48. - Привет, Чонин. Мы тут развлекаемся с твоей девчонкой.

Я открываю глаза, и первое, что вижу – серый потолок. Мои мышцы находятся в оцепенении ещё несколько секунд, но потом я подскакиваю, задеваю, кажется, что-то локтём, железо ударяется обо что-то твёрдое, в голове всё это повторяется троекратно. Я пытаюсь понять, что находится рядом, где вообще я сама, однако всё смешивается в одну дохлую картинку из серых оттенков.

- Надо позвать Марти, - я едва слышу, как кто-то бубнит себе под нос. Слышу это трижды.

Суета.

И я опять проваливаюсь в сон.

Чонин аккуратно держит меня за талию. Чувствую тепло его руки через шифоновую рубашку.

- Зануда, и куда ты собралась без меня? – шепчет он на ухо. Я улыбаюсь.

А потом просыпаюсь.

И вновь подскакиваю.

Уже не вижу серого потолка. Соскальзываю, кажется, с кожаного дивана, кряхчу, когда шатаясь поднимаюсь на ноги, а стоит моим глазам встретиться с чужим взглядом, я нахожусь в оцепенении. Время будто останавливается.

Что происходит?

- Ох, я тебя разбудил? – я моргаю много раз, пытаюсь понять, что я забыла в чужом кабинете, но последний след в памяти остался за нашей с Чонином ссорой. Горло пересохло.

Чёрт возьми, где я? Будоражащим состоянием на меня накатывает паника, из-за которой я не могу сделать попросту ничего.

Мужчина сначала напоминает мне доктора. В белой рубашке и высоких штанах, он держит в руках какие-то распечатки и смотрит на меня внимательно, немного улыбаясь. Место, где я нахожусь – кабинет с кожаным диваном, дубовой мебелью и тёмно-зелёными стенами.

- Честно, меньше всего хотел будить тебя, просто та огромная папка с документами упала. Хочешь чаю или кофе? Пожалуйста, не бойся меня и не смотри такими глазами, будто я монстр, договорились?

Он хватает меня за плечи и уверенно усаживает на диван. Я набираю воздуха в лёгкие:

- Аджосси? Что происходит? Я... я... - язык почти не слушается. Мозг не работает. Я поссорилась с Чонином. Вышла из машины. А дальше что?

Мужчина ухмыляется, поправляя ворот рубашки.

- Меня зовут Хёнмин, а ты Бён Сунми, верно? Я многое слышал о тебе.

Что? Всё напоминает какую-то дораму, в которой я пропустила около трёх серий. И как я, с пустой головой, должна реагировать на такие встречи?

Хмурюсь.

- Вы уверены?

Хёнмин кивнул.

- Конечно! Твой брат так много рассказывал о тебе! А обо мне он не заикался?..

- Мой брат? Вы знаете Бэкхёна? – я чуть приподнялась. Мне не стоит бояться? Я тут по просьбе моего брата? Или что?

- Да, мы с ним вместе работаем. Твой брат отличный парень.

- Так это из-за Бэка я здесь? Простите, я совсем ничего не помню, - виновато прикусываю губу, пытаясь лихорадочно вспомнить, что произошло вчера. Ещё и голова болит. Успокаивает лишь то, что этот Хёнмин кажется неплохим.

- Ничего не помнишь? – он озадачено выгнул бровь. – Твой брат попросил меня забрать тебя, потому что ты была не в состоянии добраться сама.

Я удивилась.

- Я не в состоянии? Это что же такое со мной произошло? У меня болит голова, и я не могу вспомнить.

Хёнмин в ответ лишь пожал плечами. Мужчина двинулся в сторону двери, на секунду выглянул оттуда – для того, чтобы сообщить что-то своему, судя по всему, подопечному, а затем прикрыл дверь, вновь возвращая моё внимание ко мне.

- Так что, Бэкхён ни слова не говорил обо мне? И нашей работе? – осторожно спрашивает мужчина. – Ты совсем ничего не знаешь?

Меня радует, что он выглядит таким взрослым и уверенным. Если они с Бэкхёном работают вместе, то я могу предположить, что мой брат в хороших руках.

