8 Глава

После ухода Снейпа Амедей снова лёг, натянув одеяло почти до самого носа. Мысли путались, накатывали одна за другой, не давая покоя. Ему казалось, что он совершил ошибку. Зачем он вообще рассказал? Что это изменит? Всё равно ничего не поменяется прошлое не исчезнет только потому, что о нём узнали.

И почему именно он решил заговорить? Это ведь касалось не только его. Это была и жизнь Гарри тоже. Они должны были обсудить это вместе, решить вдвоём.Хотя... Амедей знал ответ. Гарри никогда бы не решился рассказать. Никому. Он не видел в этом смысла словно давно принял всё происходящее у Дурслей как нечто обыденное, как норму.

Но разве нормально бить детей? Конечно же нет.

Амедей видел другие семьи. Он видел, как родители спокойно разговаривают со своими детьми, объясняют ошибки, ругают но без криков, без унижений, без побоев. Вот это было нормально. Так должно быть.

Да, он понимал: ни он, ни Гарри не были родными детьми Дурслей. Те не обязаны были их любить. Но ведь можно было хотя бы относиться по-человечески.

Амедей помнил слишком многое. Он помнил, как до пяти лет они с Гарри даже не знали своих имён. Дурсли не называли их иначе как по кличкам грубым, обидным, словно ярлыки, которыми удобно оправдывать жестокость.Лишь в шесть или семь лет, когда они пошли в первый класс, из школьных документов, которые заполняла тётя Петуния, они узнали свои настоящие имена, даты рождения... Самих себя.

И только после этого редко, неохотно ненавистные родственники начали обращаться к ним по именам.

Поток мыслей оборвали тихие шаги. Амедей не сразу понял, кто вошёл, но затем услышал знакомый голос.Это был Гарри.Он осторожно сел рядом с койкой, стараясь не шуметь.

- Ты как...?

Спросил он тихо, почти шёпотом, чтобы не разбудить спящего Драко.

Амедей приподнялся на локтях и сел.

- Бывало и лучше.

- Снейп сильно ругал?

Осторожно поинтересовался Гарри.

- Нет. Не ругал.

Гарри нахмурился. Амедей выглядел слишком вялым, слишком опустошённым. Да, после встречи с троллем это было объяснимо, но всё равно что-то казалось не так.

- А что тогда?

Амедей выдохнул.

- Снейп теперь знает, что происходило, когда мы жили у Дурслей.

- Что?!

Гарри резко повысил голос.

- Амедей, зачем ты рассказал?!

- Потому что я устал.

Голос Амедея дрогнул.

- Устал быть для них пиньятой. Устал каждый день думать, какое наказание придумает Вернон и не убьёт ли он меня в этот раз!

- И что?!

Вспыхнул Гарри.

- К этому можно было уже привыкнуть! Не надо было рассказывать этому ублюдку!

- Не смей так говорить о профессоре Снейпе!

Резко ответил Амедей.

- То, что ты не можешь ответить на его вопросы и сварить простейшее зелье, ничего не значит! Ты ведь даже учебник не открывал вместе со своим дружком Уизли!

- А, ну да.

Язвительно бросил Гарри.

- Ты у нас самый умный! Зато у меня есть друзья, которые рядом со мной не ради выгоды!

Гарри резко поднялся, развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.

Амедей без сил откинулся на подушку.

- И он всегда так орёт, когда что-то идёт не по его мнению?

Лениво поинтересовался Драко.

Оказалось, тот давно проснулся и всё это время молча наблюдал за ссорой.

- Нет...

Тихо ответил Амедей.

- Он впервые так взорвался.

- Странно.

Задумчиво сказал Драко.

- Разве плохо, если вас заберут у Дурслей? Или позволят остаться в Хогвартсе на каникулах?

Амедей прикрыл глаза.

- У Гарри странное мышление. Он не видит в этом смысла. Боится реакции общества, если правда выйдет наружу... И почему-то считает всё это нормой.

В больничном крыле повисла тишина, но не тяжёлая или неловкая, нет. Драко дал время на раздумья, своему другу знал, что это сейчас необходимо. Амедей всё ещё смотрел в потолок, но мысли уже не возвращались к ссоре так остро. Было больно, да. Но где-то глубоко внутри он понимал: Гарри кричал не из злости. Из страха. Из страха быть "неправильным" и "жалким" из-за того что не смог вытерпеть этого. Не смог найти другой вариант.