Эпилог №1 или новые жизненные факторы, дающие ещё один стимул не убиваться.

  «Видимо, я тоже тебя люблю».

———————————————————————-

-Эта Амбридж вы*бала все мои мозги, от которых осталось меньше, чем у Поттера! Драко, дорогой мой, пожалуйста, назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен сделать в Хогвартсе капитальный ремонт, заклеив стены плакатами «Видишь розовую жабу - *би её и не жалей!», дабтебаре?- Уже пятый раз за последнюю неделю выбил я пару кирпичей из входа в гостиную Слизерина, ибо он открывается п*здецки долго, а я и так на взводе из-за одной старой п*зды.

Семикурсник Алекс Грифен, а так же единственный человек, сидящий в общей комнате даже после проверки Снейпа на соблюдение комендантского часа, грустно проследил взглядом за серым кирпичом и с вымученным вздохом отправился искать Зельевара, ведь недавно тот сварганил какое-то зелье на подобии цемента, чем хорошенько снизил ущерб, приносимый мною в завидном объёме и скорости, в связи с последними событиями.

Моя последняя нервная клетка билась за свою жизнь и отмщение за почивших собратьев.

Блонди, как всегда будто при параде и, в отличии от меня, что ему очень даже шло, подвинулся в кресле давая мне сесть рядом с ним, чем я и воспользовался.

Немного подумав и решив, что вполне имею на это права, убрал иллюзию маски, принял полулежащее состояние, как и, теперь официально, мой блонди, оставив свой зад в кресле, а ноги свисать с Драковых колен, пока тот откинул свою черепную коробку мне на плечо, приоткрытое полу-расстёгнутой рубашкой.

Новые школьные правила, которые, будто при поносе, извергала «генеральный инспектор Хогвартса» заставляли вспоминать меня старые добрые в МБОУ СОШ, когда все вокруг требовали надевать школьную форму (причём, даже не классическое «светлый верх и тёмный низ», а конкретно рубашку, галстук, жилетку, брюки и туфли).

Целых три месяца я противился и всегда являлся в своих привычных шмотках - то есть, по*бать на мнение окружающих, главное, что мне удобно и пох*й, что для нынешнего времени что-то сеточное равняется разврату и атрибутам представителей древнейшей профессии.

Но когда количество приносимых мною баллов факультету стало сильно разнится с тем, сколько вычитает из-за моего внешнего вида Амбридж, причём, не в мою сторону, то жалость над бедными сокурсниками, которые вроде как стараются в поте лица над тем, чтобы уткнуть Гриффиндор носом в грязь (чему я сам только рад, ведь в последнее время Гриффиндорцы совсем обнаглели), и я, скрипя душой, всё-таки стал носить что-то хотя бы отдалённо подходящее под определение «школьная форма».

А поскольку душа требовала сделать хоть немного по своему, то щеголял я в белых кедах, перчатках без пальцев, чёрной рубашке (естественно расстегнув на пару пуговиц) и брюках, под которыми была моя та самая антимагическая броня.

Мы - то есть, я, Беляш и Мадара, до сих пор тихонько (а иногда и нет) ржём над реакцией разовой жабы, когда она спросила: «Мистер Узумаки, почему всё чёрное? На похоронах что ли?», а я ответил «Да, причём, на ваших».

И не смотря на любовь к Слизерину, для меня этот посланец из Ада под названием «Министерство Магии» сделала исключение и ненавидела точно так же, как и Гриффиндор, причём, даже похлеще Снейпа (а чтобы его переплюнуть в таком деле, нужно ого-го как постараться).

-Опять Амбридж оставила на отработке, мой ангел?- Спросил он.

Тихий смешок.

Если спросить абсолютно любого Волшебника в Хогвартсе, кого можно назвать ангелом, то все, кроме моего Малфоя, ответят, что кого угодно, но только не меня.

Максимум - Люцифером, которого за его поступки низвергли с небес.

Хотя, мой блонди всё равно упорно называет меня именно так.

В этот же момент, он немного сдвинулся, что я оказался немного повыше и теперь он опирался на не скрытую одеждой ключицу.

Я слегка передёрнул плечами от тёплого чувства, растекающегося от места соприкосновения моего открытого участка кожи и его голову.

