Кунигами Ренске [+18]

// действия происходят вне сюжета с учётом таймскипа; устоявшиеся отношения; нежный дом|партнер; грубый секс(?) //

— Повтори, что ты хочешь попробовать?

Ты готова рассмеяться с донельзя серьёзного выражения лица своего парня, но в то же время находишь его чертовски милым со сведёнными на переносице бровями и пытливым взглядом, считывающим эмоции на твоём лице.

Действительно, не так давно тебя посещают мысли о внесении в вашу интимную жизнь новых эмоций. У вас не было проблем, наоборот, Ренске был очень чутким и трепетным партнёром, что всегда стремился доставить тебе удовольствие. Он нежно руководил процессом, что выходило очень естественно, и тебе стало интересно, как бы он вёл себя в совершенно ином амплуа.

Та самая «перчинка» в роли жестко доминирующего парня разожгла твое любопытство, и тебе хотелось скорее предложить Ренске воплотить твою идею в жизнь. 

Теперь вы сидите на кровати друг перед другом и играете в гляделки, пока один из вас не заговорит. Только тебе и правда неловко от своих же слов, а Кунигами гадает, правильно ли все расслышал.

— Хочу, чтобы ты доминировал надо мной.

Тебе хочется испариться, когда глаза напротив удивленно расширяются.

— Разве я этого не делаю? — Делаешь, но... — глубокий вздох. — В своей манере. Ты очень нежен со мной, а я имею в виду противоположное. — Но как я могу грубо с тобой обращаться и тем более причинить боль? Ты хочешь попробовать «бдсм» или что-то вроде того?

Ты мысленно кричишь от того, насколько милым и в какой-то степени невинным выглядел сейчас Кунигами.

Он искренне пытается понять твои мысли, не осуждает и не критикует, а задаёт уточняющие вопросы, пока ты объясняешь ему все более подробно. Держит твои ладони в своих и ни на секунду не отводит янтарных глаз. И все же предательский румянец окрашивает его скулы, ведь то, как детально ты все ему описываешь, вызывает в его теле ответный трепет.

Предвкушение чего-то нового для вас обоих будоражило. Он не мог этого отрицать, но и представить себя достаточно «доминирующим и жёстким» было трудно. Это непривычно, несвойственно ему, но он попробует ради тебя справиться с этим.

— Хорошо, я понял, — Кунигами мягко улыбается и оставляет на твоих губах короткий поцелуй. — Что я должен делать? — Это ты мне скажи. Я сделаю все, о чем попросишь.

Его сердце пропускает удар и тут же ускоряет ритм, когда ты смотришь на него и растягиваешь губы в лукавой улыбке. Низ его живота охватывает жар и медленно растекается по всему телу, поднимая волну возбуждения.

Он кладёт ладонь на твой затылок и притягивает для очередного, но более глубокого поцелуя. Будто он был отправной точкой вашего эксперимента.

— Что ж, милая, — его горячее дыхание опаляет твои влажные губы. — Сперва встань для меня на колени.

Ты слезаешь с кровати и оказываешься между его широко расставленных ног, на которые опускаешь ладони и выжидающе смотришь Ренске в глаза. Невольно сглатываешь, замечая, с каким вожделением он смотрит в ответ.

— Мне следует называть тебя хорошей девочкой за послушание? — широкая ладонь вновь ложится на твою голову и проводит по волосам к щеке. Ты киваешь и чувствуешь его большой палец на своих приоткрытых губах, который прикусываешь, касаясь подушечки языком, и тут же слышишь прерывистый выдох сверху. — Черт, детка, это горячо. Но больше всего я хочу почувствовать твой язык на своём члене. Прямо сейчас.

Он, честно, старается играть свою роль через чертово смущение. Но тебе это нравилось, что он видит по твоим глазам и решительным действиям. Тогда он бросает вызов самому себе, как далеко сможет зайти, лишь бы удовлетворить тебя в полной мере.

— Че-е-ерт, — хрипло стонет Ренске, чувствуя твой горячий рот вокруг своего члена. Ладонь с твоей щеки он перемещает на затылок и зарывает пальцы в волосы, несильно сжимая их, но не оттягивая. — Это хорошо. И все же, детка, я хочу, чтобы ты работала сильнее.

Рука немного давит на голову сзади, вынуждая принять его больше. Ты шумно дышишь через нос и пытаешься расслабиться.

Ты также помнишь, что в любой момент можешь использовать стоп-слово или дважды похлопать по любой доступной части тела Кунигами, давая знак остановиться, что он сделает незамедлительно.

— Сильнее.

Его голос грубеет, как и хватка на волосах. Вместе с давлением ты ощущаешь скручивающийся узел внизу и слабую дрожь в ногах. Все это делал с тобой твой парень, трахающий твой рот и заставляющий принять его большой член так глубоко, насколько возможно, из-за чего на глазах выступают слёзы, а впившиеся в его бёдра ногти наверняка оставят следы даже через одежду. Ты стонешь, но твой голос подавляется занимающей рот горячей плотью.

Вдруг тебя тянут назад, из-за чего член выскальзывает и растягивает от твоих губ ниточку слюны. Вид твоего раскрасневшегося лица с застеленным влагой взглядом вызывает в Ренске ни с чем не сравнимые эмоции.

— Хорошая девочка. Я... все делаю правильно? — его дыхание такое же сбитое, а взгляд пылает. Он отпускает твои волосы и нежно убирает скопившиеся на ресницах слезинки, а ты киваешь, вызывая его улыбку. — Хорошо. Тогда иди ко мне, и я дам тебе больше.

