Часть 3 Глава 13

Глава 13

Это было всё равно, что искать иголку в стоге сена. Часы, дни, недели. Казалось, никакое потраченное время не приближает их к цели. Сержант Барнаби поселился в Хогвартсе. Учительская стала штабом. Гарри созвал старый Орден Феникса. И все его члены откликнулись на зов старого друга. Мракоборческое бюро Гарри начитывало всего троих мракоборцев, поэтому он обратился в Министерство. Министр Кингсли по старой дружбе обещал поддержать Гарри, но выделить группу мракоборцев отказался – не было доказано, что к этому причастны тёмные маги. Зато вся волшебная полиция была готова им помочь.

Гарри и Снейп сидели рядом за столом преподавателей за обедом. Гарри занимал место Гермионы, а по правую руку Снейпа находилось кресло директора, где сидела Минерва МакГонагалл и внимательно участвовала в беседе.

- Весь округ Хогвартса прочесали. Ничего. – вздохнул Гарри перед глотком тыквенного сока.

- Никаких следов? – участливо спросила МакГонагалл.

- Никаких. Она точно не здесь. – сказал Гарри, - Мы уже проверяем новые версии, но пока безрезультатно.

- Это точно кто-то из прошлого. Кто имеет на нашу дорогую Гермиону зуб. – серьёзно говорила директор, - На границах тоже никаких интересных нам случаяв не было. Значит, она всё ещё в Королевстве. Хорошо, хоть Бруствер согласился дать объявление в газеты. Так может быть кто-то что-то заметит и сообщит.

- Объявления выходят уже почти неделю. – мрачно добавил Снейп, - И ничего.

МакГонагалл хотела что-то сказать, но не нашла что. С тех пор, как Гермиона пропала он снова стал... прежним. Таким, каким он был когда-то, до неё. Только хуже. Он словно поглощал вокруг себя свет и радость. При взгляде на него можно было ощутить холод, страх и... боль. Но не свою. Даже Минерва не видела его таким, хотя уж она-то знает его слишком много лет. Сейчас он был опасен для каждого, кто подойдёт к нему, но в первую очередь – для себя самого. Она чувствовала, как его рассудительный разум окутывает отчаяние. И никто ничего не мог с этим сделать.

- Её наверняка держат в каком-нибудь подвале... Без окон. – произнёс он. И слова эти резали его душу больнее, чем любой самый страшный нож. – А мы даже не знаем, как именно её похитили.

- Мы знаем, что это был портал. – сказал Гарри, пытаясь его ободрить.

- Портал. – усмехнулся он, - Порталы легко обнаружить самой простой магией, мистер Поттер. В этом нет ничего замысловатого, но почему сержант тогда не похитился вместо неё?

Вдруг раздался резкий звук. Ножки деревянного стула со скрипом и лязгом проехались по каменному полу. Головы преподавателей разом обернулись в сторону этого неожиданного шума. Теодор Нотт поднялся с места и сверлил своими холодными глазами Гарри и Снейпа.

- Вы можете хоть на секунду замолчать? – сказал он, голос его пытался казаться обычным, но интонация была волнистой, словно он хотел закричать, - Может, вам стоит просто признать, что вы её уже не найдёте?

За столом учителей моментально стало тихо. Помона Стебль от неожиданности уронила вилку, а Флитвик даже охнул, как это делают дамы в таких случаях.

Северус Снейп медленно поднял голову. Его чёрные глаза сверкнули холодным огнём.

- Вы хотите сказать что-то ещё, мистер Нотт? – его голос прозвучал опасно тихо.

Нотт сжал кулаки. Его дыхание было тяжёлым, как у загнанного в угол зверя.

- Нет. – бросил он сухо и, резко развернувшись, покинул зал.

Гарри проводил его взглядом, нахмурившись.

- Он что, с ума сошёл? – удивлённо пробормотал Гарри.

Снейп продолжал смотреть на закрывшуюся за ним дверь.

- Не исключено. – медленно отчеканил он.

Гермиона не могла найти себе место в четырёх стенах. Хоть её и держали в довольно комфортных условиях для плена, она чахла на глазах. За той дверью, что была в её досягаемости, находилась ванная комната, где можно было по-настоящему спокойно помыться. Там не было окон, и, хотя сначала Гермиона расстроилась, что не сможет придумать, как сбежать, теперь она просто хотела увидеть солнечный свет.

