20.

Весна никогда не приходит сразу. Она не похожа на зиму или лето, что заявляют о себе громко и бескомпромиссно. Зима приходит резко, властно, подчиняя всё холоду. Лето слепит, заливает светом, оставляя на теле липкий след жары. Весна другая. Она осторожна, терпелива. Она приходит незаметно, словно пробует почву перед каждым шагом. Сначала — лёгкое тепло в воздухе, ещё несмелое, подверженное капризам погоды. Потом — мягкий запах земли, освобождающейся от снежного плена. Затем — первые капли дождя, очищение перед чем-то новым. Весна — это процесс. Это ожидание. Это перемены, которые начинаются задолго до того, как их можно осознать. Так же и с чувствами. И, как с весной, ты не замечаешь момента, когда всё начинается. Но однажды оглядываешься — и понимаешь, что зима закончилась.

***

Замок гудел. Коридоры, словно проснувшиеся после долгой спячки, наполнились движением — студенты сновали туда-сюда, обсуждая планы, торопливо поправляя шарфы и прихватывая перчатки. Сегодня — первый выход в Хогсмид после затяжной зимы. Она прежде не была там — но слышала десятки историй. О «Трёх мётлах», где подавали самое лучшее сливочное пиво. О «Сладком королевстве», где можно было утонуть в запахе карамели и шоколада. О книжной лавке, чьё название она даже не запомнила — но Астория описывала её с таким придыханием, будто это был храм.

Во внутреннем дворе уже выстроилась плотная толпа — все ждали разрешения выйти за пределы замка. Кто-то оживлённо спорил о маршруте, кто-то смеялся, а кто-то просто переминался с ноги на ногу, нетерпеливо вглядываясь в даль. Кэтрин огляделась — на весеннем солнце мантии казались ярче, чем обычно.

— Кэт, ты с нами? — Астория обернулась к ней, кутаясь в пушистый белый шарф.

Кэтрин кивнула, быстро нагоняя их. Друзья. Слово проскользнуло в мыслях неожиданно, и она замерла на долю секунды, будто оступившись. Оно всё ещё звучало непривычно, не до конца освоено, но... уже не так чуждо. Как новая обувь — удобная, но ещё не разношенная. Но она быстро согнала с себя это наваждение и вернулась к реальности.

Блейз Забини, как всегда, был в гуще происходящего. Он не повышал голос, но каким-то образом всё равно притягивал к себе внимание.

— Говорю вам, сначала «Три метлы», потом «Сладкое королевство», потом — куда хотите.

— Сначала в «Сладкое королевство»! — продолжал настаивать Тео, но никто его не слушал.

Дафна с Асторией увлечённо спорили о том, какие магазины посетить; Блейз вставлял ехидные комментарии, но по его широкой улыбке было понятно — он наслаждался шоу; Тео выглядел так, будто его жизнь напрямую зависела от количества съеденного шоколада. И только Драко держался чуть в стороне, казалось, единственный, кто не растворился в весеннем оживлении. Он не пытался слиться с толпой, не искал взглядов, не участвовал в ажиотаже — просто стоял, будто наблюдатель. Тем не менее, она заметила его почти сразу: светлые волосы резко контрастировали на фоне чёрной мантии и пробивающейся из-под практически растаявшего снега зелени. Но прошла мимо, направляясь к своему другу. Плавные, почти невесомые шаги, лёгкий поворот головы, тонкий аромат вишни, шлейфом повисший в воздухе. Остановилась сбоку, чуть ближе, чем требовало приличие, словно давая Блейзу возможность заметить её прежде, чем она заговорит.

— Они всегда так спорят? — Кэтрин вопросительно подняла брови.

Забини лениво поправил перчатки, даже не удостоив взглядом компанию, чья перепалка уже больше напоминала преддверие открытой баталии, чем осмысленный диалог.

— Не уверен, что их мнение тут вообще что-то решает, — заметил он с лёгкой усмешкой, наконец поворачиваясь к ней всем телом. — Но есть вещи поважнее, — он поднял указательный палец и скользнул по ней оценивающим взглядом. — Ты впервые идёшь в Хогсмид. Так что, Кэтрин Вэберн, какие у тебя ожидания?

Она пожала плечами.

— Я не строю их.

— Значит, будем рушить твои отсутствующие ожидания.

Эти слова вызвали непроизвольную усмешку.

— Всё! Хватит! — Тео театрально вскинул руки. — Если мы не двинемся прямо сейчас, я официально умираю. Прямо здесь. На ваших глазах.

И Нотт с преувеличенной обречённостью прислонился к ближайшей колонне, изображая агонию.

— Ох, какой ужас, — сухо заметила Дафна. — Потерять тебя так рано...

Она неспешно двинулась к выходу из замка, будто намеренно играя с ним.

— Давай быстрее, пока мы не начали собирать деньги на венок.

Кэтрин сделала шаг вперёд — и почувствовала, как Драко двинулся вместе с ней. Как будто не хотел оставаться позади. Как будто не мог не идти рядом. Но она всё же удивилась, когда он заговорил.

— Ты сегодня особенно радостная, — голос прозвучал негромко, но в нём было что-то цепляющее, словно внезапный порыв ветра, сбивающий дыхание.

