Глава 1, Мы всегда играем, чтобы выжить

12.06

Pov: Мишель Анневская «Как же скучно!» «Ааа, когда же этот концерт закончится?» — эти мысли уже час крутились в моей голове, пока я сидела за столом, где заключают договоры и перемирия во всех мирах. Эти перемещения сквозь миры, так утомляют. С чего это вообще началось, что я оказалась за столом со своим отцом, Беном и кучей незнакомых мужчин? Наверное, когда отец пришел и сказал, что мне пора заканчивать ничего не делать и взяться за ум... Или когда Маттео пригласил меня на свидание, чтобы все начать с самого начала, а я сбежала от него... Или когда я выпроводила Алека и поняла, что с прошлым покончено, и мы с Олей остались одни... Или когда я впервые стала той холодной стервой, за которую меня сейчас принимают все. Не знаю, это слишком сложно для шестнадцатилетнего подростка с кучей гормонов. — Мишель, а ты что думаешь? — спросил отец, прервав мои раздумья от скуки. Вообще я сама просила его взять меня с собой на это собрание старейшин всех миров. Наверное, в тот момент я даже не думала на что, подписалась, и моей главной задачей- было сбежать подальше от мамы, Оли, Маттео и себя самой. Отец и Бен пытаются заключить договора со всеми, чтобы набрать силу и дать отпор восставшим. Мне даже вначале было интересно их слушать, но потом все начали жаловаться на свои проблемы, как их можно решить за наши деньги, и потеряла к ним интерес. — Мне сказать как есть или в более уважительной форме, чтобы все остались целы? — уточнила я у отца. Обычно, когда не срабатывает тактика «мир по нашим правилам» мы-Анневские используем тактику-«угроза и мир по нашим правилам». — Как есть, — махнул рукой отец, и я поняла, что он задумал, сжав в руке клинок-«подделку клинка демонов». — Мы не будет слушать эту малолетку! Что она вообще забыла здесь, на собрании, где решают все мужчины? Женщинам нет места в политике! Уберите ее, если вы хотите мира, конечно? — кажется, это произнес старейшина мира, где обитают существа похожие на драконов-горилл. Поднявшись со своего места, я медленно обходила стол, с презрением смотря на каждого из них, и подойдя к моей цели, я остановилась и сказала: — Наличие полового органа между штанов не говорит о том, что вы умнее женщин. Потому что с самого детства ваши дорогие мальчики играют в войны и машинки, ничего больше не умея? Когда же девочки манипулируют мужчинами уже с детства, а играя в куклы, и случайно отрывая им головы, смеются. Ведь на их невинную внешность никто даже не посмотрит. А еще достаточно одного милого взгляда, и вы мужчины уже падаете у наших ног. Вы недооцениваете женщин, но еще больше вы недооцениваете Анневских. Ведь мы никогда не выделим деньги на ваш корм-свиней и новые дома чиновников. Старейшина попытался встать со своего места, но я призвала силу и посадила его обратно, сжав при этом его плечо, и посылая адские боли в его тело. Моя сила снова начала выходить за рамки, и поэтому я чуть не убила старейшину от количества боли. Но несмотря на это, он мужественно терпел и старался не показывать свою боль, когда все его лицо было искорежено от страха. Поняв, что я натворила, я отпустила мужчину, и тот громко выдохнул. — Не советую вам вставать, а иначе... — А иначе что? Убьете нас? — заговорил мужчина, сидящий напротив меня. — Нет, зачем? У вас нет армии, нет денег, ваш народ голодает уже десятки лет, и вы думаете, что они не переметнутся к нам при первом же нашем появлении? Ваш голос ничего здесь не решает, потому что в это время наши люди уже заключили с вашим народом договор о заключении мира и помощи в борьбе против восставших. Да, чуть не забыла, ваши семьи, они находятся у нас, поэтому подпишите бумаги, и закончим эту формальность. — Нет, а мы не подпишем бумаги, пока не получим свою сумму, что указали ранее! — запищал какой-то карлик в конце стола, и я закатила глаза. — Неужели всем не жалко своих будущих наследников и жен? Я разочарован в вас, господа! — с пренебрежением произнес Бен. После его слов выскочила маленькая дымка и показала каждому из старейшин, то чего они больше всего боятся. Новая разработка нирманакайев. Моя задача была с самого начала их запугать-семьями и народом, чтобы ни думали только о них, и у меня это получилось. Дымка показывала, как мы пытаем семьи и как их народ переходит на нашу сторону, и это все сделала обычная манипуляция, не более.

