Глава 16.

Тхам

Охваченный страхом и волнением, я не замечал ничего вокруг, лишь продолжал упорно давить на педаль газа и каким-то чудом объезжать машины и препятствия на пути к больнице.Справа доносились испуганные вопли Гойи, но даже они не могли заставить меня сбавить обороты.Словно в тумане, я доехал до больницы и, не став возиться с парковкой, сразу же рванул на ресепшен.

— Господин! — Орал мне вслед охранник.

— Извините, пожалуйста. — Гойя взяла ситуацию в свои руки. — Близкий человек в тяжелом состоянии.Можете припарковаться сами?

Я собирался бежать к лифтам, но толики здравого смысла заставили помедлить и подойти к рабочим на ресепшене, чтобы узнать точное расположение операционной.Не хочется тратить время на поиски, ведь мне до сих пор неизвестно в каком состоянии Ара и я попросту могу сойти сума и пережить нервный срыв посреди белоснежных коридоров.

— Можете подсказать, где сейчас Ара Тепсири?! — Сразу же выпалил я мужчине, сидящим за компьютером. — Её привезли совсем недавно.

— Конечно, минуту... — Слегка опешивший, он принялся копаться в базах данных.

— Что там? — Гойя подоспела к тому времени, как мне назвали точный этаж и коридор.

Не отвечая ей, я побежал к лифтам.В прочем, она не отставала от меня ни на шаг.Спустя томительные десять минут, мы оказались в нужном месте.У раздвижных дверей операционной стояли парни.Лица их были бледнее белого листа, а в глазах стояли слёзы.

При одном взгляде на Кавина, стало дурно до такой степени, что ноги подкосились и отказывались держать меня.

У них с Арой была особенная связь.Я даже не побоюсь сказать, что он был к ней намного ближе чем все мы вместе взятые — как никак их дружба тянется с самых пелёнок.Именно Кавин поспособствовал тому, что она присоединилась к нашей компании и получила титул «принцесса F4».До сих пор помню день, когда он вошёл в комнату с миниатюрной красивой девушкой, которая с виду была уверена в себе и ничуть не смущалась.Однако, сколько бы она не храбрилась,её выдавало то, как она крепко цеплялась за руку друга.Ту самую руку, которая сейчас перепачкана её кровью...

— Как Ара?! — Поборов онемение, я подбежал к другу и опустился на колени перед ним.

Кавин с трудом поднял голову и взглянул на меня совершенно пустыми глазами.

— Что с ней, Кавин?! — Не выдержав мучительного молчания, я потряс парня за плечи, чтобы привести в чувства. — Скажи уже хоть что-то!

— Повреждена печень... — Начал лепетать он.

— И?! — Я продолжал выпытывать у него информацию маленькими крупицами, что уже выводило из себя. — Объясни нормально!

— Нож пришёлся прямо на печень, что вызвало сильное внутреннее кровотечение... — Трясущимся от слёз голосом встрял в разговор Рэн. — При таких обстоятельствах, шанс на спасение крайне мал...

— Боже... — Испуганно ахнула Гойя.

— Нет... — Я покачал головой, будто моё отрицание способно отогнать Смерть с косой. — Она не умрёт.Нет...

— Врачи делают всё возможное для этого, но... — Рэн дал волю слезам и бессильно прислонился к ближайшей стене.

— Никаких «но»! — Взревел я, вскочив на ноги и вцепившись в рубашку парня. — Ара будет жить!И даже не смей сомневаться в этом!

Эм Джей подскочил к нам и кое-как оторвал меня от Рэна.Он тоже выглядел довольно потрёпанным и вялым — одна из причин почему ему так тяжко далось разнять нас.Возможно, ему хуже всех, — за исключением меня — ведь он был рядом с ней, но не сумел защитить.И я готов был разорвать друга в клочья за это.Мешали лишь мелкие крупицы здравого смысла, которые кричали о том, что он наверняка сделал всё, что было в его силах и не стоит взваливать ему на плечи такое тяжкое чувство вины.

— Давайте постараемся сохранять спокойствие... — Прохрипел Эм Джей. — Ради Ары.

Последние его слова подействовали на нас, как доза успокоительного.Все разошлись по разные стороны и, попутно вытирая слёзы, принялись усердно молиться за жизнь нашей принцессы.

***Прошло около часа или может больше...Точно не знаю, ведь я был слишком занят поглощением мрачных мыслей, которые так и норовили захватить моё сознание.Искошённое от боли лицо Ары...Её истошный крик...Кровь...Много крови.В какой-то момент дошло до того, что мне казалось будто ею перепачканы и мои руки, а от тяжелого железного запаха начинало мутить.

