ЗОВУЩАЯ ИЗ КОЛОДЦА

Я и представить не могла, что покупка дома обернётся для меня настоящим кошмаром.

Он не был похож на те уютные загородные домики с глянцевых обложек. Мой — скорее старое деревенское жилище, доставшееся будто бы в наследство. И в каком-то смысле — так и было. Здесь жила пожилая женщина, но с возрастом её дочь забрала мать к себе — ухаживать и быть рядом. А дом... что с него взять? Пустой, ветшающий, гниющий под дождями. Вот его и решили продать.

И вот — бумаги подписаны. Я хозяйка. Хозяйка старого, но по-своему очаровательного дома, который мечтала превратить в уютное гнездо.

Первая ночь прошла беспокойно. Наверное, из-за непривычного места. Я всё время просыпалась, ворочалась, прислушивалась к звукам за окном. Было лето, и ночь наполнялась воем собак, стрекотом сверчков и шелестом листвы. Но... что-то тревожило. Я не могла понять — что именно.

Поднялась с постели. Глаза щипало, будто в них всю ночь сыпали песок. Всё тело было липким от пота. Я скинула одеяло и пошла умыться. Воздух в комнате был душный, хоть окно и распахнуто — дышать было тяжело.

Повернула кран. Тишина. Ни капли. Ещё раз — ничего. Словно он смеётся надо мной, ожидая, что я сдамся.Вечером ведь была вода — я принимала душ.

В горле пересохло так, будто из меня вытянули всю влагу. Я поспешила на кухню. Там — та же картина.Нашла на столе бутылку, сделала пару жадных глотков и вышла на крыльцо.

Луна висела высоко, заливая двор бледным светом. Тёплый ветер скользил по коже, принося мимолётное облегчение.

Я села на деревянную ступень, закурила. Дым поднимался ввысь, рассеивался и исчезал.И тут я вспомнила — колодец. Как я могла о нём забыть?

Не докурив сигарету, я бросила её на землю и поспешила к старому колодцу.Надеялась, что в нём осталась вода... и что она не отдаёт гнилью.

В детстве у бабушки в деревне был только колодец — я умела с ним обращаться. Позже ей пробили скважину, поставили насос, но до того... только верёвка и ведро.

Подойдя к перекошенному деревянному срубу, я оценила конструкцию: старая, гнилая. Рядом — ведро на толстой верёвке. Но сама верёвка не внушала доверия. На вид ей лет двести. Я боялась, что, поднимая воду, она оборвётся.

Я нагнулась, подняла с земли камешек и бросила в темноту. Лунный свет не доставал до дна — внутри колодца была кромешная тьма.Камень стукнулся о стенку... потом ещё... и — хлюп.Есть. Вода.

Я представила, как выливаю на себя холодную воду, смывая липкий пот и тревогу.Опустила ведро. Ручка скрипнула, но пошла. Я крутила осторожно — боялась сорвать.

И тут я заметила: всё стихло. Ни лая собак, ни стрекота. Словно тишина окутала двор сплошным полотном. Она была неестественной, звенящей, почти ощутимой на коже. Тревога вспыхнула внутри. Но отступать было некуда — я продолжала.

Ведро погрузилось, зачерпнуло воду. Я подождала и начала поднимать. Тяжело. Необычно тяжело.«Устала», — подумала я. Но тревога нарастала.

И вдруг — шепот.

Я замерла. Мурашки прошли по коже. Оглянулась через плечо... Пусто.Но я слышала это. Я слышала точно.

Прислушалась. Ничего. Лишь мёртвая тишина. Я вновь повернула ручку.Шепот повторился.

Остановилась. Осмотрела ручку, верёвку. Может, это они?Повернула ещё. Шепот снова. Громче. Чётче.

— Быстрее... поднимай... — будто кто-то дышал мне в ухо.

Я застыла. Жажда пропала. Я уставилась в тьму колодца, и, сама не веря себе, прошептала:— Здесь кто-то есть?..

Тишина. Напряжённая, вязкая. И вдруг — в той части колодца, куда ещё проникал лунный свет, я увидела руку.Сухая, костлявая, цеплялась когтями за камни.

Я закричала и бросилась к дому. Бежала так быстро, что не чувствовала ног. Захлопнула дверь, забилась в угол спальни и обхватила себя руками.

Что это было? Кто там? Оно шло за мной?

Я не знаю, сколько просидела так, дрожа. Но ничего не происходило.Я на цыпочках подошла к окну. Старалась выглянуть так, чтобы увидеть колодец.

И... он был пуст.Показалось?

И вдруг — сердце остановилось. Из темноты колодца показалась голова.Мокрые спутанные волосы, сморщенная серая кожа, выцветшие глаза и жуткая, растянутая улыбка. Гнилые, длинные зубы блестели в лунном свете.

— Иди сюда... поиграем... — голос раздался не снаружи, а внутри моей головы.

Я застыла. Не могла ни пошевелиться, ни закричать.Оно снова исчезло в колодце. Мгновенно.

А потом — смех. Жуткий, долгий, эхом разнёсся по ночи, выныривая из бездны.И я до сих пор боюсь, что оно снова поднимется. Выйдет из колодца... и пойдёт ко мне.Оставляя на траве мокрые гнилые следы.