Хогвартс-экспресс

Все зашли в купе к Полумне, Гермиона и Джинни с ней поздоровались. Луна откуда-то узнала из-за чего Гермиона не будет старостой и на заданный Гарри вопрос: " Гермиона, а почему ты не будешь старостой? " за неё ответила сказав, что " Вы сами узнаете на распределении ".    После Невилл достал Мимбулюс мимблетонию, которую ему подарил двоюродный дедушка Элджи на день рождения, и тыкнул в неё пером, показывая её защитный механизм.    Гермиона успела наложить на всех Протего (надеюсь Протего работает от этого) и поэтому было заляпаны всё кроме ребят и в этот момент в купе вошёл Рон и оказался весь в этой противной жиже.    Удостоверившись что жидкость не ядовита он начал собирать свои вещи которые выпали из чемодана когда он упал. Гермиона очистила купе и Рона, который тоже поинтересовался "Почему Гермиона не староста?".    Они ехали долго и доехали. После они пошли к каретам. Гарри спросил Рона: "Что это за странные лошади?" на что тот отвечал, что там никого нет.    Когда все сели в карету Гарри сказал: "Я сошёл с ума" на что Гермиона, Луна и Невилл сказали "Нет". Гермиона объяснила Гарри что эти существа называются Фестралы и видят их только те, кто видел смерть.    После выяснилось, что Луна видела смерть своей матери, Невилл дедушки, а Гермиона соседки. Рон с Джинни на них удивлённо смотрели и после того как Рон сказал что у них групповые галлюцинации Гермиона подошла к краю кареты и села на фестрала и после спросила: "Ну?" и видя что Гермиона сидит на воздухе он согласился что он их просто не видит.    После они поехали до Хогвартса и пошли в Большой зал. Когда все сидели за столом Гриффиндора Гермиона спросила "Кто это?", указывая на  бледную, низкую тётку в розовой одежде с жабьей улыбкой, Рон ответил : " Это Амбридж, профессор по ЗОТИ ".   Вошёл Хагрид и сел на своё место. После вошла МакГонагалл неся табурет и потрёпаную шляпу с широкой прорехой. Она с одиннадцатилетками прошла к столу профессоров. Поставила табурет и шляпа начала петь песню:В стародавние дни, когда я была новой,Те,что с целью благой и прекраснойШколы сей вчетвером заложили основы,Жить хотели в гармонии ясной.Мысль была у них общая — школу создать,Да такую, какой не бывало,Чтобы юным познанья свои передать,Чтобы магия не иссякала."Вместе будем мы строить, работать, учить!" - Так решили друзья-чародеи,По-иному они и не думали жить,Ссора — гибель для общей идеи.Слизерин с Гриффиндором - вот были друзья!Когтевран, Пуффендуй — вот подруги!Процветала единая эта семья,И равны были магов заслуги.Как любовь несогласьем смениться могла?Как содружество их захирело?Расскажу я вам это — ведь я там была.Вот послушайте, как было дело.Говорит Слизерин: «Буду тех только брать,У кого родовитые предки».Говорит Когтевран: «Буду тех обучать,Что умом и пытливы и метки».Говорит Гриффиндор: «Мне нужны смельчаки,Важно дело, а имя - лишь слово».Говорит Пуффендуй: «Мне равно все близки,Всех принять под крыло я готова».Расхожденья вначале не вызвали спор,Потому что у каждого магаНа своём факультете был полный простор.Гриффиндор, чей девиз был - отвага,Принимал на учёбу одних храбрецов,Дерзких в битве, работе и слове.Слизерин брал таких же, как он, хитрецов,Безупречных к тому же по крови.Когтевран — проницательность, сила ума,Пуффендуй — это все остальные.Мирно жили они, свои строя дома,Точно братья и сёстры родные.Так счастливые несколько лет протекли,Много было успехов отрадных.Но потом втихомолку раздоры вползлиВ бреши слабостей наших досадных.Факультеты, что мощной четвёркой опорШколу некогда прочно держали,Ныне, ярый затеяв о первенстве спор,Равновесье своё расшатали.И казалось, что Хогвартс ждёт злая судьба,Что к былому не будет возврата.Вот какая шла свара, какая борьба,Вот как брат ополчился на брата.И настало то грустное утро, когдаСлизерин отделился чванливо,И, хотя поутихла лихая вражда,Стало нам тяжело и тоскливо.Было четверо - трое осталось. И нетС той поры уже полного счастья.Так жила наша школа потом много летВ половинчатом, хрупком согласье.Ныне древняя Шляпа пришла к вам опять,Чтобы всем новичкам в этой школеДля учёбы и жизни места указать, —Такова моя грустная доля.Но сегодня я вот что скажу вам, друзья,И никто пусть меня не осудит:Хоть должна разделить я вас, думаю я,Что от этого пользы не будет.Каждый год сортировка идёт, каждый год…Угрызеньями совести мучась,Опасаюсь, что это на вас навлечётНезавидную, тяжкую участь.Всё сказала я вам. Кто не глух, тот внимал.А теперь к сортировке приступим