Глава IV

Кира лежала рядом. Жалась к его груди, слушала биение сердца. Лев был отстранён. Ему дико захотелось закурить.

«Что ты лезешь?»

Он оттолкнул девушку и поднялся с кровати, попытался натянуть мокрые трусы, но запутался в них и упал. Кира хихикнула. Был уже поздний вечер. Выжав из себя все биологические соки, Лев провалился в глубокий сон и большую часть дня провёл в кровати. Кира заказала пиццу. Доставщик долго не мог найти эту забытую богом высотку. Пока ждал, Лев проголодался как волк.

Виктор напомнил о себе лишь раз: поинтересовался, когда Льва можно забрать домой, но Кира умоляющими жестами уговорила его остаться. Наверное, ей теперь кажется, что между ними любовь. Брат лишь многозначительно хмыкнул в ответ.

На самом деле сразу после произошедшего, когда Лев пробудился ото сна, он почувствовал себя очень паршиво, мерзко, как будто он совершил идиотскую ошибку. Состояние было такое, как будто утром вспоминаешь прошедшую пьянку, на которой ты не держал себя в узде. Кира была так податлива и безвольна. Лев не разрядился. Зря потратил время. По-прежнему напряжённый, он бесился, хотелось орать, крушить всё вокруг.

Лев включил телевизор и, бессмысленно листая каналы, вставил сигарету в рот. Щёлкнула зажигалка, огоньком злости во тьме комнаты. Лёгкие наполнились густым ядом, в голову приятно ударило.

Кира лежала на животе, прикрывшись простыней, очертания её тела были непривлекательными, как анатомический скелет. Льву показалось, что она вот-вот расплачется, он скривился и отвернулся.

На одном из местных каналов показалась ориентировка. Увидев её, Лев так и застыл с пультом в руке, открывши рот, из которого вывались сигарета. С экрана на него смотрела белокурая девушка, такая весёлая, не подозревающая, что ей предстоит пропасть без вести. Она вышла из дома в один из жарких майских дней и исчезла. Диктор монотонно перечислял, во что она была одета в последний раз. Лев с грохотом подскочил со стула и подбежал к телевизору, чтобы поближе разглядеть девушку в пикселях. В один голос с вещателем он проговорил:

– Особые приметы: родинки на правой щеке, возле носа и на подбородке, пирсинг в языке. — Льву явно увиделась сережка с рубиновым камнем. – Твою мать!

Он схватился за голову, которая затрещала, готовая буквально взорваться. Боль сковала движения.

– Что случилось?! Ты как будто призрака увидел!

Кира хотела подойти ко Льву, но он остановил её знаком «стоп» и согнулся пополам, его обильно вытошнило — содержимое желудка с вязкой белой слизью разлилось по полу. Кира испугалась, засеменила вокруг, от чего ему стало ещё хуже.

– Кира, угомонись. Прошу тебя посиди на диване.

Она не послушала, лезла в лицо с какой–то таблеткой, стаканом воды. Лев в ярости выбил его из рук Киры, стакан врезался в стену и разбился, со звоном разлетевшись на мелкие кусочки. Вода разлилась по полу, смешавшись со зловонной рвотой.

– Сядь! – рявкнул Лев.

Кира изумлённо отпрянула, послушно выполнив его приказ. Иначе было никак, его голос будто повис в воздухе звериным рычанием, сдавленным гулом. Бешенство душило Льва. Он смерил Киру злобным взглядом, борясь с желаем ударить её в лицо. Кира вся сжалась, казалось, она стала ещё меньше, совсем беззащитная. Лев выругался и стал надевать свою ещё не просохшую одежду, которую Кира заботливо развесила на сушилке для белья. Взяв пачку сигарет, он кое-как нацепил кеды, что просили каши, и, рывком открыв входную дверь, вышел в подъезд.

Выйдя на улицу, парень высоко запрокинул голову и вздохнул полной грудью.

Дождь прошёл, оставив о себе лишь напоминание в виде блестящих в свете фонарей луж. Пронизывающий ветер со свистом проносился между домов. Льва затрясло, и он поёжился, растирая плечи, чтобы сохранить тепло.

