Часть 3 Глава 9

Глава 9

Северус ходил по кабинету мадам Помфри. Он то садился, то вставал, то смотрел в окно, то снова начинал ходить из стороны в сторону. Из её кабинета был виден зал больничного крыла, так как на одной стене были внутренние окна. Он то и дело поглядывал и в них.

Поппи настояла, чтобы он ушёл и оставался здесь, пока она сама не подойдёт к нему. Она порхала над Гермионой какое-то время, и не позволяла ему мешать, хотя один раз подошла и сказала, чтобы он так сильно не изводил себя, так как причин для этого нет, хотя больше ничего не добавила. Помимо Гермионы в крыле были и другие больные, в том числе после прошедшего тренировочного матча по квиддичу, она была вынуждена уделить внимание и им. Её помощница, миссис Лэйси, не всегда могла выйти в ночную смену, а Помфри на этом и не настаивала, поэтому сегодня она была нарасхват.

Снейп сам едва был в состоянии стоять на ногах. Последние события, бессонная ночь, нервное истощение не могли не сказаться на нём. Однако он выглядел как обычно, и только внимательный глаз, очень чуткий и пристальный, мог увидеть на его привычно неподвижном бледном лице насколько он на самом деле на грани.

Час. Два. Три. За окном уже было темно. А он всё ждёт. Ждёт и не может успокоить себя ничем. Он ничего не ел, но не чувствует голода, он ничего не пил, но не чувствует жажды, он не может отдохнуть, хотя измотан. Не было ничего длиннее этих нескольких часов.

- Ох.

Мадам Помфри со скрипом открыла дверь и вошла. По этой пожилой волшебнице и не скажешь, что она может провести столько времени на ногах, да ещё и так хорошо после этого выглядеть. За столько лет работы она не давала усомниться в одном – целительство было её призванием, и она дольше любого целителя занимала этот пост.

Снейп повернулся к ней резко, как будто хотел отразить заклинание. В его глазах сложно было что-то прочитать, как правило, но сейчас любой мог бы увидеть в них тревогу, перемешавшуюся поровну с надеждой.

- Поппи. – произнёс он коротко.

- А, Северус, извини, было много работы. – улыбнулась она, словно вообще забыла о нём.

Она поставила поднос с зельями на тумбу и стала убирать их в шкаф. Снейп почувствовал, как в нём закипает гнев, он сжал кулаки и стиснул зубы.

- Ради Мерлина, женщина, скажи уже мне хоть что-нибудь. – процедил он угрожающе.

Она удивлённо посмотрела на него и мягко улыбнулась.

- Нечего так горячиться. – сказала она спокойно.

- Нечего, значит? – он уже был готов на всё, чтобы хоть теперь положить конец столь долгому неведению.

- Хорошо, Северус, я поняла тебя. – кивнула она, - Ладно, потом доделаю свои дела.

Она отошла от шкафа и встала перед ним, сложив у себя руки на поясе.

- Может быть присядешь? – сказала она.

- Я постою. – отчеканил Снейп.

- Ну... Как знаешь. – вздохнула она, - В общем, у меня для тебя две важные новости.

- Выкладывай уже. – резко сказал он.

- Хорошо-хорошо. – примирительно произнесла она, - Учтя всё то, что ты мне рассказал, я провела некоторые исследования и обнаружила кое-что интересное. В любом случае, переживать не стоит. Всё хорошо. Судя по синякам на спине мисс Грейнджер, она получила сильный удар во время нападения. Это вызвало у неё сотрясение. Отсюда головокружения, проблемы с вниманием и обморок. Это всё несерьёзно, и, если бы она сразу обратилась ко мне, можно было бы избежать всех этих драматических эффектов.

Снейп вздохнул.

- То есть всё в порядке? – зачем-то уточнил он.

- Вполне. – кинула пожилая женщина, - Я дала ей снотворное и сильнодействующее зелье. В таких случаях я его обычно не применяю, потому как в нём содержатся не самые лёгкие и дешёвые для получения ингредиенты, а травма лечится менее быстродействующими зельями так же хорошо. Завтра она проснётся отдохнувшей и полной сил, от сотрясения не останется и следа, но будет некоторый откат. Поэтому важно проследить, чтобы ближайшие пару дней она позже вставала и, желательно, спала пару часов днём. Учитывая, что впереди выходные, это возможно и позволит таких откатов избежать. Иначе, боюсь, могут некоторое время случаться обмороки, что может навредить ей.