-«Бл*ть, вы пока тут милуйтесь, а я иду нах*й. Тошнит от этих ваших «ангел» и...»- Шутливо, и голосом деда начал Беляш, как всегда он делал, когда мы, с уже бывшим товарищем, проявляли чувства друг к другу.

-«Ты же сам сказал, что идёшь нах*й, так что иди туда и не сворачивай!»

Будь тут кто-то помимо нас, я бы как минимум тюкнул Драко локтём (на большое причинение вреда, увы, мне позволяет совесть и тот факт, что я с этим человеком вроде как встречаюсь), но ему повезло и поэтому он отделался только секундным дуновением в ухо (что тоже не очень приятно).

Мой блонди ответил мне шальной улыбкой и копированием действия, а затем его взгляд наткнулся на маленький шрам на соседней ключице и всё веселье на его лице побледнело.

Наклонившись, я прикоснулся губами сквозь к тому же месту на чужой кости, зная, что там находится точно такой же шрам, как у меня.

Который, если честно, появился там по моей вине, хотя для вида я предпочитаю винить декана Слизерина.

А произошло это в то же очень ранее утро или же невероятно позднюю ночь, когда на Астрономической Башне Драко признался мне в любви и произошёл наш, не постесняюсь этих слов, первый поцелуй.

Всё было замечательно - блонди признался в своих чувствах, я принял свои по отношению к нему, но никогда нельзя вычёркивать из списка возможных событий закон Мёрфи, то есть, если что-то плохое может случиться, то так обязательно и произойдёт.

Едва мы услышали полное усталости слово «Мерлин...», то одновременно обернулись: учителя уже начали свой утренний обход замка и это место не было исключено их их маршрута, так что на нас наткнулся Снейп, который, слава Джашину, не любит сплетничать, особенно когда разговоры касаются его крестника.

И уже на рефлексах, я, как таракан, когда на кухне включили свет, перемахнул через перила и полетел вниз, планируя зацепиться за стену или декоративный элемент замка где-то на первом-втором этаже, а-ля средневековый лифт.

Правда, через пару секунд я осознал, что лечу не один, а с вполне себе смертным Драко.

Ещё по прошествии нескольких секунд, мы эдаким бутербродиком напоролись на шип, который на самом деле огромный факел, почему-то никогда не зажигающийся, тем самым местом под ключицей.

Тогда повезло, что я падал первым и именно у меня острие прошло насквозь, ведь я-то могу спокойно всё это «зарастить».

В итоге, мы вместе убежали куда-то в Подземелья, спрятались и решили просидеть там до утра, пока я пытался залечить рану у Драко.

Хотя всё проведённое там время хотелось продолжения того, что произошло на спешно покинутой Астрономической Башне, но страх снова быть застуканным пересилил. Почти.

Только Чары, находящиеся во всем Замке, не дали дойти до чего-то большего, чем простые и не очень поцелуи.

И в завершении всего этого прозвучало то самое предложение, после которого я теперь вполне законно могу сп*здить моего Малфоя из дома, а не как это было на втором курсе в Новый Год.

Ну, а на завтраке до нас допёрло, что самолечение самолечением, а вот мадам Помфи лучше показаться, хотя бы из-за того, что Снейп вполне мог видеть конец нашего полёта и пойти предупредить медсестру, что к ней могут заявиться два покалеченных студента.

А от шрамов, которые остались после моего не умелого лечения и регенерации, по-хорошему нужно избавиться.

Представьте наше удивление, когда Ведьма, заведующая Больничным Крылом, назвала нас балбесами и рассказала, что их (шрамы) с помощью целительства заклинаний можно убрать только сразу же, как заросла рана (а я до этого думал, что Поттер просто слишком тупой, что в обратиться к мадам Помфи с просьбой убрать его знаменитый шрам, ведь он ему до сих пор приносит неудобство, вроде узнавания на улице) .

И я почему-то подумал, что хоть я и могу избавиться от своей «боевой отметины», но не стану этого делать.

Нет, ну а что? Все пары делают себе парные кольца, кулоны, футболки, а мы с Драко будем более оригинальными, и у нас будут парные шрамы!

Вот только мой блонди не был так же сильно рад именно такому способному показать, что мы пара.

Я, конечно, не уверен, но наверное, в его мечтах это было что-то более аристократичное.

А может и нет, он об этом не особо не говорил.

