Глава 48

Сидя верхом на Чонгуке, пальцами по татуировке на его спине вожу. Повторяю очертания змеиного тела, заканчивая на узком зрачке его глаза.

- Зачем ты ее набил?

- Не нравится? - спрашивает тихо, обнимая руками подушку.

- Нравится... Что она означает?

- Змеи в Японской мифологии символизируют успех и удачу.

- А парусник зачем?

- Чтобы не забывать, что опасность может таиться там, где ее не ждешь.

Обведя кончиком пальца смертоносные клыки, веду ладонями вверх вдоль позвоночника, шеи и запускаю руки в его волосы.Шумно выдохнув, он прикрывает глаза. Всегда скупой на эмоции и проявления чувств, сейчас откровенно кайфует.

- Я тоже татуировку хочу. Можно?

- Какую?

- Ошейник на шее и кандалы на запястьях.

Сказав это застываю. Кислород в воздухе тут же заканчивается, становится душно, как перед грозой.

Провоцирую снова, но страха нет больше, он закончился. Хочется сарказмом его своим оцарапать.

- Сделаем, если хочешь...

Перекинув ногу, я скатываюсь с него и вытягиваюсь рядом. Он, загребая меня рукой и ногой, сразу под себя подминает и прижимается к коже под ухом горячими губами.

- Не отпущу, Лалиса-а... Никогда...

- Я все равно уйду.

- Найду... верну... - бормочет, целуя. - Ты воздух мой. Без тебя Лютому не жить.

- Я домой хочу.

- Нет у тебя там дома. Твой дом рядом со мной. Запомни.

Я начинаю привыкать, свыкаться с этой мыслью, но какая-то часть меня упорно сопротивляется, требуя свободы.

- Мне страшно... - шепчу, водя кончиками пальцев по которому ежику волос на его затылке. - Я боюсь неизвестности. Что будет со мной через... пять лет?

- Мы будем вместе. Через пять, десять, двадцать лет, всегда...

- А если ты устанешь от меня? Отдашь в клуб? Как Карлин?

- Не устану, Лиса... только смерть сможет разлучить нас.

С этими словами накрывает мои губы. Прихватывает своими, облизывает.

- Красиво кончаешь, Лиса.

Жмусь ближе, ртом к основанию его шеи прижимаюсь, бешеный пульс ловлю. Плавая в остатках кайфа, жду его финиша.

Он кончает бурно. Словно это не третий его оргазм за это утро. Хрипит, стискивая мое тело до невозможности сделать вдох.Потом поднимается и сразу уходит в ванную, а я заворачиваюсь в измятое одеяло с намерением чуток понежиться, но незаметно для самой себя проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь уже после обеда. Голодная, но выспавшаяся и в прекрасном настроении. Чонгука нет, но я слышала, как он говорил по телефону утром. На вторую половину дня у него дела в городе.Принимаю душ, одеваюсь в теплый костюм и спускаюсь вниз в надежде, что после обеда на кухне осталось что-нибудь для меня.Резво бегу по ступеням и вдруг сталкиваюсь с поднимающимся на второй этаж Намджуном. Двигаясь с помощью трости, с трудом волочит поврежденную ногу.

- Здравствуй.

Мужчина, брезгливо сморщившись, не удостаивает меня ответом. Прижавшись спиной к перилам, ждет, когда я пройду мимо.

- Помочь? - предлагаю, заметив испарину на его лбу.

- Обойдусь! - буркает грубо. - Иди, куда шла!

Меня как волной смывает. Не люблю его. Не люблю и все еще боюсь. Наверняка, затаил на меня обиду и только и ждет возможности, чтобы поквитаться.Обедаю в одиночестве. Ни Лидии, ни Джису на кухне нет. Самостоятельно разогреваю для себя успевший остыть суп и кипячу воду, чтобы заварить чай.