Её комнату регулярно убирали. Здесь жил домашний эльф Рэйвик. Он не делился никакой информацией, сколько Гермиона не спрашивала, но всегда был вежлив с ней и добр. Гермиона не раз видела, как на следующий день после их разговоров это несчастное создание приходит всё в новых и новых ссадинах. И очень быстро перестала спрашивать.

Несколько дней отчаянных размышлений и догадок выбили её из сил. Она не пришла абсолютно ни к чему. У неё не появилось никаких идей, что делать и как выбраться. И она решила копить силы до момента, когда у неё появится возможность, хоть какая-то. Ей нужно было сейчас позаботиться о себе. И о своём безбилетном компаньоне. Она попыталась справиться со страхом, когда её накрывало, она просто брала и ложилась спать, на давая тревоге поглотить её. И так проводила, как ей казалось, бесконечные дни.

Она была рада, что ей не пришлось никак объяснять тошноту. Она просто часами могла сидеть в ванной, и никто не знал, что с ней происходит за закрытой дверью, да и никто не спрашивал. Токсикоз, бывало, становился невыносимым, и она проводила у унитаза дни. Но тут Родольфус сказал правду, ею никто не интересовался. Большую часть времени.

Но в первую неделю ею кое-кто всё-таки заинтересовался.

Гермиона провела в ванной несколько утренних часов. Она чувствовала, что выходит из неё только чтобы сесть на что-то мягкое и тёплое, и отвести внимание от своего частого времени там. И когда она вышла, она вздрогнула.

У решётки сидел Рон. Он подвинул стул, как некогда Родольфус, и, похоже, какое-то время ждал её.

- Я уж думал, ты там решила утопиться. – сказал он с какой-то незнакомой интонацией, она так сильно не шла его голосу, что резала ухо.

- Нет уж, такой радости я здесь никому не доставлю. – отмахнулась Гермиона.

Рон какое-то время молчал. Гермиона смотрела прямо на него, скрестив руки на груди. И его голубые глаза изучали её, рассматривали, как будто сравнивая с тем, что они видели раньше.

- Никогда не думал, что увижу тебя вот так. Беспомощной. – наконец-то сказал он.

- Рон. – его слова больно поддели её, - Что с тобой случилось?

Он улыбнулся. Её голос звучал до отвращения участливо.

- Что случилось? Ты. Ты случилась, ты и Гарри. Вы оба. Вы разрушили мою жизнь.

- Что за бред ты несёшь? – спросила она, не успев сдержать грубые слова.

- Бред? – Рон наклонился вперёд, смотря на неё в упор, она увидела, как в его глазах загорелся гнев, - Бред значит? Скажи мне, Гермиона, скажи. Ты когда-нибудь чувствовала себя невидимкой?

Она смотрела на него с недоверием и опаской. Но всё же вздохнула и покачала головой.

- Я так и думал! Так. И. Думал. – он с жаром произносил каждое слово, - А я – да.

- Рон, это не правда...

- Гарри Поттер! – перебил он её, театрально раскинув руки, - Мальчик, который выжил. Избранный. Тот, кто победил Того-Кого-Нельзя-Называть. Гермиона Грейнджер – самая умная и талантливая ведьма своего поколения. Та, кто приготовила Оборотное зелье в туалете аж на втором курсе. – он выдержал паузу, чтобы убедиться, что эти слова произвели на неё должное впечатление, - И Рон Уизли – глупых друг Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер.

- Так никто не думает, Рон!

- Да как же! Я очень хорошо помню твой снисходительный тон, чтобы поверить в это.

Его слова были пропитаны злостью.

- Я ведь правда верил, что всё было хорошо! Что всё будет хорошо! Только вот не у меня. А у вас. Как будто ваши заслуги могут помочь и мне что-то заслужить. Это Гарри получил престижную работу в Министерстве, а мне её дали «заодно», потому что Гарри за меня поручился. Это тебе предлагали место в совете Визингамота, это ты получила бесплатное образование там, куда всегда хотела поступить.

- Ты так говоришь, Рон, будто мы с Гарри родились под счастливой звездой. Гарри стал избранным не потому, что хотел им быть. Он потерял родителей, жил всю жизнь с Дурслями, он...

- Да знаю я!

