На грани смятения: Встреча с Танаррией

Виво и Аракс, получив от капитана Кита поручение, стремительно загрузились в челнок и направились к пропускному посту. Их свободный вылет был условием, выдвинутым капитаном в противовес требованиям Алькира, который настаивал на отправке команды в заключение. Небула хоть и согласилась, но настояла на том, чтобы супержорик находился в пузыре. Кит, испытывая сомнения, в конце концов уступил и разрешил заключить Жорика. Для последнего это не было большой проблемой — он плавал в пузыре, пронзительно наблюдая за происходящим, и, к облегчению Розы, выглядел вполне спокойным.

Тем не менее, во время погрузки произошел небольшой инцидент. Роза, забыв о том, что здесь совершенно иная атмосфера или, возможно, переволновавшись, слишком сильно оттолкнулась при входе в челнок. В результате её колено с силой ударилось о поверхность, и буря боли мгновенно охватила её, заставляя с трудом усесться на сиденье.

Вопреки её ожиданиям, они поднялись от планеты и устремились в бескрайний космос. Челнок стремительно набирал высоту и вскоре приблизился к величественному, но уже изрядно потрёпанному кораблю, который покоился на орбите. Его массивные контуры, изрезанные временем и местами уставшие от многочисленных заплаток, рассказывали о множестве приключений и испытаний, которые он пережил.

Несмотря на нешуточную боль в колене, Роза не могла не восхищаться величием этого судна. Оно напоминало ей о «Вече» для человечества — символе надежды и силы, который, хоть и испытал на себе странные и трудные времена, всё же сохранил своё место в истории. В её сердце жила уверенность, что и этот корабль вновь возродится, вступив на путь новых свершений и достижений.

Челнок Небулы уверенно двигался вперед, оставляя за собой следы в космическом пространстве. Алькир остался с ними, и его сверкающие злобой глаза под шлемом, заставляли Розу чувствовать себя словно в ловушке. Его присутствие было угрожающим, и она не могла избавиться от ощущения, что он следит за каждым её движением, готовый воспользоваться любой слабостью.

Капитан Кит, словно скучающая тень. Его равнодушие было ощутимо, и Роза не могла не заметить, как он зевал, словно это путешествие не вызывало у него никакого интереса. «Ну каков посланец, а!» — мелькнула мысль в её голове.

— Следуйте за мной, ктрахки, — произнёс командир, когда челнок прочно пристыковался к массивному кораблю.

Переводчик опустил явно непристойное слово, и Роза почувствовала, как её внутренний голос недовольно фыркает. Капитан хмыкнул и шагал за инопланетянином, не обращая внимания на его манеры. Роза, являясь ведущим специалистом, плелась следом, прихрамывая на больное колено. Ей, конечно, хотелось бы приложить лед, чтобы не допустить опухоли, но сейчас уж точно было не до этого.

Они прошли в шлюз с дезинсекцией. Тёплый неприятный пар, ударивший в лицо, вызвал у Розы желание чихнуть, и её глаза начали слезиться. Капитан же стойко перенёс это испытание с достоинством, будто бы каждый день проходил проверку на инопланетном корабле.

Когда пар разошёлся, он выглядел вполне в порядке, в то время как Роза едва справлялась с приступом першения, накатывающимися слезами и чувством, что её нос распух и перестал дышать. Она открывала рот, словно рыба, выброшенная на неизвестный берег.

Из-за слезящихся глаз Роза не заметила, как они оказались в лифте. Как-то незаметно в её руках оказалась ткань, и она с радостью приложила её к горящим глазам.

— Сасибо, — пробормотала она.

— Не за что. Вы должны понимать, что натворили, — холодно ответил Кит.

— Вы посто уасны! — не сдержавшись пробубнила Роза.

Капитан покачал головой и отвернулся от неё на некоторое время. Он приложил руку к подбородку, словно задумался, и громко прочистил горло. Жорик, находившийся между ними, крутился в своём облаке.