После возвращаюсь в комнату за курткой и снова спускаюсь, чтобы сходить к Шерхану. Нахожу в холодильнике купленные специально для него кости и наливаю в миску немного супа.Предварительно выглянув в окно, надеваю капюшон, застегиваю молнию под горло и выхожу на улицу.

Светит яркое солнце, но ледяной ветер буквально сбивает с ног. Быстро переставляя ноги, семеню к вольеру и неожиданно замечаю около него Лину. Сидя на корточках у открытой дверцы, она гладит Шерхана по холке, пока тот увлеченно ест из миски.Вот те раз.

- Вижу, у меня объявилась соперница? - обозначаю шуткой свое присутствие.

Девушка резко оборачивается и слепит меня улыбкой, которую не успела спрятать за привычной маской отчужденности. Я даже теряюсь на миг, жалея, что нарушила их единение с щенком.

- Кхм... я покормить его приходила, сейчас уйду.

- Нет-нет. - тараторю, мотая головой, - не уходи! Я только рада, если ты будешь приходить к нему иногда.

Приняв обычное выражение лица, Лина отворачивается и снова принимается гладить песика. Я присаживаюсь рядом и ставлю рядом с ним еще одну миску.

- Сегодня у тебя двойная порция, парень.

- Сколько ему? - спрашивает она, подавив улыбку.

- Эмм... точно не знаю, но, наверное, уже полгода. Я его в начале лета совсем крохой взяла.

- У меня тоже собака была. - проговариет тихо, спустя небольшую паузу. - Мопс.Я навостряю уши и неосознанно двигаюсь к ней ближе.

- И? Что с ним случилось?

- Не знаю. Наверное, мать его выбросила или отдала кому-нибудь.

В ее голосе столько затаенной боли, что у меня тут же узел в груди затягивается.

- Лина... как ты сюда попала? Тоже из клуба?

Быстро оглядевшись по сторонам, она, пожалуй, впервые осмеливается посмотреть в мои глаза. Я перестаю дышать.

- Да. Меня привезли сюда из клуба.

- Боже... а там ты как оказалась?

- Меня мать туда привела.

- Что?!

- Не то, что ты подумала. - издает какой-то корявый смешок. - Она привела меня к отцу Лютых, Ши Хёку. Заявила, что я его дочь.

- Ты сестра Лютых?! - переспрашиваю ошарашенно.

- Она с самого детства говорила мне, что мой папаша криминальный авторитет. Что, якобы, у нее был роман с владельцем ночного клуба, в котором она работала танцовщицей. - проговаривает на одной ноте, словно не слыша меня. - Когда мне исполнилось восемнадцать, она привела меня к нему как его дочь.

- И что он? Поверил?

- Поверил на слово бывшей стриптизерке? - чуть заметно подкатывает глаза. - Нет, конечно. Он тогда был уже плох, сильно болел, но из ума еще не выжил.

- И что? Он сделал ДНК?

- Сделал. И выяснилось, что помимо Ши Хёка, у моей мамаши был роман с кем-то еще.

- Твою мать! - выдыхаю я.

Шерик, опустошив одну миску, переходит ко второй. Увлеченно лакает бульон, не догадываясь, о какой драме рассказывает сейчас Лина.

- Меня тут же выгнали взашей из этого клуба, но через два дня я вернулась туда сама и попросила взять на работу уборщицей.

- А твоя мама? Почему ты не вернулась домой?

- Чтобы она срывала на мне свою злость? Спасибо, натерпелась.

- И тебя приняли? Лютые?

- Приняли. Я там до смерти отца иэ проработала. Потом братья меня сюда перевезли.

- И тебя там. - вспоминаю историю Джису. - Не... принуждали?

- Нет. - одаривает меня насмешливым взглядом. - Там полно красивых эффектных девиц. Кому нужна такая, как я?

Проведя по лицу дрожащей рукой, поднимаюсь на ноги. Судорожно втянув промозглый воздух, выдыхаю его рыхлым паром.Еще одна поломанная жизнь. Рядом с Лютыми, вообще, бывает иначе?