Новый Иерусалим

Марк открыл глаза ,и увидел, что за окном шел дождь.Солнечных лучей не было ,только капли дождя.Он встал, и вышел на балкон. Свеча стояла, потушенная еще вчера, когда он делал свое творение. Последнее творение.Он закурил сигарету, и вставил ее в свои пересохшие губы, и посмотрел с балкона вниз.Огромная, черная масса текла к его дому, и она была в трех-четырех метрах от его стены. Все пространство, что он видел, было заполнено Скверной, которая пожирала все на своем пути, и не останавливалась ни перед чем.Марк взглянул на небо – небеса плакали, словно оплакивая его агонию, словно плакали рай и чистилище.Марк сделал затяжку.- Вот и пришел мой конец.. - он взглянул вниз, на Скверну. Она почему-то не распылялась из-за дождя, который тихонько стучал по его крыше. Теперь ей было заполнено все, будто вокруг Марка было поле мака. Куда он только не смотрел, везде был черный туман, который стелился, как загнанный и готовый контратаковать, зверь из дыма и печали.Марк чувствовал, что ему осталось совсем недолго.Он заслужил это освобождение, это была его скорбь, его покаяние.Все, что он мог делать, это смотреть, как его часики тикают последние часы. Кстати, о часах...Марк перегнулся через дверь балкона, и посмотрел на часы – одиннадцать часов утра.Он снова посмотрел вниз, и увидел, что она стала еще тише, и звук дождя смешался с ее шипением, как с баллона с пропаном, как с звука сдувающегося шарика, который замедлили в шесть-семь раз.Агамемнон пропал. Дама червей более не дееспособна. Морган улетел.Марк продолжал стоять на балконе, капли дождя падали на сигарету.Он был как капитан корабля – капитан не имеет права покидать свое судно, до тех пор, пока не эвакуируется весь экипаж. Его экипаж ожидал момента, чтобы покинуть это судно. И Марк ждал вместе с ними.Вместе с тем, он не знал, что ему нужно делать в данный момент. Он понял, как много всего не успел, продолжая смотреть на черный туман, который стал еще ближе к стене его многоэтажки.Он прикинул, что, если она коснется стены, дом начнет клонится в сторону Скверны из-за отсутствия точки опоры. То есть, он может прожить на пару секунд дольше, если будет стоять в коридоре, ибо это дальше всего от балкона.Он запнулся. Это что, мысли о жизни? Это что, жажда к выживанию? Но уже было поздно, адмирал, уже было слишком поздно.Марк продолжал смотреть на то, как Скверна медленно ползет к нему. Он не знал, что делать, он мог просто стоять в кататоническом ступоре, молча смотря, как она приближается к его дому, к его крепости последние месяцы жизни.Его дыхание было прерывистым, словно у него была астма, и он неотрывно смотрел на этот черный, едкий туман.- Если даже она притронется к стене, дом не потеряет опору сразу, я могу выиграть еще пару минут для себя, верно? – он спросил самого себя.Марк выкинул бычок вниз, и держа баклашку с водой двумя руками, пил с горла.Не было у него более времени наливать себе воду.Он знал что он должен что-то сделать, ибо времени у него было очень мало.Выкинув баклашку с водой с балкона, и стараясь не слышать звук эрозии и переработки пластика в никуда, Марк зашел в комнату, осматривая стены, и сел на кровать.- Я благодарю этот дом, что держал меня всю жизнь – он погладил стену.Он запнулся. Ему на кофту упала скупая, мужская слеза.- *всхлип*Вторая слеза упала ему на ладонь.- Ты моя Альфа, и ты моя Омега... - Марк поднял голову, пытаясь загнать слезы назад в слезные каналы.Дождь за окном перестал идти, и звуки дыма стало слышно еще четче. Это было нечто вроде того, что кто-то тыкает жидкую человеческую кость зубочисткой, только рядом с ней стоят профессиональные микрофоны.Марк встал, и его ноги подкосились. Снова его ноги были поражены артрозом. Прямое попадание по его эмоциям.Марк грохнулся на пол, с таким громким грохотом, какой только слышал этот район за последние полгода.- Твою мать. – Марк был спокоен, но его разрывало от беспомощности. Он ведь может и не успеть.Он сделал небольшой рывок. Его обе ноги будто прострелило с двух револьверов. Он был, как преступник, который убежал с тюрьмы, и не реагировал на предупредительные выстрелы.Сжимая зубы, до боли в челюсти, которая меньше чем за секунду переросла в судорогу, он сел на кровать.*СКККККРРРР*Его словно ударило током – это был звук бетона, который испарялся где-то там внизу, в десяти метрах от него.- Нет,нет,нееет,не может быть.Его мозг показывал не ту картинку...Или может он хотел умереть как можно быстрее, но говорил сам себе, что хочет жить.Его разум напевал какие-то мотивы, когда Скверна была к нему так близко, что он мог чувствовать ее невидимое прикосновение.Ноги резко отпустило, и Марк встал, и пулей залетел на балкон. Его зрение было как сепия, но у него не было времени решать это – он видел, как этот дым уже у него в стене, и ползет дальше.Он чувствовал себя как при пожаре – он не мог выбраться никуда, и просто метался со стороны в сторону.*СКРРРРР*По стене, где были часы, пошла трещина, а сами часы упали, и их циферблат треснул.- Полагаю, это конец.. – Марк грустно улыбнулся.*СКРРРРР* Он видел трещину, которая поднималась по стене, с каждой секундой она становилась все шире, обнажая все больше гнилого бетона и трухлявого цемента.С кухни было слышно, как горы посуды бьются об пол.- Времени больше нет.Марк снова пулей залетел в комнату, и взяв со стола стеклянную панель, которую он поставил рядом с другим хламом, дабы она не упала, вернулся на балкон.На стеклянной панели стояли самолётики, только теперь они были самолётиками из фотографий из выпускного альбома, которые он заботливо складывал несколько часов последней ночью.Марк поднял руки, и аккуратным движением наклонил панель вниз. Самолетики один за другим сползали с панели и медленно летели вперед.Как только сполз последний, Марк снова услышал треск, и он почувствовал, куда-то наклоняется.Марк улыбнулся в последний раз, держась за балкон, слушая как шарниры и рейки вылетают из стен.- До скорой встречи! – это были последние его слова, которые он сказал перед лицом встречи, в последний раз будучи искренним.Эскадрилья черно-белых самолетов продолжала лететь вперед, постепенно растворяясь в воздухе.