— Весна.

— Или предвкушение очередных приключений, — Блейз хлопнул его по плечу, ухмыльнулся и повернулся к Кэтрин.

Драко не рассмеялся, не оттолкнул его руку, не сказал ни слова — но Кэтрин уловила, как на мгновение его пальцы сжались в кулак. Она перевела взгляд на его лицо, и он перехватил её взгляд — слишком быстро, слишком внимательно. Что-то тяжёлое, смутное скользнуло в его глазах, но Кэтрин предпочла не заострять внимание. Хогсмид ждал. И, пожалуй, это был неплохой день, чтобы просто жить.

***

Тут кипела жизнь. Весна чувствовалась иначе — насыщеннее, живее. То ли из-за магии, то ли из-за смеха студентов, заполнивших улицы. Чёрные мантии мелькали в толпе, цветные шарфы развевались на ветру, воздух был наполнен ароматом сладкой выпечки, кофе и лёгкой горечи трав — видимо, из «Зельеварни Семи Лун». Кэтрин огляделась, впитывая всё сразу. У витрины лавки толпились гриффиндорцы и когтевранцы. Кто-то оживлённо обсуждал новинку — зелье для безболезненной санации зубов. Ханна Эббот смеялась так, что едва не уронила флакон с чем-то подозрительно светящимся.

— Книжный! — Астория, не теряя времени, схватила Дафну за локоть. — Нам туда.

— Нам? — скептически переспросила та, но сестра уже волокла её вперёд, не слушая возражений.

Тео проводил их взглядом, тяжело выдохнул и повернулся к остальным:

— Эти двое вообще ничего в жизни не смыслят.

— А что, книги не нужны для светлого будущего? — задумчиво протянул Блейз, наблюдая за удаляющимися девушками.

— Нет. Для светлого будущего нужен шоколад, — отрезал Тео и, не оборачиваясь, направился в сторону «Сладкого Королевства».

Кэтрин перевела взгляд на оставшихся:

— Ну что, а мы куда держим путь?

Блейз намеренно не ответил сразу, он показательно повернул голову к Драко, явно давая тому возможность первому обозначить маршрут. Малфой медлил. Он словно хотел что-то сказать, но замешкался, будто фраза застряла где-то между горлом и мыслями. Его пальцы на мгновение дёрнулись, но он тут же спрятал руки в карманы мантии.

— Без разницы, — бросил он. — Главное, подальше от всех этих... восторженных идиотов.

— Значит, к «Трём мётлам»? — усмехнулась Кэтрин.

Блейз кивнул, и они двинулись вперёд. Вдоль лавок Хогсмида царило оживление. У одной из витрин Кэтрин заметила знакомый силуэт — узнаваемая осанка, идеально уложенные волосы, пальцы, аккуратно касающиеся стекла. Пэнси стояла у магазина аксессуаров, чуть наклонив голову, рядом с ней — Миллисент Булстроуд. Кэтрин замедлилась, чувствуя, как в голове щёлкает странное осознание: они разговаривали. Просто разговаривали. Без язвительных комментариев. Без закатывания глаз. Без натянутого недовольства, которым Пэнси, казалось, дышала. И самое странное — Миллисент тоже выглядела расслабленной. Она хмуро провела по ним взглядом. Что ж, день полон сюрпризов. Неужели Пэнси Паркинсон умеет дружить?

— Не отвлекайся, Кэт, ты тут не для антропологических исследований, — Блейз ухмыльнулся, наклоняясь ближе.

— А если я буду изучать исключительно твоё поведение?

— Опасный эксперимент. Я предупреждал — у меня заразительная харизма.

— Ты мне угрожаешь? — приподняла бровь Кэтрин.

— Констатирую очевидное.

Диалог скользил легко, непринуждённо, как будто они оба играли в игру, где не нужно было устанавливать правила. Но Драко... Драко шёл рядом, и Кэтрин чувствовала его напряжение, даже не глядя. Он не вмешивался, не комментировал, не делал замечаний, но плечи были жёстко сведены. Пальцы сжимались так, что костяшки белели. И его взгляд... Кэтрин решила не думать об этом. Блейз, напротив, неприкрыто наслаждался. Он вёл обычную беседу, но в каждом слове было достаточно подтекста, чтобы Малфой слышал. И реагировал. Когда Кэтрин засмеялась, Блейз посмотрел на неё, как будто собирался сказать что-то ещё. Но в этот момент Драко резко остановился.

— Я дальше не иду.

— Как скажешь, друг, — Блейз почти благосклонно улыбнулся, так, будто его это абсолютно не удивило.

Малфой предпочел оставить эту реплику без ответа и удалился по направлению к маячившим чуть поодаль Крэббу и Гойлу — с прямой спиной и чуть вздёрнутым подбородком. Словно пытался убедить всех вокруг: это был его выбор. Кэтрин смотрела ему вслед. Она не понимала, что именно в этой сцене её зацепило. Но что-то определённо от неё ускользало.

— Он, конечно, драматичен, — высказался Забини, привычно ухмыльнувшись. — Ну что, идём?

