Глава 56. Вечный мрак.

Оливия стояла у плиты, старательно делая вид, что полностью поглощена готовкой. Она знала – пора звать Пятого на обед. Вздохнув, девушка крикнула в сторону коридора:– Пятый! Еда готова!

Её голос прозвучал неестественно бодро, хотя внутри бушевала настоящая буря. Через минуту он появился на кухне – как всегда, с отсутствующим выражением лица, будто весь мир его раздражал.Молча сел за стол, даже не взглянув на неё. Оливия поставила перед ним тарелку с супом, стараясь не касаться его взглядом. Она ненавидела эти моменты – когда приходилось делать вид, что всё в порядке.

За столом повисла тяжёлая тишина. Пятый методично отправлял ложку за ложкой в рот, не поднимая глаз. Оливия ковыряла ложкой в своей тарелке, старательно избегая его взгляда. Каждый звук – звон ложки о тарелку, скрип стула – казался оглушительным в этой напряжённой атмосфере.

Девушка не могла сосредоточиться на еде. Её мысли крутились вокруг телефона Пятого, который она заметила утром в его руках. Он что-то долго набирал, хмурясь и покусывая губу – поведение настолько нехарактерное для него, что она не могла не обратить внимания.Понятное дело, что он будет запрещать ей сидеть с ним вместе и смотреть в экран. Он явно будет этому не рад. Но, будто, еще есть причина, почему он не разрешил находиться с ним в одной комнате с телефоном. "Что он там делал? – размышляла она, исподтишка наблюдая за его руками. – И почему именно сейчас решил воспользоваться телефоном?""Нужно узнать пароль. Или хотя бы понять, что он скрывает", – думала она, машинально переставляя еду по тарелке.

Она знала, что в его телефоне могут быть ответы на все её вопросы: где они находятся, есть ли у него сообщники, планирует ли он когда-нибудь отпустить её. Но риск был слишком велик.Она украдкой наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. Как он сосредоточенно жуёт, как морщит лоб, будто решая сложнейшую теорему. И почему-то именно сейчас его обычная рассеянность бесила её особенно сильно.

Когда с едой было покончено, они молча собрали тарелки. Оливия с преувеличенным усердием начала мыть посуду, лишь бы не оставаться с ним наедине ни секунды дольше необходимого.– Спасибо, – произнёс он наконец, нарушив затянувшуюся паузу.– Не за что, – буркнула она, не оборачиваясь.

***

В комнате царила полутьма — только тусклый свет лампы проливался на стол, где лежали книги и разбросанные ручки. Пятый сидел на кровати, его лицо освещал экран телефона. Он был погружен в какую-то бесконечную ленту сообщений, а время пролетало незаметно.

—Оливия! - внезапно подрывается он. —Иди сюда!

Девушка, которая стояла над раковиной с включенными краном, подскочила от его вопля из комнаты со второго этажа. Она быстро выключает воду и бежит на второй этаж, в то время как словила паранойю.

Оливия тихо подошла к лестнице, её сердце колотилось в груди, как будто предчувствуя, что она пересекает некую невидимую границу. С каждым шагом, который она делала по скрипучим деревянным ступеням, её беспокойство возрастало, словно тень, наступающая на её сознание.«Что он прячет?» — вновь и вновь повторяла она эту мысль, Её шаги становились всё более осторожными, когда она поднималась на второй этаж, двери комнат были закрыты, как бы создавая безопасную амуницию для тайны, засевшей в них.На втором этаже царила непривычная тишина. Оливия остановилась у двери комнаты Пятого, её рука замерла в воздухе. Боясь нарушить спокойствие, она не спешила стучать, но между тем внутри неё образовалось чувство оказавшейся в ловушке — на пороге чего-то, что должно было быть преградой.Она могла слышать слабый шорох, возможно, от его движения внутри, привыкнув к тишине. Но что-то изменилось — в воздухе повисла тягучая зловещесть. Оливия вдруг почувствовала, как по спине пробежали мурашки. В ту же секунду ей показалось, что за дверью скрывается не просто ответ на её вопросы, а нечто большее, что было готово выпрыгнуть на свет.Рука дрожала, когда она, наконец, коснулась ручки двери. Она знала, что сейчас, возможно, нарушит личное пространство Пятого, но тревога внутри неё подстёгивала к действию. С каждым мгновением её осознанность утопала в этом волнении.Оливия медленно надавила на ручку и дверь неохотно приоткрылась.

Спокойная комната, аромат чего-то знакомого, но искренне тревожного стоял в воздухе. Оливия сделала шаг внутрь, ощущая, как её дыхание становится ближе к напряжённому.— Пятый? — тихо произнесла она, стараясь скрыть растущее беспокойство в своём голосе.Тишина ответила ей, а внутри симфонии её мыслей стало ещё более жутко. Спина её словно сморщилась от оценочного взгляда, который внезапно заставил её почувствовать себя не в своей тарелке. Она не могла позволить себе уйти, но и остаться было стремительно невозможно.