Вообщем, всё было прекрасно - наконец-то появился любимый человек, Мадара стал опекать чуть меньше и да-да, нет-нет, приглядываться к моим наброскам для перемещения по мирам, Беляш смог выходить из печати на чуть больший срок...   Том сделал себе пластическую операцию авторством Орочимару и теперь вновь ходил писанным красавцем, по-тихоньку продвигая свою политическую партию среди аристократии и Министерства. Хочется добавить, что именно Барти во время Третьего Испытания сменил координаты на портключе, которым послужил Кубок, причём сменил не правильно и, соотвественно, я перенёсся далеко не на нужное место. Когда я встретил Крауча младшего, то постарался особо не орать, ведь, в конце-концов, этот человек никогда не посещал такого прекрасного урока под названием «География», где за ёб*нных сорок минут надо разрисовать всю контурную карту.

Так же произошло странное и одновременно важное событие, а конкретно - нормальное знакомство с родителями Драко, на котором мне было жутко неловко перед Люциусом, ибо несколько годиков назад я сп*здил его сына и потом ему пришлось доставать нас из магловского обезьянника.

В новой встрече Малфой старший казался невозмутимым, Нарцисса радовалась за своё чадо, я старался вести себя как адекватный человек и не ругаться матом, хотя мне очень хотелось рассказать всем анекдот про Ржевского и унитаз*, пока блонди пытался сглаживать все возможные углы при общении.

Но, разумеется, всегда есть и минусы:

Нагато сообщил в одном из писем, что они лишились Сасори, но зато сп*здили Шукаку.

Орочи в один из следующих вечеров вежливо сообщил, что мой родственник чуть-чуть раз*бал его базу, попытавшись забрать себе Саске, который и в правду стал одеваться как стриптизёр.

И оба эти сообщения оканчивались фразой «не суйся сюда, оно тебя сожрёт».

Правда, я срать хотел на предупреждения и просьбы сидеть на жопе ровно, ведь где-то там, в другой п*зде сейчас начнут дохнуть как мухи дорогие мне люди, а потому каждый месяц пытался уговорить Учиху отдать мне те самые наброски для фуина, ведь по памяти я не нарисую, а если и попытаюсь, то у меня отбирали и специальную бумагу.

Хотя кое-что мне всё-таки удалось сделать: отправить Самсу Акацуки в качестве моральной поддержки и сборника анекдотов разной степени тупости, испорченности и плоскости.

А теперь всё это ухудшалось Новым преподом по ЗОТИ (уверен, Снейп тихо плачет где-то в сторонке, ведь ему уже около десяти лет отказывают в этой должности, выбирая вместо него всяких фриков... хотя, Люпин был вполне адекватным, если не учитывать то, что он оборотень и тот ещё свах. Грюм тоже был не так уж и плох, если бы он не штудировал нас, как студентов-Авроров. Он, кстати, ушёл, так и не объяснив причин) - Долорес Амбридж, которая выглядела как пятидесятилетняя женщина, страдающая синдромом Альцгеймера и застрявшая в пятилетнем возрасте, ведь это единственное, чем я пытаюсь объяснить её чрезмерную любовь к розовому и котятам (уверен, она в детстве играла в Барби).

Сначала всё было относительно терпимо - эта женщина заставляла на своих уроках читать наискучнейший учебник, одобренный Министерством Магии (о чём нам напоминали при каждой встрече), в котором воды и теории больше, чем в тихом океане, а потом задавала писать не менее скучные и большие эссе в качестве домашней работы. Всё это я делал абы как: на парах спал в позе читающего крокодила (то есть, лёжа головой на книге), а домашку доверял писать теневым клонам (собственно, ничего особо необычного в этом нет - я обычно так и делаю, ведь не барское это дело, д.з. делать, особенно, когда отучился уже почти одиннадцать лет, а если считать ещё и эту жизнь, то и вовсе все пятнадцать).

 Но со временем наглость розовой жабы всё росла вместе со вседозволенностью, обеспеченную Фаджем, который с какого-то х*я решил, что Хогвартсу резко потребовался генеральный инспектор.

  И вот с этого момента она начала наглеть сильнее меня, вводя многочисленные новые запреты и правила, деликатно называя это «Декретами о образовании», которых до этого было всего двадцать один.