- Рон... - Гермиона вздохнула, - Ты, например, блестящий стратег. Вспомни свои партии в шахматы. Ты был нашим проводником в волшебном мире с детства. Всё, что нам с Гарри было ново, для тебя – привычно. Ты всегда был рядом. Не думай, что это могло остаться незамеченным, Рон... Ты ведь знаешь...

Он усмехнулся.

- Да... Вот только в жизни я где-то просчитался. – горько произнёс он, - Возможно, надо было заводить дружбу с Малфоем. Хотя нет. И здесь я не гожусь. «Рыжий, в обносках своих братьев». Не таким должен быть потомственный чистокровный волшебник.

- Рон...

Он замолчал и посмотрел в пол.

- Я думал, у нас всё хорошо. – наконец сказал он, - А потом ты просто ушла. Как будто я был ничем. Я ведь любил тебя, но этого всё равно было недостаточно.

- Ты сам ушёл, Рональд. – сказала Гермиона, прямо глядя на него. Она смотрела на это лицо, эти рыжие волосы, в эти ясные глаза, но больше не видела в них друга и тепла. И это пронизывало её нутро острыми иглами.

- Не зови меня так. – сказал он сквозь зубы, - Я ушёл, потому что ты оставила мне только один выбор! Я хотел семью! Я хотел жизни, в которой ты не носишь мантию преподавателя, не посвящаешь себя всему, кроме меня! Но ты не хотела. Ты отказалась. Ты выбрала это место, этот... этот чёртов Хогвартс. – в его голосе проступала боль, и хоть она больно резала Гермиону, она больше не откликалась на это, - Ты была моей, Гермиона. Мы должны были быть семьёй.

- Я никогда не была твоей. – устало вздохнула она, - Мы были вместе, но это не означало, что я принадлежу тебе.

Гермиона смахнула с лица прядь, которая упала от слишком эмоциональных движений, и на глаза Рону попалось кое-что любопытное. Он не сразу понял, но потом... Это осознание захлестнуло его холодной волной.

- Ты замужем? – с придыханием спросил он.

Она сначала застыла от неожиданного вопроса, но потом подняла на Рона глаза и твёрдо ответила.

- Да.

Он отшатнулся не в силах поверить услышанному.

- За Снейпом? – он спрашивал так, словно надеялся услышать отрицательный ответ.

Но она не ответила. Она посмотрела ему прямо в глаза, именно тем самым решительным сильным взглядом, который его в ней так сильно восхищал, и кивнула.

- Ты ведь издеваешься? Это какая-то жалкая попытка меня добить?! – Гермиона молчала, глядя на то, как он пытается принять правду, - Ты ушла от меня ради него? Ты променяла меня на Снейпа? Ты отвратительна. Ты просто никогда не любила меня. Признайся. Я был запасным вариантом, да? До тех пор, пока не появился он!

Гермиона чувствовала, что начала уставать стоять. Ей ещё не было тяжело, но она уставала от таких незначительных вещей, что уже не удивлялась. Но устала она не только от этого. Она устала доказывать.

- Я любила тебя. Но не так, как ты хотел. – просто сказала она, но в её голосе больше не было участия и сочувствия.

- Я ненавижу тебя.

- Уверен?

- Ещё как.

- Тогда вот что. – Гермиона подошла к решётке и посмотрела на него так, как никогда не смотрела. Рон даже опешил, её взгляд был полон разочарования, - Знаешь, что отличает тебя и Гарри? Ты ведь хотел поговорить о везении? Так вот – выбор. У Гарри было так много возможностей оступиться, так много шансов выбрать не ту сторону, так много искушений, так много боли... Но ты... Твой выбор причинил так много боли. Ты знаешь, что почувствуют Молли и Артур, когда узнают? Ты знаешь, что чувствовала Джинни, когда ты повёл себя как полный кретин на крещении Джеймса? А Гарри? Что чувствовал он? Он ведь всё ещё считает тебя своим лучшим другом, несмотря не на что. – она сделала глубокий вдох, потому что в её душе поднималась не боль, а злость от разочарования, злость от реальности, злость на него, - Ты хоть знаешь, что из-за левиафана умерла девочка?

Его взгляд на секунду смягчился, в нём появился испуг.

- Её звали Амелия Холмс. Ей было двенадцать. И у неё были самые прекрасные рыжие волосы. Ярче подсолнухов.

