Глава 6. Подозрение.

«Антарес дает человеку смелость и независимость суждений».

Хантер пулей влетел на крыльцо, утягивая за собой Ирис за подол платья. Еще не хватало, чтобы люди смотрели на их ссоры. И без того достаточно обсуждений в лагере. Он громко захлопнул входную дверь, так что послышался жалобный скрип дерева. Не успел охотник и рта раскрыть, как из глаз девушки потекли слезы. Ирис смотрела на него сквозь пелену целого водопада, беспомощно разводя руки в стороны.

- Что не так? — только и смог спросить Хантер.

- Ты сказал, что идешь помогать ей вспомнить прошлое, — заикаясь выдавила Ирис, прислонив ладонь к солнечному сплетению. Она слегка нагнулась вперед задыхаясь. - И что в итоге я узнаю? Что ты повез ее на остров.

- Там было то, что ей поможет, — пожав плечами, спокойно вымолвил мужчина.

Ее всхлипы и покрасневшее лицо, вызывали в нем приступы паники и сочувствия. Больше не в силах наблюдать эту картину, он двинулся к ней и притянув девушку за талию, крепко обнял. Она обмякла в его медвежьих объятиях и разрыдалась. Этот комочек любви трясся на его груди, заливая тунику соленой водой, а он сглотнул все слова, забыв, как говорить. Рука машинально прошлась по спине и задержалась на макушке, слегка сжимая копны золотистых кудряшек.

- И что же это?

- Лис, — только и мог сказать Хантер.

- Лис? — чуть отстранившись, удивилась Ирис.

- Да, в прямом смысле. Он пришел со мной в «Единство» из Цитадели. Точнее, он был ее другом, — не вдаваясь в подробности, путанно объяснил охотник.

- Почему ты не сказал мне?

Хантер цокнул.

- Потому что люди рассказывают не всё друг другу. Это не особо важная информация для нас с тобой.

- Неужели? От неё возникли недопонимания!

- Разве из-за неё? — поползла его бровь вверх, желая коснуться волос.

Она сделала шаг назад, и слезы её моментально высохли. Легким движением, стирая остатки влаги рукой, девушка сощурилась, пытаясь разглядеть в чертах его лица, правду.

- Ты улетел надолго. Я не знала, что и думать, — попыталась оправдаться девушка, широко распахнув глаза, сияющие раскаянием.

Хантер покачал головой, вальяжно пройдясь по комнате. Остановился у кухонного стола, где вчера произошёл похожий разговор, и удрученно выдохнул.

- Обратно. Ты только и делала, что думала о плохом. Разве я о многом прошу, Ирис? Только доверять мне! — стукнув кулаком по столу, отчаянно выкрикнул мужчина.

Девушка подпрыгнула, но осталась стоять на месте. Ее тело охватила мелкая дрожь.

- Я доверяю, — слабо высказала она, закусывая нижнюю губу.

- Серьезно? Поэтому ждешь меня разъярённая на пороге дома? Разве я когда-либо давал тебе повод сомневаться во мне? — чуть тише уточнил охотник. Она только мотала головой, губа её снова дернулась. - Разве когда-то обманывал тебя? Не делал тебя счастливой?

- Раньше не было её, — вскрикнула девушка, схватившись за голову. - Дело только в ней. И во всех тех историях, что я слышала от тебя, от Грэма. О ваших приключениях, спасении мира и твоей бескорыстной любви.

- Боже, — закапываясь пальцами в волосы, выдохнул Хантер. Его голова закружилась, и он сморщился, глотая ненавистный ком в горле. — Это лишь истории, которые уже пылью поросли.

- Но не твоя любовь к ней! Будешь отрицать, — перешла на крик Ирис, подскочив к нему ближе.

- С чего такие выводы? — выпрямившись во весь двухметровый рост, спросил охотник.

Такая маленькая, худая, — она вжала голову в плечи, но зеленый оттенок глаз, так и скрывал яростные молнии.

- Наверное, потому что на все мои признания в любви, ты молчишь.

- Так, я и ей никогда об этом не говорил, — охрип Хантер, как следует встряхнув ее за плечи. - Может я человек такой? Неужели тебе недостаточно того, что я делаю для тебя? Почему обязательно нужно слышать эти слова?

Она замолчала, искренне, не понимая его вопроса.

- Просто потому, что это важно.

- Может, я люблю тебя, как-то по-другому, более спокойной, трезвой, адекватной любовью. Мне рядом с тобой приятно, тепло, уютно.

- Этого недостаточно, — выпалила Ирис от злости.

- Только потому, что твоя любовь отличается от моей? — сухо уточнил охотник.

Она взмахнула руками, прикрывая веками нахлынувшие вновь слезы.

- Да. Я сама знаю, что ты её любишь. Как ты смотришь на неё, думаешь, я не замечаю?