  Сначала, а точнее, самое первое нововведение,  было относительно терпимым - Амбридж стала «проверять» преподавателей на профпригодность, что даже вполне себе полезное занятие (пусть множество и считает в обратную сторону, но даже в наших, «простых» школах учителя должны раз в несколько лет проходить экзамен на аттестацию, в которой будет определена их категория, а затем зарплата и вывод, нормальный ли это препод, или нет)

  А вот потом эту мадам понесло куда-то в п*зда*банию и запреты начали штамповать быстрее, чем я придумывать оговорки, что бы их не соблюдать (хотя, она ввела запрет на полёты на мётлах вне определённых занятий и Квиддича, на что мне с чистой душой по*бать, ведь мадам Трюк за все прошедшее четыре с половиной года так и не усадила меня н орудие труда дворника).

 Всем начало казаться, что «генеральному инспектору» просто интересно узнать, как долго мы протерпим её выходки и за какой срок весь замок скинется на киллера, который убил бы эту розовую с*ку (я даже успел предложить себя на эту роль и, к удивлению, все, кому я предлагал услуги наёмного убийцы, пообещали подумать над моим предложением).

  Вскоре у Амбридж, судя по всему, закончилась фантазия и тогда уже начался полный п*здец, пусть и казалось, куда уж хуже. 

 Запрет ученикам разного пола находится на расстоянии менее пятнадцати сантиметров, введение новых мер наказаний вроде прописи Кровавым Пером (именно с этой процедуры я и возвращался. Кстати, мне эти прописи назначают чуть ли не чаще, чем у всех остальных факультетов вместе взятых, ведь мне, по сути, выцарапывать что-то у себя на руке - как по п*зде ладошкой, тем более, весь текст зарастает чуть не сразу же, после его написания), запрет на посещение и организацию разных кружков и клубов без письменного разрешения «генерального директора», досмотр всех писем, запрет на чтение магловской литературы... 

  Короче, кукуха у подлизы Фаджа пробило самое глубокое дно.

  Даже весь преподавательский состав дружно принял сей факт и поэтому пытались по-тихому напакостить Долорес вместе с учениками. И я не шучу, даже наш любимый и великий Снейп одаривал её таким презрительным взглядом и голосом, который по количеству яда мог бы соперничать с Салом, что Гриффиндорцы лишь порадовались, что им досталась «бета-версия» ненависти от Зельевара и по совместительству одного из самых опасных Магов, по крайней мере, в Хогвартсе.

  От Дамблдора же ни слуху, ни духу, он разбирается с внезапно появившимся на политической арене Марволо Томом Гонтом (и да, когда я слышу это имя, то проклинаю скудную фантазию Реддла. Нет, ну разработать персональную татуху для всей его банды-команды - пожалуйста, а как псевдоним придумать, так всё, он стал Геральтом из Ривии, который тоже особым разнообразием не отличается и всех своих лошадей называет Плотва).

  Вообщем, в Хоге началась (пока что) небольшая движуха, которую спровоцировала своими действиями сама «профессор ЗОТИ», которая с такими вот проявлениями и пытается бороться.

  Вон, даже «Инспекционную дружину» организовала, которая типо помогает ей, хотя на самом деле, всё абсолютно них*я не так. 

  И создала она себя «группу помощничков» исключительно из Слизеринцев, которые всегда действовали по принципу «Тронешь мою сестру - убью, а потом её сам поколочу», то есть внешне ничего криминального не проявляли, но понемногу тоже пакостили (по типу: шепотком сообщить профессору, что к нему собирается розовая жаба с проверкой, случайно не заметить нарушение, сообщить, где лучшее место для передачи писем, без предварительной проверки и так далее).

   Тут, стоит заметить, пусть она и имела своеобразную защиту от самого Министра Магии Англии, но всё равно чуть больше любила и почти не х*есосила тех студентов, чей род имел Лордство, в отличии от Скитер, которую с таким бесстрашием нужно вербовать в ряды жрецов и последователей Джашина. Взять того же Драко - к нему Амбридж относилась, как к наилюбимейшему студенту, чего не скажешь обо мне.

