23 Часть: Последствия веселья, 2 часть: Не железные нервы Арсения.

–Папа...

Мальчик вытер слезу и посмотрел на отца жалостливо, надеясь, что тот его пожалеет, но увы, у Попова было не такое настроение

–С этим разобрались, а теперь объясни, что это?

Мужчина вытащил из кармана свой довольно дорогой телефон и показал Шастуну фотографию, на которой был изображён он! Что он там делает?! Шастун не знал, он не помнил.

–Я этого не помню...

Прошептал мальчик, опуская голову, ожидая, что отец опять будет на него кричать, он уже даже начал к такому привыкать, но сердце всё равно раскалывалось...

–Мгм, и что же ты помнишь, Шастун?

Спросил отец, убирая обратно телефон, угрожающе скрестив руки на груди, тут же возвышаясь перед мальчиком, хмуро глядя на него сверху вниз, от чего у мальчика мурашки бежали и сердце дрожало.

–Помню только то, что мы ели чипсы и пили... Ой!

Проболтался Антон, тут же закрыв рот рукой, он знал, что при онкологии нельзя есть химию, много сладкого, но в тайне от него любимого папы, он все равно покупал, он надеялся, что он никогда не просесечется, но сегодня он проболтался и этим кажется, только всё себе усугубил...

–Что ты сказал?

Голос Арсения стал тверже, он был в шоке, узнав, что его сын ещё и гнобил свой желудок всякой химией, пока его не было рядом, хотя ему уже было сказано даже не смотреть в сторону подобного, они уже говорили, что при его болезни, – подобное поедать нельзя.

–П-Прости...

Дрожащим голосом прошептал мальчик, опуская голову, испугавшись тона своего отца, задрожав, не успел он и понять, как оказался повёрнутым спиной к отцу.

–Ты ел чипсы?

Прошипел он сыну в ухо, мальчик вздрогнул, зажмурившись, молясь о том, чтобы его не трогали, сердце забилось чаще, в глазах застыли слёзы.

–Я у тебя спрашиваю.

Прохрипел отец, опуская руку, которая прошлась по ягодице сына, было не очень больно, но и не приятно, мальчик поморщился и вздохнул.

–Д-Да... Ай!

Мальчик почувствовал ещё один шлепок, он уже был сильнее предыдущего, даже не смотря на штаны, которые его защищали, было не очень приятно, рука причиняла парню дискомфорт.

–А я тебе что говорил?

Спрашивает отец, припечатывая каждый свой вопрос – ударом, вызывая у сына жалобный всхлип, тот укрылся руками рефлекторно, защищая свою пятую точку от очередного удара, не давая к себе вновь прикоснуться.

–Убери, иначе штаны спущу, и будет больнее.

Пригрозил мужчина, и он не врал, в этот раз он не со собирался бросать слов на ветер, сюсюкаться с ним, по крайней мере сейчас, при каждом непослушании – Попов был готов ему напомнить, что значит дисциплина, он понимал, что от части – он сам виноват в данной ситуации, так как позволял ему практически всё.

–Больнооо...

Антон всхлипнул, но руки убрал, перед отцом без штанов стоять не хотелось, хотя, он ведь врач, когда Шастун болел, – Попов часто колол ему ему уколы, а они делались внутримышечно, значит, – в ягодицу, следовательно, Попов там всё уже всё наизусть запомнил, у них все было одинаково, оба мужчины, одни органы, только у одного на порядок больше, чем у младшего.

–Больно, и будет больно, так и должно быть, это ведь не поглаживания по головушке, это наказание.

Мужчина повернул сына к себе лицом, видя его заплаканное личико.

–Запомни, Антон, у всего есть предел, я лечу тебя, пытаюсь поставить на ноги, а ты мне отвечаешь тем, что пьёшь и травишь свой организм всякими химикатами, думаешь мне от этого приятно? Думаешь, мне легко? Были дни, когда мне хотелось умереть, когда я видел слёзы на твоих глазах, сколько раз у меня болело сердце, когда мы с тобой ходили на процедуры! А я тебе этого показывал?! Нет! Потому, что ни один любящий родитель не покажет слабины перед своим ребёнком, когда тому страшно или тяжело, я ставлю твои чувства выше чем свои, ни один раз я не показывал при тебе даже одной слезинки! Думаешь мне реветь не хотелось?! Хотелось, даже сейчас хочется!

Кричит Арсений, он больше не мог в себе этого держать, ему обидно, обидно, что его ребёнок не понимает, что губит самого себя этой выпивкой и этими чипсами, те самые старания, потраченные нервы, ему плевать на всё это? Столько было бессонных ночей, когда Тошка спал, а Арсений следил, лишь бы он был в порядке.

–Думаешь, мне сейчас легко на тебя кричать? Нет, но я больше так не могу, Антон! До сих пор я молчал, позволяя тебе творить всё, что заблагорассудится, я никогда не позволял себе относиться к тебе со строгостью, боясь, что ты меня не будешь любить, считать за лучшего отца на свете! Думаешь, мне хочется тебя наказаэывать? По твоему это мне в радость? Вот, представь, человеку вонзили в руку что-то очень острое, это ведь больно?

Антон внимательно слушал, затаив дыхание, вытирая свои слёзы, мальчик кивнул.

–Мне в десятки раз больнее, чем тому человеку, потому, что я твой отец, Антон.

Арсений тяжело вздохнул, отводя взгляд, незаметно вытирая слезу, он продолжил:

–Хочешь ты того, или нет, я отучу тебя от вредных привычек, таких как чипсы или алкоголь, потому, что это вредит твоему здоровью, а здоровье, это – жизнь! Понимаешь? Ты единственный человек, которого я люблю больше всего на этом свете, и я не позволю тебе умереть! Дважды я терял дорогих людей, больше не смогу этого вытерпеть...

Арсений почувствовал боль в своём сердце, он почувствовал тоску по старшему брату и по Майе, вспоминая их лучезарные улыбки, душевные беседы за столом и чашей кофе...

–Если я узнаю, что ты взялся за алкоголь, чипсы, или не Дай Бог – сигареты, я возьму ремень, Антон, будь уверен.

Пригрозил мужчина, показывая пальцем, тыча на него, Антон сглотнул, он опустил голову и кивнул, тому стало ещё страшнее, но в глубине души он радовался, что отец всё ещё любил его...

–Иди в комнату.

Приказал отец, мальчик убежал к себе, чувствуя как к глазам закатывают слёзы, он перешагивал через ступеньки, думая, какой же он глупец...

Арсений вздохнул и пошёл на кухню, набирая воды в стакан, он взял таблетку валерьянки и выпил, пытаясь успокоиться, тот слишком перенапрягся, сердце болело...

━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━Что ж, вот и закончилась данная глава, жду ваши отзывы, родные! kir_wkss Ваше пожелание я помню, золотой человечек, как только мы дойдём до шестнадцати, или пятнадцати лет, я выполню его, обещаю, просто, сейчас мы дошли только до одиннадцати😅, спасибо вам всем, что читаете, люблю и обнимаю!🤍