«Он тонет...»

Анализируя в своей голове прощальное письмо от Бёна, Пак делал для себя все новые, но к сожалению, печальные выводы. «Для кого ты сделал лучше? Для меня или для себя? Это было для тебя игрой в чувства? Месть?» - задавал в пустоту вопросы Чанель. Это вакуумное тупое состояние. Цепко и жестко хватаясь за свою голову, склоняя ее вниз, Ёль понимал, что может продолжать жить как раньше и без Бэкхена, без его детского смеха, без солнечной улыбки, но смысла в этом уже не видел. Он прекрасно осознавал, что может быть, если не сидеть сложа руки и что-нибудь предпринимать, неся всего себя вдогонку за Хёном, он смог бы исправить все. Но теперь же он будет уносить свои года впустую. Уж слишком привязан к этому юноше. Трясина, в которой Пак застрял по горло и уже не сможет выбраться. Трясина, созданная самим Бёном. Четкие, покрасневшие от соленой влаги глаза гиганта заскользили по предметам. Ему хотелось ломать и метать. Держать себя в руках сил больше не было: в стену с силой влетела китайская расписная ваза и со звонким треском осыпалась на пол мелкими фарфоровыми кусочками. Смириться и жить дальше? Было чувство, что в Ёле зарождаются ростки саморазрушения, которые в дальнейшем приведут к физической подавленности, а возможно и погибели. Если в настоящее время у вас складывается жизнь на зависть другим: вы влюбились, или женились, или еще что-нибудь замечательное, и кошки забыли о вашей душе - не расслабляйтесь, ведь все может повернуться к вам затылком и принести в жизнь много боли и отчаяния, которое и получил Пак. Все мечты и планы гиганта вдребезги. Своей ошибкой, своей верой Чанель небрежно испоганил свою жизнь. 

***

 Первые два месяца протекли очень тягуче и очень апатично. Бён перестал нормально питаться. Его вес значительно снизился. Руки были подобны двум сухим веткам старого дерева. Под глазами «мешки картофеля» от слез и недосыпа. Каждую ночь, перед тем как уснуть, Бэкхен желал Паку спокойной ночи, а каждое утро - он просыпался с пожеланиями удачно провести новый день.

Шел шестой месяц. Бэкхен беззаботно колдовал в своей обители. Прихватив с собой кучу мусорных пакетов, Хён вот-вот собирался покинуть квартиру, но тут его остановило знакомое имя прозвучавшее в телевизоре.

— Знаменитая актриса Сы Ын Би, теперь замужняя женщина. Ее избранником стал сын обладателя известной компании 'Lotte' Пак Чанель. Торжество состоялось... - без остановки выкладывал ведущий новостей.

Пакеты выпали с рук. Слезы хлынули ручьями с глаз. Пожевывая сопли, вперемешку с влагой, Бён не мог мыслить разумно. Как все паршиво! А ведь верно, за время отсутсвия мальчишки многое изменилось: у него появилась любовь, он женился и скорее давно уж как позабыл о Бёне. Мир вокруг замер и перестал замечать его. Бэкхен знал, что такое должно было случиться, но он так опасался того, что узнает об этом. У него жизнь идет своим чередом, а у тебя же, юноша, оно застыло мертвым грузом где-то в нейтральных водах Земли. 'Он хоть немного вспоминает обо мне?' - пронеслось в голове Хёна. Бён видел лишь один выход, дабы заглушить душевную, моральную и физическую боль - смерть.

***

Где море пополняют точечные сердолики, от моря на огромную высоту встают снизу острые, голые, лишенные растительности утесы, в диком беспорядке нагроможденные друг на друге. Налетел порывистый ветер, который погонял волны к берегу. Вода преобразовала мутно-зеленый, иногда темно-синий окрас. Не видно больше ни рыб, ничего, что можно было заприметить, только неистовые волны, которые с силой бьются о скалы. Бэкхен с грустью смотрит вдаль.

— Дорогой Чанель, я знаю, пусть ты меня и не слышишь, перед своим полетом и приобретением свободы, я хочу сказать: если же случится так, что мы не встретимся снова, то вместе с моим последним прыжком я нежно произнесу имя моей любви - Пак Чанель - и, желая добра и счастья тебе и твоей жене, я нырну и постараюсь добраться до другого берега... Прощай, мой смысл жизни. Я люблю тебя. Не переживай, я больше этого не скажу..

Победа всегда достается морю. Оно глушит голос Бэкхена. Это конец. Вот оно, то самое дно. Он тонет.

The end.