она

ты как то спросил о ней

    о той девчонке, что вечно ошивалась рядом с глупой улыбкой

    спросил влюблен ли я в неё. тогда я не дал тебе ответа. возможно не знал, или просто не хотел, не вспомню уже. но сейчас я тебе отвечу, и пусть прошел десяток лет, я помню это чувство, так точно и прозрачно, словно я вчера виделся с ней, и не только вчера. та девчонка приходит ко мне каждый день, в моих воспоминаниях

    так вот, ответ на вопрос. был ли влюблен? да. но не той любовью о которой мечтали все девочки, о которой вздыхали ночью, нет, не той. я любил её как нечто необъятное, что по сути невозможно любить. ты просто смотришь на это, и тебя охватывает такое густое и мягкое чувство, словно после морозной улицы ты кутаешься в пуховое одеяло и тебя сразу обнимает теплом, от него становится спокойно, это чувство непонятно. не знаю можно ли было это назвать по другому, но по моему это все же любовь.

    такой любовью окутывают дорогое сердцу. прощальный подарок родного человека, воспоминания, даже друзей порой так любят, не понимая что это любовь. это чувство просто есть. вот и её я так любил

    знаешь, а она ведь всегда была рядом, правда, всегда. даже когда её небыло в городе, она была со мной. может не только со мной. скорее всего она была со всеми, в чьей жизни оставила такой же неизгладимый след как в моей. мы все её любили. той самой, непонятной любовью.

    она смерчем врывалась в твою жизнь, резко останавливалась, буд то не веря что она тут. а потом так же стремительно продолжала свое непоседливое перемещение в твоей душе и сердце. улыбалась, часто. с такой же частотой она грустила и злилась. но особо,ярко в памяти откладывались её улыбки, я помню все до одной. яркие, словно луч солнца, мягкие как объятия любимого человека, и теплые как только что заваренный чай. знаешь, я любил её улыбку, каждый раз смотря на неё хотелось не отводить взгляд. наглая улыбка, когда я злился, приводила меня в чувство, редко когда моя злость длилась дольше получаса. она убивала её в первые секунды, этой наглой и довольной улыбкой. и таких улыбок было сотни, и еще больше всех улыбок вместе. ведь улыбалась она часто, можно сказать пости всегда.

     искренности ей было не занимать, она всегда показывала свои чувства , не стеснялась их, плакала, истерила, злилась, радовалась. она постоянно делилась этим со мной, со всеми нами.

    посню как она впервые заплакала, от горькой обиды. плакала она молча. боже, какое это было тяжелое молчание, слова не могли подобраться, в голове все путалось. а она молчала, долго, пока по её щекам катились слезы, они скатывались к уголкам губ, изредка капали на пол. в те секунды я прямо слышал как они разбивались о жесткий паркет. звон стоял в моей голове. она смотрела в глаза. черт, её глаза, какие же они были чистые. простого цвета, но до того яркие и огромные, что хотелось в них смотреть вечно. пышные ресницы и вечный блеск в глазах. словно сейчас заплачет, но плакала она по другому. помню её глаза до мельчайшей линии. я таких больше не встречал. если я и полюблю кого то такой же любовью, то у этого человека будут похожие глаза. но таких же я не найду.

    как же я её любил. мне не хотелось её забирать себе, её так же любили и другие. она не могла войти в твою жизнь и не оставить следа. просто не могла, это было не в её стиле. она входила в жизнь и выходила неожиданно. порой нессколько раз. и каждый чертов раз она оставляла огромную борозду, которая меняла твое сознание и восприятие, не причиния ровно никакой боли. за это её можно было полюбить невероятно сильно. и мы любили. любили и не отпускали

    и сейчас не отпустим    она всегда с нами, всегда в наших сердцах и душах, изрытых и закопанных ею же

    я любил её. любил такой сильной и непостиживой любовью что хотелось рвать на себе волосы от досады и недопонимания. но я этого не сделал, ведь она не давала ни секунды думать о чем то кроме неё. и я благодарен

    я все еще люблю её, и не прекращу любить. после неё мне не страшно рисковать, влюбляться и срыввться. те борозны что она оставила, сияют ярче, чем любая звезда, и сияют дольше чем вечность, затмивая собой все, что может мне навредить

    это её прощальны подарок, он останется с нами, пока мы не захотим забыть. хотя, даже если захотим этого, то не выйдет. мы слишком её любили.

я её любил