Когда они вышли из лифта, перед Розой предстал голографический образ ужасающей планеты. Её поверхность была измарана черными пятнами, а в её недрах таилась непонятная тьма.

— Лаку, — произнёс командир, изменившимся голос.

Капитан тоже взглянул на неё, и то, что они увидели, заставило даже его почувствовать дискомфорт. Чем ближе они подходили, тем яснее становилось, что это была планета, опустошённая и лишенная всякой жизни. В этом рваном куске они увидели черноту.

Уродство этой тьмы вызывало трепет, который Роза не могла объяснить. Видеть мёртвой планету было невыносимо страшно. Она представляла собой большую и пустую оболочку, а в свете красной звезды выглядела будто проклятие, нависшее над ними. Внутри неё таились тайны, насыщенные страхом и неизвестностью, и Роза ощутила, как холодный пот выступает на её лбу.

— Это и правда паршиво... — произнес Кит, не в силах оторвать взгляд от пугающей голограммы.

Молча стоявший рядом Пфик наконец-то ответил:

— Мы не должны забывать, что подобное может произойти и с нами, если не будем осторожны. Боюсь, что и этот дом постигнет та же участь, если мы не остановим то, что в нем поселилось.

Командир, бросив на Пфика снисходительный взгляд, погрузились в вагон. Когда Роза снова бросила взгляд на мертвую планету, она произнесла:

– Ме аль чо так поизашло.

Но, черт возьми, если бы Роза знала, что её слова исковеркаются, то промолчала бы. Командир резко и яростно выкрикнул что-то непереводимое, его лицо исказилось от гнева, а кулаки сжались с такой силой, что, казалось, он был готов нанести удар в любую секунду.

— Да как ты смеешь! Наша планета была великой, она записана в летописях Вселенной! — прогремел его голос, словно гром среди ясного неба.

Капитан разразился громким смехом, а Роза растерянно хлопала глазами, не понимая, что происходит. Переводчик некорректно интерпретировал её слова, и она поспешила исправить недоразумение, но, очевидно, её извинения были восприняты неправильно. Командира начало трясти от сдерживаемой ярости, в то время как капитан продолжал хохотать. Жорик азартно подражал поведению капитана, добавляя к общему хаосу нотки абсурда.

– Ваше спасение, что вас хочет видеть сама Танаррия. Иначе вы бы уже оказались за бортом. Но, может, ещё не всё потеряно для меня, – произнес он с приглушенным злобой голосом

Капитан прекратил смеяться и посмотрел на Розу с серьёзным выражением лица.

– Вы лучше приложите платок к пазухам. Это снизит отёк. А то ещё наговорите всякого. Хотя я не против войны. «Клевер» разнесёт в дребезги их ржавый флот, – добавил он, словно это было обычным делом.

Кит дернул головой в сторону командира.

Роза, прижимая к носу платок, ощущала, как горит её лицо. Оба они находились под прицелом настороженных взглядов командира и двоих солдат. Капитану было всё равно, а вот Роза не ожидала такого приёма в свой первый визит. Все пошло совсем не так. И она была благодарна капитану за то, что он дал ей свой влажный платок, который всегда хранился в кармане костюма для выхода в неблагоприятную среду. Это действительно немного помогало.

У Розы болело колено, и она иногда потирала его, пытаясь отвлечься от дискомфорта. Нос постепенно перестал быть забитым, но чувство неловкости не покидало её. Капитан, скрестив руки, казалось, задремал, как и Жорик, который сладко посапывал в своём шаре.

Командир не сводил глаз с Розы, и в его взгляде теперь читалась не только неприязнь, но и отвращение. Она чувствовала себя под прицелом, словно была в клетке, и это давило на неё сильнее, чем физическая боль в колене.