Но почему этот Хёнмин говорит так, будто готов раскрыть мне все карты? Я удобнее устроилась на диване.

- Не-а, он всегда держит меня в стороне. Есть только пара догадок, - мужчина внимательно меня слушает. – Знаете, это так отстойно. Мой парень готов рассказать мне большее, чем родная кровь. Неприятно.

- Значит, Чонин вводит тебя в курс дела?

- Вы и про него знаете? – ухмыляюсь я, но жалею, потому что активно двигать мышцами лица мне почему-то больно. – Да, он познакомил меня со всеми. Даже с Крисом.

- Даже с Крисом, - дублирует Хёнмин.

Я совсем не замечаю, как ловко он меня заговаривает. Мужчина вновь подходит к двери, перехватывает из чьих-то рук поднос с кофе. Я пью его и радуюсь, что познакомилась с новой зацепочкой. Ещё один человек на пути к истине. Хёнмин даёт мне шоколадные конфеты, рассказывая что-то про отдых в Италии в прошлом году. Я легонько улыбаюсь до тех пор, пока в его рассказе не проскальзывает слово «EXO». Сама того не замечая, я дёргаюсь, и чашка кофе чуть не валится из рук.

- Что? Ты знаешь что-то про «ЕХО»? Чонин рассказывал?

Я громко сглотнула.

- Нет, не то, чтобы рассказывал... я сама дошла до этого. Нашла и вообще не знала, что об этом думать... - честно призналась я.

- Ну, ты же спросила что-то? Или нашла сама? Обладаешь какой-то информацией по этому поводу?

Я прикусила губу.

- Ну? – будто торопит Хёнмин.

- Эм, нет... Только знаю, что у Чонина в...

От, возможно, самой главной ошибки в моей жизни, спасает открывшаяся дверь. А в следующие полсекунды я жалею, что вообще проснулась, потому что понимаю, что розовые стены пряничного домика, который я уже мысленно слепила в ходе разговора, рушатся. Я сейчас не у друга Бэкхёна, потому что в кабинет входит человек, который возвращает мою память на своё место. И я вспоминаю, как именно с ним сидела в клубе, как именно с ним звонила Чонину, как именно из-за него я, судя по всему, оказалась здесь. Тошнота подступает к горлу, а сердце останавливается.

Куда бежать и что делать?

- Они быстрее, чем мы думали. Я не знаю что за фигня, но атака на сервер происходит в троекратном размере. Что нам делать?

Тело не слушается, поэтому кружка с горячим кофе всё-таки оказывается на полу. Я подскакиваю на автомате, уже ощущая, как напиток тёплой волной подступает к обуви, «клубный друг» подскакивает вслед за мной, через секунду сильные мужские руки уже смыкаются на моих запястьях. У меня выходит сдавленный крик, на большее не хватает. Я даже не могу вырваться, потому что каждая частичка тела болит, боль разносится и внутри. Такое ужасное чувство.

Бён Сунми, ты профессиональная идиотка.

- Вспомнила, - констатирует факт Хёнмин. – Она глупая, наивная, и на девяносто процентов бесполезная. Не знает ничего, - мужчина раздражённо лезет рукой в карман и достаёт оттуда телефон.

- И что с ней делать?

Хёнмин в ответ пожимает плечами, разглядывая в это время экран мобильника.

- Ты знаешь, у нас был второй вариант.

Из-за того, что «клубный друг» стоит прямо за моей спиной, я не могу увидеть, что он сделал, но мне показалось, будто он кивнул.

До меня не сразу доходит, что они собираются делать. Сердце колотится, когда этот Хёнмин подходит ко мне вплотную, а я не могу даже закричать. Мужчина двумя пальцами берёт мой подбородок, приподнимая его вверх. Тогда я замечаю, что он снимает всё на телефон.

Мне ужасно противно от того, что он прикасается ко мне, однако сделать я ничего не могу. Я просто ненавижу этот момент всем сердцем.

