Глава 4

Варлам стучится в триста первый, все еще крепко сжимая мою руку.

- Пусти! - пытаюсь вырваться я.

- Разве ты не хочешь узнать, что там случилось?

- Не хочу!

- Почему?

- Неинтересно.

- А вот мне очень интересно...

Дверь открывается. На пороге стоит Медведь. С перекошенным от злости лицом. И с налитыми кровью глазами.

- Это ты... - он бросается в мою сторону.

Я делаю шаг назад. Но Варлам крепко держит меня за руку. И командует:

- Так. Заходим. Разбираемся внутри. Ор не устраиваем.

Мы в номере.

Даня стоит перед нами. Вроде, живой. И даже здоровый. И красивый... Голый. В одном лишь полотенце на бедрах.

Я вижу, что кровать разобрана. Луж крови там вроде не наблюдается. Но подробностей мне издалека не видно.

Он что, так и не лег туда? Фух... Чувствую огромное облегчение.

А чего тогда орал?

Такой же вопрос возникает и у Варлама.

- Что за шум?

Михей смотрит на меня. И выпаливает:

- Она бешеная! Ее в психушку надо сдать.

- Что случилось?

- Да ничего. Иди. А ее оставь здесь. Я с ней сам разберусь...

- Э, нет. Так не пойдет. Это моя свадьба. И вы мои гости. Тут я за все отвечаю и во всем разбираюсь.

Мы с Медведем стоим напротив друг друга и молчим.

- Рассказывайте! - командует Варлам. - Оба.

И тут он медленно поворачивается к нам спиной.

Я вижу, что она вся в кровавых царапинах. У меня сводит судорогой низ живота. И резко кружится голова.

Что я натворила?!

Он прав. Я бешеная...

Но все-таки ему сильно повезло, что он в полотенце. А мог бы прям сесть на осколки своей упругой задницей... Хорошо, что не сел!

- Та-ак... - произносит Варлам.

- Она мне осколков в постель насыпала, - сообщает Медведь Волчаре.

Ябеда!

Варлам кому-то звонит, просит срочно принести аптечку.

Я сгораю со стыда.

- Очень больно? - спрашиваю Медведя.

- Невыносимо! - рявкает он на меня.

Я вся сжимаюсь.

Через пару минут в номер стучится водитель Варлама с аптечкой в руках.

Даня садится на стул. Варлам спокойно, с таким видом, как будто занимается этим каждый день, начинает обрабатывать порезы.

Он шипит и дергается.

- Что там?

- Ничего страшного. Просто царапины, - успокаивает его Варлам. - Что разбила? - спрашивает он меня.

- Бутылку от боржоми. Мелкие осколки я убрала.

- Грамотно, - кивает Варлам.

Я не знаю, куда деваться от невыносимой неловкости и стыда. Пытаюсь помогать Варламу. Но у меня все плывет перед глазами...

- Юль. Что на тебя нашло? - спрашивает он. - Я уверен, просто так ты бы такое не отмочила.

Я тоже в этом уверена! У меня были совсем другие планы на сегодняшний вечер. Я думала, мы с Медведем проведем его мило и романтично. А не вот так вот...

Но я не хочу ябедничать!

- Юль...

Варлам смотрит внимательно и сочувствующе. И я не выдерживаю.

- Он сказал, что на таких, как я, не женятся. Мол, такие, как я - для секса на одну ночь. Предлагал перепихнуться разок.

- Даня, ты бухой что ли? - удивленно обращается Варлам к спине друга.

- Нет, - бурчит тот.

- Что за нахрен? - возмущается Варлам - Малой, ты какого х... лешего девушек обижаешь? Да еще подруг мой жены. Я тебе сейчас сам стекла насыплю в ж... В физиономию.

- Ну погорячился немного...

- Извинись немедленно!

- Извини, Юля, - произносит Медведь.

Надо же, как он слушается Варлама!

- Извиняешь его? - спрашивает меня тот.

- Да... - выдыхаю я.

- А теперь ты извинись, - обращается ко мне Варлам.

- Я?

- Не, ну он, конечно заслужил трепку. Но стекло в постель... все же перебор. А если бы оно ему на х... на что-нибудь нежное попало? Нельзя так с мужиком.

- Извини, Даня, - искренне произношу я.

- Извиняешь? - спрашивает Варлам.

Медведь молчит.

- Даня!

- Да проехали. Сам нарвался. Я же не знал, насколько она бешеная...

* * *

- Все, - говорит Варлам, закончив обработку. - Жить будешь. Кровотечений нет, царапины неглубокие.

- А вдруг у меня заражение крови?

- Вряд ли.

- Может, она своего бешеного яда добавила...

- Она о тебе позаботилась. Убрала мелкие осколки. Цени это! - скалится Варлам.

- Она чокнутая!

- Ты ее обидел. Сильно.

- Словами!

- Юленька, тебе в детстве не говорили: обозвал тебя мальчик дурочкой, обзови его в ответ. А не откусывай ему голову...

Варлам откровенно хохочет.

Я вроде как чувствую облегчение. Все обошлось... Я натворила дел. Но без каких-то жутких последствий.

Но Даня, попробовав согнуться в разные стороны, начинает громко стонать.

- Может, ему скорую вызвать? - встревоженно предлагаю я. - На всякий случай.

- Не надо! - орет Даня.

- Медведь у нас панически боится врачей.

- Серьезно?

- Ничего я не боюсь! Не надо мне скорую. Все нормально.

- Так, - Варлам встает. - Я пошел. У меня без вас дел хватает.

Я следом за ним двигаюсь к двери.

- А ты останешься здесь.

- Что?!