- Зачем нужно было использовать именно его? Если есть более простая альтернатива? – с пытливым пристальным взглядом спросил Снейп, в его голосе чувствовались нотки обвинения.

- А это уже вторая новость. Ты уверен, что не хочешь сесть? – мадам Помфри как-то странно посмотрела на него, он не видел такого взгляда на её лице раньше.

- Нет, чёрт возьми. – ответил он.

- Твоё дело. – женщина вздохнула, - Я бы не использовала это зелье, если бы знала, что такие симптомы у мисс Грейнджер пройдут так же легко и быстро, как у любого другого пациента. Но, к счастью, - она запнулась, не уверенная в том, что верно добавила этот акцент, но решила продолжить, - это не так.

- К счастью? – это окончательно сбило его с толку.

- Мисс Грейнджер в положении, мой дорогой друг. – сказала мадам Помфри, - Поэтому на неё так сильно подействовало сотрясение. Первые дни, общая усталость, ещё и нападение, она не дала себе восстановиться, вот поэтому всё привело к такому состоянию и...

Но он уже не слышал.

Северус пошатнулся. Слова мадам Помфри ударили его в грудь словно большой молот. Он сделал два шага назад и практически упал на стул, не в силах больше стоять. Лицо его вытянулось, губы разомкнулись. От прежнего напора не осталось и следа. Сердце сдавило так сильно, что он почувствовал, как парализуется тело. Слова Поппи звучали будто откуда-то из-под воды. И он тонул, шёл на дно, будто к ногам привязаны гири, и был не в силах сделать вдох.

- Гермиона... беременна? – спросил он зачем-то, глядя куда-то в сторону.

Он сидел на стуле, вцепившись в край стоявшего рядом стола. В голове был полнейший хаос, в котором смешались тишина и крик.

- Да. – мягко сказала женщина.

- Но... как... - обрывисто проговорил он.

- Ну, Северус, неужели мне нужно тебе объяснять, как? – усмехнулась она, - Большой мальчик, сам знаешь.

- Я... Почему... Почему она мне не сказала?

- Не думаю, что она сама знала. Срок маленький, всего четыре-пять недель. Точнее скажу, когда она придёт в норму.

- Месяц... - вздохнул Снейп, посмотрев на Помфри, - Гермиона. Моя Гермиона...

Осознание не дало ему договорить. Ком в горле сбил дыхание. Лицо его изменилось, глаза затуманились.

- Я не...

Слёзы сами потекли по его бледным щекам. Он закрыл глаза ладонью, и тело его сотряслось от рыданий. Поппи впервые увидела, как его прямые статные плечи обмякли, увидела, как его глаза покраснели, как его голос исказился рыданиями и всхлипами. Она видела плачущих мужчин, не раз, но эти слёзы... Эти слёзы были на вес золота, и ей не нужно было быть провидцем, чтобы это знать.

- О, Северус... - проговорила она, и подбородок её предательски запрыгал, - Ну, дорогой мой.

Она подошла к нему и опустила руку на плечо и сжала его своими мягкими, но сильными пальцами.

- Идём, тебе нужно поспать. Можешь переночевать в моём кабинете, утром я тебя отведу к ней. Вам обоим нужно отдохнуть.

Гермиона впервые за последние несколько недель проснулась по-настоящему бодрой. За окном уже было светло, но утро всё ещё было утром. Она почувствовала странный прилив сил, что даже не стала долго потягиваться в кровати. Она огляделась по сторонам в поисках Северуса, но нигде его не нашла, это её расстроило, но стоило ей сесть на кровати, как она заметила его чёрную мантию, на стоящем здесь же стуле и улыбнулась. Он где-то рядом.

На столе стоял стакан молока и немного печенья в маленьком блюдце. Гермиона с большим аппетитом опустошила всю посуду. Однако, стоило ей это сделать, как она почувствовала неприятное недомогание и тошноту. Но, посидев несколько минут на кровати, она почувствовала себя намного лучше, и решила сообщить это мадам Помфри, как только она появится.

Под блюдцем была записка, которая гласила: «Мисс Грейнджер, как только проснётесь, если будете себя чувствовать хорошо, можете одеваться.» Прочитав, Гермиона так и сделала.

Когда она услышала до боли знакомые шаги, она уже была в своём платье, которое она надела накануне. И даже умылась, и убрала волосы с лица. Из-за ширмы появились мадам Помфри и Снейп. Он чуть было не бросился к ней, когда увидел. Она так ярко светилась, что ему сложно было поверить, что вчера днём он принёс её сюда еле живую. Сейчас она была как ясное солнце, и он не мог не согреться на его свету.

