Глава 108. Ценность

　Оба они стояли у входа, колеблясь, какое-то время по необъяснимым причинам. И только когда кто-то увидел Цзи Мина и подошёл поздороваться, они вошли вместе. Это был не первый раз, когда Цзи Мин приводил Лу Рана на подобные мероприятия. Но на этот раз, встречаясь взглядом с другими людьми, настроение мужчины было немного другим. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Лу Рана, и обнаружил, что молодой человек тоже смотрит на него.

　- Что случилось? Думаешь о том, как продемонстрировать свои навыки? — Спросил Цзи Мин.

　Он подчеркнул слова «покажи свои таланты».

　Лу Ран, который обычно с большим энтузиазмом относился к такого рода вещам, сейчас не мог сделать этого из-за только что сделанной почти невидимой насмешки. Он фыркнул и сердито сказал:

　- Я теперь не твой сотрудник. Я не буду делать неблагодарных поступков!

　Цзи Мин поднял брови. Ты действительно храбрый.

　Этот салон небольшой по размеру. Но это самое частное и первоклассное мероприятие в отрасли. За исключением Цзи Мина, все остальные были в довольно преклонном возрасте. Поэтому этот салон совершенно не похож на тусовку богатых детишек и выглядел особенно стоически.

　Снаружи находился сад дзен. Помимо больших парней, сидящих и болтающих группами по двое и по трое, дальше в глубине за экраном расположились специализированные звукотерапевты, постукивающие по звуковым чашам. Место, где сидел Цзи Мин, находилось далеко от места звукотерапии, поэтому он мог лишь смутно слышать вибрацию корпуса чаши. Глаза Лу Рана открылись, он не мог не жаловаться:

- Что это за вечеринка для людей среднего и пожилого возраста?

　Цзи Мин: «...»

　Услышав это, мужчина средних лет напротив Цзи Мина рассмеялся. Он указал на Лу Рана и сказал:

- Вы, молодые люди, не можете вынести такой обстановки.

　Обернувшись к Цзи Мину, он продолжил тоном, которым разговаривал со своими сверстниками:

- Эй, маленькие дети не могут понять наших вкусов.

　Цзи Мин: «...» Подожди ка, кто понимает твои вкусы?

　Мужчина доброжелательно посмотрел на Лу Рана и спросил:

- Ты собираешься в колледж в этом году, верно? В какой университет?

　Этот тон был слишком старческим. Лу Ран молча взглянул на Цзи Мина и дал правдивый ответ. Мужчина снова спросил его о результатах тестов. Услышав о них, он удовлетворённо кивнул. Затем посмотрев на Цзи Мина, он сказал:

- Для таких людей, как мы, большое счастье, когда наши юниоры добиваются больших успехов.

　Цзи Мин: «?» Почему это звучит немного странно?

　Но вскоре все они взялись за дело. Цзи Мин редко терял концентрацию, когда говорил о бизнесе, и обычно в такое время он позволял Лу Рану играть одному. На этот раз мальчик был на удивление тихим и держался рядом с ним, никуда не уходя. Внимание мужчины не могло не отвлекаться на этого человека снова и снова. Лу Ран сидел и слушал их разговор, но ведь его эта тема не очень интересовала, поэтому внимание мальчика начало быстро блуждать. Он увидел на столе оранжевого чайного питомца*, и ему стало любопытно взять его и рассмотреть. Но он просто протянул к нему палец.

*Чайный питомец или питомец любителя чая, также известный как чачонг, представляет собой небольшую глиняную фигурку, которую некоторые любители чая хранят на удачу. Обычно их делают из цзыша или исинской глины, произрастающей недалеко от Исина в провинции Цзянсу, Китай.

　Цзи Мин, который серьёзно говорил о проекте стоимостью более одного миллиарда, был на шаг впереди него и схватил чайного питомца правой рукой. Маленький чайный питомец упал на широкую ладонь мужчины, и с ним начали медленно играть. Все движения казались небрежными и непреднамеренными. Лу Ран некоторое время смотрел на него, затем протянул руку, чтобы взять его из руки мужчины. В результате, как только он потянулся, мужчина волшебным образом перенёс чайного питомца из правой руки в левую.

　Мужчина, сидящий напротив и разговаривающий с Цзи Мином: «...» Очевидно, в зале всё еще горели сандаловые благовония, а звуковые чаши всё ещё звенели. Почему вдруг запахло любовью с кислым запахом? Глядя на Цзи Мина, мужчина напротив быстро подавил только что возникшую мысль. Он до сих пор помнил другой случай, когда Цзи Мин взял ребёнка на бизнес-форум. Все присутствовавшие в то время неправильно поняли их отношения. Однако Цзи Мин торжественно прояснил ситуацию. В этом предложении было очевидно, что он любил этого молодого человека и заботился о нём. Он не мог просто так попасть в немилость Цзи Мина.