Когда их вагон резко остановился, капитан, издав причмокивающий звук, вытер рот и потянулся, готовясь к выходу. Дверь открылась, и они оказались в просторном светлом помещении, которое, несмотря на скромное убранство, обладало атмосферой величия. Высокие потолки с изящными арками создавали ощущение простора, а стены, украшенные причудливыми узорами, отражали свет, наполняя пространство мягким сиянием. В центре зала находился большой круглый стол, вокруг которого стояли несколько стульев, выполненных из незнакомого материала, мерцающего в свете. На столе лежали странные предметы, возможно, орудия или символы, о значении которых Роза могла только догадываться.

Внезапно боль и неприязнь к командиру, проблемы и весь мир отступили на второй план для Розы, которая с волнением осознала, что находится в другом мире. В мире, где до неё было не так много таких, как она. А может быть, и вовсе не было, так как астралиты были замкнуты. Это осознание наполнило её душу трепетом и страхом одновременно.

У высокого трона стояла Танаррия — высокая инопланетянка с огромными и очень темными глазами, которые казались бездонными, будто сама Вселенная скрывалась в них. Её фигура была грациозной, а движения — уверенными, что придавало ей величественный вид. Рядом с ней находились несколько меньших особей, которые, казалось, были её подчинёнными. Один из них нервно объяснял что-то высокой женщине, но она прервала его одним лишь движением руки. Внезапно все замерли, словно застыв в ожидании, и в комнате воцарилась тишина.

— Приветствую вас на планете Врайзер, — произнесла она голосом, который звучал как музыка, — Второй родине моего народа. Я Танаррия, из рода правителей белого времени. Я сохраняю...

Танаррия сделала шаг вперед, её темные глаза изучали каждого из них, словно искали в их душах то, что они принесли с собой.

— ...сохраняю равновесие и жизнь своего рода, — продолжила она, и в её голосе прозвучала такая сила, что Роза замерла в ожидании. — И я хочу понять, что побудило вас столь варварским образом вторгнуться в наш дом.

Роза взглянула на Кита, и её сердце сжалось. Он, казалось, вовсе не проникся всей невероятностью и горечью ситуации, и был почти не заинтересован происходящим.А его холодный взгляд не предвещал ничего хорошего. Ученая собиралась сделать шаг вперед, намереваясь начать говорить, но Алькир быстро выступил, совершив глубокий поклон заговорил первым. Его тон был резким и вызывающим.

- Ваше святейшество - произнес Алькир указывая на Розу и капитана - эти люди не достойны быть перед вами. Эти создания не должны быть здесь. Особенно после того как они нарушили приказ и наш закон и вторглись к нам. А сейчас их корабль пытается избежать кары от наших летунов.

– Радуйтесь, что «Клевер» летит от вас, а не завами – вставил холодно Кит

– Твое корыто скоро собьют.

Роза почувствовала, как её охватывает гнев, но прежде, чем она могла что-то сказать, Теннария, начала говорить.

– Я понимаю твои чувства, – сказала Танаррия, – но прежде, чем судить их, выслушаем, почему они так поступили. Я хочу знать, что привело вас сюда без приглашения?

Капитан, с легкой ухмылкой, ответил ей:

— Мы вольны летать, где пожелаем. При всем уважении, ваше высчество, — начал он, слегка наклонив голову. Инопланетянка с явным интересом изучала его. — Наш путь к вам был крайне неприятным. Пожалуй, мы заслуживаем извинений.

— Что? Да ты! — вскрикнул Алькир, не в силах сдержать своего возмущения.

Даже Роза не ожидала, что капитан сделает такой смелый выпад. Она была в полном шоке от его слов, а ведь они стояли в центре зала, окружённые существами, которые не испытывают тёплых чувств к людям.

— Вы вторглись к нам и осмеливаетесь требовать извинений? — с нарастающим гневом произнесла Танаррия, слегка откинув голову назад и продолжая изучать капитана своими темными глазами.