- Видишь же, ему плохо. Присмотри за ним. Проследи, вдруг у него температура поднимется.

- Да ничего у меня не поднимется! - вопит Медведь.

- Уверен? - ухмыляется Варлам.

- Я с ним не останусь!

- Так. Тихо! - властно рявкает Варлам. И смотрит на меня - Я пошел. Ты остаешься с пострадавшим по твоей вине. Его жизнь и здоровье на твоей ответственности. Если что - зови моего водителя и везите его в ближайшую больницу. Тут недалеко. Меня не беспокоить!

Варлам выходит, закрыв за собой дверь.

А я стою спиной к Медведю и боюсь повернуться...

***

- Я, наверное, уберу осколки, - говорю я, пытаясь придать голосу уверенность.

И только после этого медленно оборачиваюсь. И тут же резко отступаю назад.

Потому что Медведь, который до этого сидел на стуле метрах в трех от меня, теперь оказывается за моей спиной.

Как он так незаметно подкрался?

А, главное, зачем?

Я пячусь назад. Он надвигается на меня.

- Может, я лучше пойду? - лепечу я.

- Нет, - совершенно спокойно произносит он.

Шаг. Еще шаг...

Я упираюсь спиной в стену. Дальше отступать некуда.

А он...

Нависает надо мной всей своей мощной устрашающей звериной массой. Я вижу татуировки на его груди. Вижу косые мышцы пресса - мощную букву V, основание которой прячется под полотенцем...

Он голый. От него исходит жар. И что-то еще. Что-то животное и жуткое. Запах... Он пахнет зверем. Диким, лесным, хвойным и немного цитрусовым...

- Что ты собираешься... - лепечу я.

Одна медвежья лапа упирается в стену рядом с моей головой. Вторая берет меня за подбородок.

Он смотрит в мои глаза. Ухмыляется. Его губы приближаются к моим...

Что он хочет сделать? Неужели поцеловать? После всего?! Вряд ли. А что тогда? Укусить? Сожрать без соли и перца?

Я не отвожу взгляда. Собираю в кулак всю свою смелость и уверенность. Я привыкла притворяться дерзкой! Я это умею.

А еще я в школе занималась самбо. Пусть всего пару лет, но несколько приемов освоила. И научилась выворачиваться из цепких лап противнка.

Я делаю резкое движение в сторону, освобождаюсь от не слишком сильного захвата, подныриваю под локоть и - оказываюсь за его спиной.

Медведь резко оборачивается, ошарашенно хлопая глазами.

- Ты просто змея! - пораженно восклицает он. - Такая юркая...

- А ты чего хотел вообще?

- Хотел проверить, насколько ядовит твой язык.

- Достаточно, чтобы попортить твою кровь.

Так. Хватит словесных баталий на грани. Надо перевести наши отношения в другую плоскость. Варлам сказал, что я ответственна за здоровье Дани... Что ж, он прав. Я натворила дел. И должна за это расплачиваться.

- Как себя чувствуешь? - спрашиваю деловым тоном.

- Отвратительно! - рявкает он.

- Надо тебе температуру измерить, - продолжаю я изображать деловую медсестру.

И роюсь в аптечке.

- Градусника нет, - комментирую я свои действия. - Надо его где-нибудь добыть. Но сначала я уберу осколки.

Иду к кровати, начинаю собирать куски бутылочного стекла и выбрасывать их в урну, которую нахожу под туалетным столиком.

- Ты мне обещала жаркую ночь, - вдруг раздается за моей спиной.

- Незабываемую, - поправляю его я. - И я выполнила свое обещание.

- Неужели?

- По-моему, это получилось вполне себе незабываемо, - бурчу я.

Стараясь быть корректной с пострадавшим по моей вине Медведем, не язвить и не дерзить.

- И, тем не менее, ты мне должна, - заявляет он.

Нет, ну что за человек! Я к нему уже крайние меры применила, а он все не уймется! Неужели все еще хочет одноразового секса?

- А ты сможешь? - не выдерживаю я. - Тебе же плохо... У тебя вся спина в порезах!

- Не переживай, я не люблю лежать на спине. Предпочитаю быть сверху. Желательно сзади.

Я в это время как раз собираю осколки с кровати. Стоя спиной к нему. Естественно, наклонившись. В своей узкой юбке с нереальным разрезом. И на высоченных шпильках.

Осознав это, я резко выпрямляюсь.

И невольно сжимаю руку, в которой как раз держу осколок. Блин! Порезалась.

Автоматически подношу порезанный палец к губам и слизываю каплю крови...

И ловлю такой взгляд Медведя, от которого кровь в моих венах вдруг превращается в кипящую лаву. А внизу живота все скручивается в маленький трепещущий комочек.

Никогда не испытывала подобных ощущений...

А Даня... Да что с ним такое? Почему он так смотрит? В его глазах просто полыхает жидкий огонь!

- У тебя жар, - говорю я.

- С чего ты взяла?

- У тебя глаза... больные.

Да, точно! Больные. Может, у него все-таки заражение крови?

- Может, проверишь? - ухмыляется Медведь. - Поцелуй меня в лобик. Для начала.

- Может, ты оденешься? - парирую я.

- Зачем?

Он снова надвигается на меня.

Мне сильно не по себе. Мне откровенно страшно! Одно дело дразнить Медведя в зале, полном народу. И совсем другое - остаться с раненым разъяренным зверем наедине...

Я думала, что буду ухаживать за больным. А он...

Надо уходить. Я планирую, как буду прорываться к двери. Делаю шаг в сторону. Но Медведь хватает меня за руку и дергает к себе. Я с разбегу впечатываюсь в него.

И в этот момент с него слетает полотенце...