После увиденного все моментально схватились за бумаги и начали подписывать договор, даже не читая условий, что подготовил для них отец. А подготовил он очень жестокий договор, обязующий их каждый месяц поставлять все минералы и все железо. Если же хоть какая-то будет задержка с поставкой, то вся их власть переходит моему отцу. И самое интересное-что об этом пункте Бен даже не догадывается. Мы заинтересовались этими мирами, только, потому что их руды по качеству в сто раз лучше наших, и отец в будущем будет переправлять их минералы себе на заводы и развивать фабрики. Но несмотря, на это мы будем помогать народу этих миров, чтобы тем легче жилось. Ведь наша медицина и техника поможет им в работе и в развитии–это, кстати, уже была моя идея помочь другим. Отец был с самого начала против, но позже не смог противостоять собственной дочери в желаниях. — Рад, что мы наконец-то это сделали, ведь теперь вы больше нам не нужны. — холодно сказал отец, и из-под стола достал пистолет и выстрелил в троих за столом. Моментально включился Бен и силой нирманакайя еще пятерых убил. Я же просто стояла в стороне и смотрела, как они убивают всех подряд. Клинок, что был у меня в руке было оружием, чтобы защищаться, в случае если кто-то решит на меня напасть. Когда они закончили, и в живых никого не осталось, в зал вошли люди копии тех самых старейшин, что только что убил отец и Бен. — Мишель, это наши люди просто в облике их. Подписи, что они поставили, мы не смогли бы подделать, поэтому пришлось так действовать, — мягко произнес Бен. Только он и пытался хоть что-то сделать, чтобы не выглядеть в моих глазах монстром. Но мне было все равно, ведь с главным из них я жила 14 лет, и являюсь его единственной наследницей. Поэтому меня мало чем можно удивить здесь, тем более смертями верхушек правительства. Они происходят каждый день, ни для кого это не новость и не секрет. — Не боишься, что эти люди тебя потом предадут? — тихо спросила я отца. — На них установлена специальная бомба, что в случае их предательства, она сработает и убьет их всех. А на их место станут другие, кто более дорожит моей преданностью, — разъяснил отец. — Не волнуйтесь, мисс, мы все здесь по собственному желанию, — сказал мужчина, чей оригинал я прижала прежде к стулу и угрожала. — Ясно! — коротко ответила я и после этого вышла из зала дипломатов. Мне хотелось сбежать и спрятаться от того, что я видела, но я не имела права. За мною следят постоянно, маленькая ошибка и отец снова, может, навредить маме, а она этого уже не переживет. Мой желудок стоял вверх дном, а мне самой было противно на себясмотреть, но я должна. Ведь такой и должна быть Мишель Анневская: холодная, беспощадная и хитрая. «Ты истинная дочь своего отца, Мишель! Гордись этим!» — слова Оли до сих пор звучат в моей голове, и от этого мне еще хуже смотреть на себя. Я обрекла 20 старейшин на верную смерть. Я их спровоцировала, чтобы план отца и Бена удался. Я смотрела на эти смерти и никому не помогла. «Лучше бы ты умерла, Мишель!» «Ты лишь средство для достижения цели!» «Ты не стоишь того, чтобы люди жертвовали собой ради тебя!» — и снова я слышу эти слова в своих кошмарах. Мой длится от силы 5 часов, потом я начинаю кричать во сне, и силы вырывается на свободу, начиная вредить невинным. Я подошла к своему охраннику и приказала меня вернуть домой, и через пару секунд я уже стояла в гостиной, моей с мамой квартиры. — Мамочка, я дома! — крикнула я и мигом направилась в душ, чтобы всю кровь смыть с себя. — Ага, ужин готов, как отец твой? Нормально провели время? — натянуто спросила мама. Ей не нравится, то что отец решил после возвращения уделять мне столько внимания. Конечно, про его черные махинации с другими мирами она не знает и никогда не догадается. Как говорится «на ошибках учатся», и она больше не пострадает из-за меня. — Все нормально, было не много скучно, но терпимо, — холодно ответила я, так и не отойдя от собрания смертей.