Роза, не желая, чтобы ситуация вышла из-под контроля, попыталась вмешаться, но капитан продолжал говорить:

— Вы тоже не без греха. Его переводчик-лингвист работает неправильно, и он оскорбил нас и наш дом. К тому же, он угрожал учёному, — настойчиво произнёс капитан.

Танаррия, внимательно выслушав капитана, приподняла бровь.

— Вы и есть Роза Рассвет? — спросила она, обращаясь к капитану. — Вы возглавляете эту миссию?

— Упаси меня Вселенная. Я — капитан Кит, посол мира, — ответил он, с удивительным достоинством.

Пфик, который явно был растерян и подавлен перед Танаррией, но, взглянув на Розу, которая нервно сжимала платок и прикладывала его к глазам, слегка сдвинув маску вниз, выступил вперед и указал на ученую.

–Ваша светлость, позвольте представить вам Розу Рассвет — сотрудника «Вече» и руководителя проекта просветления, — произнес он.

Танаррия медленно перевела взгляд. Перед ней предстала съежившаяся фигурка, которая пошатывалась, пытаясь перенести весь вес на здоровую ногу. Её волосы были растрепаны, а глаза и нос — красные от слёз.

– Вы больны? – спросила Танаррия, выражая беспокойство.

— Нет. Это реакция на дезинсекцию, — сказала Роза. Затем, сделав шаг вперед и поравнявшись с Пфиком, она продолжила: — Я — Роза Рассвет, старший сотрудник миссии и «Вече». Мы пришли с мирными намерениями и, прежде всего, чтобы помочь. Нам искренне жаль, что наш контакт произошёл так сумбурно. Но даю вам своё слово, что мы не имели ни малейшего намерения оскорбить ваш народ или нарушить законы. Напротив, я глубоко уважаю сильный и независимый народ астралитов и рада, что вы наконец обрели новую родину.

Роза сделала паузу, позволяя своим словам отразиться в душе каждого присутствующего. Она понимала, что для астралитов крайне важны искренность и уважение.

— Мы здесь не для того, чтобы навязывать свои идеи или вмешиваться в вашу культуру. Мы хотим работать вместе, если вы позволите. Мы можем обмениваться знаниями и опытом, что будет полезно для всех. Мы готовы ответить на любые ваши вопросы и предоставить всю необходимую информацию о нашей миссии. Мы здесь, чтобы сотрудничать, а не контролировать. Я надеюсь, что смогу внести свой вклад в решение ваших проблем, если вы позволите мне это сделать, — произнесла Роза.

— Ваши слова благородны и возвышенны, но ваши действия говорят об обратном, — ответила Танаррия. — Вы вторглись в наш дом, и этому нет оправдания.

Роза почувствовала, как её щеки вспыхнули от резкого ответа Танаррии. Слова астралитки были наполнены справедливым гневом. Действительно, их появление стало для астралитов настоящим шоком.

Пфик осознавал, что именно из-за него Роза оказалась в столь непростой ситуации, и потому решил вступить в разговор, принимая всю ответственность на себя. Он понимал, что теперь ему не избежать последствий за все, что он натворил.

— Руководитель Рассвет прибыла сюда по моей просьбе, ваша светлость. Это я позвал её, и именно я попросил совершить посадку на планету, несмотря на законы. Руководитель рискнула из-за моей просьбы помочь. Помочь мне... мне спасти нашу родину.

Танаррия молчала, и Роза не знала, продолжать ли ей дальше или позволить Пфику говорить.

— Пфик Зар, потомок великого Тулав Зар, — проговорила Танаррия, и в её голосе отразилась глубина и грусть. — Ты один из лучших, и мне больно видеть тебя таким. Твои труды помогли нашему ещё юному космическому поселению выжить. Твои идеи позволили подготовить корабли для транспортировки ресурсов, а затем ты контролировал обнаружение и бурение участков добычи ископаемых. Под твоим руководством мы создали первые фермы, что позволили нам, наконец, ощутить, что наши дети не будут страдать от голода.