　За всем процессом наблюдал ещё один человек в зале. Он не мог не пошутить:

    - Мистер Цзи отличается от нас, стариков, наблюдающих, как молодые любовники сближаются.

　Когда прозвучали эти слова, Цзи Мин ещё не успел отреагировать, как его собеседник, схватил говорившего за руку, дико подмигнул ему и отругал:

　- Какую ерунду ты несёшь! Они серьёзные старший и младший, пожалуйста, не пойми их неправильно.

　Цзи Мин вдруг кое-что вспомнил: «...»

　Лу Ран, который только что пытался схватить чайного питомца: «...»

　Собеседник Цзи Мина, сидевший напротив него переживал, что он будет недоволен, поэтому быстро загладил вину друга:

　- Господин Цзи явно проявляет любовь к молодому поколению! Господин Цзи уже разъяснял это раньше!

　На этот раз Лу Ран это ясно услышал. Он молча повернулся и посмотрел на мужчину в инвалидном кресле.

　Цзи Мин: «...» Подожди, он может объяснить.

　Но прежде чем он успел объясниться, мальчик рядом с ним поднял брови. Как раз тогда, когда Цзи Мин беспокоился о том, рассердится ли Лу Ран, он услышал, как он сказал с лукавым видом:

　- Дома ты называешь меня парнем, а снаружи ты называешь меня младшим, босс. Я не ожидал, что ты будешь таким человеком.

　Его предложение содержало три заголовка. В нём были все элементы. В результате все присутствующие люди среднего и пожилого возраста посмотрели на них двоих широко раскрытыми глазами.

Глаза мальчика были потрясены, как будто он смотрел на какую-то измену нового века. Взгляд, которым Цзи Мин смотрел на него, был ещё более сложным. Даже звукотерапевт в стороне перестал стучать по звуковой чаше. Цзи Мин вывел Лу Рана из салона, несмотря на то, что другие смотрели на него как на зверя.

　Покинув башни-близнецы, Лу Ран сразу же запыхался от смеха, а Цзи Мин свёл брови и сердито сказал:

    - У тебя ещё хватает наглости смеяться?

　Лу Ран выпрямился и уверенно сказал:

    - Почему я не могу смеяться?

　Цзи Мин ушёл рано, и на парковке никого не было. Лу Ран подошёл и посмотрел на него прищуренными глазами:

　- Босс, я давно обнаружил, что тебе нравится быть моим старшим. Тогда...

　Молодой человек внезапно подошёл ещё ближе и поцеловал мужчину в уголок губ. Снова подняв голову, он позвал его:

    - Дядя Цзи?

　Цзи Мин: «...»

Он был ошеломлён на несколько секунд, прежде чем среагировал и потянулся, чтобы похлопать молодого человека по талии.

　- О чём ты говоришь?! — Возмутился он тихим голосом.

　Лу Ран отбежал с улыбкой, снова указал на него и сказал:

- То, что ты сказал, очень похоже на дядюшку Цзи!

　Мужчина почти злился, гоняясь в инвалидном кресле за мальчиком по большой части парковки.

　Когда они сели в машину, он посмотрел на улыбающегося Лу Рана, а потом повернулся к окну машины и внезапно вспомнил о своём первоначальном намерении играть роль «старейшины». Он смутно помнил, когда они с Лу Раном впервые встретились, по сравнению с ним мальчику больше нравился дворецкий Чен. Каждый раз, когда Лу Ран его видел, он подсознательно показывал намёк на близость. Эти милые глаза были полны восхищения старшими. Хотя... всё, что произошло после этого, действительно было результатом его душевной боли по Лу Рану. Но теперь даже Цзи Мин не уверен. Вначале он просто неосознанно хотел, чтобы Лу Ран пристально смотрел на него.

　- Где ещё ты хочешь пойти поиграть? — Спросил Цзи Мин.

　- Куда ещё... - Лу Ран долго думал, затем протянул руку, постучал по своей голове и внезапно в ужасе сказал: - Мне ещё нужно закончить домашнее задание!

　Цзи Мин, который был готов к хорошему свиданию: «...»

　Домашнее задание, домашнее задание. Он грубо подумал о том, почему сегодня у студентов колледжей так много домашних заданий. Цзи Мин наконец-то повёз человека домой.

　Вернувшись в дом Цзи, они обнаружили, что Цзи Юэ была здесь, но не вошла и только ждала в машине снаружи. Когда она увидела вернувшегося Цзи Мина, она опустила окно машины и сказала:

- Мы вернёмся домой через некоторое время, так что приехали навестить тебя.

