Чертов танец.

Кацуки

Вечер пах, как грех.Как пыль, впитавшая кровь. Как бензин под ногтями. Как её кожа после боя.

Я вышел из душа — и всё рухнуло.Она стояла у зеркала. В этом... в этом почти платье, если это вообще можно было назвать одеждой.Чёрные ремни, как сеть на хищника. Грудь, спина, бёдра — всё открыто. Как мишень.Как вызов.Как капля на огне.

Мой мозг отреагировал первым.Дёрнул, зарычал внутри. Сердце глухо ударило по рёбрам — будто вспомнило, что оно живое.Я не сказал ни слова. Только смотрел. Пытаясь вернуть себе контроль, но... это была война, которую я уже проиграл.

⸻

Ocean Drive жрал меня с кожей.Всё кричало. Музыка. Люди. Мясо на гриле, пот на плечах прохожих, блестки на лицах.А она — шла рядом, как богиня. С каждым шагом резала толпу пополам.Кто-то выкрикнул:— ТЫ С ДЬЯВОЛОМ ИЛИ МОЖНО ПОПРОБОВАТЬ?!

Я хотел обернуться и вырвать ему язык. Просто — рефлекторно. Но она смеялась. Честно.Я слушал этот смех, и он был опаснее любого ножа.

— Ну как тебе? В свои семнадцать лет ты побывал аж в пяти странах за пару месяцев.

Я смотрел на свет, на грязь, на красоту и безумие.Мир был на грани.И я был на грани.— Но почему-то чувствую, что всё только начинается.

⸻

Когда она взяла мою руку — мир перестал качаться.

Нет. Не потому, что стало легче. А потому что центр тяжести сменился.Теперь всё вращалось вокруг неё.

Я не отпускал.

Не потому что боялся потеряться. А потому что боялся — найти себя именно здесь. В этой пульсирующей, вонючей, безумной свободе.

⸻

Бар был, как капкан из неона.

Слишком ярко. Слишком тесно. Слишком... сексуально. Всё дышало телами, потом, феромонами.Я чувствовал, как внутри поднимается злость. Не на неё. Не на место.На себя.За то, что мне это нравится.

Бармен — как вырванный из клипа. Высокий. Чернокожий. С цепью на шее и глазами, в которых был страх и интерес.— Что желаете, госпожа Луны?

Я вздрогнул.Он назвал её так.Как будто знал, что она — не просто девушка.Как будто видел, что под кожей у неё живая тьма.И уважал это.

Я сжал зубы.Это было...Я не знал, что это. Я знал только, что сердце снова дернулось.

Она заказала для меня — как будто я не мог сам.Но мне не было плевать.

Я стоял. Тихо. Горел изнутри.

Когда она повернулась и сказала:— Ты? Ты мой кометный удар. Слишком яркий. Слишком быстрый. И, возможно, смертельный.

Я не ответил. Только усмехнулся.Потому что я уже взрывался. Внутри.

⸻

Коктейль. Золотая пыль. Пакет.Я спросил:— Это наркотик?

Она — усмешка, равнодушие, вкус крови и сахара.— Расслабься, Кац.

Я пил.Вкус — как пощёчина. Сладкий. Тёплый. Липкий.Она пила — легко. Как будто это было её вино.Как будто этот вечер был её храм.

Я чувствовал, как что-то шевелится внутри.Не вещество. Не алкоголь.Жажда.Я хотел её.Не просто тело. Не просто танец.А её.

⸻

И тут включилась эта чёртова музыка.

Reggaetón.Испанский вокал. Басы, как удары по позвоночнику.И толпа — как по команде — взорвалась.

Я видел, как парни подходят к девушкам. Как руки скользят по бёдрам. Как тела вжимаются друг в друга.Это не был танец. Это была прелюдия.К чему-то гораздо грязнее.

Я чувствовал, как челюсть напрягается.Сердце билось чаще.Я не хотел туда.Но я уже был там.

— Кац. Если я попрошу... ты согласишься?

Я повернул голову.Её губы были слишком близко. Её дыхание касалось щеки.

— Потанцевать. Так потанцевать.

Я выдохнул.Глубоко.

Я не знал, что делать с этим желанием. Оно било по мне, как ударная волна.— Я не умею.

— Это не важно. Главное — насколько сильно ты хочешь, чтобы я была ближе.

Чёрт.

Я поставил бокал.— Только если ты будешь вести.

— Я всегда веду, Кац.

