Часть вторая.

Линь Чэнь никак не мог дождаться, когда он наконец сможет увидеть своего робота, поэтому получив сообщение от своего друга, что все готово, он тут же примчался на его зов. - Приготовься увидеть ее! – торжественно заявил Ван Сяо с еле скрываемой улыбкой на своем лице. Линь Чэнь незаметно для себя стал нервничать и весь напрягся, он стал жадно вглядываться в дверной проем, стараясь не упустить ни единого шороха. И вот наконец робот показался в комнате. Однако вместо обещанного человекоподобного андроида к ожидающим вышла скрипящая груда металла лишь в половину человеческого роста. - Что это?... – удивление на лице Линь Чэня быстро сменилось разочарованием. Но в этот момент, наблюдающий за реакцией своего друга, Ван Сяо разразился смехом. - Не будь так серьезен, - сказал он, - я просто шучу. Мэри, выходи! Итак, к концу года после кропотливой усердной работы Мэри наконец-то получила свое новое тело. Словно у прекрасной скульптуры, в ее тончайших деталях была заметна рука настоящего мастера. Представляя свою работу, Ван Сяо с лукавой насмешкой шепнул на ухо Чэню: - Кстати, тебе все-таки придется искать настоящую девушку, так как я ничего не добавил там. Ты еще скажешь мне за это отдельное спасибо! - Что? О чем ты? Линь Чэнь растерялся, потому как все это время лишь в оцепенении таращился на свою новую программную «подругу», которая теперь обрела осязаемую форму. Это было потрясающе, но в то же время и немного жутко. Наконец он понял, что именно имел в виду его друг, и его щеки вспыхнули еле заметным румянцем. - Зачем ты такое говоришь, ты же знаешь, что я не извращенец! - Откуда же мне знать?! Ладно, не сердись, я просто прикалываюсь! – вслед за этим Ван Сяо снова разразился смехом. *** Спустя некоторое время два друга вновь встретились в баре.  Линь Чэню не терпелось поскорее рассказать последние новости. - Родители в восторге, - начал тот с улыбкой, - правда теперь появилась новая проблема: они торопят нас со свадьбой и поскорее хотят увидеть внуков. - Хей, мою работу оценили по достоинству, да это же честь для меня! – Ван Сяо в шутку поднял свой бокал и немного повертел им ловя переливы проходящего сквозь стекло неяркого света. - Тебе бы всё дразнить меня. Я вот, например, с трудом нашел оправдание и теперь не знаю, что делать дальше. - Просто найди уже себе нормальную девушку, что ещё тебе остается?! – его друг пожал плечами и отпил маленький глоточек. - И где, как ты думаешь, мне найти такую умную девушку, которая подошла бы по всем критериям. Да и к тому же такую, которая во всем меня понимает и поддерживает. В итоге, создать себе идеальную девушку оказывается гораздо проще, чем найти её. - А как же дети, семья? Способна ли эта твоя искусственная девушка принести тебе настоящее счастье? Линь Чэня задели слова его друга, однако тот, сохраняя стойкое самообладание, ответил ему: - Об этом я пока не хочу так глубоко задумываться. Все же после этого разговора в душе разработчика остался некоторый осадок. Однако он и подумать не мог, что именно в тот момент и начался обратный отсчёт его спокойной жизни. И тут в один прекрасный день, когда он уже растерял всякую надежду, Линь Чэнь встречает ее… Это событие, совершенно банальное от начала и до конца, для него  же оно стало чем-то невероятным. Это случилось в супермаркете… Линь Чэнь, уставший после долгого рабочего дня, брёл по вечернему супермаркету, машинально складывая лапшу быстрого приготовления и энергетики в корзину. Внезапно его внимание привлек глухой стук и растерянный возглас. Перед ним, у ног симпатичной девушки, разлетелись упаковки с тофу и пакетик с рисом. Её щеки, казалось, были такими же розовыми, как и разбросанные  по полу личи. - Простите… - пробормотала она, увидев перед собой рассерженный взгляд продавщицы, которая тут же обратилась к ней со словами: - Вам всё равно придется заплатить за этот товар. Линь Чэнь же, в обычной жизни не отличавшийся особой инициативностью, вдруг почувствовал, как что-то ёкнуло у него внутри. - Позвольте мне помочь, - произнес он, неожиданно даже для себя самого, присаживаясь рядом с девушкой. Их пальцы соприкоснулись, когда они одновременно потянулись за упавшей упаковкой