41 Часть: Судно и нелёгкое решение для матери.

Всё бы ничего, но Антон начал чувствовать тошноту, Цисплатин, это лекарство, которое провоцирует тошноту, и не только это лекарство, именно поэтому, – Антону частенько капли препараты, подавляющие тошноту.

Но что его больше смущает, так – это то, что ему почти каждый час, или два, ему хочется в туалет, в большей части по маленькому, так как химиотерапия выводиться традиционным способом.

И вот, сейчас ему захотелось в туалет, он помнит слова отца:

–Антошка, захочешь в туалет, можешь даже не идти до уборной, я поставил рядом с тобой судно, можешь в него.

И сейчас, смотря на это приспособление, Антон краснеет как спелый помидор, он представил, как сидит посередине кабинета и выводит лишнюю жидкость в это самое – судно, как назвал отец.

━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━Судно – это чашка, обычно она бывает железной, чуть глубокой, пациентам при химиотерапии очень тяжело сдерживать себя, и в большей степени, они используют судно, так, как лишний раз шагнуть – это не их вариант. Судно используют не только пациенты, болеющие раком(онкологией) и проходящие химиотерапию, но и беременные, пожилые люди, так как у них недержание мочи.━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━

–Ну уж нет, кто-то ещё зайдёт.

Антон сразу же отказался от такой помощи, поэтому начал вставать сам, хоть и с трудом, предчувствуя, что в любой момент, – он может просто не сдержаться.

–Ух...

Шастун встал с койки и быстрым шагом направился в уборную, тоская за собой Порт-Систему, чувствуя, что вот-вот, – он не сможет сдержаться.

Но ему повезло, до уборной он успел добраться, судно ему не понадобилось, но это пока, ведь... Это лишь первые дни химиотерапии, жизнь покажет.

С лёгкостью в теле, Шастун вышел из уборной и направился к своей кровати, он аккуратно забрался на койку и закрылся одеялом, вздохнув...

Попов в это время был на утреннем обходе, проверял давление пациентов, узнавал их состояние, что их на данный момент беспокоит, ведь у него было много других пациентов, помимо Антона.

–Может сделать ещё одну операцию?

Спросила женщина, у её дочки была онкология, они уже делали операцию, но рука не переставала деформироваться, по ночам она плакала, из-за того, что не могла уснуть, рука сильно болела, из-за чего – ей делали обезболивающее.

–Хмм... Я думаю, что смысла нет.

Произнес Арсений, осматривая руку, которая вся посинела, одна рука была обычной, худенькой, а вторая вся вздулась, посинела, потяжелела, было невооружённым глазом видно, что хозяйке тяжело двигать рукой.

–А что вы предлагаете?

Спросила женщина, она не могла видеть, как её ребёнок содрогается от боли и плачет, она даже есть почти перестала, вся обессилила, в глазах не было той самой жизни, что раньше.

–Я думаю, что придётся ампутировать руку.

С тяжелым сердцем произнёс Арсений, посмотрев на женщину, которая поменялась в лице, рядом лежала девочка, она даже не вслушивалась в разговор, была как выжатый лимон и очень хотела спать.

–В-В смысле?!

Переспросила женщина, она и подумать боялась про такое, не то, чтобы на такое согласиться, по телу девушки побежали мурашки, она затаила дыхание...

–А что, хотите, чтобы онко-клетки проникли в печень? Тогда, ситуация только ухудшится.

Сообщил мужчина, ситуация и так была не из приятных, а если ещё в печень попадет, то пиши пропало, тогда уж, их ситуация будет крайне тяжелой.

–Доктор, нет другого выхода?

Спросила обречённо женщина, она никогда не желала, чтобы её дочь была инвалидом, но и потерять её боялась тоже, она не могла решить, что теперь делать, сердце словно разрывалось на части...

–Есть, это химиотерапия, но её нужно будет пожизненно капать, а это сильно истощает девочку, вы же видите.

Арсений взглядом показал на девочку, которая была совсем плоха, плоха в том смысле, что она на глазах разваливалась, сил ни на что не было, оставалось только лежать, по большей степени, ей капали глюкозу, чтобы лейкоциты не падали и держались в норме.

–Эх...

Женщина вздохнула, взглянув грустным взглядом на свою дочь, в сердце словно был тяжёлый камень, она не могла решиться на это...

–Ещё, онко-клетки могут попасть в печень, в лёгкие, тогда, – ей будет тяжело дышать.

Мужчина с сочувствием смотрел на девочку и на женщину, которая еле держалась, чтобы не заплакать...

–У вас есть шанс спасти её, это – ампутировать руку, иначе, в один день, может случиться не очень приятный исход, ведь...

Арсений тяжело вздохнул.

–В вашем случае, химиотерапия – служит как обезболивающее, она утоляет боль, чтобы она хоть немножко могла чувствовать себя живой, но так ведь продолжаться не может, вы должны решить, ведь это ваш ребёнок, и только вам решать, что дальше делать.

Мужчина встал, взяв медикаменты, он выдохнул и взглянув на неё, сказал:

–Вам принесут документ, это соглашение на ампутацию её руки, если вы согласитесь, поставите подпись, а дальше дело врачей.

Сказав это, мужчина пошёл к двери, слушая всхлипы женщины, та задрожала, взявшись за волосы, повторяя:

–Нет, нет, нет...

Конечно, даже если она и станет инвалидом, бросать её никто не станет, но всё же... Ей будет тяжело осознавать, что всю жизнь останешься инвалидом, есть конечно протезы, но это всё равно не то...