— Ладно, — коротко ответила мама и пошла в свою комнату, смотреть фильм и ужинать. Это было ее главным правилом-закрываться в своей комнате и под фильм кушать. Никто не должен был входить в комнату, а иначе мама будет очень зла. Даже отец дожидается, пока мама спокойно поест и только после этого тихо заходит к ней. Зайдя в ванную комнату, я посмотрела на себя в зеркале. Передо мною больше не стояла та счастливая девушка с распущенными русыми волосами, горящими серо-голубыми глазами и с милой улыбкой на лице. Сейчас на меня смотрела Мишель Анневская, дочь самого известного олигарха в нашей стране. Ее волосы были всегда собраны. На лице был более яркий макияж, чем наносила на себя Мишель Дэ Лоро. Глаза девушки больше не горели надеждой на будущее, теперь она смотрела на людей, как на куклы, которым скоро ее отец переломает все кости. Девушка больше не носила яркую одежду, что показывало всегда ее настроение. На место им пришли классические деловые костюмы разных темных оттенков. Теперь она соответствовала всем главным критериям, по которым можно было отличить ее из толпы, показывая всем чья она дочь. Грустно улыбнувшись, я залезла в душ под горячую, даже обжигающую до боли воду. В моей голове все еще были те моменты, как люди падали замертво. Их кровь была на моем теле, на моих руках. «Как же я хочу от этого всего отмыться и забыть все, что видела!» — с грустью подумала я, но в глубине души понимала, что оно навсегда останется в моем сердце. С последнего поста Lerua прошло уже три месяца. И уже как три месяца мучают кошмары, про смерть Михаила, не контролирующая сила, угрозы отца и что-то вроде сладкого пряника от Бена, у которого тоже какие-то цели на меня. — Как же я устала, Господи! — простонала я, заметив иронию, что чем больше человек отрицает существование Бога, тем больше он использует слов с его обращением. Закончив с душем, я вышла из ванной, замотанной в полотенце. Как вдруг я увидела две пары глаз, что смотрят на меня, не скрывая этого. Первая пара-мамы, и кажется ей до ужаса стыдно, а вторая пара серых глаз принадлежали Маттео. — Мишель, пойди оденься! У нас гости! — нервно произнесла мама, посмотрев на мои волосы с которых еще стекала вода. Никогда не могу выжать из них воду до конца, привычка. — Так это он в гостях, а не я. Я у себя дома, не нравится пусть не смотрит, — язвительно ответила я и подмигнула Маттео. — Очень даже нравится, — быстро сказал Маттео и сглотнул слюну, которой, видимо, много собралось, раз даже я заметила. — Ты его что не покормила, мама? Слишком уж у него голодный взгляд, — ехидно сказала я и скрылась в своей комнате. Оставив Маттео с моей мамой наедине. Они очень долго о чем-то говорили, но я не слушала. Надев на себя легкий костюм с мопсиками, я вышла к ним. — И зачем ты пожаловал, Маттео? — «невинно» поинтересовалась я, но словив на себе гневный взгляд мамы, поняла, что нужно поумерить свой пыл. — Хотел позвать тебя завтра погулять и подарить тебе это... — и он указал на черные розы с шипами, что стояли в вазе. Это были мои любимые цветы. Не знаю, как он о них узнал, но мне было безумно приятно, и на моем лице появилась искренняя улыбка, которую очень давно не видел мир. — Да ладно, это же мои любимые цветы?! Мне очень приятно! Спасибо, Маттео! — и я поцеловала парня в щечку, на что тот слегка улыбнулся. Он не любил показывать истинные эмоции, пока кто-то незнакомый ему находился в одном с ним помещении. И я на это не обижалась, ведь это логично и ему так комфортно. — Рад, что тебе понравились. Так что, завтра я заеду за тобой? — снова спросил Маттео. Вначале я растерялась, ведь мне было непривычно с ним так же общаться, как раньше. Но я решила попробовать еще раз, дать нам шанс. Хоть это было и очень сложно для меня. — Да, я буду готова в десять, — коротко ответила я и отвернулась от него в сторону мамы. — Хорошо, тогда до завтра, — кивнул он мне в ответ, и попрощавшись с моей мамой ушел. — Это не тот парень с которым ты так страстно выясняла отношения под Новый год? — с легким намеком спросила мама. — Это он, — все так же холодно ответила я.