Она кивнула, игнорируя комментарий друга. И они двинулись дальше. Свернули на боковую улицу, и впереди показалась вывеска «Трёх мётел», едва раскачивавшаяся на ветру. С карнизов прилегающих фасадов стекала тонкими струями капéль, срываясь вниз, — одни капли разбивались о мокрую брусчатку, другие ударялись хаотичными всплесками о лужи, отражающие в себе ясное голубое небо. В воздухе пахло талым снегом, древесной корой и чем-то тёплым, сладким, навевающим приятные воспоминания. Блейз первым потянулся к двери, галантно распахнув её.

— Добро пожаловать в храм разгильдяйства, дорогая.

Тепло паба мягко окутывало, контрастируя с прохладой улицы. Внутри было шумно, но уютно. Тёплый свет ламп лился на деревянные столы, воздух пропитан запахом сливочного пива, корицы и чего-то терпкого — возможно, рома, который лили в бокалы посетителям постарше. Кэтрин с Блейзом устроились за одним из столиков у окна. Она откинулась на спинку стула, оглядываясь по сторонам. В противоположном конце зала, судя по всему, началась очередная карточная партия, потому что раз за разом раздавались вскрики, звон монет, раздражённые восклицания. Забини расслабленно закинул ногу на ногу, наблюдая за ней с той самой лениво-изучающей полуулыбкой.

— Ну, и каковы твои первые впечатления от Хогсмида? — спросил он, жестом подзывая официантку.

— Значит, это оно, да? — она снова посмотрела по сторонам, оценивая место, впитывая в себя стойкий аромат жжëного сахара и хмеля, и замечая висевшие на стенах пожелтевшие объявления о розыске.

— Разочарована?

— Скорее удивлена. Я ожидала чего-то грандиозного, — пожала она плечами. — А это просто ещё одно место, где слишком много людей.

— Вот оно — Кэтрин Вэберн и её проклятие: видеть вещи такими, какие они есть, а не какими кажутся, — улыбнулся Забини, откидываясь на спинку стула.

— А что, у тебя другое проклятие? — она хитро прищурилась.

Блейз лениво провёл пальцем по деревянной столешнице, будто вычерчивая узоры, и только потом посмотрел на неё.

— Моё — с интересом наблюдать, как все вокруг пытаются найти смысл, которого нет, — он чуть наклонился вперёд. — Или, хуже того, отказываются видеть смысл там, где он есть.

— Что ж, ты явно не страдаешь от недостатка амбиций.

— Я просто не верю в обыденность, — Блейз улыбнулся. — Даже в таких местах, как это, можно найти что-то... достойное внимания.

Она покачала головой и нахмурилась.

— Слишком шумно.

— Это же милая деревушка, Кэт. Здесь даже хаос продаётся в уютной обёртке.

— Балаган в милой обёртке остаётся балаганом. Все бегут сюда, будто тут раздают что-то важное.

— О, но так и есть, — он придвинулся ещё ближе, и в голосе прозвучала наигранная серьёзность. — Здесь раздают иллюзии.

Кэтрин посмотрела в окно. Толпа на улице напоминала муравейник — суета, оживлённые голоса, чужой смех. И тишина за их столом показалась почти драгоценной. Она усмехнулась. В этот момент официантка поставила перед ними две кружки сливочного пива. Блейз спокойно взял свою, но прежде чем сделать первый глоток, взглянул на Кэтрин с легким прищуром:

— Если тебе не хватает шоу, могу это исправить.

— Я в тебе и не сомневалась, — она чуть склонила голову, губы тронула лёгкая улыбка.

Пенка плавно оседала на стенках бокалов. Звуки карточной партии перемешивались с уличным гулом — Хогсмид жил своей жизнью. И тогда она наклонилась ближе, наконец решаясь задать вопрос:

— Блейз Забини, мой таинственный друг... быть может, в свете этого чудесного дня ты снизойдёшь до того, чтобы утолить моё любопытство? Почему ты решил со мной подружиться?

Блейз медленно отставил кружку.

— Внезапный интерес к моим благородным мотивам?

— Просто любопытно, — пожала она плечами. — Не сказала бы, что ты славишься привязанностью.

— Ах, Кэтрин, но ты же знаешь, я люблю делать исключения.

— Любишь?

— Обожаю.

Он поманил её пальцем, будто собирался раскрыть секрет, и в его взгляде было что-то откровенно кокетливое, но в тоже время хищное, как у человека, который умеет играть словами так, что потом невозможно выбросить их из головы.

— Давай так. Если ты скажешь, почему тебя это так волнует, я отвечу на твой вопрос.

Она промолчала. И этого было достаточно, чтобы он понял — она не поведётся. Блейз усмехнулся.

— Ну вот, а мы могли бы устроить такой интересный размен.

— Ты всё равно не ответил бы.

— Но ты всё равно спросила.

Она закатила глаза, но не удержалась от улыбки. Его способ скользить между вопросами, не теряя контроля, почти восхищал.

— И всё-таки?

— Представь, что это загадка, — Блейз в очередной раз улыбнулся — хитро, почти лениво. — Ты мне нравишься, Кэт. Но я не раздаю объяснений. Даже тем, кто умеет задавать хорошие вопросы.

— Боишься потерять ореол таинственности?

— Нет. Просто люблю наблюдать, как ты ищешь ответы.