- Северус. – улыбнулась она ему.

Он подошёл к ней и обнял. Она прижалась к нему, мягко и сильно одновременно, как это делала всегда. И он почувствовал трепет, будто это было впервые. Однако он теперь обнимал её иначе, его руки будто висели немного в воздухе, будто он боялся к ней прикоснуться. Гермиона заметила это и мягко отпрянула, заглянув в его глаза.

- Что такое? – с улыбкой спросила она.

Снейп было открыл рот, чтобы что-то сказать, но мадам Помфри очень метко вклинилась в ещё не начавшуюся беседу.

- Как вы себя чувствуете, дорогая? – спросила она.

Гермиона отпустила Северуса.

- Отлично, мадам Помфри. – сказала она, - Будто и не было ничего...

- Какие-то симптомы? Головокружения, головная боль, тошнота...

- Тошнота. – сказала Гермиона, - Я выпила молоко, которое вы принесли, и меня стало сильно тошнить, особенно после печенья. – девушка даже поморщилась, потому как ощутила новый прилив тошноты от воспоминаний о еде, - Но потом всё прошло.

Женщина-целитель едва сдержала улыбку.

- Ну, это ничего. Оставляю вас. – и она почти бегом бесцеремонно удалилась.

- Что это с ней? – усмехнулась Гермиона, но потом посмотрела на Снейпа.

Он так смотрел на неё... Что всё её нутро упало, сердце затрепетало, а низ живота защекотало. Она оробела и замерла, стараясь разгадать его мысли, но совершенно ничего не могла понять, кроме того, что он переживает в себе нечто важное.

- Гермиона... Есть разговор. – сказал он медленно и тихо, а потом взял палочку и направил в сторону, - Оглохни.

И теперь их голоса для всего внешнего мира станут лишь глухим неразборчивым шумом.

- Ого. – вырвалось у Гермионы, - Серьёзный разговор, похоже. – она пристально посмотрела на него, сердце её забилось быстрее, ударяясь о рёбра, о лёгкие.

- Да. – сказал он.

Снейп сделал шаг к ней и взял её за руки. Он пытался собраться с мыслями, не зная, с чего начать, стоит ли говорить прямо, или... Глубокий вдох.

- Ты как будто дрожишь, Северус. – сказала она, крепче сжимая его ладони, - Ты нервничаешь. В чём дело?

Он поднял на неё свои чёрные глаза. Гермиона не узнавала этот взгляд, он никогда не смотрел так на неё. Никто никогда не смотрел так на неё.

- Гермиона... - тихо сказал он, - Ты... ты беременна.

Он не знал, чего ожидать. Не знал, что будет делать, как будет реагировать и что ей говорить. Но этого он тоже не ожидал.

- Нет. – произнесла она, усмехнувшись, - Этого не может быть.

- Может. – сказал он твёрдо.

Гермиона подняла на него улыбающиеся глаза, и посмотрела на него так, словно ожидала, что он вот-вот засмеётся. Но этого не произошло. И вот прошло ещё одно мгновение, и она резко и быстро отдёрнула руки. Она смотрела на него пристально, с испугом, отдаляясь. Он видел, как только что достигнутое умиротворение в её прекрасных карих глазах сменилось страхом, а затем ужасом и паникой. Она смотрела ему в глаза, словно он вонзил в неё нож, и это причиняло невероятную боль.

- Гермиона...

- Нет-нет-нет. – повторяла она, - Как... Как это получилось? Что ты такое говоришь?

Она медленно опустилась на кровать, сжимая одну свою ладонь в другой. Отрицание сменялось осознанием. Осознание сдавливало лёгкие, она не могла дышать, перед глазами всё плыло, весь мир, вся жизнь. Вся её жизнь. Как же так? Она же всё распланировала. Этого не должно было быть... Не так. Не сейчас. Как же она так облажалась? Что теперь делать? Как ей быть? Что будет с ними? Северус...

Она была не в силах ничего сказать. Её лицо застыло в немом испуге, и только слёзы неумолимо хлынули поверх её нижнего века и залили прекрасные молодые веснушестые щёки.

- Ты злишься, ведь так? – пролепетала она, не глядя на него, - Северус... Я...

Он стоял в оцепенении. Он едва ли мог вместить в себя, что чувствовал сам, а теперь он видел её чувства, которые лились через край, и от которых его душу неумолимо резало ножом.