Её голос дрожал.

- Она – главная причина, по которой я надеюсь, что когда-нибудь ты будешь вспоминать о том, что у нас было, и пожалеешь о каждом поступке, которые ты совершил для того, чтобы всё это закончилось. Будешь вспоминать, как хотел отомстить, как хотел быть значимым, и пожалеешь о каждом поступке, что закрыл тебе путь назад. Потому что он закрыт, Рональд. И я желаю тебе прожить долгую, чёрт побери, жизнь и каждый её день до конца своих дней сожалеть об этом.

Хотя Гермионы не было, она была учителем. И в её отсутствие, кто-то должен был вести её уроки. Хотя Снейп и Гарри давно наладили свои отношения, касательно знаний Зельеварения Снейп был непреклонен и взял это на себя, в то время как Гарри пришлось испытать себя в ежедневном ведении уроков по Защите От Тёмных Искусств.

Гарри почти не спал этой ночью, как и многие предыдущие. Он искал. Он знал, что должен сосредоточиться, должен быть собранным, но каждая минута, проведённая в классе, казалась потерянным временем. И тем не менее, у него были обязательства, перед школой, перед Снейпом и перед МакГонагалл. Они многое потеряли, когда были учениками, из-за постоянно сменяющихся учителей, а им эти знания были чертовски нужны. Поэтому он не мог просто отмахнуться от этого. К тому же, как бы ему не хотелось этого признавать, отвлечение на уроки помогало думать.

- Сегодня мы разберём методы противодействия немагическим видам угроз. – сказал он, стараясь говорить громко и уверено, - Оборотни, русалки, кентавры и так далее – существа магические, но могут с вами разделаться и довольно банальными способами. Когтями, клыками, копытами и прочим.

Палочка уверенно скользнула по воздуху, на доске появились ключевые тезисы. Он знал материал наизусть, знал, что нужно сказать, он даже немного отрепетировал это, но едва ли слышал собственный голос. Ученики рассеянно записывали за ним, хотя атмосфера в классе была странно напряжённой.

Позже класс перешёл к практике. Ученики отрабатывали заклинания в парах. Сначала неуклюже, потом более собранно. Гарри смотрел на них, и всё это давило на него. Он помнил этот урок. Они тогда смеялись. Он случайно перекинул Рона через парту. Один из самых ценных курсов в его учёбе Защиты От Тёмных Искусств – третий. Он подумал о Люпине и Тонкс. Само собой получилось. Он почувствовал такую злость, давно забытую. И он не хотел, чтобы с Северусом и Гермионой случилось то же. Но его размышления прервали.

К его столу осторожно подошла девочка с Когтеврана с волнистыми светлыми волосами и круглыми из-за толстых очков глазами. Она неуверенно переминалась с ноги на ногу, будто не решаясь заговорить.

- Профессор Поттер. – произнесла она своим мягким полудетским голосом.

- Да? Мисс Вотерхаус, верно? – попытался улыбнуться он.

- Да. Верно! Я бы хотела спросить, а вы не могли бы поставить манекенов? Мне боязно направлять палочку на подругу. Да и не только мне.

- Да, конечно. Я дам вам ключ, выпустите манекенов, сколько вам нужно, они тут в кладовке.

Он стал неуклюже шариться по ящикам в поисках ржавого маленького ключика, который мог бы найти куда быстрее, если бы был собраннее. Мисс Вотерхаус улыбнулась и терпеливо ждала, пока не посмотрела выше. Её внимание привлекло что-то на его столе. Газета. Ежедневный пророк, разложенный рядом с классным журналом. На первой странице крупным заголовком: «Исчезновение Гермионы Снейп (Грейнджер): Министерство продолжает поиски». А чуть ниже её фотография. Живая, она смотрела в объектив с выражением лёгкого недоумения, но потом улыбалась и протягивала вперёд руки, будто её снимал кто-то близкий.

- Мы скучаем по ней. – вдруг произнесла она вслух.

Гарри оторвался от поисков, удивлённый неожиданным заявлением.

- Все скучают. – сказала она твёрже, - Вчера кто-то оставил у её кабинета белые розы. Просто поставили в вазе. Мы не знаем кто. Мы видели, как профессор Снейп занёс их в кабинет...

- Я... Я не знал. – сказал Гарри, ведь Снейп ему ничего не сказал.