Кэтрин хмыкнула.

— А может, ты сам не знаешь?

— О, я-то знаю. Вопрос в том, узнаешь ли ты.

Она уже собиралась что-то ответить, но дверь с грохотом распахнулась — и весь разговор в один миг потерял актуальность. Тео влетел в паб, стремительно, с лёгким беспорядком в волосах и лицом человека, который только что провернул сделку века. И с ним — огромный бумажный пакет, доверху набитый сладостями.

— Блядь, мне срочно нужен стол, я уже сам не понимаю как дотащил всё это.

Он грузно плюхнулся рядом, водружая перед собой добычу: карамельные палочки, шоколадные лягушки, упаковка ирисок, какие-то жвачки в странных пакетиках... Даже несколько пирожных в аккуратной упаковке.

— Вэберн, ты не представляешь! — он гордо кивнул на свою ношу, вызывая ропот у ближайших поситителей. — Я взял ВСЁ.

— Слушай, Нотт... — Кэтрин покосилась на него с явным скепсисом. — А с каких пор ты стал таким сладкоежкой?

Тео на секунду завис, а потом громко рассмеялся. Она заметила, как Блейз медленно перевёл на неё взгляд, выражение лица у него было таким, будто он собирался насладиться этим моментом в полной мере, а в глазах считывалось насмешливое: «Ты ещё не догадалась?» Но она и правда не догадалась. Тео щёлкнул пальцами, будто призывая её включить логику.

— Знаешь, что происходит, когда ты куришь травку?

— Что?

— Тебе хочется есть.

Кэтрин моргнула.

— Ты...

— Да.

Она кинула быстрый взгляд на Блейза — тот только пожал плечами и слегка ухмыльнулся.

— Так что да, — продолжил Тео, загребая к себе карамельные палочки. — Этот пакет — результат того, что я, возможно, слегка переусердствовал.

Кэтрин всё ещё обрабатывала информацию, в тот момент, когда Теодор наклонился к Блейзу, демонстративно разжал кулак под столом — в ладони блеснул плотный свёрток. Забини подавил усмешку. Она прикрыла лицо ладонью.

— Вы — идиоты.

— А ты — невинное дитя, — ухмыльнулся Тео, выуживая из горы на столе карамельки, шоколадные конфеты и жвачку с эффектом дыма.

— Ну, раз ты уже закупился, угощай.

Благосклонно кивнув, он жестом пригласил её рыться в его сокровищах. Она склонила голову набок, якобы изучая ассортимент, взяла какую-то шоколадку, развернула и аккуратно надкусила.

— Ты предлагаешь мне только сладкое или что-то посерьёзнее?

— А ты что выберешь? Только сладкое? Или наконец расширишь горизонты?

— Сначала сладкое, — заговорщически улыбнулась Кэтрин, отбирая у него кусок пирожного. — А дальше посмотрим.

Тео закинул ноги на соседний стул и выглядел при этом полностью удовлетворённым ответом. Блейз молча наблюдал за ними, но по его мимике было понятно, он выбирает как относиться к происходящему. А затем, видно приняв решение, просто сделал глоток напитка.

— Ну что, кто-нибудь ещё подтянется? — Тео небрежно кинул в рот ириску и развалился на стуле, абсолютно довольный.

— О да, — Блейз лениво откинулся назад. — Думаю, очень скоро тут будет весело.

И, чёрт возьми, он был прав. Вечер обещал быть интересным. Паб всё больше наполнялся людьми. Гул голосов сливался в приятный фон, а тепло сливочного пива растекалось по телу. Кэтрин методично перекатывала по столу карамельку, наблюдая, как Нотт медитативно разгребает свою гору сладостей, выбирая, что попробовать следующим. Блейз же наблюдал за этим с лёгким превосходством, словно выжидал, когда Тео кристаллизуется от переизбытка сахара и впадёт в кому.

Дверь паба вновь открылась. В этот раз без грохота, но с ощущением заметного изменения в атмосфере. Кэтрин не сразу посмотрела в ту сторону, но почувствовала, как что-то в разговоре за соседними столиками сдвинулось.

Гринграсс. Дафна и Астория были настолько разными, что иногда казалось, будто они появились в этом мире только для того, чтобы олицетворять противоположности. Первая — точность, сдержанность, резкость, в голосе сталь, перемешанная со льдом. Вторая — лёгкость, мягкость, но не наивность, а та самая пружинистая гибкость, которая позволяла ей выходить сухой из воды. Они вошли вместе, но совершенно по-разному. Дафна — размеренно, плавно, с тем видом, который говорит: «Я здесь, и это большая честь для вас». Астория — быстрее, с лёгкой улыбкой, в глазах ещё горело то вдохновение, что, скорее всего, зародилось в книжной лавке.

— Ну, мы живы, если вам интересно, — сообщила Дафна, снимая перчатки и присаживаясь рядом с Кэтрин. — Несмотря на то, что мне пришлось провести последний час в книжном, и да — это было мучительно.

— Не мучительно, а просветительно, — с притворным возмущением парировала Астория, скидывая ноги Тео со стула и устраиваясь рядом.

— Ох, да. Чего уж там, мне даже удалось физически потрогать этот ваш «культурный багаж».