Он схватил кружку со стола и со всей силы швырнул об стену. К ногам покатилась ручка. Внутри кровь нагрелась так, что, была готова просто на всего взорваться. Злость клокотала сильнее, чем его мозг мог контролировать тело.

- Хочешь еще что-то сказать? — в ярости уточнил мужчина.

Белки его стремительно краснели, а зубы давно ходили ходуном. Ему хотелось впечатать рукой в стену, так чтобы остались щепки от чертового дома или от самой руки. Душило сильное чувство обиды, что выплескивалось наружу сильнее, грозя затопить весь лагерь.

- А разве я мало делала для тебя? Я все это время молчала, терпела...

- Терпела? Какого черта Ирис ты терпела, когда надо было просто жить и наслаждаться? — процедил охотник. - Ты сама придумала себе проблему, развила себе историю, удобную для тебя, сделав себя жертвой, и ждешь от меня каких-то объяснений. Серьезно? Она продолжала смотреть на него не шевелясь. Будто рассказала великолепную историю, а оваций не последовало. - Что мне еще сделать, чтобы ты поверила, как сильно важна для меня? — умолял Хантер, снова шагая к девушке. - Достать тебе луну с неба? Взорвать кратер? Уничтожить Антарес, чтобы ты была довольна?

Охотник ударил себя в грудь, так как эмоции переполняли чашу весов, пытаясь дождаться адекватно ответа.

- Женись на мне, — выпалила Ирис выпрямляясь.

- Думаешь, это лучший способ доказать любовь? Думаешь после свадьбы, исчезнут другие женщины? Что это исправит? Ответь мне хоть на один вопрос, — уже шепотом бурчал Хантер, не имея сил даже её коснуться.

Ирис продолжала смотреть сквозь мужчину, будто на заднем плане летает призрак. Бог знает, что в данный момент творилось в этой маленькой головке.

- Да, я буду знать, что ты только мой, — зашевелились губы.

- Что за чувство собственности Ирис? Очнись!

— Вот видишь, — залилась слезами. - А на Марии женился бы без раздумий?

- Черт возьми, — заорал Хантер отвернувшись. В голове маячило только одно желание. Покинуть дом немедленно. - Хватит. Ещё одно слово по этой же теме и последствий не избежишь.

- Каких? Бросишь меня? Как смело будет с твоей стороны, Хантер. И как удобно!

- Ирис, — покачал он головой, уткнувшись в дверной проем. - Я очень терпеливый человек, но твои слова просто убивают во мне всё светлое, что тянется к тебе. Прошу, подумай над всем, что ты сказала, и одумайся, пока не стало поздно, — попросил охотник и с тяжелым сердцем закрыл за собой замок.

***

Мария глубоко вдохнула запах пресной воды, сложив ноги в позе лотоса. Закрыла глаза, сосредотачиваясь только на звуках. Один ветер, трепет и без того распушившиеся волосы. Два — до носа добираются запахи мокрой от росы травы и иголочек ели. Три — волны с шумом накатывают на полоску песчаного пляжа в хитром замысле украсть одинокие камни. Четыре — есть только она одна и ее сознание. Пять — все мысли пропадают, освобождая разум.

Тело полностью расслабилось, оседая под наступающим сном. Где-то в темноте, девушка пытается разглядеть неизвестные ей силуэты. Они разговаривают о чем-то интимном, светлом, отчего губы непроизвольно растягиваются в улыбку, а в животе собирается тепло. Хочется протянуть руку и коснуться тени, что делает ее такой счастливой, но та будто играет с ней, дразнит и исчезает в пугающей темноте. Кто же ты?

С сожалением отпустив видение, она зажмурилась сильнее, пытаясь вспомнить хоть маленькую деталь. Мимо нее пронеслась бабочка, которая по мере каждого взмаха крыла, вырастала в размерах, будто бы желая объять весь мир. Интересно — это реально или воображение разыгралось? Мими сосредоточилась на раскраске летающего существа. Эти синие оттенки плавно переходили в пламенно красные, заканчиваясь черным где-то в длинных усиках. Бабочка парила над ней, полностью отдаваясь полету, словно в жизни нет ничего более важного, чем это. Красиво!

Прекрасный полет воспоминаний оборвал чей-то голос: бархатистый, наполненный нотками смеха и мальчишеского задора. Мария напряглась, пытаясь расслышать слова, что голос пытался донести до ее ушей, но не могла разобрать ни буквы.

- Наслаждаешься жизнью? — выбил ее из колеи женский голос.

Девушка распахнула глаза и обернулась. Черты острого, как лезвие лица были ей знакомы. Бледность незнакомки удачно сливалась с кристально светлыми волосами, что собраны в высокий пучок. В голубых, словно лед глазах застыли целые айсберги, уходящие куда-то в ее личные размышления. Смотрела она с высока, гордо вздернув голову, высказывая открытое пренебрежение.

- Я бы так не сказала, — вежливо ответила Мими, стараясь не замечать, как в ее сторону летят невидимые, острые снежинки гнева.