   Да, я как-то не спешу заявлять об Узумаки и гоблинов попросил об этом же при последнем посещении Гринготтса. Мне пока хватает того факта, что Драко при любой ситуации, где меня начнут пытаться как-то по аристократически намекнуть про статус, «мягко» намекал, что мы встречаемся, что равняется тому, будто я под крылышком (или за пазухой) у рода Малфой. Вот только в большинстве случаев Онищенко успевает этого озвучить, ведь я уже начинаю бить этому неразумному еб*ло, предварительно попросив запомнить лицо (ха-ха-ха), чтобы потом он мог дать показания в полиции.

  Правда, Амбридж это не останавливает, а отп*здить её я не могу из-за сурового взгляда деканат Слизерина, едва я делаю на это хотя бы один намёк. 

 Но, давайте не будем о грустном, а лучше вернёмся к настоящему времени.

-И всё-таки досадно, что это не какие-нибудь кольца...- Со вздохом сказал Драко, взяв меня за руку.

 -А ты, что, мне уже  предложение делаешь, дабтебаре?- Тюкнул я его плечом.- Неужто наслушался моих оров на Святочном балу?- Я немного выпрямился, чтобы смотреть блонди прямо в глаза и стал пародировать исполнение певицы.- Он и весел и умён, почти что разведён, у нас таких как он - один на миллион. Мой сказочной герой из фильма...- Под конец я уже заржал, так нелепо мне это показалось

 -Только одна поправочка, - Так же со смехом сказал Драко, показав большим и указательным левыми пальцами примерное количество.- ты уже разведён.

 -Да,- С гордостью подтвердил.- и даже Рита Скитер уделила этому особое внимание, написав статью про самый короткий известный магический брак в мире, дабтебаре.

  В камине потрескивал огонь, отбрасывая разнообразные тени, в которых я, уже давно выйдя из детского и даже подросткового возраста, упорно видел разных чудищ и бабайку.

   До сих пор не знаю, что такого домовые эльфы подсыпают, а может подливают в дрова, что они горят зелёным пламенем, из-за чего всё помещение в тёмное время суток напоминало мне сцену из мультика «Король Лев», где Шрам исполняют свою злодейскую песню с марширующими гиенами...

  Эти же необычного цвета языки отражались , тем самым подсвечивая, мой кулон веры, которым уже давно интересуется мой блонди:

-И всё-таки, что значит эта твоя подвеска?- В очередной раз спросил он, подхватив медальон пальцами.- Ты, вроде бы, как-то упоминал, что она связана с твоей религией.- Под конец фразы он улыбнулся, будто рассказал хорошо шутку. 

  Ну да, Маг, Волшебник, человек, который взмахом руки или волшебной палочки может нарушить все законы физики и природы, и верит в Бога. 

 -Может быть, ты скоро узнаешь.- Ответил я. 

  Где-то за стеной, которая отделяет гостиную Слизерина от коридора в Подземельях, слышались стуки шагов двух людей, один из которых явно ругался, что его выдернули в такое время.

  Где-то взамен окном, в Чёрном Озере мелькнуло щупальцевых гигантского кальмара, а потом небольшая стайка разноцветных рыбёшек, которых любят ловить особо заботливые старшекурсники для более младших «собратьев», так радующиеся возможностью подержать самую настоящую живую радугу, пусть даже и эта небольшая забава так же была запрещена «генеральным инспектором Хогвартса».

  Что-то внутри довольно урчало, а сторона, которой я прижимался к моему блонди, будто находилась у батареи, что отдавалось приятным теплом.

  Даже не смотря на многочисленные проблемы, вроде скорой Четвёртой Мировой Войны Шиноби, медленное вырезание членов организации и Амбридж со своими примочками,  мне было спокойно и хорошо, как никогда.

 Чувствовался тот самый уют, которого часто не хватало на Узушио.

 Семья, от одного присутствия которой ты понимаешь, что всё будет хорошо, а стремительно бьющееся сердце с потоком нежности толкьо подтверждают это.

 -Клянусь, Драко, однажды я приведу тебя к себе домой и всё-всё расскажу...- Теперь уже я облокотился об него.

  Наверное... 

 Хотя, почему наверное?

 Уверен, я - счастлив. 

 ———————————————————————-

 3049 слов.

 Интересный факт: пишу эту главу ночью, находясь одной дома. А завтра пленер в 10...

 Так же буду премного благодарна, если при случае ошибок, укажете мне на них - обязательно исправлю.