Миновав лесок, он побрёл в сторону автобусной остановки. Вокруг было тихо. Холод заставил людей скрыться по своим домам-муравейникам. Лишь проходя мимо окон, мерцающих светом, Лев отдалённо слышал звуки бурной жизни: звон тарелок, разговоры и смех.

Лев чувствовал себя опустошённым. Всё было бессмысленным.

За Киру он не волновался. Когда он посмотрел на неё, перед тем как уйти, она, жалкая и напуганная, неподвижно сидела, окружённая блевотиной, окурками и объедками пиццы. Неприятное зрелище. Грустный осадок никак не хотел уходить, хотелось помыться с мочалкой. Тереть себя до крови и ссадин. Льва тошнило от себя самого. Припадок ярости стал для него неприятным открытием, как искра, что погасла и оставила после себя едкий дымок. Лев не хотел так поступать, но перебороть бывшие повадки оказалось выше его сил.

Лев присел на лавочку, прикрытую козырьком, с которого падали редкие капли воды, и закурил. Ночной воздух помогал думать, рассудок потихоньку начал проясняться.

«Если я не хочу быть тем, кем являлся, но и не могу быть тем, кем себя вообразил, то зачем тогда жить?»

Увидев время на экране смартфона, Лев понял, что автобуса уже не дождётся. Денег у него не было, поэтому ничего не оставалось, кроме как звонить брату.

Виктор посмеялся непостоянству молодости и пообещал приехать как можно скорее, хоть Лев и не торопил его, радуясь уютному одиночеству и возможности всё обдумать.

Как такое возможно?! Она реальна! Живой человек, а не яркое, недосягаемое видение. Лев должен был узнать, кто эта девушка с ориентировки, она же героиня его снов. Увидев её лицо, он позабыл прочитать имя, но это не будет проблемой. Окружающие люди не так часто пропадают. Зачастую кажется, что это происходит где-то далеко, не в настоящей жизни и никогда не коснётся близких или знакомых.

Здесь была тайна, и она была очень близко. Лев должен во всем разобраться, и если он не был причастен к тайне исчезновения, то уж точно был как-то связан с этой загадочной девушкой.

Подъехавшая к остановке машина такси посигналила, и Виктор, задорно высунувшись из окна, закричал:

– Залезай!

Лев обрадовался, скорее больше от предвкушения снова оказаться в тепле, чем от того, что увидел брата.

– Ты опять закурил? Я думал, мы хотя бы с этим покончили.

– Я брошу, обещаю. А почему ты не поехал на своей машине?

– Устал. И так весь день за рулём. Ты уже раз сто говорил, что бросишь курить! – Виктор многозначительно хмыкнул. – Ну как прошёл день? Сдаётся мне, весьма плодотворно!

– Я раньше тебе тоже все рассказывал? – слова Льва прозвучали резко, но Виктор остался невозмутимым, похоже, это его нисколько не тронуло.

– Ну конечно. Я твой лучший друг. – Виктор поправился: – Ну был им, пока ты не спился.

– Почему тогда ты не знаком с Кирой?

– А что, стоило бы? – Виктор подмигнул.

– Нет, ты бы ничего не потерял...

Братья обменялись ехидными взглядами.

– Без шуток. Я поступил с ней как последний говнюк. Не знаю, что на меня нашло.

– Знаешь, есть такие женщины, с которыми должно поступать так, как они заслуживают. Не бери в голову.

– Она – нет. — Лев поморщился и потёр затылок. Он уже спрашивал у брата про друзей, но тот так и не ответил, переведя тему на алкоголь. – Слушай, всё-таки я повторюсь, помимо Киры, мне есть кого узнать поближе? Среди моего окружения ты не встречал девушки-блондинки? – Лев инстинктивно показал жестами невидимые длинные кудри. – Она красивая... – он мечтательно посмотрел вдаль, на секунду снова оказавшись в своих снах.

– Почему ты спросил?

– Кое-что вспомнил.