　Лу Ран выглянул наружу, услышав её голос. Увидев мальчика, Цзи Юэ не могла не вспомнить трагическую сцену, когда Гу Нинци и Шэнь Синран были похоронены в навозной яме. Её улыбка на мгновение стала жёсткой. Потом она даже попыталась ярко улыбнуться и поздоровалась с Лу Раном:

- Сяо Ран тоже здесь?

　Такое приветствие расстроило сына Цзи Юэ в машине. Он закричал:

- Мама, почему ты ему улыбаешься? Он...

Но на этот раз, прежде чем он закончил говорить, Цзи Юэ свирепо посмотрела на него. Стиснув зубы, она отругала его:

- Если не хочешь есть дерьмо, просто заткнись!

　Когда они вошли во двор, Лу Рана не волновали намерения Цзи Юэ. Думая о домашнем задании, он поспешил наверх.

　Цзи Мин взглянул на Цзи Юэ и повёл её в чайный домик. Уже войдя в него, мужчина посмотрел на Ревеня, лежащего во дворе, и просто спросил прямо по делу:

　— Так зачем ты пришла ко мне?

　Цзи Юэ сказала, что пришла навестить его перед отъездом, но мужчина очень хорошо знал, что семья Цзи не станет делать такой бесцельный поступок просто так.

　Цзи Юэ не стала скрывать своих намерений. Она немного подумала, нахмурилась и спросила:

　- Я слышала, ты нашёл трастовую компанию?

　Цзи Мин слегка нахмурился.

　- Да. Есть проблема? — Спросил он.

　Цзи Юэ была задушена этим вопросом.

　- Но ты... ты не добавишь Лу Рана в список бенефициаров траста...

　- А я не могу? — Спросил Цзи Мин.

    Цзи Юэ посмотрела на него с недоверием и пробормотала:

    - Ты действительно сумасшедший.

　Несмотря на то, что она ожидала этого, Цзи Юэ некоторое время не могла принять ответ племянника. Семья Цзи придавала большое значение собственности. Однако в этом возрасте Цзи Мин передал в управление всё свое имущество трастовой компании и пользуется только правом распределения. Это равносильно отказу от права собственности на имущество. Вскоре Цзи Юэ поняла, что шаг Цзи Мина был сделан исключительно ради Лу Рана. Можно даже сказать, что это далеко идущий план. Он боялся, что с ним что-то может случиться, поэтому планировал оставить всё своё имущество, включая последующую прибыль, Лу Рану. Но Лу Ран был слишком молод. Если в руки такого молодого человека попадёт большое количество имущества просто по завещанию, он неизбежно станет мишенью для других. Но другое дело, когда оно передаётся трастовой компании. Лу Рану не нужно нести ответственность за ношение нефрита, и ему не нужно будет беспокоиться об уходе за этим имуществом. Он сможет жить хорошо и беззаботно и иметь всё, даже если кто-то захочет напасть на мальчика. Цзи Мин всё продумал о последующих жизненных выгодах Лу Рана

　- Ты...

　Цзи Юэ какое-то время не знала, что сказать. Она подсознательно хотела попросить Цзи Мина добавить её сына в число бенефициаров траста. Но прежде чем она успела произнести свою просьбу, мужчина посмотрел на неё. Его голос был холоден, и он произнёс слово за словом:

　- Он никогда ничего не получал с детства. Поэтому никто не может отобрать то, что принадлежит ему здесь.

　Цзи Юэ надолго была ошеломлена. Но семья Цзи никогда не сдавалась легко, когда дело доходило до борьбы за свои интересы. Цзи Юэ знала, что больше всего заботит её племянника, с самого детства. Она саркастически сказала:

- Я не ожидала, что ты будешь похож на своего отца и бросишь всё ради этой любви.

　Но неожиданно Цзи Мин, у которого с детства были перепады настроения из-за этой темы, сейчас оставался чрезвычайно спокойным.

　- Может быть. - Тон мужчины был спокойным: - Но до этого я не трогал вещи семьи Цзи. Это моя собственность, и я имею право её распределять.

　В этот момент Цзи Юэ почувствовала, что племянник, которого она когда-то знала, был ужасно глуп, и в то же время она необъяснимым образом почувствовала, что мужчина перед ней нерушим.

　- Почему ты такой... - Цзи Юэ почувствовала себя невыразимо разбитой: - За ним стоит всего лишь небольшая семья Шэнь, и он вообще ничем не поможет ни тебе, ни семье Цзи!

　- Ему это не нужно.

　Цзи Мин посмотрел через прозрачное стекло чайной комнаты на комнату на восточной стороне второго этажа. Мужчина прошептал:

　- Его существование значит для меня больше всего.