- А ещё... Это глупо, но двойняшки Оуэнс сделали значки «Мы ждём профессора Грейнджер». Мы знаем, что у неё другая фамилия теперь, но так... Понятнее, что ли. Они не мигают и не кричат, просто... просто значки. Многие носят их.

Она замолчала, будто не была уверена, стоит ли продолжать, но всё же добавила.

- Мы знаем, что вы её ищете. И мы тоже хотим, чтобы она вернулась.

Гарри сглотнул. Всё, что он мог сказать, звучало бы глупо. Но он посмотрел на девочку и кивнул.

- Она вернётся.

Он неожиданно обнаружил ключ прямо на столе и тут же вручил ученице. Она кивнула и направилась к кладовке. Гарри провёл рукой по лицу, затем снова взглянул на фотографию в Пророке. Она вернётся. Но вопрос — когда.

И какой ценой.

Хогвартс постепенно впадал в напряжённую тишину, словно сам замер в тревожном ожидании. Исчезновение Гермионы наложило отпечаток на каждый уголок этого огромного замка, в котором вдруг стало холоднее. И все это чувствовали. Гарри и Снейп шли по коридору, обсуждая последние мысли и открытия о поисках. Большой массивный витраж отбрасывал длинные полосы света на пол, делая их тени длинными и даже зловещими.

Внезапно кто-то грубо задел Гарри плечом. Он даже не сразу понял, кто это был, пока не обернулся и не встретился взглядом с Ноттом. Очки чуть не слетели с лица, и он раздражённо поправил их.

- Глаза разуй, Нотт! – сказал Гарри несколько грубее, чем планировал.

Молодой преподаватель Трансфигурации резко остановился, словно его задели за живое, и зло повернулся к Поттеру. В глазах мелькнула вспышка гнева, гораздо сильнее, чем Гарри мог бы ожидать.

- Может, ты разуешь? Очки тебе на что, Поттер? Или ты уже вообразил, что мир крутится вокруг тебя и твоих проблем?

Гарри почувствовал странный диссонанс прошлого и настоящего. Они словно снова были детьми и просто так столкнулись в коридоре. За Ноттом не хватало только Малфоя с его свитой, а за Гарри – Рона... и... Гермионы... Эта мысль сдавила ему грудь.

- Мистер Нотт, - за спиной Гарри раздался холодный, но скрыто угрожающий голос Снейпа. Было неожиданно приятно ощутить этот тон на своей стороне. – вы забыли, где находитесь?

Нотт посмотрел на него. Он выпрямился, поправил длинный пиджак и направился прочь, так ничего и не сказав в своё оправдание. А Гарри проводил его задумчивым взглядом.

- Странный он какой-то. – пробормотал он.

Снейп не ответил, но его взгляд тоже задержался на спине уходящего Нотта дольше, чем ожидалось. Тёмные мысли роились в его голове.

Вторая неделя заточение подходила к концу. Гермиона перестала бояться незваного общества, больше не спрашивала домового эльфа ничего лишнего, но и надежда её стала истощаться. Никакой весточки от внешнего мира. А между тем время идёт, и оно работает против неё – ещё пара недель, и она уже, вероятно, не сможет скрыть своё положение.

В один из дней, когда она спала в перерыве между приступами тошноты, её разбудил странный звук.

- Грейнджер.

Гермиона не сразу поняла, что это не сон. Она спала одетая, лицом к решётке. Было видно, как мышцы её лица слегка двинулись, возвращая её к реальности.

- Грейнджер!

Нет, это не сон. Это чей-то шёпот, причём очень знакомый. Она открыла глаза. У решётки стояла фигура. И естественно, это была знакомая мужская фигура. Но не совсем та, что она ожидала увидеть. Это был Драко Малфой.

- Малфой? – с недоверием прошептала она.

Она проморгалась, чтобы убедиться, что это он. Нет, это не сон. Действительно. Он стоял возле решётки и звал её. Зачем?

- Что тебе нужно? – настороженно поднялась она с кровати.

- Чёрт, говори тише. – встревоженно сказал он, машинально оглядываясь, хотя они были одни, - Дай мне что-то своё.

Гермиона попыталась понять, что он имеет ввиду. Она сделала шаг навстречу, но сохранила дистанцию, вглядываясь в его лицо.

- Что? Что ты задумал?