***

3 недели назад.

В полумраке комнаты едва заметно очерчивался силуэт спящей Оливии. Лунный свет, проникающий сквозь доски, которые начали постепенно обмякать от сырости, мягко ложился на её лицо, создавая причудливую игру света и тени.Пятый стоял напротив кровати, не отрывая взгляда от её безмятежного лица. В его глазах отражалось то самое сияние, что играло на её ресницах – он словно пытался запомнить каждую черточку, каждый изгиб её спящего лица.Её дыхание было ровным и спокойным, а на губах иногда появлялась едва заметная улыбка – наверное, ей снилось что-то приятное. Он осторожно потянулся рукой к её волосам, но замер, не дотронувшись – боялся нарушить её сон.

В комнате царила абсолютная тишина, нарушаемая только мерным тиканьем часов и её размеренным дыханием. Он мог бы сидеть так часами, просто наблюдая за ней, впитывая каждую деталь её спящей красоты. В такие моменты он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, даже не прикасаясь к ней – достаточно было просто знать, что она здесь, рядом, в безопасности, под его защитой.

Медленно, почти незаметно, Пятый потянул руку в карман брюк. Его движения были отточенными, профессиональными – столько раз он проделывал подобное. В полумраке достал шприц, аккуратно наполнил его содержимым ампулы, стараясь не шуметь.Её дыхание оставалось таким же спокойным – она даже не подозревала, что происходит. Он поднял руку с шприцем, но на мгновение замер, глядя на то, как лунный свет очерчивает линию её шеи.

—Прости, – прошептал он, хотя знал, что она не услышит. Быстрым, точным движением сделал инъекцию. Её ресницы дрогнули, но она не проснулась. Препарат начал действовать почти мгновенно, меняя её сознание, её воспоминания, её саму. —Вот так.. умничка моя.

Он смотрел, как меняется выражение её лица, как напрягаются мышцы. Это было необходимо. Но от этого не становилось легче.

***2 недели назад.

Пятый медленно повернулся к Оливии, его взгляд был непривычно серьезным.—Мышка, подойди сюда, — тихо произнес он, не сводя с нее глаз.

Она настороженно замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Что-то в его тоне заставило ее быть начеку.— Что такое? — ответила она, не двигаясь с места.

— Просто подойди, — повторил он чуть настойчивее. — Это важно.

Оливия сделала осторожный шаг вперед, держась на расстоянии.— Что происходит? Ты ведешь себя странно, - лепечет девушка, медленно подходя к нему.

Парень молчит. Он смотрит как Питерсон медленно приближается к нему и он слегка ухмыляется. —Сядь, - говорит он повелительным тоном, указывая на кровать. —И не задавай лишних вопросов.Вместо того, чтобы идти против слов Пятого, Оливия молча садится на кровать, растерянно оглядывая комнату и психопата.

Питерсон непонимающе смотрит на Пятого, когда он достает из кармана медицинский шприц.— Что ты делаешь? — спросила она, нахмурив брови. — Зачем тебе это?..

Он не ответил, только сделал шаг в её сторону. Оливия отступила, чувствуя, как внутри нарастает тревога.— Объясни, что происходит, — её голос дрожал. — Я не понимаю...

Пятый продолжал молча приближаться, и его решительный взгляд не предвещал ничего хорошего.— Стой! — она подняла руки, словно защищаясь. — Что ты собираешься со мной сделать?

Он остановился на мгновение, но затем снова двинулся вперёд. В его глазах читалось твёрдое намерение, и это напугало Оливию ещё больше.— Нет, подожди... — начала она, но он уже схватил её за руку.

Понимание происходящего пришло слишком поздно. Оливия резко выдернула руку, отступая к стене, осознавая, что Пятый намерен сделать что-то против её воли.— Не надо! — вскрикнула она, отступая к стене. — Что в этом шприце?!..

Его лицо исказилось от раздражения.Пятый снова схватил Оливию за руку и резко притянул к себе.— Не надо! — вскрикнула она, начиная дергаться в его хватке. —Пятый, пожалуйста!

— Это для твоего же блага, — процедил он сквозь зубы. — Прекрати сопротивляться.

Оливия вжалась в него, её глаза расширились от страха.

— Я не позволю тебе это сделать! — её голос дрожал, но она старалась звучать уверенно.

Пятый сжал шприц в руке так сильно, что побелели костяшки. Его терпение лопалось, как мыльный пузырь.— У тебя нет выбора, — прорычал он, делая резкий выпад вперёд. — Это приказ.

Она попыталась увернуться, но он был быстрее. Его хватка стала железной, а движения — расчётливыми.

— Отпусти! — крикнула она, брыкаясь и пытаясь ударить его свободной рукой.