⸻

Я вышел с ней на середину зала.Там, где свет падал снизу. Где музыка была не просто громкой — она жила внутри грудной клетки.

Она встала ко мне спиной.Я замер.Потом — её спина прижалась к моей груди.Её бёдра — в мои ладони.Мои пальцы — на её костях.Тело — будто магнитом втянуло в ритм.

И мы начали.

Она двигалась. Вниз. Медленно. С трением.Я чувствовал, как она дышит.Как её тело трёт моё.Как музыка проходит сквозь нас.

Я не знал, как танцевать.Но я знал, как чувствовать.

И я чувствовал всё.

Каждую секунду. Каждую вибрацию. Её спину. Её живот.Тепло между нами. Давление.Желание.Желание, которое не просило разрешения.

Я закрыл глаза.Пальцы сжались сильнее.Она не остановилась.

Я тоже не остановился.

Это был не танец.Это было падение.Без парашюта. Без тормозов.В бездну. В неё.

В этот момент я понял.Если она — Луна, то я уже горю, как чёртов Икар.И мне плевать.

Пусть плавятся крылья.Пусть плавится всё.Главное — быть рядом. Пока не начнётся взрыв.

Музыка всё ещё лилась — густая, плотная, как патока.Она вгрызалась в грудную клетку, шевелила что-то внутри, что я так долго душил.Фиби вела.Медленно, чётко, с контролем, от которого хотелось выть.Она опускалась вниз — и тянула меня с собой, будто бы я был якорем, будто бы ей нужно было утонуть и потянуть меня глубже.Я двигался — сначала неловко. Потом — как на инстинктах.Ритм подсказывала её спина, её дыхание, жар её кожи.Я не думал. Я жил.

Мои ладони скользили по её талии.Сильные. Настороженные. Но не держащие — читающие.Как будто каждая кость под пальцами шептала мне, куда двигаться.Как будто каждое её движение вжимало меня в этот мир.И в этот момент я уже не знал, где она заканчивается, а я начинаюсь.

⸻

Мир замедлялся.Бас будто бы уходил вглубь, в череп.Мы всё ещё двигались.Но... медленнее.Музыка замирала.Воздух — густел.Люди вокруг — были, но как будто сквозь стекло.Свет мигал, как перед отключкой.И на последнем ударе реггетона — она обернулась.

Лицом ко мне.Плавно. Без слов.

Я стоял, чуть пригнувшись.Дыхание — горячее. Губы — приоткрыты.Она смотрела в меня.Внутрь. В самую суть.

И тогда...Я не сдержался.

Я подался вперёд — и поцеловал её.

Не спросил. Не подумал. Не остановился.

Мои губы встретились с её — резко. С нажимом.Я вжал её в себя, одной рукой крепко схватив за поясницу, другой — за затылок.И в этом поцелуе не было нежности.Была жажда.Сильная, хищная, будто я хотел украсть у неё дыхание.И она это почувствовала.

Она вздрогнула.На долю секунды её пальцы напряглись, будто хотела оттолкнуть.Рефлекс.Но потом...

Она прижалась ко мне так, будто я был невыносимо нужным.

Грудь — к груди.Талия — к талии.Живот — к животу.

Её губы раскрылись.Глубже.Плавнее.

И тогда всё сорвалось.

Я целовал её, как будто боялся, что это последний раз.С нажимом, с яростью.Я провёл языком по её нижней губе, впился сильнее, сжал пальцами затылок.Она ответила — языком, дыханием, жаром.И это не был просто поцелуй.Это была охота.

Сладкий вкус коктейля смешался с её слюной.Чуть солоноватая кожа.Тепло её дыхания.Запах металла и духов.Мир вымер.

Я слышал только нас.

Мой живот сжался. Внизу — огонь.Кровь стучала в висках, как чёртова сирена.Я хотел её.Ближе. Сильнее.Не завтра. Не потом.Сейчас.

⸻

Когда мы оторвались — оба тяжело дышали.Губы у нас были влажные, покрасневшие.Я держал её крепко, лоб — почти к её лбу.И смотрел. Прямо в глаза.

Она смотрела в ответ.

Молча.Там было всё.

Сомнение.Угроза.Но и — признание.

— Бля, — выдохнул я. — Прости.

Она качнула головой. Медленно.— Не извиняйся, Кац.

Она облизнула губу.Медленно.Чувственно.

— Просто... если ты меня снова так поцелуешь — это уже будет война.— А я войны не проигрываю.

Я усмехнулся.Тихо.Держа её ближе.Проклято ближе.

— Посмотрим.