- Привет, Чонин, - начинает он, а у меня сердце ударяется о пятки. Это конец. – Мы тут развлекаемся с твоей девчонкой. Тебе весело? – он приближает камеру телефона к моему лицу. Я зажмурилась. Вспоминая события вчерашнего дня, я думаю, что лицо может быть в ссадинах. – Она молчит, но я уверен, что ей весело. Чонин, ты соскучился по ней? Или, может, Бэкхён, ты? Кто-нибудь? Эй, скажи хоть что-нибудь своим мужчинам, - Хёнмин тянет меня за щёку. Мне больно, я жмурюсь ещё сильнее и чувствую, как слёзы подступают к глазам. Поверить не могу, что всё это происходит. Почему это просто не может быть ужасным сном?

- З-зачем вы это делаете? – шепчу я.

Хёнмин отвратительно смеётся.

- Они знают, что я хочу получить. Просто поторопитесь, вам ясно? Она такая миленькая, я не могу вам гарантировать, что не трону её, - а теперь самое гадкое, что делает этот мужчина. Пальцы с моего подбородка опускаются на шею и, медленно исследовав ключицы, уверенно приближаются к моей груди. Мне стыдно, что это будет на видео, но я издаю истошный крик, потому что мне противно. Силы появляются, я начинаю брыкаться, и тогда Хёнмин опускает обе руки.

- Довольно. Выруби её, - всё, что я успеваю услышать.

***

Когда я просыпаюсь в следующий раз, меньше всего мне хочется открывать глаза. Уже не так тяжело телу, как тяжело душе и сознанию. Я начинаю плакать. Плакать с закрытыми глазами, даже не имея представления, где я нахожусь. Мне больно и противно. Я жалею, что являюсь такой, какая я есть, я жалею, что приношу столько проблем окружающим. Но одна только мысль о том, что я могу больше никогда не увидеть Чонина, Бэка, маму, мысль о том, что этот Хёнмин воспользуется мной и...Вызывала ужасную истерику. Поэтому я не могла перестать плакать из-за сверлящего состояния внутри и от беспомощности. Всё, что я хотела сейчас - оказаться в объятиях дорогих мне людей. И теперь было не так важно, является Чонин наркоманом или нет, строг ли мой брат или нет. Я хотела вернуть время назад. Но всё, что мне остаётся сейчас – лежать на спине и чувствовать горячие слёзы на щеках, перекручивая в голове моменты таких дорогих мне дней.

Кто знает, как долго я бы ещё могла лежать вот так, однако стоит мне услышать, как кто-то чихает, и я подскакиваю, открыв глаза. Серый потолок, в который утыкается взгляд, кажется мне знакомым. Я сидела на какой-то старой и твёрдой кровати в месте, напоминающем по размеру и запаху кладовку. Отлично, меня засунули в кладовку дома этого Хёнмина?

Моя кровать тут не одна. С другой, точно такой же кроватью, меня разделяет небольшая тумба с подносом и каким-то супом на нём, а прямо напротив меня, на второй кровати, сидит молодой парень, уткнувшись в книгу и что-то там подчёркивая.

«Сокамерник», - проносится в голове.

Я внимательно смотрю на парня, но он совсем не обращает на меня внимания, делая вид, что меня тут нет вообще, а потому я быстро теряю к нему интерес, тем более когда у меня уже есть то, над чем можно пострадать. Просто, становится как-то легче, когда понимаю, что нахожусь тут не одна. У него, судя по всему, тоже какие-то проблемы с этими людьми.

Я вновь ложусь, закрываю глаза, слёзы вновь начинают литься по щекам. Теперь мне ещё труднее сдерживать себя, я начинаю всхлипывать, а на сердце так тяжко, что единственным выходом кажется заснуть и больше никогда не просыпаться.

Видимо, своими всхлипываниями я начала отвлекать парня: тот начал шевелиться, громко прочищать горло, а в конце концов не выдержал.

- Почему ты здесь? – неожиданно для меня спросил сосед, и я резко замерла, а потом приподнялась на локтях и посмотрела на него. Жуть. Внимательно разглядывая лицо парня, я заметила, что трети правой брови у него нет, будто её сбрили. Русые волосы торчат в разные стороны, появляется щетина. И впервые, что я замечаю в глазах у других людей – бесконечная грусть. Раньше я не обращала на такое внимание, но сегодня, видимо, слишком чувствительна. Сердце сжалось, когда я вспомнила взгляд Чонина. Больно.