Встаёшь на дрожащих ногах и сразу падаешь в объятия Кунигами, что быстро укладывает тебя на кровать, нависая сверху. Упирается руками по обе стороны от твоей головы, а губами жадно впивается в твои, сплетая ваши языки.

Оба стонете в поцелуй, одновременно чувствуя, как что-то новое зарождается в ваших отношениях.

Ренске садится и спешит стянуть с тебя мешавшую одежду, но замирает, замечая, насколько мокрым было твое нижнее белье, и хрипло стонет.

— Черт возьми, ты так сильно завелась от того, что отсосала мне? — он прижимает пальцы к твоей промежности и через ткань давит на самое лоно, вырывая из тебя протяжный стон. — Да, да. Я хочу больше, пожалуйста. — Ты сведёшь меня в могилу, — рычит Ренске, отбрасывая в сторону уже свою одежду. — Но перед этим дашь себя хорошо трахнуть, верно?— Да, папочка. — Хорошая девочка, — на контрасте с действиями и словами его губы трогает сладкая улыбка, а в глазах мешаются страсть с присущей нежностью.

Последняя преграда летит к другой одежде на полу, и после Ренске подхватывает тебя под бёдрами, притягивая ближе. Чувствуешь, как между ног упирается горячая головка его члена, и нетерпеливо ерзаешь на месте. Но парень не заставляет долго ждать и толкается навстречу, входя сразу наполовину.

Ты звучишь громко и хватаешься за простыни под собой, ведь Кунигами далеко, иначе бы ты впилась в его кожу ногтями и оставила на ней красивые полосы. Он удерживает тебя за ноги, с каждым толчком звонко прижимается бёдрами к твоим и пока ещё держит размеренный темп.

В нем ещё больше загорается интерес, как бы ты выглядела, действуй он жёстче. Если ты уже извиваешься перед ним на кровати, подмахиваешь бёдрами в такт его движениям и зовёшь по имени, всецело наслаждаясь процессом, и это сводит его с ума.

— Такая хорошая девочка для меня, так идеально принимаешь мой член, — ему трудно говорить, перебиваясь на собственные короткие стоны. Его обнаженная грудь уже покрылась испариной и тяжело вздымалась, а ладони с силой сжимали твою мягкую плоть. — Но я знаю, ты хочешь большего. Приготовься, любовь моя, я дам тебе это.

Ты не ожидаешь, что тебя перевёрнут на живот, и громко ахаешь, когда Кунигами снова хватает твои бедра и тянет на себя, вынуждая выставить задницу. Ещё более неожиданным оказывается шлепок по левой ягодице, от которого коротко вскрикиваешь.

Теперь Ренске не медлит, входит до упора и сразу набирает быстрый и жесткий темп, крепко удерживая твои бёдра. С каждым толчком он тянет тебя обратно, насаживая на свой член, а ты вжимаешься лицом в кровать и только так глушишь рвущихся наружу львов.

— Моей девочке нравится, как я ее трахаю? Достаточно грубо? — ты не отвечаешь, и тогда по твоей заднице приходятся несколько звонких ударов подряд, выбивающих весь воздух из лёгких. Если бы не руки Ренске, ты бы уже рухнула на кровать. — Ответь мне, любимая. Хорошо ли я доминирую над тобой?— Да, папочка, — скулишь ты, и это все, что можешь выдавить из себя. — Черт возьми, даже не представляешь, как я рад, — голос парня также срывается от накатывающей волны ярких ощущений.

Теперь вы звучите вместе, громко и отчаянно, совершенно не сдерживаясь и перебивая заполняющие спальню влажные шлепки соприкасающихся бёдер. Никто не мог предположить, что новый опыт так раззадорит вас, и вы абсолютно точно не будете жалеть о нем.

— Я чувствую, как ты сжимаешь меня. Будь хорошей девочкой и кончи вместе со мной, — его хриплые отрывистые стоны переходят в рычание из-за стиснутых зубов в преддверии разрядки. — Давай же, прямо сейчас, кончи на мой член! Черт-черт..!

Ты не видишь, но в момент вашего одновременного оргазма Ренске запрокидывает голову и раскрывает рот в немом стоне. Его спина красиво выгибается, а бёдра ещё пару раз прижимаются к твоим и замирают. Выглядит как чертов Аполлон, и знай ты об этом, наверняка бы жалела об упущенной возможности лицезреть его.

Сквозь пелену собственной эйфории чувствуешь, как по внутренней стороне бедра стекают тёплые капли спермы, до краев наполняющей лоно.

Кунигами отпускает на кровать твое обмякшее тело и нависает сверху, прижимаясь лицом к твоей спине. Он постепенно приходит в себя и нежно целует твою кожу, медленно поднимаясь к плечу и задней стороне шеи.

— Милая, посмотри на меня, — ждёт, когда ты повернёшься, чтобы поцеловать в самые губы. Долго и нежно. — Моя хорошая девочка, ты справилась отлично. Справился ли я?— Да, мне было очень хорошо, — твой голос тих из-за все ещё пронизывающей тело дрожи, но блаженная улыбка и сияющий взгляд говорили за тебя. — Ты отличный доминант. — Рад, что оправдал ожидания, — смеётся парень и ложится рядом, притягивая тебя к своей груди и обнимая. Его поцелуи снова настигают тебя, от чего Кунигами был просто зависим в завершении каждой вашей близости. — Немного полежим, а потом я наберу нам горячую ванну. Что скажешь? — Звучит идеально.