- Ты злишься. – как бы подтверждая свои слова, произнесла она, - Я не знаю, как... Я думала. Мне казалось, что всё под контролем. Что... Мы ведь... Мы никогда не говорили... Не обсуждали... Это... это не то, чего ты хотел. Я даже не уверена, что я... что мы... что...

Рыдания не дали ей справиться со словами. Она закрыла лицо руками и крик какого-то отчаяния донёсся из её груди. Снейпа словно пронзили тысячами тупых ножей, рвущих, а не режущих кожу. Он взял стоящий рядом стул, рывком поставил перед ней и сел. Он почти силой отнял её руки от её лица.

- Прости... Прости. Прости меня. Северус, прости... - повторяла она.

- За что? – спросил он мягко.

- Я не... Я не знаю. За то, что я... О, Мерлин, прости... - рыдания перебивали её слова.

- Гермиона. – сказал он властно, но как-то нежно, - Гермиона. Посмотри на меня.

Он сжал её ладони, и она подняла на него глаза. Его словно окатили холодной водой, а потом подожгли. В них было так много страха. Так много... что никакой левиафан не мог бы вызвать его.

- Гермиона, я не зол. – сказал он медленно, - Слышишь?

Она кивнула.

- Правда. – уверенно сказал он.

Её дыхание дрожало, но теперь она смотрела на него без той опаски, в глаза возвращалось доверие.

- Прости. – снова прошептала она.

- За что?

- За то, что я... За то, что всё не так. За то, что я всё испортила. – проговорила она.

Уголки его губ скользнули вверх, и он посмотрел на неё со всем теплом, что могли передать его чёрные глаза.

- Гермиона, ты самая способная и умная волшебница из всех, кого я знаю. – сказал он, - Но сейчас твои слова – полнейший вздор.

В её груди юркнуло что-то тёплое, и взгляд стал мягче.

- Что ты хочешь сказать? – спросила она.

- Я хочу сказать... - он помолчал, подбирая слова, он всю ночь видел этот момент, но в реальности всё оказалось совсем нет так, - Я никогда... - он вздохнул, собираясь с мыслями, - Гермиона. Я мог что угодно хотеть и думать раньше. Но сейчас... это уже не важно.

Он пересел к ней на кровать, продолжая держать её руки.

- Ты и... - он опустил ладонь на её пока ещё плоский живот, и Гермиона ощутила неимоверное тепло, - и он... Вы – вот, что важно.

Она посмотрела на его ладонь на своём животе. Её пронзила такая небуздаемая, неконтролируемая всепоглощающая нежность. Гермиона подняла на него глаза. И он посмотрел на неё в ответ. В его глазах стояли слёзы.

- Так ты хочешь? – тихо, не веря своим словам, спросила она.

- Да. – не колеблясь ни секунды, ответил он, слегка улыбнувшись, но потом лицо его изменилось, и улыбка сменилась осторожностью и опасением, - А... ты?

Гермиона замерла. Она так испугалась, так боялась, что Северус не хочет этого, что теперь их жизнь разрушится, что всё, что они строили так долго и тяжело будет под ударом, что даже не удосужилась спросить себя – хочет ли она? Она сжала его руки и опустила глаза, стараясь очистить свой всегда острый разум от эмоций. И найти то, что лежало так глубоко – верный ответ. Перед глазами мелькали образы, проблемы, воспоминания, мысли, всё это казалось шумом, беспорядком, толпой людей, не дающих пройти. Пока она не поняла, что ответ не так уж и глубоко.

- Да. – удивлённая собственным решением произнесла она, - Северус... Я хочу. – она робко улыбнулась, чувствуя, как слёзы подступают вновь, - Очень хочу.

Он вздохнул с невероятным облегчением и прижал ладони к её мокрым от слёз щекам. А Гермиона положила свои руки поверх его. Он слегка улыбнулся.

- Я люблю тебя. – сказал он неровным голосом.

И поцеловал её. Крепко и нежно одновременно. Так, что сердца их обоих заныли от невозможности передать всё, что они испытывают сейчас. Гермиона обняла его и прижалась всем своим существом. Она никогда не чувствовала себя так – слабой, испуганной, растерянной, но под самой надёжной защитой. Ей никогда не была нужна опора, но, обнимая его за шею, вдыхая его запах, ощущая под своими руками его сильные плечи, она знала – эта опора у неё есть.

Северус отпрянул и посмотрел на неё. Следующие его слова прозвучали неожиданно серьзёно.

