перемещаться… — Ай почувствовал, как страх сковывает его тело. 

Езведи издали зовущий крик, похожий на завывание ветра. Говорили, что этот звук предвещает бедствия. 

Ай замер, охваченный ужасом. Белоснежная пелена сгустилась, и он ощутил, как крошечные зубы существ вонзаются в его кожу. 

— Почему?! Почему именно я?! — заорал Ай, ощущая ледяное жжение укусов. 

Твари росли, словно поглощая его жизненную силу. 

— Это… невозможно…! 

Каждый укус оставлял ледяной след, похожий на ветви обледеневшего дерева, хрустящего на морозе. 

— Я не сдамся…! — сквозь боль прошептал он. 

Где-то глубоко внутри вспыхнул жар. Взгляд Ай стал сосредоточенным, боль отступала. 

— Не сейчас…! — он стиснул зубы, собирая волю в кулак. — Я не позволю вам забрать меня! 

С каждым словом пламя внутри разгоралось, выжигая холод и страх. 

Ай поднялся. 

— Вы не заберёте меня! — его голос расколол тьму. 

Тьма ответила гулким рёвом. 

Ай сделал шаг вперёд, срываясь на крик, но тут же замер. 

Из темноты донёсся новый звук — что-то иное. Гулкий, низкий, будто нутро земли застонало в предвкушении. 

Езведи остановились, словно чувствуя, как воздух стал тяжелее. Улётмилы взметнулись выше, их крылья казались почти невидимыми в ночной тени. 

А затем, из самой глубины пещеры, поднялась тень. 

Она не имела чёткой формы, но её присутствие было всёобъемлющим, как темная вуаль, закрывающая всё вокруг, перекрывая даже собственный страх Ай. 

— Что… это…? — его голос дрогнул, почти неуслышно. 

Тьма шевельнулась, медленно, как нечто живое. 

Ай почувствовал, как его сердце пропустило удар, а его дыхание стало частым и прерывистым. 

Словно тьма втягивала в себя его сознание, поглощая каждую мысль, каждую эмоцию. Всё вокруг исчезло, оставив только тяжёлое молчание и ту невыносимую, зловещую силу, что растягивалась перед ним.

Тьма поднималась, как вода, заливая пространство вокруг. Ай чувствовал, как её холод проникает в его тело, заставляя кожу неметь. Он пытался дышать, но воздух становился плотным, вязким, как мрак, который окутывал его. Он пытался шагнуть назад, но ноги, казалось, вросли в землю. 

Зловещий звук — шёпот множества голосов, сливающихся в один — прорезал ночную тишину. Ай понял, что тень не просто существовала. Она была живым кошмаром, чувствующим страх, впитывающим каждую каплю его ужаса. 

Взгляд Ай метался по окружению. Езведи замерли, не в силах двинуться. Улётмилы исчезли в темноте, но их присутствие ощущалось в каждом звуке, в каждой вибрации воздуха. 

— Почему ты не уходишь? — прошептал Ай, пытаясь вырваться из ледяной хватки. Он не знал, к кому обращался — к тени, к себе или к этим существам, что окружали его. 

Тьма вздохнула. Или, может быть, это был только звук, который Ай слышал в своём разуме. Холод проникал внутрь, как если бы сама её сущность пыталась стереть его с лица земли. 

И вдруг, словно в ответ на его мысли, тень сделала шаг вперёд. Огромный и молчаливый. Ай почувствовал, как она обвивает его, сдавливает его сознание, заставляя терять себя. Он не знал, сколько времени прошло, но каждое мгновение казалось вечностью. 

Силы покидали его. В голове метались одинокие мысли, потерянные в пустоте. Но вдруг он услышал шёпот. 

— Ты не один, — голос был настолько тонким и хриплым, что казалось, будто это не просто слова, а сама тень, вселяющаяся в его разум. 

Ай вздрогнул, его сердце пропустило несколько ударов. Эти слова были знакомы. Он знал этот голос… Но откуда? 

— Кто ты? — едва слышно прошептал Ай, пытаясь пробудить хотя бы немного ясности. Он знал, что это не просто тень. Это нечто, гораздо более древнее и зловещее. Но кто? 

Ответа не было. Лишь ледяной холод, пронизывающий до костей. И вдруг тень снова приблизилась. Ай почувствовал, как её холодный объятия сжимаются, но в этот момент его взгляд упал на землю. Он заметил что-то… нечто, чего не мог понять. 

Из мрака выступали чьи-то глаза. Леденящие, знакомые, но так знакомы, что сердце застыло в груди. 

— Ты не один, — прошептал тот же голос, но теперь он звучал в его голове, как предупреждение. — И ты никогда не был. 

Кто же он?

Сноски:

闇 (Yami) — Тьма, ночь, символизирует скрытую опасность и мистические силы. В японской мифологии часто ассоциируется с теми аспектами мира, которые остаются неизвестными или скрытыми.

ささやき (Sasayaki) — Шёпот, часто используется для передачи тихих и зловещих звуков, напоминающих нечеловеческие или мистические сущности.

生命 (Seimei) — Жизнь, жизненная сила. В японской культуре и мифологии часто символизирует поток энергии, который даёт существование всему живому.

鳴き声 (Naki koe) — Крик, голос животных. В японской мифологии может быть использован для указания на нечто сверхъестественное или ужасающее.

ウルトミロ (Urotumiro) — Мифологические существа, возможно вдохновленные ёкаями. В данном контексте обозначают чудовищ, которые использует эхолокацию.

夜翼 (Yoyoku) — Мифическое существо с крыльями ночи. Является символом тьмы и ночных существ, как в науке, так и в мифах.

Ｅзведи (Ezvedi) — Мифологические существа, схожие с демонами или мифическими зверями, известные своей способностью быстро перемещаться и поглощать жизненную силу.

Ёкая (Yōkai) — Духи, демоны или сверхъестественные сущности в японской мифологии, которые могут быть как добрыми, так и злыми.

Ночной кошмар (Yami yume) — В японской культуре часто используется как метафора для самых страшных, неосознаваемых угроз, что затмевают сознание человека.

Шёпот голосов (Koe no sasayaki) — Это особое состояние, когда шум или шёпот могут означать присутствие невидимых или сверхъестественных сил.

Звёздное небо (Hoshi no sora) — Символ красоты, небесных сил и неизведанных пространств, что связано с мистическими истоками японской мифологии.