4.

Сквозь веки вдруг бьёт яркий холодный свет. От удивления открываю глаза и едва успеваю сгруппироваться перед ударом об землю. Лечу кубарем с какого-то каменистого склона. Приземлившись, торопливо ощупываю маску. Целая, вроде. С радостью слышу пиликание в подтверждение этому: маска учла особенности атмосферы и готова подавать воздух. Я облегчённо выдыхаю.

Только сейчас начинаю осматриваться. Белое солнце неизвестной планеты нещадно жжёт такую же белую землю. Я задыхаюсь не из-за проблем с маской, а из-за жары. Как будто услышав мои мысли начинают работать насосы системы охлаждения, а линзы шлема постепенно темнеют, так что смотреть на всю эту «красоту» уже не так больно. Двумя проблемами меньше.

Вдалеке виднеется что-то похожее на хвойные деревья. По идее, там должна быть какая-нибудь жидкость, из которой можно синтезировать воду. В этом костюме была и камера синтеза! Как будто кто-то уже предусмотрел сценарий, в котором я оказался. Вряд ли. Наверное, этим дурикам-учёным так же скучно, как и нам. Вот и дорабатывают даже такие мелочи. В любом случае, спасибо им большое!

Сзади слышится громкий удар металла об землю. Оборачиваюсь со вскинутым лазером и пальцем на курке. К моим ногам катится человек в таком же массивном белом костюме. Остановившись, он так же судорожно начинает ощупывать маску, и вскоре с облегчением выдыхает. Я подаю ему руку...

Через пару минут нас было уже пятеро. Откуда-то я знал: они чувствуют то же, что и я. Они хватаются за жизнь не потому, что ценят её, что она для них имеет какой-то смысл, а потому что в ней наконец произошло что-то новое, что-то интересное. Здесь, на этой суровой планете у чёрта на куличках, наше существование не важно ни для кого. Как будто вся Вселенная хочет нас уничтожить, раздавить, пережевать и выплюнуть. Но неожиданно в нас, в тех, для кого вчера собственная жизнь была лишь фактом, с которым мы на время смирились, проснулся азарт, который теперь заставлял нас бороться за неё, как за нечто очень ценное.

Мы снова стоим на пороге неизвестного. Мы снова счастливы...

Ну вот! Уже рассвет! Звёздное небо без единой луны озаряет тусклый белый свет. Знал же, что надо набраться сил перед разведкой местности. Но нет, писателем себя резко почувствовал, Азимов хренов...