— Какая трагедия, Гринграсс, — покачал головой Нотт, с громким хрустом разгрызая карамельную палочку. — Надо было тебе со мной идти.

— С тобой? — Дафна посмотрела на стол, заваленный сладостями, и её бровь едва заметно дёрнулась.

— Учитывая твою предвзятость к сахару — да, боюсь, у нас бы не сложилось.

Астория бросила на них оценивающий взгляд, подперев подбородок ладонью.

— Тео, ты съедаешь сладкого больше, чем пол-Когтеврана за неделю. У тебя там что, дефицит глюкозы?

— Он просто нашёл источник вдохновения, — усмехнулась Кэтрин, сделав очередной глоток пива.

Блейз скользнул по ней глазами, скрывая ухмылку за кружкой. Тео возмущённо хмыкнул, обводя их очень красноречивым взглядом.

— Вы, ребята, просто завидуете.

— Чему? — Дафна оперлась локтем о стол, посмотрев на него со скучающим выражением.

— Я просто беру от жизни лучшее, пока другие тут сидят и рефлексируют.

Астория закатила глаза, но усмехнулась.

— Тео, ты буквально засунул в рот пять ирисок.

— Потому что могу.

— Ну-ну.

Дафна покачала головой, но в её взгляде мелькнуло что-то похожее на удовольствие от этой перепалки. Кэтрин смотрела на них и ловила себя на мысли, что Гринграсс, даже в повседневных разговорах, были как две стихии, постоянно пересекающиеся, но никогда не смешивающиеся полностью. Но здесь, за этим столом, они были в своей тарелке. И, пожалуй, именно в этом и был смысл всей этой странной компании.

Она водила пальцем по ободку кружки, пока разговор вокруг продолжался в привычном ритме. В паб прибывало всё больше студентов с разных факультетов, и шум становился гуще, но не раздражал — скорее, был чем-то уютным, чем-то, что создавало ощущение нормальности. Когда дверь распахнулась в очередной раз, Кэтрин уже даже не обратила внимание. Но потом услышала знакомый голос.

— Ну, смотрите, какие мы тут дружные, — Пэнси Паркинсон появилась рядом с их столиком, скрещивая руки на груди. На её губах играла извечная полуулыбка — та самая, что одновременно дразнила и выстраивала дистанцию. Рядом с ней стояла Миллисент Буллстроуд — расслабленная, без привычного недовольства на лице, будто недавний разговор в лавке аксессуаров действительно был чем-то приятным, а не очередной демонстрацией силы или превосходства Паркинсон.

— Паркинсон. Миллисент. Какой сюрприз, — Кэтрин подняла взгляд, спокойно встретившись с ними глазами.

— Сюрприз? — Пэнси картинно вскинула брови, словно фраза её даже позабавила. — В пабе, полном слизеринцев? О, Вэберн, ты меня переоцениваешь.

— Ты не поверишь, но я не привыкла тебя переоценивать.

Миллисент промолчала, предпочитая отстранённость попыткам включиться в чужую игру. Пэнси фыркнула, усаживаясь на край стола.

— Знаешь, Вэберн, не весь мир крутится вокруг интриг.

— О, какой неожиданный жизненный урок. От тебя.

Паркинсон рассмеялась, но не ответила, вместо этого оглядела компанию: Дафна тихо хмыкнула, не поднимая глаз от бокала. Тео и Блейз заинтересовались, явно ожидая, куда зайдёт этот диалог.

— Кстати, — продолжила Пэнси, — вы ведь не против, если мы тут рядом присядем? Хотя если и против — это не особо важно. Мы Драко ждём. Так что, пожалуй, займём другой столик.

Кэтрин замерла на секунду, но быстро взяла себя в руки. Она вдруг осознала, что тоже ждала его появления. Точнее, не то чтобы ждала, но... просто рассчитывала, что он всё же придёт сюда. Что он будет за этим столом, в этом разговоре, с ними. Но он, похоже, предпочëл компанию Пэнси. Она почувствовала странное секундное разочарование. Что за чушь? Словно осознавая бредовость собственных мыслей, Кэтрин внутренне одёрнула себя. С чего это ей грустить? Это его выбор. Это его чёртово дело. Она не успела ничего сказать, но заметила движение краем глаза. Блейз медленно перевёл на неё взгляд, а потом, почти незаметно, встретился глазами с Дафной. Секунда — и они переглянулись. Кэтрин решила проигнорировать это.

— Как вам угодно.

Пэнси усмехнулась, будто секундное замешательство Вэберн не ускользнуло и от неё, но каким-то чудом воздерживалась от комментариев. Миллисент пожала плечами, и обе отошли к соседнему столику. Кэтрин сделала ещё один глоток пива, но вкус уже не ощущался. Шум паба вдруг показался неприятно резким. Разговор возобновился, но где-то внутри затаилось лёгкое, неприятное ощущение. Ну и что с того, что Малфой не придёт?

— Это лучший день за последние месяцы, — Астория с удовольствием сделала глоток пива, откидывая назад волосы.

— Ты так говоришь каждый раз, когда мы выходим из замка, — поддел её Тео, с каким-то особым интересом прокручивая в пальцах ложку.