- Я не знаю. Правда, я не знаю, и мне больше всего сейчас хочется домой, - я села на кровать и вытерла лицо от слёз ладошкой. Примечательно: сосед читал книгу. Вверх ногами. – Как тебя зовут? – спрашиваю и всё ещё рассматриваю его.

Недолгая пауза.

- С... - парень осёкся. – Чунмён. Меня зовут Чунмён. А тебя?

Я напряглась. Счунмён? Мне показалось, что он соврал мне, что он хотел назвать другое имя. Поэтому моё доверие к нему понизилось процентов на пятнадцать.

- Юри. Нам Юри.

Отстойное имя. На все сто процентов подходит человеку, который лжёт. Просто это – первое, что пришло мне в голову. Зато теперь квиты. Наверное, в другой ситуации я врать бы не стала, но после сегодняшнего мне уже страшно доверять кому-то.

«Чунмён» кивнул, а затем опустил свой взгляд в ту книгу вновь. Нет, правда, ты читаешь книжки вверх ногами?

- А почему ты здесь? – спросила я, прочистив горло, чтобы привлечь внимание.

Чунмён так увлёкся чтением хангыли вверх ногами, что, казалось, моё присутствие тут его уже не волнует.

- За мои успехи в химии. Я был слишком хорош в этом.

Я нахмурилась. Разговор так хорошо начинался...

- Ты шутишь?

- Ни капли, - не отрывая взгляда от книги, он чётко проговорил эти слова.

Я хмыкнула. Мысленно. И одновременно с этим грохнулась на кровать. И зачем тогда первым заводить разговор, если ты на него вовсе не настроен?

Лёжа скрестив руки на груди, я с силой зажмурилась. А сознание будто специально принялось прокручивать в голове события последнего дня. Чертова ссора с Чонином блистала разными красками, сердце сжималось жуткой болью, а всё тело напряглось. Я помню каждое слово, которое сказала ему в тот день. Помню каждое слово, которое он говорил мне до этого. Воздуха резко стало не хватать. Верно, глупо было считать, что всё может быть так идеально. Даже в дорамах такого не покажут.

- Я, правда, не шучу, - встревает в моё сознание Чунмён. Открываю глаза, прощаясь с образом Чонина. – Я был очень хорош в химии в школе. А потом создал кое-что... Очень опасное и, возможно, ужасное. Подверг риску несколько человек. И за всё это... Я здесь.

Я начала медленно переваривать его слова. Мне стоит его бояться?..

- Ты первый человек, с которым я разговариваю с тех пор, пока нахожусь здесь, не считая тех уродов. Ты не представляешь, какое для меня это наслаждение. Если я умру тут, то ты можешь гордиться тем, что была последним человеком, который говорил со мной.

Я вновь поднялась на локтях.

- Давно ты здесь?

Чунмён в ответ пожимает плечами, а потом неуверенно кивает. Точно, глупый вопрос. Тут даже окна нет. Про календарь с часами заикаться не стоит.

- Почему ты думаешь, что умрёшь тут? – продолжаю я. С каждым новым ответом Чунмёна, моих вопросов становится всё больше.

- Смекалка и природный ум, - ухмыляется Чунмён. Я понимаю, что он сейчас что-то не договаривает, но спрашивать более я не собираюсь. – Мне лишь жаль, что я не смогу больше увидеть своего брата.

Всё внутри сжимается вновь, но от слов соседа становится легче. Не только мне одной так тяжело.

- У тебя есть брат?

- Да. Младший. Он, наверное сильно вырос. Когда я видел его в последний раз, он уже приводил девушку к нам домой. Я скучаю по нему, - Чунмён почесал затылок и, наконец, отложил книгу. – А у тебя есть? Брат или сестра? Кто-нибудь? – я вопросительно выгибаю бровь, а Чунмён забавно реагирует: - Да я просто спрашиваю для поддержания разговора!

Я морщусь. Интересно, что сейчас происходит за пределами этого места? О чём думает Бэкхён? Они ссорятся с Чонином? Думают обо мне? Планируют начать разыскивать меня? Уже получили видео? И вообще... всё ли с ними хорошо?