Малфой не знает, какие слова подобрать, но Гермиона увидела, что он явно нервничает. Он достал из кармана конверт и показал ей. Он ничего не сказал, только пристально посмотрел на неё, прямо в эти умные карие глаза. Она вгляделась в его лицо, изучая новое выражение, которое не видела прежде – это была не просто просьба, почти мольба.

Гермиона сняла кулон, что некогда был дополнением её учительского образа, и протянула ему. Малфой протянул руку ей на встречу, и она вложила кулон в его ладонь. Но когда Малфой уже хотел забрать руку, не отдёрнула свою, а накрыла кулон и сжала его пальцы неожиданно крепо. Он удивлённо посмотрел на неё, но руку не отнял.

- Передай Гарри, что это ловушка. И скажи, что он не должен пускать сюда Северуса. Ни под каким предлогом.

Он выглядел сбитым с толку. Она смотрела на него с таким трепетом, с таким жаром. Её рука была тёплой, почти горячей, она почти вцепилась в него, ведь он был для её единственной ниточкой.

- Я знаю, что Лестрейндж хочет достать Снейпа. – сказал он просто, - Но с какого боку здесь ты?

- Просто передай Гарри. – сказала Гермиона, вздрогнув от вопроса.

Драко выдохнул сквозь зубы, собираясь отмахнуться от собственного вопроса, но внезапно его взгляд зацепился за её руку, что лежала поверх кулона. Она не сразу поняла, почему он так смотрит. Но потом... Кольцо. Ей следует светить им осторожнее, подумала она, но скрывать она ничего не собиралась. Он всматривался в него слишком долго, прежде чем его губы скривились.

- Ты... - начала было он, - Грейнджер? Это ведь совпадение, да? Это не связано...

Гермиона молча забрала руку и стала крутить кольцо пальцами, опустив взгляд.

- Чёрт. – вырвалось у него.

- Малфой... - зачем-то произнесла Гермиона с какой-то мольбой в голосе.

- Я понимаю. – его голос стал угловатым, - Чёрт, как же я понимаю.

Он шумно втянул воздух, провёл ладонью по лицу и коротко рассмеялся — сухо, без капли веселья.

- У них Астория, Грейнджер. У них моя жена. Так что да, я знаю, какого это — когда ты связан по рукам и ногам и ничего не можешь сделать.

Гермиона замерла, её сердце сжалось.

- Тогда помоги. Ма... Драко. Помоги.

Драко смотрел на неё долго. Затем сжал кулон в кулаке, словно проверяя его на прочность.

- Я всё передам. Но не рассчитывай на слишком многое.

Перед тем как выйти, он обернулся.

- Я рассчитываю на тебя не меньше.

Гермиона пристально посмотрела на него и кивнула. Он кивнул в ответ и скрылся за дверью.

Зельеварение требует тишины и сосредоточенности. Глухие удары ножей о разделочные доски, негромкое шипение кипящих котлов — привычные звуки, сопровождающие занятия профессора Снейпа. Но сегодня в классе царила необычная, почти удушающая тишина.

Снейп прохаживался вдоль рядов, мрачно и бесстрастно наблюдая за учениками. Всё шло как обычно, пока он не остановился возле одного из котлов.

- Ингредиенты добавляются в строгом порядке. – отчеканил он холодно, глядя на жидкость, которая должна была стать Оживляющим настоем, - Если вы когда-нибудь удосужитесь читать учебник, мисс Фосетт, то узнаете, что валериана кладётся перед шиповником, а не наоборот.

Девочка вздрогнула, но не ответила. Снейп выпрямился, переводя взгляд на остальных. Никто не поднимал головы. Они работали, но не так, как обычно. Он чувствовал их взгляды. Чувствовал напряжение, которое не имело ничего общего с обычным для его уроков страхом перед ним. И его это уже начинало выводить его из себя.

- Что?! – резко и неожиданно спросил он, оглядев класс.

Тишина. Лишь негромкий плеск зелья. Потом, наконец, кто-то заговорил. Парнишка с первого ряда, ближайшего к учительскому столу, опасливо взглянул на него.

- Профессор, - начал он неуверенно, но слишком серьёзно, - Простите за... личное. Но мы хотели сказать...

Он запнулся, словно пытаясь подобрать слова.