— Потому что это правда, — ответила она, искренне улыбаясь.

Общение было лёгким, темы менялись, как узоры в калейдоскопе — последние уроки, преподаватели, сплетни, обсуждение, кому Хагрид сломает жизнь в этот раз своей любовью к опасным тварям. Но как только дверь в бар снова распахнулась, Кэтрин ненадолго отвлеклась... и увидела Драко. Он вошёл не один — Крэбб, Гойл, ещё пара слизеринцев. Но даже без свиты его сложно было бы не заметить. Собранный, отстранённый, с ледяной маской на лице. Выдержанный до безупречности, но что-то в его осанке выдавало скованность. Он не посмотрел на их стол. Просто прошёл дальше, направляясь к Паркинсон и Буллстроуд.

Что-то внутри Кэтрин сжалось. Не резко, не сильно, но ощутимо. Чёрт, даже не думай об этом. Она отвела взгляд, делая вид, что её это не касается. Но стоило ей снова вернуться к разговору, как она заметила другое. Нотт и Забини. Они поочерёдно перевели на неё взгляды, а потом переглянулись. Ненавязчиво, но очень чётко. Они всё видели, поняли, но, к счастью, не дали ей зависнуть в этом состоянии.

— Так, стоп, — резко воскликнул Блейз, взяв в руки кружку и повернувшись к Тео. — Мы что, реально дошли до обсуждения гриффиндорских семейных драм? Может, уже сразу перейдём к ставкам, сколько Поттер в этом году сломает рёбер?

— О, мне нравится ход мыслей, — оживился Тео. — Я бы поставил на два.

— Маловато, — вмешалась Дафна, накручивая на палец локон платиновых волос. — В прошлом году он сломал... кажется три?

— Четыре, — уточнила Астория, качая головой. — И ещё одно выбил Малфою.

— Ну, это было заслуженно, — вмешался Блейз, делая вид, что очень серьёзен. — Даже я согласен, что Малфой вёл себя тогда как идиот.

— Слова, которые Драко никогда не скажет вслух, — усмехнулась Кэтрин.

Компания засмеялась, и напряжение развеялось. Даже если у соседнего столика Драко всё ещё сидел с этим своим вымученным отрешённым выражением лица. Но этот вечер, кажется, только набирал обороты. Многострадальная дверь в паб отлетела в стену с такой силой, что, казалось, её собирались снести с петель. Несколько человек подскочили на своих местах, а кто-то едва не пролил своё пиво. Близнецы Уизли появились в зале как ураган — громкие, энергичные, будто несущие хаос в самом своём существе.

— О, вот и гриффиндорские звёзды, — Блейз театрально закатил глаза, — какой сюрприз! Ждали только их.

Но настоящим сюрпризом оказалось то, куда они направились. Кэтрин даже не успела удивиться, как перед ней уже вырос Фред, слегка склонив голову набок, с чистым, неподдельным интересом в глазах и огненно-рыжим хаосом на голове.

— Ну-ну, что это мы тут собрались?

— Неужели Слизерин решил посетить общие места? — Джордж усмехнулся, вставая рядом с братом.

— А что, Гриффиндор объявил монополию на «Три метлы»? — Блейз сцепил руки в замок, насмешливо улыбаясь.

Близнецы рассмеялись, но их внимание тут же сместилось на Кэтрин.

— А ты, похоже, новенькая, — Фред прищурился, разглядывая её.

Кэтрин не моргнула, встречаясь с его взглядом.

— Очень наблюдательно.

— Для гриффиндорцев — впечатляюще, — язвительно вставила Дафна.

— Ой, а вот это уже грубо, — Джордж театрально приложил руку к сердцу. — Ум, смелость, гениальные идеи — мы и так несём слишком тяжёлый груз, чтобы ещё и зоркость к нему добавлять.

— Вы намекаете на недостаток интеллекта у всей факультетской системы, или только у вас? — Кэтрин с вызовом приподняла бровь.

— О, она мне нравится, — Фред усмехнулся, оборачиваясь к брату. — Как думаешь, стоит ли её похитить?

— Не уверен, что это хорошая идея, — Джордж задумчиво почесал подбородок и пожал плечами. — У меня такое чувство, что если её кто-то и похитит, то только потому, что это было её собственным планом.

Близнецы с видимым удовлетворением обменялись взглядами.

— Ладно, Вэберн, ты нас заинтриговала, — протянул Фред, делая шаг назад. — Но мы тут, понимаешь ли, не просто для красного словца.

— Да, нас ждёт наша доблестная команда, — добавил Джордж, прищурившись. — Мы ведь не можем оставить Гриффиндор без должного надзора.

— Конечно, — Блейз откинулся назад, ухмыляясь. — А то мало ли что тут без вас натворят.

— Вот именно, — Фред подмигнул, взъерошив волосы. — Мы ведь очень ответственные граждане волшебного мира.

— Просто сущий образец благоразумия, — кивнула Дафна, не скрывая сарказма.

— Весьма лестно, леди Гринграсс, — Джордж с невозмутимым видом отдал ей шутливый салют. — Ну а теперь, дамы и господа, нас ждёт великая миссия — проверить, не растратил ли Поттер свой пафосный паёк на неделю вперёд.

