Глава 10 (Ч 2)

- Со мной нельзя так поступать! – Славский пришел в ярость, узнав о моём решении «расторгнуть» наши отношения. – Ты будешь моей девушкой, пока этого хочу я.

- Ошибаешься. Я не твоя собственность. Можешь рассказывать всё, что пожелаешь. Только знаешь притчу про мальчика, который кричал: «волки»? Не думаешь ли ты, что в смену показаний кто-то поверит?

- Мне плевать! – Миша пребольно сжал мою руку, и я оттолкнула его, что было сил.

Он зашипел и сдавленно охнул, присев на лавочку в холле. У меня было немного времени, чтоб успеть убежать, но я этого не сделала. Первым порывом было узнать, всё ли с парнем в порядке и я ему поддалась.

- Не тронь меня. Всё хорошо.

Рукав свитера немного приподнялся, пока его хозяин тер ребра. На коже красовался синяк.

- Ты что, упал?

Рука потянулась к отметине, но парень среагировал молниеносно. Он резко поднялся и грубо рявкнул в лицо:

- Не твоё дело!

Я его не боюсь, если он этого ещё и не понял. Воспользовавшись ситуацией, я быстро подняла свитер вверх. Мама дорогая! Да он весь покрыт синяками и ссадинами! Это кто ж его так?

- Я тебе что сказал?! – взревел Миша и поправил свитер.

- Это кто тебя так? Тебя что, били?

Славский ещё что-то грубое добавил и быстро засверкал пятками. Теперь становилось понятно. Не может быть человек таким злым сам по себе! Его ведь наверняка бьют, а он отыгрывается на других. Миша ведь даже разговаривать нормально не умеет. Он только грубую силу понимает.

Могла ли я оставить его в покое? Вполне. Однако, на следующей же перемене снова подошла и заговорила.

- Это отец делает?

- Знаешь, что? Отстань от меня. Я решил, что мне такая девушка, как ты, не нужна. Найду себе другую.

- Ты не должен это терпеть, - я вцепилась пальцами в мягкий свитер.

- Уходи!

Разговаривать с ним было бесполезно. Кстати, Миша действительно оставил меня в покое. Как и Настю. Его вновь вернули в команду по волейболу, и он стал готовиться к соревнованиям. Антона он тоже не трогал. Изредка отпускал нелепые шуточки, но мой брат и сам за словом в карман не лезет. Генетика.

***

Полгода спустя.

Выпускной вечер

Смех и радостные улыбки немного раздражают. Чего все хохочут? Весело им. Разве не понятно, что беззаботное детство ушло? Становиться самостоятельным не так уж и здорово. Попыталась изобразить подобие улыбки, не вышло. Мне было грустно.

- Получить свидетельство об окончании школы приглашается Самойлова Инга. Активистка, победительница олимпиад, гордость школы, отличница!

Директор вещала о моих заслугах, пока я поднималась на сцену, путаясь в полах длинной юбки. Выдавила из себя благодарную улыбку. Ярко накрашенные губы быстро шевелились и проговаривали текст. Разве кто её слушал?

Мне аплодировали, я изобразила реверанс, веселя народ, и вернулась на место.

- Классная фотка получилась, - Антон протянул мне фотоаппарат и счастливо зажмурил глаза.

Он выглядел потрясающе. Серый костюм сидел на подтянутой строго фигуре превосходно. И новая стрижка ему к лицу. Верка злобно сверкала глазами и поедала парня взглядом. Другие девочки тоже обратили внимание на внешнее преображение Антона.

Мы стали неразлучны. И последние полгода провели в обществе друг друга. Не скажу, но ссор и обид не было. Но мы старались говорить об этом и не закрываться больше.

- Ты же оставишь мне хоть один танец? – шутливо обратился ко мне братец, стоило на вечеринке, в честь выпускного, подойти ко мне парню из параллельного класса.

- Подумаю об этом, - неопределенно пожала плечами.

Хотелось собрать как можно больше теплых воспоминаний за этот вечер. Не скажу, что их было много.

Пришлось несколько раз толкать речь с подачи классного руководителя. Желать много всего-всего одноклассникам, их родителям и администрации школы. Танцевать с теми, с кем не планировала. Всё было не по идеальному сценарию. А ещё Славский вытянул на танцпол.

- Спасибо тебе за всё. Прости, что накричал за беседу с отцом. Понимаю, ты хотела как лучше. Он был в ярости, когда ты пригрозила всё рассказать своему бате. Но, знаешь, он больше не трогал меня, вот правда.

- Я рада, что смогла помочь.

- И мне хотелось, чтоб мы стали друзьями. Так можно?

А что я теряла? Ничего. На носу вступительные экзамены и переезд в другой город. Поэтому, я пожала плечами. Мол, как хочешь. Теперь наша война не имеет никакого значения.

Вдохнуть свободно я могла, только оставшись наедине с Антоном. Мы вышли на улицу и немного прошлись по душному парку, в центре которого располагалось заказанное для выпускного вечера кафе.

- Печально, - парень озвучил мои мысли.

- Да уж. Подумать только, столько лет прошло. А теперь всё нужно начинать заново. С чистого листа.

Ветер ласково трепал волнистые локоны волос и заставлял меня поправлять прическу рукой.

- Зато теперь мы сможем осуществить нашу мечту. Вот о чём ты мечтаешь?

- Не знаю, - горько выдохнула. – Хочу найти своё место в этой жизни. Это трудно. Понимаешь, я боюсь, что неправильно выбрала профессию. Что, если мне совсем не понравится быть журналистом?

- Разве это главное? – голос Антона кажется подавленным.

- А что важно по-твоему? О чём мечтаешь ты?

Парень замешкался. Он остановился и повернулся ко мне. Трудно было определить по эмоциям, о чём он думает. Но то, что его что-то мучает, я поняла ещё несколько недель назад. Только спросить не решалась.

- Чтоб ты не была моей сестрой.

Эта фраза не кажется мне понятной. Я испытала разочарование, ведь мне нравится его общество.

Антон сделал один шаг вперед и поцеловал меня в губы. Сказать, что я испытала шок, не сказать ничего! Мне хотелось убежать или провалиться сквозь землю. А если это кто-то увидел? Меня же на костре живьем сожгут!

- Больше не делай так никогда! Не смей!

И я убежала, вытирая со щек слезы. Не говорила больше ни с кем, не танцевала. А когда вернулась домой, то заперлась в спальне на щеколду.

Я не могла избавиться от болезненного ощущения, которое разрывало душу изнутри. Головой я понимала, что это отвратительно и противоестественно. Любить собственного брата. Но ничего не могла с собой поделать. То, что я старательно глушила целый год, вдруг прорвалось наружу.

Сон не шел, и я вдруг поняла, что не смогу встретиться утром в одном коридоре с Антоном. Или увидеть его за завтраком. А что, если родители заподозрят неладное? Стыд накрывал с головой.

Я наспех собрала чемодан с вещами, написала записку маме о том, чтоб она не волновалась и отправилась на вокзал. Внучка решила навестить бабулю. Да и деревенский воздух помог бы выздороветь. Ведь это болезнь и никаких сомнений нет. Во время поездки я рисовала в воображении лицо Антона, который узнал ранним утром, что меня нет дома. Что он не увидит меня теперь в ближайшем будущем. Он тоже должен «вылечиться».