- Но никто не должен знать... Даже Поттер. – сказал он тихо.

После строгого инструктажа от мадам Помфри они наконец-то отправились в свою спальню. Констебли стояли по стойке «смирно» возле двери. Снейп предвидел, что Гермиона захочет поработать, потому что вчера не закончила свои дела и упала в обморок, поэтому сегодня утром он собрал всё, что осталось у неё на столе, и принёс в спальню. Она была так счастлива, что он подумал об этом, и тут же занялась журналом и проверкой домашних заданий.

Снейп не настаивал, чтобы она бросила это дело, ведь работа есть работа, а здесь, рядом с ней, он может в любой момент настоять на её отдыхе. Он сел читать книгу в кресло, и в этом его поддержал Живоглот, который тихо устроился на высокой спинке, слегка покачивая длинным рыжим хвостом.

По настоянию Снейпа домовики доставили обед прямо в их комнату, чтобы Гермиона не покидала её. Он организовал обеденный стол и всё на него накрыл. Гермиона чувствовала себя на настоящем свидании, хотя воздух в комнате содержал стойкую недосказанность. Когда она закончила с одним из своих курсов, Снейп пригласил её за стол, где уже горели свечи.

Они обсуждали учёбу, Гермиона делилась своими наблюдениям насчёт способностей некоторых учеников, а Снейп колко комментировал её слишком тёплое отношение к ним. Она смеялась на тем, как он строг, а он улыбался её умелому парированию. А потом Гермиона вдруг замолчала и с улыбкой на лице посмотрела в тарелку, которую почти опустошила. Северус заметил это и, выдержав паузу, спросил:

- В чём дело, Гермиона?

- Да я просто... - начала она и запнулась, - Просто на секунду показалось, что всё как прежде.

- Так и есть. – сказал он мягко, видя её смятение, однако внутри него что-то сжалось.

- Ну, не совсем. – сказала она и немного улыбнулась ему, - Раньше нас было двое.

Она прикусила губу.

- А теперь трое. – сказал он так, чтобы она поняла, что он принял это.

- Или... или четверо. – осторожно сказала Гермиона.

- Или... - эта мысль сбила его с панталыки, ему даже в голову не пришло, что ребёнок может быть не один, и от этого перехватило дыхания, - Или четверо... Но мы ведь не знаем этого?

- Не знаем. – подтвердила Гермиона.

- Что ж... - он пытался свыкнуться с возможной неожиданностью в будущем, - Я... Я думаю, нам стоит обсудить... Всё это.

- Пожалуй. – кивнула она, - Я пока не знаю, как с этим справиться, Северус.

- Ты и не обязана знать. – его голос прозвучал легче обычного.

- Да, но мне бы очень хотелось. – она мягко улыбнулась ему, - Я всегда думала, что у меня будет выбор. Что я смогу решить, когда буду готова... если вообще буду. Это всегда казалось чем-то далеким, гипотетическим, чем-то, что случается с другими.

- Но не с тобой?

- Но не со мной. – она облизнула губы, нервничая, - Я планировала...

- Ты же знаешь, что жизнь редко интересуется нашими планами. – отчеканил он своим низким голосом.

- Ты так спокоен. Неужели тебя это не пугает? – спросила она с каким-то тонким упрёком и всмотрелась в его лицо.

Северус посмотрел на неё. Он видел, что её взгляд изменился – в нём смешались страх и былой острый ум. Она взвешивала риски, думала о последствиях. Типичная Гермиона. И она была так прекрасна. Он подвинул свой стул и сел рядом с ней.

- До безумия пугает. – тихо и медленно произнёс он, - Но страх не изменит того, что уже произошло.

- Да, но ты же не думаешь, что я поверю, будто это всё, Северус? – сказала она, беря его за руку, - О чём ты думаешь?

Он посмотрел на неё снова, неуверенный в том, как и что должен сказать. Чёрные брови были напряжены, он собирался с мыслями.

- Я... я не думал, что это случится. – наконец произнёс он.

- Ты имеешь в виду, не сейчас?

- Я имею в виду — никогда.

Гермиона почувствовала внутренний укол и опустила взгляд. Снейп заметил это, и тут же протянул руку и осторожно поднял её подбородок.

- Даже думать не смей. – сказал он твёрдо и властно, глядя ей прямо в глаза, пока не увидел, что она поняла его, - Сейчас всё иначе. Но ещё вчера я... Я не видел себя в этой роли. Не допускал такой мысли.

- Почему?