— О да, без его вдохновляющих монологов Гриффиндор может потеряться в моральных ориентирах, — фыркнул Тео.

Близнецы рассмеялись, развернулись и с лёгкой грацией, будто танцуя, двинулись к столу, за которым уже собрались их друзья. Кэтрин проводила их взглядом и, прежде чем вернуться к своей кружке, уловила краем глаза, как Рон Уизли на их фоне заметно напрягся и поспешно отвёл взгляд. Она нахмурилась.

Братья ушли, за столом снова установилось лёгкое, расслабленное веселье.

— Ну что, Нотт, ты уже достиг сахарного апогея? — скептически поинтересовался Блейз.

— О, я только в начале пути, — самодовольно заявил Тео, с величайшей серьёзностью вскрывая новую упаковку мармелада. — Но если вдруг впаду в кому, считайте это моей последней волей: похороните меня в «Сладком королевстве».

— В шоколадном гробу, — добавила Дафна, качая головой.

— И с ирисками вместо монет для Харона, — подхватила Астория.

Тео наигранно сложил руки на груди, изобразив мученика, но продолжил жевать. Кэтрин рассеянно улыбнулась, поднимая кружку, но взгляд невольно скользнул в сторону. За соседним столом Драко сидел в окружении Крэбба, Гойла, Пэнси, Миллисент и пары игроков из квиддичной команды. Они что-то обсуждали — скорее всего, нечто важное, если судить по тому, как Малфой чуть подавался вперёд, а Паркинсон смотрела на него с откровенным интересом. Будлстроуд, напротив, выглядела равнодушной, больше заинтересованной в своём напитке и десерте, чем в разговоре. Крэбб и Гойл, как всегда, просто присутствовали, а остальные время от времени кивали, будто подтверждая какие-то доводы. Они были... отдельной реальностью. Вписанные в общий фон, но в то же время как будто существующие по своим, не до конца ясным для остальных правилам. Чётко выверенные позы, предсказуемые реакции, границы, которые никто из них не пересекал. Странно. Ей никогда не приходилось задумываться о том, насколько чужим Малфой может казаться даже среди своих. А ещё Драко ни разу не посмотрел на неё. Не то чтобы она этого ждала. Нет, конечно. Просто...

Кэтрин отвела взгляд от соседнего столика и остановилась на другом конце зала. Она не могла не заметить близнецов, даже если бы захотела. Они не просто занимали пространство — они заполняли его. Их смех, жесты, даже малейшие движения будто задавали ритм вокруг. Они были слишком громкими, слишком уверенными, слишком... живыми, чтобы оставаться незамеченными. Она никогда особо не интересовалась ими. Но слышала. О проделках, о нелепых (и одновременно гениальных) шутках, о взрывчатке, из-за которой в прошлом году трещали окна на четвёртом этаже. О том, как они умудрились превратить слизеринца шестого курса в ходячее облако пара на целый день. О том, как они могли одним словом вывести из себя любого преподавателя, кроме Люпина, который лишь загадочно улыбался, когда их очередное «изобретение» вносило хаос на уроке. И сейчас, наблюдая, как они что-то увлечённо обсуждают с Роном Уизли, она задумалась: каково это — быть их врагом? А другом? Казалось, их нельзя игнорировать.

Но её внимание зацепилось не только за них — Рон. Он выглядел так, будто пытался раствориться в воздухе. Но вместо этого — краснел. Это было... любопытно. Кэтрин чуть прищурилась, замечая, как он ещё несколько раз бросал в её сторону короткие взгляды. Она ещё не решила, как на это реагировать. Но наблюдать было занятно.

— Кэт, ты ведь даже ничего толком не посмотрела в Хогсмиде.

— Я не особо расстраиваюсь, — она пожала плечами. — У меня ещё будет время.

— Не бойся, мы найдём способ испортить тебе все ожидания, — вставил Блейз, усмехаясь. — Это наша сильная сторона.

— Это я уже поняла, — хмыкнула Кэтрин, чокнувшись с ним кружками.

Время протекало мягко, незаметно, разговоры сменяли друг друга, заказы заканчивались, но никто не спешил вставать. Однако, в какой-то момент за соседним столом началось движение с характерным скрипом стульев по деревянному полу. Драко и его компания уходили. Он не взглянул на неё. Она и не ждала, правда. Честно. Ей не было важно. Но, чёрт возьми... почему-то это снова задело.

***

Хогвартс встретил их вечерней тишиной. Возвращение в замок после Хогсмида было немного странным — словно за пределами стен существовал другой мир, наполненный смехом, уличной суетой и запахом пива с корицей, а здесь всё снова становилось спокойным, размеренным, слишком знакомым. Компания начала расходиться. Дафна, поправляя шарф, грациозно потянулась и повернулась к Кэтрин:

— Я собираюсь посидеть в гостиной. Ты со мной?

— Астория не составит тебе компанию?

Дафна хмыкнула, бросая взгляд в сторону младшей сестры, которая уже углубилась в новый том, забыв о существовании окружающего мира.

— Ты правда думаешь, что она доступна для общения после книжной лавки?