- Есть брат. Только мы в последнее время не очень ладим, - я мысленно вздыхаю. Самое страшное – не знать, что ждёт впереди. А осознание того, что мы с Бэком, возможно, больше никогда не увидимся, заставляло каждую мышцу тела сжиматься.

- Это зря. Я уверен, он очень любит тебя. Знаешь, я был свидетелем настолько нежной любви брата к своей сестре... - я хотела возразить и вставить пару слов о Чонине, но Чунмён слишком увлёкся рассказом и не дал мне этого сделать. – Один мой знакомый. Мы с ним работали. Точнее, я был его... хм... работодателем. Он получал приличные деньги. Огромные для шестнадцатилетнего парня. Но никогда их не тратил. Однажды мы разговаривали о личном, и он сказал, что эти деньги он вкладывает в будущее своей сестры. Вроде, они даже не жили вместе, но он говорил, что никто иной о ней не позаботится. Он хотел, чтобы она училась в самом лучшем институте. Он откладывал деньги ей на институт. Представляешь, какой-то подросток задумывался о будущем своей сестры! Мне хочется верить, что твой брат любит тебя так же сильно, как и мой знакомый.

Моё сердце сжалось ещё сильнее. Не плакать, только не плакать вновь. Бэкхён, несомненно, мог так сделать, были бы у него возможности. Я не сомневаюсь. Чёрт возьми. Почему такое неприятное чувство внутри?

Чунмён выжидающе разглядывает меня.

- Что за работа такая? – я нахмурилась, делая вид, будто предыдущие слова меня совсем не задели.

Сосед вздыхает, запуская руку в волосы.

- Кое-что, за что меня стоит посадить. Я не уверен, что это нужно рассказывать.

Я нахмурилась и улеглась на кровать поудобнее. Не хочешь – не надо, разве я заставляю? Спасибо и за то, что хоть немного отвлёк от моих проблем.

Я шмыгнула носом и прикрыла глаза. Кажется, у меня началась шизофрения. Потому что стоило мне отвлечься, в голове сразу же послышался голос Чонина. Я вспоминала о том, как его тёплая рука держит мою. Ощущения выдались странными.

Это как горький торт, если такие существуют. Ты смотришь на него и собираешься получить наслаждение, но в итоге плюешься от того, что он ужасный на вкус. Этакий неприятный осадок. Тут ситуация аналогичная.

- Твой суп на тумбе, - Чунмён прочистил горло. – Если захочешь... ну... в туалет, то нужно позвать Марти, обычно он стоит за дверью.

- Марти? – переспросила я с закрытыми глазами.

- Ну, я дал ему такое прозвище. Не знаю, ему идёт, - парень усмехнулся.

Я мысленно кивнула и повернулась на правый бок, тем самым поворачиваясь к Чунмёну спиной. Кажется, он вновь ударился в чтение книги вверх ногами. Странный парень. В голове у меня возникла мысль о том, что он, возможно, мог работать вместе с моим братом, но я тут же выкинула из головы эту идею. Слёзы отошли на второй план, я не хотела возвращаться к истерике обратно. Поэтому просто смотрела на стену, размышляя о произошедшем.

- Эй, ты спишь? – отвлёк меня Чунмён через некоторое время. Не знаю, почему я промолчала. Я проигнорировала его вопрос, но парень всё равно продолжил. – По поводу той работы...

Я боялась пошевелиться.

- Я думаю, я умру тут потому, что отказываюсь давать им то, чего они так требуют. Я им бесполезен, - Чунмён вздохнул, будто ждал моего ответа. Но я продолжала молчать. – Я увлекался химией со средней школы. Мне нравилось... И... Ладно, это никому не интересно. Если по существу, то... - парень сделал паузу. - Я лично создал группу подростков, которая совершила одно из масштабнейших ограблений Южной Кореи, - я замерла. Показалось, даже, что перестала дышать. – Мои подопечные ограбили банк. Один из самых влиятельных банков Кореи. Три года назад. Ты же слышала об этом, верно?

Моё дыхание спёрло. Как же это... Паззлы в голове будто специально перемешались ещё сильнее.

Я подскочила на кровати и ошарашено уставилась на соседа.

- Ч-Чунмён?