Как бы я не любила маму, но мне было тяжело с ней теперь проявлять эмоции, да и вообще с кем-то их проявлять. Мама много раз на это обижалась и ссорилась со мною, но я не смогла с собой ничего поделать. Один раз я уже расслабилась и дала слабину, тогда и умер Миша. Больше я не потерплю от себя такой же ошибки. — Прекрати со мной так общаться! Я твоя мама! — в том же тоне начала говорить мама, но я лишь кивнула и пошла на кухню, чтобы поесть. — Я тебе не разрешала уходить. Когда разрешу, тогда и пойдешь! — А когда ты уехала я так же не могла тебе сказать. Мама, ты не имеешь право меня бросать, пока я несовершеннолетняя, ты должна обо мне заботиться не только в материальном плане, но и в ментальном! — наигранным голосом ответила я. — Не смей так со мною общаться! — крикнула мама. — А ты не смей отворачиваться от меня, когда ты больше всего мне нужна! — крикнула в ответ я, потеряв все свое обладание. Но поняв, что это закончится плохо, быстро пришла в себя, и снова надела маску холодной леди. — Я не тебе не враг, Мишель! Прекрати во всех их видеть! Хватит накручивать себя и смотреть в интернете ролики, где родителей выставляют монстрами. Ты снова повторяешь за ними! — попыталась достучаться до меня мама, но я так и не показала ни одной эмоции. Лишь еще больше закрылась от нее. — Ты прислала сообщение, что у тебя есть что-то важное для меня? — тактично перевела я тему. — Тебя приняли в техникум на экономиста, как ты и хотела. — обиженно произнесла мама и села за стол со мною. — Мне ведь 16 лет, как? — удивленно спросила я. Ведь в техникумы поступают все в 14 или в 15 лет, но не в 16. — У тебя хорошая характеристика, оценки и в Польше можно поступить в техникум до 18 лет. Почему ты решила техникум, а не университет? Ты могла бы и в него поступить... — Не хочу становиться слишком уж взрослой для университета. Да и не стремлюсь, я пока, что туда. — я и сама не заметила, как мой голос стал спокойным и немного уставшим. — Не хочешь к отцу в фирму? — слишком очевидный вопрос задала мама. — И это тоже. — вздохнула я, поняв, как сильно я хочу чая, и встала из-за стола, чтобы его сделать. — Мишель... — Мм? — тихо ответила я — Я решила, что хочу вернуть себе фирму и подала на твоего отца в суд. И после этих слов для меня наступила тишина. Я не слышала, что она мне говорит. Мои мысли начали бегать с гигантской скоростью, перебирая все варианты, и откидывая самые ужасные. «Отец раздавит ее, он убьет ее, и я не смогу ее защитить. Все мои усилия защитить ее были напрасными. Я могу потерять ее, как Мишу.» — Нет! — тихо ответила я. — Что нет? — Ты заберешь заявление из суда и не полезешь в это! — ледяным голосом ответила я, что мне самой стало страшно, когда сказала. — Это мое решение, и ты меня не отговоришь! — строго ответила мама. — Ладно, предположим у вас начнется битва и что дальше? У тебя нет ни видео, ни бумаг, ничего, в чем можно его обвинить. Но ладно, предположим у тебя это магическим образом нашлось, ты обо мне подумала? Ты мной хочешь прикрываться против отца. Когда я тебе говорила, давай бороться, ты сбежала, а когда отец достиг еще большего успеха, ты решила вернуть себе все в трехкратном размере. Молодец, мама, поздравляю! Вы с отцом стоите друг друга. Я подошла к кулеру, и молча налила себе кипяток, разбавляя его немного, немного холодной водой, чтобы он был не слишком горячий, и его можно было сразу же пить. — У меня нет ничего против него, но есть у тебя. — с надеждой произнесла мама. — Нет! На меня даже не рассчитывай! Я в этом не участвую! — холодно ответила я. — Мишель, я должна вернуть себе фирму, и ты мне в этом поможешь! Хочешь ты этого или нет! — крикнула мама и продолжила грозно смотреть на меня. — Ладно. — я достала из тайного карманчика в лифчике флешку и положила ее на стол. — Так вот, где ты ее прятала, все это время. — разочарованно произнесла мама. — Да, подавись ею! Ты все равно проиграешь! — я посмотрела маме в глаза, и увидела в них столько решимости и надежды, что сама в нее чуть так же не поверила. — Посмотрим! — холодно ответила мама и выбежала из квартиры, видимо, чтобы поехать в офис своего адвоката.

Глубоко вздохнув и посчитав до десяти, я нашла телефон и начала листать контакты. — Я об этом еще пожалею, наверное... И набрала своего старого знакомого. — Привет, Маркус! Это Мишель! Звоню тебе, чтобы вернул мне старый должок за сынулю твоего. — И тебе не хворать, Дэ Лоро. Чего хочешь? — послышался грубый голос в телефоне. — Позвони Анне-Лизе и скажи, что нашел ей самого дорогого клиента в ее истории. Потому что моя мать, решила свергнуть короля.