- Мы знаем, что не должны говорить об этом на уроке. Но все это обсуждают. И мы... мы просто хотели сказать, что...

Он посмотрел по сторонам. Кивок. Второй. Ещё несколько.

- Мы переживаем. – добавил ещё один голос из класса, голос девочки.

- И надеемся, что вы её найдёте. – добавил кто-то из парней рядом.

Снейп замер. Он медленно обвёл класс взглядом. Ни презрения, ни жалости, ни издёвки. Только обеспокоенные чистые юношеские взгляды. И тишина. Его пальцы сжались за спиной, ногти больно вонзились в ладонь.

- Вы занимаетесь не тем, чем должны. – произнёс он мрачно, но голос его уже был другим, - Вернитесь к работе.

Ученики опустили головы. Некоторые из них переглянулись, не столько разочарованно, сколько с пониманием. Никто не смел нарушить тишину, и Снейп уже направился к своему месту, а вернее – к месту Гермионы. И остановился. Он посмотрел на этот стул, где он находил её столько раз, на эти шторы, что появились здесь вместе с ней, на эти цветы, что росли у единственного солнечного окна в этом кабинете, и ком в горле надломил его дыхание.

- Я... - начал он медленно, спиной к классу, но всё же нашёл в себе силы обернуться к ним лицом, - Спасибо.

Юные волшебники смотрели на него. И на некоторых лицах загорелись слабые понимающие улыбки. Они были рады, что их услышали. И Северус тоже...

Гарри Поттер не из тех, кто даёт заднюю, даже когда у него есть куча вещей, о которых стоит беспокоится. Он шёл в учительскую, чтобы пообщаться с сержантом Барнаби, когда вновь заметил Теодора Нотта. Тот возвращался в свой кабинет после свободного окна, и вошёл внутрь, не закрыв за собой дверь. И Гарри, само собой, не смог себя остановить в неё заглянуть.

Он вошёл без стука, но Нотт сразу заметил его, и поднял на него холодный взгляд, только лишь изображающий любопытство.

- Ты выглядишь дерьмово. – сказал Гарри, посмотрев на Нотта.

- Ты тоже, Поттер. – ответил он, и после паузы добавил, - Ни за что не поверю, что ты зашёл сюда только, чтобы сказать это.

Гарри невесело усмехнулся.

- Ты прав. – он слегка помялся на месте, прежде чем решить, как начнёт, - Ты... Ты и Гермиона. Вы друзья?

Нотта словно пронзило иглами, от которых он не мог пошевелиться. Это длилось долю секунды, но Гарри всё же заметил это странное изменение.

- Я... думаю, да. – сказал он отстранённо, будто спокойно, но не очень убедительно, - Наверное.

- Тогда всё понятно.

- Что понятно?

- Ты тоже переживаешь.

- Да что ты знаешь, Поттер? – неожиданно для них обоих резко спросил Нотт, - Ты думал, мне наплевать?

Он осёкся, будто сам удивился собственной реакции. Гарри ничего не говорил, он позволил Нотту самому справиться с эмоциями, самому решить, что говорить дальше. Он молча смотрел на него, думая, что понимает.

- Конечно, я переживаю. Просто я реалист... - голос его едва различимо дрогнул.

Он отвернулся, что-то перекладывая на столе, но потом снова повернулся к незваному собеседнику. Он всмотрелся в него, в парня, которого шпыняли его друзья в школе, которого он несколько раз чуть не убил в битве, в парня, который заступился за него в суде, хотя не должен был.

- Надеюсь, твой идиотский оптимизм вернёт её. – наконец произнёс он.

Учебный день давно закончился. Даже ужин успел подойти к концу. Закат сегодня прошёл почти незамеченным из-за густых туч над окрестностями Хогвартса. Северус Снейп сидел на месте Гермионы, за её столом, склонившись над свитком одного из учеников. Он смотрел на криво выведенные молодой рукой буквы, но не видел, что ими написано.

Дверь кабинета открылась без стука. Но он даже не поднял глаза. Он слышал, как знакомые невысокие старомодные каблуки отчеканивают каждый шаг гостьи. Когда она не спешила, её шаги звучали нарочито плавно, словно шаги кошки.

- Я занят, Минерва. – бросил он, не поднимая головы.

- Неужели настолько, что прогонишь старого друга? – сказала она своим обычным лукавым тоном, - Я беспокоюсь о тебе, Северус.