Глаза Пфика приобрели серовато-жёлтый оттенок, и Роза была поражена тем, как быстро эмоции переполняли его. Слова Танаррии, наполненные ностальгией и уважением, обрушились на него, словно холодный душ, напоминая о прошлом и о том, как высоко его значение для астралитов.

— И ты бросил нас. В тот самый миг, когда мы так нуждались в тебе. Да ещё и взламывал наши библиотеки и данные. Что же произошло? Почему?

— Сейчас снова начнутся разборки, — протянул шёпотом Кит, подойдя к Розе, но та лишь с укором покачала головой.

– Потому что мне не верили, — прошептал он с горечью, его голос дрожал от подавленных эмоций. — Потому что все отворачивались от меня, как от безумца, который метался и кричал о катастрофе. И этот монстр, что поселился в глубинах Врайзера и которого вы считаете благословением... Но я считаю, что такое уже происходило на Лаку, и мы вновь можем оказаться на грани. Но разве вы слушали меня?

С каждым его словом пламя гнева разгоралось всё ярче, и его слова вырывались с нарастающей смелостью, словно он освобождался от бремени, которое так долго носил в себе. Он ощутил, как гнев и разочарование переполняют его.

— Да, Танаррия, ты перечислила мои заслуги, наши достижения. Но почему эти самые достижения не стали поводом для того, чтобы прислушаться? Почему, когда я пришёл к тебе и высказал свои опасения, Небула... — вдруг произнёс он, заметив, что в зал бесшумно вошла Небула.

Она стояла в тени, и, казалось, только Пфик и заметил, что она оказалась в зале.

— Небула, — продолжил он, обращаясь к ней с упреком, — ты лишь отмахнулась от меня и лишила доступа к важным сведениям и информации. Ты знала, что я чувствую, знала, что я переживаю, и всё же выбрала игнорировать мои слова.

Астралитка замерла, явно сбитая с толку таким неожиданным и горячим выступлением.

— Но да, я понимаю, — сказал Пфик, — не мне вникать в высокие дела нашего народа. Не мне решать, что для него хорошо, а что плохо. Это — прерогатива других. О, как это напоминает мне то, что я нашёл среди библиотек. Так почему же именно сейчас вы вспомнили обо мне?

Пфик склонил тяжелую голову. Было видно, как нелегко давались ему эти слова, как много он думал и как много сомнений горело в его сердце из-за того, что он знал, но боялся признаться даже самому себе.

Все присутствующие молчали, внимательно наблюдая за своей королевой. Даже Алькир не решался вставить свой комментарий, хотя его презрение к Пфику было очевидным, и он вовсе не разделял, как Танаррия, взгляды на достижения учёного.

Внезапно Танаррия приблизилась к Пфику; её движения были плавными, едва ощутимо струящейся под лёгкой одеждой. Как только она оказалась рядом, Роза почувствовала — даже несмотря на забитый нос — удивительный аромат, окутывающий всё вокруг. Пфик был поражён. Алькир, нервно напрягшись, тоже подошёл ближе, явно опасаясь нападения на Танаррию со стороны капитана.

Танарррия вытянула свою маленькую ладонь с длинными пальцами к верху.

— Ты нужен нам сейчас, Пфик Зар. Я прошу у тебя прощения.

Пфик, взволнованный, втянул воздух и осторожно коснулся её протянутой руки. Этот жест, казалось, стал символом чего-то гораздо большего — попытки соединить разрозненные судьбы, восстановить утраченные связи и, возможно, даже залечить раны, нанесённые в прошлом. Роза понимала, что в этот момент происходит нечто важное.

Танаррия, не отнимая руки, посмотрела в глаза Пфику.

— Пфик, — произнесла она тихо, — я знаю, что ты пережил. Я знаю, что твои страхи были реальны и что ты стремился защитить наш народ. И сегодня мы тебя выслушаем.