- Я до последнего не верила, что ты потеряла память. Думала, что это твой план, пробраться в наш лагерь. Что ты что-то снова скрываешь, но, как оказалось, ты даже не знаешь кто ты, — язвительно тараторила незнакомка.

В душе похолодело от ее тона. Он пробирался под кожу, в желании заморозить пульс.

- Мы были знакомы? — сглотнув, спросила Мария, но ответ слышать не хотелось.

- Я Агата, — протянула руку та. - Конечно, были, — продолжала она, в ожидании ответного жеста. Когда холодная ладонь Мими оказалась рядом, девушка крепко схватила ее, притянув к себе, а сама присела на корточки. - Именно ты виновна в смерти моей подруги.

Казалось, что послышался гром. Или это стук сердца в ушах Марии, что грозило остановиться. Агата не отпускала руку, продолжая испепелять ее своими почти прозрачно серыми алмазами.

- Если бы я знала, что сделала. Мне очень жаль, Агата, — попыталась извиниться Мими, совершенно не понимая, о чем идет речь, но испытывая бесконечное раскаянье.

- Ничего, ты вспомнишь, и я буду рядом, — шипела девушка приблизившись. - Я хотела быть первой, кто тебе это сообщит. И знаешь что? Ты убила ни одного человека, даже не двух. Их было множество, что слепо шли за тобой. Ты Мария — предвестник апокалипсиса. Всё, чего ты касаешься — умирает, — с истинным наслаждением проговорила Агата.

Мими выдернула руку, чувствуя, как смятение подхватывает тело. Что-то сильно сжалось в груди и опустилось, сжимая органы в тугой узел.

- Я не виновата, — качала она головой, ища ртом воздух.

- Еще как виновата.

Перед ней возникла картина окровавленных рук. С пальцев капала тягучая, бордовая жидкость. Послышался громкий звук, упавшего на плитку ножа, лезвие его скользнуло по полу, разрезая звук.

- Нет, — зашептала Мими, утопая в новых воспоминаниях, которые Агата умело пролистывала.

- Из-за тебя чуть не умер Хантер, — добила Агата, прошептав в самое ухо.

Мими подняла голову, пытаясь разглядеть в Агате причину ненависти. Хантер? Ей стало плохо. Почему тогда он так мил с ней? Голову снова объяла пелена сильнейшей боли. Она колола каждую извилину, не пропуская ни одного места. Схватившись за виски, девушка яростно зашипела, пытаясь не отключиться. Всё новые и новые моменты всплывали перед ней, дразня, норовя вывести из себя. Некая особа бежит по густому, туманному лесу. Ее подол в красных точках, а голос настойчиво кричит одно имя «Хантер». И вот уже она сама на коленях, ощущая сквозь ткань холодную землю. Руки крепко держат нож, что впился в бок друга, словно прирос. По коже струится горячая, алая жидкость, почти что, обжигая костяшки.

- Нет, — заплакала Мими, сжимая свои же плечи.

- Вспомнила? Чудесно, — уже успокоившись, отмахнулась Агата, накидывая на волосы капюшон своего красного плаща. - Надеюсь, не забудешь никогда.

Она пнула ближайший камень, что тут же поскакал по извилистому песку, плюхнувшись в прозрачную воду. Насвистывая веселый мотив, Агата просто отвернулась, направляясь прочь.

- Нет, — еще раз прошептала Мими, утопая в старых чувствах.

Как можно переживать вновь, что забыл, да и толком не помнишь? Потеря друга — это самый страшный кошмар. Вскочив с примятого песка, она побежала. Ноги сами несли в чащу леса, дальше от всех людей, что считали, ей здесь не место. Горечь захватывала в плен всё светлое, что она так сильно берегла. Смех оставался где-то позади, размывался позитивный настрой и смелость. Оставалась только смерть. Разве не от нее она когда-то пыталась сбежать, подвергнув опасности остальных? Кого она еще не помнит? Кто пострадал от ее руки?

Колени сами сгибались, а темп бега заметно увеличивался. Она точно не знала, куда бежит, только бы подальше. Вина не отставала и бежала следом. Еще чуть-чуть и помахает ей рукой, в приветливой улыбке. Сглатывая соленые слезы и перепрыгивая пеньки, она находила свое успокоение в шелесте листьев и резком ветре. Когда дыхание стало резать бок, она остановилась, согнувшись пополам.

Неизвестно, сколько прошло времени, пока слезы закончились и обсохли, но очнулась она оттого, что кто-то настойчиво лижет ее руки. Подняв голову, удивленно моргнула.

- Аспер! Альва! Вы что здесь делаете?

Они завиляли хвостами, слушая любимый голос подруги, и послушно сели, водя из стороны в сторону огромные ушки. Сердце Мими, будто медом облилось от нежности. Погладив обоих по голове, она села рядом и уронила голову на Аспера. Тот стойко сидел, перенимая ее боль. Айва улеглась у ног и тихо заурчала.