— Выпей. — Кавин сел рядом со мной и протянул бутылку минеральной воды.

— Нет, спасибо. — Я слегка грубовато оттолкнул его руку. — Не хочу.

— Как знаешь. — Вяло пожал плечами парень и сам сделал пару глотков.

С минуту мы сидели в тяжёлом молчании, оба погружённые в свои мысли, пока я не выдержал и не нарушил тишину вопросом, который мучал меня с самого начала:

— Как это произошло? — Полным холода и гнева голосом спросил я. — Кто это сделал?

— Ханна. — Коротко бросил Кавин, не спеша продолжать.

— Что за Ханна? — Нахмурился я, пытаясь вспомнить человека из нашего окружения, с этим именем, но тщетно.

— Девчонка, которая вечно ошибалась рядом с Арой и Гойей.

— Новенькая?

— Да не очень то и новенькая... — Буркнул мой друг.

— Что это значит? — Я слегка повысил голос, начиная терять терпение. — Объясни нормально!

— Эта ненормальная училась с нами в младших классах и сходила сума по тебе. — Начал рассказ Кавин. — После того, как ты её отшил, они с семьёй переехали в Америку, где она сделала кучу пластических операций, чтобы понравиться тебе...

— Чёкнутая... — Я покачал головой, не представляя как можно лечь под нож ради какого-то парня — особенно такого, как я.

— Да, она действительно чёкнутая согласно диагнозу врача. — Поджал губы парень. — И она связана с шантажистами Ары.

— Что..? — Я резко вскинул голову и удивлённо взглянул на друга. — Они действительно есть?

— Да, Тхам. — Слегка озлоблено ответил тот. — Возможно, ты никогда не примешь это, но все наши догадки оказались правдивы.

— Я...Мне казалось... — Слова вертелись на кончике языка, но мне никак не удавалось перешагнуть через свою гордость и огромное эго, будь оно проклято.

— Не утруждайся. — Одним жестом заткнул меня Кавин. — Я знаю, что ты жалеешь о том, как относился к Аре.

— Да. — Я тяжело вздохнул и опустил голову на колени. — Очень жалею. — Зарывшись пальцами в волосы, я сильно потрепал их, вымещая всё своё негодование.

— Не стоит так корить себя. — Друг в знак поддержки похлопал меня по спине. — Я конечно не оправдываю твоё свинское поведение, но её внезапное исчезновение причинило тебе немало боли.

Я откинулся спиной к холодной стене и собирался ответить ему, сказать, что меня действительно нельзя и не стоит оправдывать, ведь усомниться в такой большой, искренней любви, которая царила между нами с Арой — огромная ошибка.Вместо того, чтобы поверить в весь этот бред с отъездом и новым парнем, утопать в горе и копить в сердце обиду, мне нужно было первым же рейсом лететь в Корею и протянуть своей любимой руку помощи.

Хотел сказать всё это и больше, но мне не дал этого сделать врач, вышедший из операционной...

— Доктор, как она?! — Я резко подскочил со своего место и бросился к мужчине.Остальные собрались вокруг нас и, затаив дыхание, ждали вердикта.

— Операция прошла успешно! — Торжественно заявил он. — Было трудно, но мы сумели спасти госпожу Тепсири.

Все дружно завопили от радости и принялись обнимать друг друга.Я почувствовал как по щекам покатились слёзы радости, но даже не удосужился их смахнуть.В голове словно мантра крутилась лишь одна мысль: «Моя девочка справилась».Она боролась до конца.Сделала всё, чтобы не оставлять любящих её людей.

И я сомневался в этом прекрасном человеке...

— Я могу её увидеть? — Слегка осипшим голосом произнёс я.

Мне хотелось как можно скорее извиниться перед Арой.Крепко взять за руку и пообещать больше ни при каких обстоятельствах не отпускать её.

Однако, меня опустили с небес на землю и заставили повременить с этим.

— Она пока слишком слаба. — Слегка с сочувствием произнёс доктор. — Пару дней ей придётся погостить у нас в реанимации, где за её состоянием будет идти тщательное наблюдение.

Увидев наши расстроенные и в тоже время  обеспокоенные взгляды, господин поспешно добавил:

— Не волнуйтесь.Вы увидите её через 2 дня.

—Спасибо большое. — Рэн пожал ему руку и проводил до лифтов, параллельно — видимо — обсуждая детали операции и прочее.

Я же уселся на скамью и с счастливой улыбкой уставился вдаль коридора, воображая наш предстоящий разговор и долгожданное перемирие.

Вот только от моей радости не осталось и следа при виде знакомого силуэта, направляющего к нам...