– Что именно, позволь поинтересоваться?

– Это допрос? Есть или нет?

– С белокурыми красотками я тебе никак не помогу. Ты не заметил, что у тебя одни девушки в голове? Половое голодание?

– Не без этого, – скептически заметил Лев. – Просто я начинаю вспоминать прежних знакомых, мне так кажется.

– Кровь кипит. К слову, доктор звонил, напомнил о завтрашнем приёме. Расскажи ему о своих чувствах.

– Ты ведь отвезёшь меня? Автобус — это пыточная.

– Окей, но обратно поедешь сам. Я тебе не такси.

– Хорошо, мамочка.

* * *

Вновь зайдя в свою комнату, скидывая отсыревшую одежду, Лев ощутил себя так, будто ушёл из дома очень давно и успел соскучиться по своему уголку, несмотря на то, что приобрёл его только вчера.

Первым делом он бросился к компьютеру, усевшись на стул прямо в «костюме Адама». Конечно, тот подходил Льву не так, как Виктору, но ему было наплевать. Пальцы лихорадочно застучали по клавиатуре. Как он и думал, найти ориентировку не составило труда. На полицейском сайте прилагалось больше фото. Одно из них поразило Льва: незнакомка была восхитительно прекрасна. Волосы завиты в крупные кольца, глаза сияют, блузка в тон идеально подчёркивает их лазурно-бирюзовый оттенок. Лев отметил, что её светлые брови почти неразличимы в дневном свете. Видно, девушка заливалась хохотом, когда её сфотографировали: улыбка такая широкая, очерченная ямочками у уголков губ. В руках — пластиковой стакан, кажется, в нём молочный коктейль. Ногти длинные, с классическим французским маникюром. Весь её облик излучал радость и красоту.

«Она в кафе: на заднем плане столики. Но кто фотограф?»

Лев долго всматривался в это живое фото, от которого будто излучался белый свет. Лев не испытал такого чувства даже от физической близости с Кирой. Тело его свело приятной истомой.

«Ева, Ева, ты мне так знакома...»

Лев провёл указательным пальцем по губам, облизал их. Прошёлся по комнате, чтобы хоть как-то избавиться от нахлынувшего возбуждения. Он почувствовал себя каким-то интернет-извращенцем, но остановиться не мог... Но самоудовлетворяться на ориентировку? Это был край...

Все предложенные новости по запросу были однотипными: «Если вы располагаете какой–либо информацией, сообщите по этому номеру», «Видели ли вы эту девушку?".

Кажется, следствие по этому делу не особо продвинулось. Добровольцы и полиция прочесали окрестные леса, водолазы исследовали все близлежащие водоёмы.

«Где же ты, Ева?»

Лев нашёл личную страницу Евы в соцсетях, онлайн она выходила два месяца назад. Все фото для поиска были взяты с личного аккаунта.

«Неужели доступ к нему не дал никаких зацепок?»

Некоторые пользователи оставили слезливые публичные сообщения вроде: «Ева, надеюсь всё хорошо, мы тебя ищем, вернись домой».

Как обычно, многие считают, что если девушка пропала, то она загуляла или вовсе сбежала, даже если это ей совсем не свойственно.

Лев сохранил все изображения с Евой на рабочий стол своего компьютера.

В личной информации Ева указала, что влюблена и учится в гуманитарном университете. Проверив геолокацию, Лев выругался:

– Чёрт, там же целый студенческий городок, колледж находится в двух шагах! Кира должна знать об этом.

Забывшись, Лев набрал её номер, но ответом послужили лишь длинные гудки. Отправив пресловутое «прости» по мессенджеру, Лев позвонил ещё раз, но опять тщетно.

– Корова! — Парень бросил телефон и завалился на кровать.

Матрас, как большая тёплая медуза, закачал его на своей поверхности.

«Виктор прав: я застыл, скован. Нужно подумать о себе».

Лев почувствовал гнетущую усталость от потрясения. Что ни день, то эмоциональный подрыв.

«Как люди реабилитируются после такого синдрома? Доктор должен помочь, иначе я сойду с ума».