Кэтрин усмехнулась, но ответить не успела. Тео и Блейз переглянулись. О, она знала этот немой диалог. Обмен быстрыми, но слишком красноречивыми взглядами, потом — на неё. Тео почти невинно забросил карамельную палочку в рот. Блейз вальяжно скрестил руки на груди, ухмыльнувшись в её сторону. Кэтрин замешкалась, потом вздохнула, поворачиваясь к Дафне:

— Спасибо за предложение, но мне ещё нужно кое-что сделать.

Гринграсс чуть приподняла бровь, но ничего не сказала. Кэтрин незаметно кивнула парням. Они медленно, с откровенным удовольствием, развернулись и направились в нужном направлении. Она же для начала поднялась в спальню, быстро переоделась и на секунду задержалась, наблюдая, как Астория, свернувшись клубком в кресле, перелистывает страницы, даже не замечая её присутствия. Это было почти умилительно. Но, когда она вышла в коридор, волна мыслей снова накрыла её. Сегодняшний день. Драко. Её странное, чертовски раздражающее разочарование, когда он ушёл с Пэнси. Чего ради она вообще об этом думает? Она обернулась, собираясь идти дальше. Но в этот момент услышала голос.

— Ты потерялась?

Кэтрин замерла. Помяни черта — появится Малфой. Он стоял чуть в стороне, руки в карманах мантии, его глаза, отливающие серебром, цеплялись за неё, и она не сразу нашлась с ответом.

— Нет, просто... хотела немного пройтись.

Он приблизился, уголок его губ дрогнул в лёгкой усмешке.

— В одиночестве?

— А что, мне нужен сопровождающий?

— Смотря, что именно ты собиралась делать.

Идиотское, нелепое стечение обстоятельств прервало их разговор прежде, чем он мог развернуться в привычный обмен колкостями и словами, в которых каждый скрывал больше, чем озвучивал. В конце коридора появился силуэт Филча. Движения были такими, будто он наслаждался возможностью обнаружить и отправить очередную парочку студентов к Снейпу. Но Драко не дал ей даже сообразить, что делать. Он резко схватил её за руку и втянул в ту самую каморку. Дверь закрылась с глухим щелчком. Темнота. Тишина. И снова они вдвоём в тесном пространстве.

— Тише, — он резко обернулся к ней, прислушиваясь.

Филч бормотал что-то себе под нос за стеной, шаркая ботинками по каменному полу. Ломкий свет фонаря скользнул под дверью, проникая внутрь, но не задержался. Кэтрин стояла, прижавшись спиной к полке. Дыхание сбито, ладони холодные. Она чувствовала, как на коже проступает липкий след адреналина.

— Думаешь, он ушёл? — прошептала она.

Драко качнул головой, но не ответил. Его глаза блестели даже в этом полутëмном помещении. Кэтрин сжала губы, пытаясь не поддаться этому взгляду. Его глаза... они не врали. Никогда. Она выдохнула, плотнее вжимаясь в стеллаж.

— Это уже превращается в какой-то сюр.

Едва подавив смешок, Драко шепотом отозвался:

— Традиции должны быть странными.

На мгновение повисла тишина. Темнота размывала границы, и напряжение между ними стало почти осязаемым. Она чувствовала его дыхание слишком близко. Чувствовала, как каждый его жест резонирует внутри.

— Это глупо, — её голос прозвучал тише, чем хотелось.

— Безусловно, — но он не отступил.

— Ты собираешься всегда так вытаскивать меня из передряг?

— Возможно, — голос глубже, чем обычно. Драко вдруг стал серьёзным. — Хотя знаешь? Мне всё это надоело.

Кэтрин нахмурилась, не понимая, к чему он ведёт.

— Что именно?

Он не отводил взгляда.

— Все эти разговоры. Напряжение. Попытки вести себя так, будто ничего не происходит, — он сделал шаг ближе. — Вэберн... Мне это надоело.

И прежде чем она успела ответить, он резко притянул её к себе. Их губы встретились. Это было горячо. Пронзительно. Правильно. Его руки скользнули по её талии, сильные, цепкие. Поцелуй был требовательным, но в то же время осторожным — словно он хотел дать ей возможность отстраниться, но и не собирался отпускать, если она этого не сделает. Кэтрин задержала дыхание на секунду. А потом расслабилась. Её пальцы зарылись в его волосы, и мир существовал только здесь, в этом мгновении, в этом контакте. Она не думала. Просто чувствовала.

Когда они, наконец, отстранились, дыхание у обоих было сбито. Темнота сгущалась вокруг, но их взгляды встречались, как будто даже она не могла разорвать этот момент.

— Это тоже станет традицией? — её голос был хриплым, дыхание ещё не восстановилось.

Он улыбнулся, его лоб коснулся её.

— Возможно.

Но прежде чем успел сказать что-то ещё, он отступил. Оторвался от неё, будто что-то осознав.

— Тебе лучше вернуться в спальню.

— А ты? — она нахмурилась явно не понимая ход его мыслей.

Он не сразу ответил. И эти секунды ожидания отчего-то показались мучительными.

— Мне нужно подумать.

Драко развернулся и вышел, оставляя её в одиночестве. Кэтрин провела языком по губам. Тепло его прикосновения всё ещё грело. Что бы только что ни случилось... Оно определенно стало точкой невозврата.