В его глазах вспыхнул гнев.— Замолчи! — рявкнул он, прижимая её к стене всем телом. — Это ради твоего же спасения.

Оливия продолжала извиваться, но его сила была непреодолима. Шприц опасно приблизился к её коже..

                                              ***

Оливия остановилась в дверях, затаив дыхание. Сцена перед ней была до боли знакомой: Пятый стоял у забитого окна, спиной к ней, и методично выпускал воздух из шприца. Его движения были такими же точными и уверенными, как и в прошлый раз.Она закрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшим страхом. Этот момент словно повторялся снова и снова, как ночной кошмар, от которого невозможно проснуться.

— Опять?.. — голос дрожал, но она постаралась говорить твёрдо.

Пятый медленно повернулся, держа шприц на уровне глаз. В его взгляде читалась решимость, но что-то в его позе казалось напряжённым, словно он сам не был уверен в своих действиях.

— Это необходимо, — произнёс он, не отводя глаз.Оливия сделала шаг вперёд, внимательно наблюдая за его руками.

— Что ты в меня вкалываешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос не выдал её страха. — Ты ведь так мне и не ответил.

Он вздохнул и опустил руку с шприцем, но не настолько, чтобы она почувствовала себя в безопасности.

— Это для твоего же блага, — повторил он, словно заведённая пластинка. — Ты не понимаешь.

— Именно поэтому ты не хочешь объяснять? — перебила она. — Потому что думаешь, я не пойму?

Пятый снова глянул на иглу в своих руках. Молчание затягивалось, и Оливия чувствовала, как с каждой секундой напряжение в комнате становится почти осязаемым.

Пятый резко посмотрел на мышку, его глаза были полны решимости. Он сделал шаг навстречу Оливии, держа шприц перед собой.

— Не надо! — вскрикнула она, отступая к стене. — Пожалуйста, не делай этого снова!

Но он продолжал наступать, его движения были чёткими и уверенными. Оливия вжалась в стену, пытаясь найти выход, но комната словно сжималась вокруг неё.— Я не хочу причинять тебе боль, — произнёс он сквозь зубы, — но это необходимо.

Его рука с шприцем взлетела вверх, нацеливаясь на её плечо. Оливия закрыла глаза, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.— Нет! — закричала она, пытаясь увернуться.

Но Пятый был быстрее. Игла вошла в кожу, и по её телу пробежала волна острой боли. Она издала приглушённый крик, пытаясь вырваться, но его хватка была железной.— Прости, — прошептал он, нажимая на поршень. — Это ради нас.

Жидкость медленно втекала в её тело, и Оливия почувствовала, как слабость разливается по венам. Её сознание начало затуманиваться, а комната кружилась перед глазами.— Пожалуйста... — прошептала она, теряя силы. — Объясни... что это...

Но Пятый уже отступил, наблюдая за ней с непроницаемым выражением лица. Её тело обмякло, и она сползла по стене, погружаясь в темноту.

Комната медленно вращалась перед глазами Оливии, но это не вызывало страха – наоборот, ей казалось, что она парит в невесомости. Её взгляд затуманился, а в глазах заплясали яркие искры. Всё вокруг приобрело нереальные, сказочные очертания.Она подняла руку, рассматривая, как свет играет на её пальцах. Движение казалось замедленным, словно она находилась под водой. Её губы растянулись в блаженной улыбке, а в глазах читалось абсолютное умиротворение.

— Как... замечательно... — прошептала она, наблюдая за Пятым сквозь пелену эйфории.

Он стоял у окна, внимательно наблюдая за её реакцией. Его лицо было напряжено, но в глубине глаз промелькнуло облегчение.— Видишь? — тихо спросил он. — Всё будет хорошо.

Оливия рассмеялась – звук получился мелодичным и немного безумным.

— Да... всё так... прекрасно... — она раскинула руки, словно пытаясь обнять весь мир. — Почему ты раньше этого не сделал?

Комната продолжала кружиться, но это было восхитительно. Каждая деталь казалась невероятно важной и в то же время совершенно неважной. Время растянулось, превратившись в тягучую субстанцию.Пятый подошёл ближе, осторожно поддерживая её. Его движения были точными, но в них появилась мягкость.

— Ты в безопасности, — произнёс он, помогая ей опуститься на кровать. — Теперь всё будет хорошо, даже если в будущем все пойдет не по плану.

Оливия закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Её сознание плыло, но это было приятное, невесомое чувство. Она чувствовала, как его пальцы касаются её лба, но это казалось частью прекрасного сна.

— Я ненавижу тебя.. — пробормотала она, погружаясь в блаженное забытье. —Точно также как люблю..

Её дыхание стало ровным, а на лице застыла улыбка. Пятый ещё несколько минут наблюдал за ней, прежде чем отойти с телефоном в руке, всё ещё напряжённый, но теперь с тенью облегчения на лице.