35 Часть: Цисплатин и Метотрексат.

–Пап, что с тобой?

Спросил обеспокоенно Тошка, увидев, как отец идет сгорбившись, держась за спину, он отложил телефон и перевёл на него внимание.

–Всё нормально, мой хороший, упал неудачно.

Отвертелся мужчина, подходя к сыну, он присел на край кровати и обнял его, прижимая к себе, он был его успокоением, его жизнью, после всех этих нервов, ему было очень важно пообниматься с Тошей, так как он продлевал тому жизнь своей улыбкой...

–Сильно ударился?

Вопрошает мальчик, обнимая своего отца, чувствуя его родное тепло, слегка улыбаясь, отмазка по типу:«Ударился неудачно» не сработало, только беспокойство возросло, ни капли мальчик не успокоился, а наоборот, лишь сильнее заволновался.

–Нет, что ты, всё просто прекрасно!

Уверяет его Арсений, чтобы тот не волновался, ему волноваться сейчас вообще противопоказано, поэтому пусть не задумывается ни о чем, кроме своего собственного комфорта.

–Ну, ладно...

Недоверчиво произнёс мальчик, но дальше расспрашивать отца не стал, он крепче обнял своего отца и уткнулся лицом в его плечо, вдыхая родной запах, закрывая глаза для большего удовольствия, ведь так он был более чувствителен и утопал в ласке, нежности своего любимого отца...

━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━Через некоторое время.━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━

–Цисплатин, Метотрексат, пока что ограничимся этим, посмотрим, если что, добавим, так как у него первая химиотерапия, нагружать сына я не собираюсь, постепенно добавим,, если будет нужно.

Перечисляет Попов препараты, которые будут вводить во время химиотерапии, такая химиотерапия будет вводится его любимому сыну.

–Начнём с Цисплатина.

Мужчина взял в руки прозрачную жидкость, на упаковке было написано «Цисплатин».

–Аня, сегодня я поставлю ему капельницу, а после, когда я буду занят, займёшься этим сама, хорошо?

Обратился он к девушке, та конечно же согласно кивнула, она понимала, что мужчина и без того сильно завален на работе, да и это входило в её обязанности, ведь как никак, – она медсестра.

–Отлично, я пошёл, Цисплатин и Метотрексат не смешивай, должно пройти время.

Обучает Арсений, ведь он был экспертом в своём деле, он был  одним из  востребованных врачей, он хорошо разбирался в своей профессии и хорошо относился к окружающим.

–Метотрексат ведь в уколах?

Спросила девушка, вытаскивая шприцы, посмотрев на мужчину, тот кивнул, а после вышел из процедурной, по пути думая, как он уговорит сына на этот несчастный укол? Истерики, крики, ой, что будет...

–Ааарс!

Протянул Матвиенко, увидев Арсения, который задумчиво шёл, держа в руках Цисплатин, направляясь в палату, к своему сыну.

–А?

Парень отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на Матвиенко, который быстрым шагом направлялся в его сторону, при виде своего братца.

–Ты чё раскис?

Спросил Матвиенко, приблизившись к другу, опустив руку на его плечо, идя с ним, держа в руках документы.

–Метотрексат.

Озвучил он название препарата, надеясь, что таким образом мужчина всё поймёт, но не тут то было, тот лишь вопросительно поднял бровь.

–Антону нужно вводить Метотрексат.

Уточнил Арсений, тяжело вздохнув, понимая, что его ждут нелёгкие дни, и так с этой нагрузкой устаёт, теперь, ещё и сына на укол каждый раз уговаривать, он так нервов не наберётся.

–Ебанный в рот, это же внутримышечно!

Воскликнул Матвиенко, понимая всю плачевность ситуации, осознавая, насколько будет тяжело и Попову, и Антону, так как одного колят, у другого нервы уходят, зная Тошку, он и на один укол соглашается через слёзы, а здесь, придётся ни один раз...

–В этом и дело.

Арсений провёл рукой по лицу, мучительно вздохнув, так не хотелось проходить через всё, хотелось лежать дома, в тепле, но увы, без этого было никак, хочет он того или нет, лечение обязательное, для его же здоровья.

–Да чё ты, всё нормально будет.

Подбадривает Матвиенко, хотя в душе понимает, что, легче козу на это уговорить, но ятрофоба – целое приключение, в их случае, – нужны звуконепроницаемые стены.

–Ага, я бы на тебя посмотрел, как ты ятрофоба на укол уговариваешь.

Буркнул Попов, закатив глаза, его подбадривания ситуацию никак не поменяли, рассказать Тоше о инъекциях нужно было, но Арсений боялся спровоцировать паническую атаку, но и не сказать нельзя, иначе он только сильнее обидит сына, уронит его доверие...

–А вот и уговорю!

Уверенно произнёс Матвиенко, он считал, что к каждому человеку есть подход, даже если он – ятрофоб, нужно только убедительно говорить, быть убедительными.

–Ну, пошли, и уговоришь.

Арсений пошёл вперёд, Матвиенко поплёлся за ним, думая, как начать разговор с Антошкой, как помягче преподнести эту «прекрасную» новость.