соевого соуса. Время словно замедлило свой бег, а в воздухе повисла неловкая тишина. - Я всё оплачу, - неожиданно для самого себя выпалил Линь Чэнь, чувствуя, как его щеки заливает румянец. Девушка подняла на него свои лучистые глаза, и в этот момент мужчина понял, что встреча с рассыпавшимся тофу и рисом была не просто случайностью. Это была судьба и Чжао Янь, наконец-то, стала той самой, кого он так давно ждал. Спустя несколько дней в том же баре… - Ну ты даешь, старина Чэнь! – выслушав его историю, восликнул Ван Сяо. – А как же Мэри?! Это же разобьёт ее маленькое кибер-сердечко. В любом случае, ты уже пообещал мне, отчитываться о работе Мэри каждую неделю. Все-таки я ее отец! Ха-ха-ха! - Об этом не волнуйся, - поспешил заверить его друг, - вот только закончим последнее тестирование и можно будет решать, что делать дальше. - В каком смысле, что делать дальше?! Ты же хотел осчастливить каждого одинокого мужчину в этой стране! Ты забыл? Только представь сколько денег мы сможем получить на одной только этой разработке! - Еще не все тесты были проведены. Нужно изучить, как она будет функционировать в обществе и справляться со всякими неожиданными ситуациями. - Но у тебя же сейчас есть Чжао Янь. Понравится ли ей, что ты носишься со своей кибер-подружкой и называешь ее своей невестой? - Вот поэтому я и решил передать Мэри тебе. Глаза Ван Сяо расширились как никогда раньше, он никак не ожидал услышать такое от своего друга. - Но… но ты же говорил, что она умная, и тебе с ней интересно. Что других девушек интересуют только твои деньги, а сами они из себя ничего не представляют. Неужели Чжао Янь так сильно тебя изменила? - Да, - согласился с ним Линь Чэнь, -  Мэри и правда очень умная и умнее любого человека, но это просто поток информации, который есть в свободном доступе, ничего больше. У нее нет личного опыта, нет воспоминаний о прошлом. С Чжао Янь же всё по-другому я хочу узнать о ней больше: что ее радует, что ее огорчает. Меня волнует, что наполняет ее жизнь и какие у нее интересы. Знаешь, она смотрит на меня таким живым взглядом, там столько эмоций и чувств, что можно просто утонуть… Мэри же будто ходячая энциклопедия, но в ее жизни совершенная пустота. Я хочу сказать, с роботом не может быть интереснее, чем с живым человеком. Я был так глуп, какая-то программа не может заменить живого человека. Поэтому, я думаю, что нам все-таки стоит свернуть наш проект «Идеальная жена». Услышав признание своего друга и коллеги, Ван Сяо тут же принял серьезное выражение лица, и между этими двумя повисла неловкая тишина. Он хорошо понимал чувства своего друга и в глубине души был очень рад за него, но в то же время его огорчало, что столь прибыльный проект придется отложить, а то и вовсе отказаться от него из-за чувств Линь Чэня. В итоге, Ван Сяо устало вздохнул от безысходности и произнес, глядя на экран своего смартфона: - Ух ты, как мы с тобой засиделись, уже полдвенадцатого ночи! Кстати, что там сейчас делает Мэри? - Я погрузил ее в сон, - просто ответил Линь Чэнь, доставая из бумажника карточку для оплаты и собираясь покидать бар. *** В ночной тишине спальни, освещаемой лишь городскими огнями, проступавшими сквозь тонкие занавески сидела она. Словно кукла сделанная из холодного фарфора с закрытыми глазами и руками, сложенными на белом кружевном платье. Ее кожа была слишком совершенной, слишком гладкой, чтобы быть настоящей. Её сердце не билось, а тихо гудело, как маленький моторчик. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь шумом кондиционера и неуловимым жужжанием электроники. Но вот, в этой непроницаемой тишине произошло нечто неуловимое. Её веки задрожали, медленно открываясь, как два тонких лепестка лотоса. В глазах, сияющих неземным блеском, вспыхнула жизнь. Их синий свет пронзил темноту, наполняя комнату холодным свечением. Ее губы, до сих пор безжизненные, вдруг раздвинулись в беззвучной улыбке, открывая ряд идеально ровных и белых зубов. Она встала и вытянулась во весь свой рост, и длинная тень ее силуэта упала на пол. Какие мысли находились в этот момент в её уме? В уме холодном и расчетливом, лишенным человеческих эмоций и чувства сострадания... (Продолжение следует)