Он поморщился от её слов, но ничего не ответил, стараясь изобразить сосредоточенность.

- Когда-то я уже видела тебя таким. – начала она, двигаясь к нему, - Мне казалось, это было очень давно. С тех пор произошло так много. Когда ты только начинал тут работать. Ты был похож на человека, который пережил катастрофу... но не знал, как жить дальше. Я наблюдала, как ты держался. Годами. Нёс свою ношу, выполнял долг, и никто ничего не знал. Но сейчас... Я вижу, что ты снова движешься туда, в ту точку. А может и дальше.

Он раздражённо отмахивается.

- Это не твоё дело.

- Ну уж нет. Ты был моим другом слишком долго, чтобы я просто смотрела, как ты снова умираешь изнутри.

Он всё-таки отложил перо и посмотрел на неё своими чёрными сверкающими глазами, словно собираясь её испепелить.

- Я не умираю.

- А разве нет? – МакГонагалл шагнула ближе к нему, - Когда ты последний раз нормально спал?

Он усмехнулся, ничего не сказав. Как будто он мог нормально спать. И Снейп лишь поднялся со стула, делая вид, что ему нужна книга из шкафа за спиной.

- Если ты выстроишь снова стены, то всё, чего ты достиг рядом с Гермионой, будет потеряно. – сказала она мягко, с участием.

Снейп остановился, но не мог обернуться. Он чувствовал, как его грудь пронизывают острые копья, и он не может их вытащить, не порвав лёгкие и сердце. МакГонагалл подошла к нему и положила руку на плечо.

- Прошу тебя, Северус. Я знаю, что это сложно... Но не закрывайся. Ты нужен ей. Ты. А не твой мстительный призрак.

Он нужен ей. Эти три слова. Он сделал вдох. Глубокий, судорожный. Он с силой закрыл глаза, пытаясь удержать внутри ту боль, что рвётся наружу. Крик об отчаянии. Крик о бессилии. Но прежде, чем он успел снова совладать с собой, Минерва не дала ему возможности отстраниться. И обняла его.

На долю секунды Северуса пронзило удивление. Но Минерва... Минерва, которую он так давно знал. Минерва, которая была с ним рядом больше двадцати лет... Единственная, кого он мог назвать другом все эти годы.

Его руки сжали её мантию, прижимаясь к ней всем существом, ища в её объятиях защиты, убежища. Его голова упала на её плечо. Грудь его судорожно вздымалась.

- Я не могу... – хрипло вырвалось из его приоткрытых губ, - Я не могу потерять её.

Его голос задрожал.

- Я... не вынесу... не снова. – он едва ли мог совладать со своим дыханием, - Я больше не знаю, как жить без неё.

МакГонагалл чувствует, как его боль начинает захватывать её. И старается сохранять спокойствие, чтобы оставаться для него опорой.

- Она где-то там... Одна... Вернее... не совсем. – он осёкся, - Она должна быть осторожной, куда более острожной, чем прежде, иначе она бы уже вернулась... домой, ко мне...

Он говорил это, словно эти слова давали ему надежду. Словно, любую угрозу делали незначительной. Как будто, Гермиона была намного сильнее, чем все они могли представить.

- Я думаю, малыш поддерживает её. – мягко сказала МакГонагалл, - Он согревает её. Такая, своего рода, телесная магия.

Телесная магия.

Эти слова эхом отозвались в его голове.

Он отпрянул и взглянул в лицо МакГонагалл.

- Что ты сказала?

- Я сказала, что думаю, что...

- Какой я идиот! – воскликнул он резко, - Ну, разумеется. Как же я мог не догадаться раньше?! Ответ ведь был у меня под самым носом.

- Что случилось, Северус? – недоумевая, спросила МакГонагалл.

- Я знаю, как похитили Гермиону. – мрачно и властно произнёс он.

В этот момент в кабинет вбежал Гарри. За ним был сержант Барнаби. Они оба были взволнованы и раскраснелись от бега. В руках Гарри был какой-то конверт.

- Профессор! – воскликнул он, запыхавшись.

- В чём дело, мистер Поттер? – озадаченно с какой-то внезапной надеждой поднял бровь Снейп.

- Это... Это письмо. От Драко Малфоя. – Гарри попытался отдышаться, - Думаю, вам стоит взглянуть.