- Потому что знал, что на мне всё закончится. Я так решил. И был этому рад. – сказал он мрачно.

- Из-за твоего отца?

- Да. – прозвучал его низкий голос, - Семья — это нечто, к чему я никогда не принадлежал. Я был одним, пока не попал в Хогвартс, и остался одним, когда... когда она выбрала Поттера.

- Северус...

- Я никогда не думал, что способен дать что-то хорошее. Что способен быть кем-то... другим.

- Но ты не он. – она крепче сжала его руки.

- Ты этого не знаешь. Как и я. – сказал он, опустив взгляд, - Мне казалось, что я знаю, как устроен мир. И он всегда говорил мне, что я — ничто.

Гермиона одёрнула его, заставив посмотреть на себя.

- Я не знала твоего отца, Северус, но у меня есть большое желание переговорить с ним тет-а-тет! – её карие глаза пылали решимостью, - Ты не нечто! Ты заботливый. Я видела, как ты защищаешь учеников, я сама когда-то была твоей ученицей, и знаю это. Вижу, как заботишься обо мне сейчас. Ты можешь твердить, что не создан для этого, но я знаю правду. Как бы сильно ты не пытался выстроить вокруг себя стену и убедить всех, что ты ничего не чувствуешь и тебе никто не нужен, я уже давно уяснила, что это всё неправда, и мне не нужны какие-то особенные доказательства этого.

Он смотрел на неё, на этот праведный гнев в её глазах. Как же она великолепна! Даже сейчас, когда она столь уязвима, ему кажется, что этот её решительный тон способен вести за собой армии.

- И так уж вышло, что твоя фамилия скоро станет моей, и твой род продолжится. Поэтому предлагаю тебе дописать его историю чем-то светлым. – она смотрела на него, словно готовилась сражаться с тигром за кусок мяса, - И, если тебе раньше было проще представить, что ты умрёшь, не оставив ничего после себя, чем поверить, что в этом мире может быть место для чего-то... иного. То теперь тебе придётся иметь дело со мной.

- Звучит очень... угрожающе.

Он усмехнулся.

- Ты же понимаешь, что я боюсь не только мрачного наследия моего трижды проклятого отца? – сказал он, поцеловав её руку, - Я боюсь за тебя.

- Нечего...

- Есть чего. – твёрдо сказал он, - На тебя охотятся, Гермиона. И если их цель достаточно мотивирована, то рано или поздно, они прорвутся в замок, да и ты, с твоим-то характером, не сможешь сидеть тут вечно.

- С моим характером?!

- А вот и он самый.

Гермиона улыбнулась.

- Северус...

- Я не договорил. – сказал он, - Беременность... Я вижу, какой хрупкой ты стала всего за один месяц. А впереди ещё длинный путь, и я не знаю, каким он будет для тебя. Мне страшно потерять тебя.

- Я же не умру, Северус.

- Не смей даже произносить это. – резко, почти грубо, оборвал он её.

- Прости... - тихо сказала она, - Я не...

- Я знаю. – он сжал её руку сильнее, - Это не шутка, Гермиона. Это нечто, с чем я не смогу... не хочу столкнуться.

- Ты не столкнёшься.

- Гарантируешь?

Она промолчала.

- Я понимаю. – сказала она после паузы.

- Нет, не понимаешь. – он посмотрел в сторону, - Я бы сжёг этот мир дотла, если бы он попытался тебя у меня забрать.

- Не нужно, Северус...

- Тогда тебе придётся позволить мне заботиться о тебе, оберегать тебя.

- Даже если мне это не нужно?

- Особенно если ты будешь говорить, что тебе это не нужно. – тонко, но как-то тепло и властно усмехнулся он.

- Ладно. – улыбнулась она, - Я не собираюсь сопротивляться.

- Это же чудо! Такое случается впервые. – язвительно заметил он.

- Не преувеличивай.

- О, куда мне. – он прижал её кисть к своей груди, как будто даже машинально, - Я надеюсь, наш ребёнок не будет таким упрямым, как ты.

- О нет, ведь тогда он будет таким упрямым, как ты. А с этим никто совладать не может. – она на мгновение задумалась с улыбкой на лице, - А свадьбу-то придётся перенести.

- Ты хочешь потом...?

- Нет уж! Я хочу успеть влезть в то великолепное платье, которое я уже купила!

Она сияла, говоря это. И Северус чувствовал – вот оно, то самое, недоступное, запретное, чужое. И теперь это его. Это их. Они ещё не стали мужем и женой, но уже семья.